Крайность

ДИНА

Мне кажется, я люблю ее. С каждым днем все сильнее. Она даже не догадывается о моем отношении к ней. Я стараюсь всякими мелочами показывать, как она дорога мне. Мы так сблизились за короткий срок. Если вспомнить начальный этап моих отношений с Владом, то можно назвать его чем-то вялым, скучным и монотонным, вроде лекций по нудному предмету. Он приходил к моей общаге после работы, далеко не каждый день, и мы гуляли с ним по городу пару часов или ходили в кино на какие-нибудь стремные комедии, которые он так любит. Наши беседы сводились к однообразным темам о погоде, о моей учебе и его работе.  Его поцелуи казались мне слюнявыми и мерзкими. Но до него у меня не было никакого опыта даже в поцелуях, поэтому я думала, что так и должно быть. Наш первый секс случился после двух месяцев конфетно-букетного периода. Я запомнила его, как пять минут ада. Первое время после первого раза я вообще боялась встречаться с Владом. Я придумывала какие-то отговорки от свиданий. Я не хотела, чтобы этот ужас снова повторился. Как-то случайно я проговорилась об этом своей соседке по комнате, которую вроде как считала своей подругой. Ей показалась моя ситуация забавной. И она посветила меня во все подробности. Она меня успокоила, сказав, что такие ощущения в первый раз это вполне естественно. Я смирилась с этим. Однако последующие половые акты снова приносили мне боль, но слабее. Потом мы начали использовать смазку. И для меня все стало казаться более-менее терпимо. Влад перестал таскать мне цветы, ведь он добился, чего хотел. Начал экономить на кино, ныть, что устал гулять. И фразы типа: «Давай просто посидим дома» стали ежедневными. Меньше стали проводить вместе время. Но я думала, что это нормально. Это значит, что мы привыкли. Но это все было ненормально с самого начала. Я должна была прекратить эти отношения еще после первого поцелуя, когда мне не понравилось его целовать. Помню, когда я подарила Владу дорогущие наушники, которые он давно хотел, услышала в ответ равнодушное «спасибо». Недавно я решила сделать приятную мелочь для Стаси – купила ей альбом и краски для рисования. Она чуть не задохнулась от переполнившего ее счастья.   Когда-нибудь я перестану сравнивать его и Стасю. Но именно благодаря ей я начала видеть все эти элементарные вещи. Думаю, я была лесбиянкой с самого-самого начала. Но до появления Стаси я не знала об этом. Даже не догадывалась, что такое возможно. Это все виновата бессмысленная пропаганда веры в то, что гомосексуализм – это болезнь. Люди не знают всей правды. Они верят в лапшу, что им вешают на уши врачи, политики, священники. А ведь как хорошо было бы, если бы гомосексуализм признали нормальным явлением. Не пришлось бы прятаться, озираться по сторонам, испытывать различного рода проблемы, связанные с ориентацией. Открыто любить того, кого хочешь.  

***

Я вот-вот собираюсь кончить, когда внезапно мобильник начинает разрываться от звонка. Каспер издает громкое мявканье и не затыкается, пока звонит телефон. Я закрываю уши руками, пытаясь снова сосредоточиться на оргазме и прикосновениях языка Стаси. Но не тут-то было. В дверь начинают долбиться. Я громко недовольно матюгаюсь. - Вау, твой первый мат за все время, - замечает Стася, вытаскивая голову из-под одеяла. Мы понимаем, что придется вернуться к нашему соитию в другой раз. Я тянусь к телефону, заворачиваясь в одеяло. Стася, накидывая майку, идет к двери.    На дисплее фотка моей младшей сестры – Ксюши. - Алло. Привет, Ксюха, - отвечаю я. – Ты не очень вовремя. - Что? Я не вовремя? Надеюсь, я не ослышалась? - В чем дело? – не понимаю ее тон. Кажется, она грубит мне. - Ты ведь знала, что я приеду сегодня. Знала ведь. Вы с мамой обсуждали это сто раз. И ты забыла?! – она срывается на крик. Черт возьми. Я действительно забыла. Мама писала мне смску вчера вечером, что Ксюша выезжает в 11 часов. Но почему-то я не думала, что завтра. То есть, уже сегодня. - Я на вокзале. И я зла на тебя. Ты просто офигенная сестра, - Ксюша бросает трубку. В этот момент в комнату заходит Стася с какой-то женщиной. Женщина скептически разглядывает нашу конуру, задерживается взглядом на пакете с пустыми бутылками, затем на моих трусиках, валяющихся на полу, которые в данный момент обнюхивает Каспер, и наконец, на мне. - Это моя сестра Дина, - говорит Стася и украдкой подмигает мне. Я еще плотнее кутаюсь в одеяло. - Она немного приболела. Поэтому спит в такое время, - продолжает Стася. – Дина, это хозяйка комнаты и мама Егора – Алла Юрьевна. - З-здрасти, приятно познакомиться, - говорю я. Стараюсь подделать голос так, чтобы казалось, будто у меня ангина. Алла Юрьевна неоднозначно хмыкает. - Егор не говорил вам, куда собирается? – обращается она к Стасе, но смотрит на меня. – Дозвониться до него не могу. - Он не говорил. Но, возможно, он вышел в магазин, - Стася врет. Уж она-то знает, что Егор тусуется у Славика со вчерашнего дня. - У меня нет времени его ждать. Когда он вернется, вы не могли бы напомнить ему про обед с родственниками? Это очень важно. Не понимаю, как он мог забыть, - Алла Юрьевна снова хмыкает. А я понимаю, что Егор так же, как и я, забыл про семью, увлеченный отношениями с любимым человеком. Возможно, именно сейчас они прыгают в постели, игнорируя звонки телефона. - Я обязательно передам ему, - заверяет его мать Стася. - И приберись здесь, - Алла Юрьевна кивает на пакет с бутылками и выходит из комнаты, не попрощавшись.       

***

Ксюша ждет на автовокзале, чуть поодаль от главного входа. В ногах у нее стоит сумка с вещами, на плечах висит набитый рюкзак. Руки скрестила на груди, губы надула. Обнять себя не дает. - Как ты могла забыть? Я больше часа здесь торчу. Я беру сумку и несу к такси, которое ждет на въезде. - У меня сегодня выходной. Я проспала. Прости. - Влад тоже проспал? – ехидничает Ксюша. - Мы расстались. И сейчас я живу у подруги. - Что?! – глаза Ксюши округлились. – Ты серьезно? - Вполне. Придется немножко поютиться. У подруги одна комната в общежитие. Хоть посмотришь, каково это – жить в общаге с соседками. Скоро тебе это ждет. Ксюша приехала поступать в медицинский институт. Точнее, она уже поступила, но в общежитие ремонт и поэтому заселение перенесли на несколько дней позже. Мы с мамой договорились заранее, что Ксюша поживет эти дни у нас с Владом. Я не рискнула сообщить ей об уходе от Влада. Егор предложил свою помощь. Стася будет ночевать эти дни у него, а он, в свою очередь, пока потусуется у Славика. Видимо, он перепутал дни и уже свалил к нему вчера. Он хотя бы не забыл, в отличие от меня. - Не говори ничего маме. Не хочу ее расстраивать, - прошу я Ксюшу. - Из-за чего расстались-то? – она пристает ко мне всю дорогу. - Он повел себя как скотина, - это все, что я ей говорю.  Она пытается вытянуть из меня хоть что-нибудь, однако, ей не удается узнать больше. Я забалтываю ее, расспрашивая об экзаменах и поступлении, о выпускном, на который я не смогла приехать, потому что Влад болел и не отпускал меня. Только сейчас с ужасом узнаю, что я пропустила. Выпускной в школе бывает один раз в жизни. А я потратила этот важный для моей сестры день на Влада. Ксюша показывает фотки в телефоне, а я заставляю себя улыбаться, лишь бы не разреветься перед ней. Она такая взрослая в этом выпускном платье. Ее ждет новая жизнь в Москве. Надеюсь, она не совершит тех ошибок, что когда-то совершила я. Не бросит институт из-за какого-то подонка, не выйдет за него замуж без любви, не будет жалеть об упущенных годах. Я надеюсь, что она осознает себя как можно раньше и найдет настоящую любовь.     

***

Ксюша приносит какую-то шумиху в нашу укромную конуру со Стасей. Начинает вести себя как дома. Врубает музыку на всю катушку, носится с Каспером. И все время расспрашивает нас о чем-либо. Разглядывая рисунки Стаси на стенах, и замечая мой портрет, она просит нарисовать ее. Заявляет, что приехала в Москву тусить. И хочет посетить самые крутые места. Мы идем показать ей город, но оказывается, она прекрасно ориентируется сама. Всюду фоткается и выкладывает фото в социальные сети. В первый же день тратит все деньги на новые шмотки. Сказать по правде, мы со Стасей мгновенно устаем от нее. Я и забыла, какая она шумная, неспокойная, гиперактивная. Из нее так и плещет юношеский максимализм. Когда она, наконец, засыпает в обнимку с Каспером, я тихонько вылезаю из-под одеяла и иду к Стасе. Она уже ждет меня, расположившись на полу с ноутбуком Егора. - Почему ты здесь? – спрашиваю я. У Егора достаточно большой раскладной диван. И он для нас постелил чистое постельное белье. - Я решила вспомнить, как мы ночевали в нашу первую ночь. На полу. - Хочешь знать кое-что? – я сажусь рядом с ней. - Да? - Я скучаю по тому матрасу. - И я. Мы смеемся. А затем долго целуемся. И растворяемся друг в друге. Я не могу сказать, что стала опытна в постели со Стасей. Она гораздо лучше меня, я это знаю. У нее было много девушек. И иногда меня это расстраивает, ведь она у меня единственная. Я не могу представить, что она доставляла такое же удовольствие кому-то до меня, любила кого-то так же. Мягкий пушистый ковер в комнате Егора заменяет тот самый матрас. Мы стараемся заниматься любовью в тишине, чтобы случайно не разбудить Ксюшу за стенкой. Но все же иногда из нас вырываются стоны. И их невозможно приглушить подушками. Слишком сильна наша любовь. Вдоволь насладившись друг другом, мы погружаемся в сон. У меня совершенно нет сил встать и пойти в нашу комнату. Я думаю про себя, что проснусь пораньше и незаметно вернусь к Ксюше. Но все выходит совсем иначе. Утром первое, что я вижу – это ошеломленное лицо своей сестры, которая стоит в дверном проеме в одной пижаме с Каспером на руках. Я – дебилка. Я не догадалась закрыть дверь на замок. Я была уверена, что вернусь в комнату к Ксюше. - Который час? – спрашиваю я. Я не знаю, что еще сказать. Она пялиться на нас с таким ужасом на лице. И даже не собирается уходить. Стася еще спит, сладко посапывая. Я прикрываю ее обнаженное бедро одеялом. Я такая же обнаженная, как она. Тянусь к футболке у своих ног, стараясь не оголять свое тело перед Ксюшей. - Шесть пятнадцать, - запоздало отвечает она. - Вернись в комнату. Я сейчас подойду, - и зачем, спрашивается, она так рано проснулась. У нас заведен будильник на семь утра. Ксюша уходит, осторожно прикрыв за собой дверь. Одеваясь, я обдумываю, что буду говорить ей. Ничего в голову не приходит. Бужу Стасю, рассказываю ей о случившимся. - Я могу поговорить с ней, - предлагает она сразу. - Наверное, она ждет объяснений от меня. - Ты ни в чем не виновата перед ней. - Еще как виновата, - нервно переплетаю косу. – Она не должна была этого увидеть. И вообще ничего не должна была узнать. Мы облажались. Я начинаю паниковать. Ксюша еще совсем ребенок. Ей всего лишь семнадцать лет. Она явно к такому не была готова. Разве кто-то вообще готов к таким вещам?  

***

Она забралась на диван с ногами и сидит, уткнувшись носом в коленки. Я сажусь рядом с ней. Она поднимает на меня глаза. - Ты из-за нее бросила Влада? – выдает Ксюша. – Поэтому не хотела говорить мне? Я даже рада, что она первая начала этот разговор. - Все не так. Мы просто работали вместе. И когда я ушла от Влада, она предложила пожить у нее. - Это было до того, как вы стали трахаться? - Черт, - вспыхиваю я. – Зачем так говорить? Зачем все сводить к этому? - Но это же правда, - Ксюша с вызовом смотрит на меня. - Слушай, я знаю, какого ты мнения. Я сама не понимала, что происходит. Я не думала, что такое возможно. Я привыкла к Владу. И понятия не имела, каково это – быть с девушкой. - Ты рассталась с Владом и решила, что все мужики козлы? - Нет. Я вовсе так не думаю. Просто я полюбила Стасю. - Это ненормально, нездорово. И это может плохо кончиться, - Ксюша произносит эти слова таким тоном, что мне становится жутко. Я ведь была такой же еще совсем недавно.  - Те, кто говорит такие вещи…они ошибаются. Моя сестра издает нервный смешок и закатывает глаза: - Да, конечно. Все врачи, все ученые и политики. Все они ошибаются. - Ты ведь знаешь меня. Я похожа на психа? - Сейчас похожа, - кивает Ксюша. - И ты сдашь меня в психушку? Только потому, что я люблю человека своего пола? Пойми, это нормально. - Я не сдам. Но я считаю, что это идиотизм. Вы обе свихнулись. Я понимаю, что ни к чему этот разговор не приведет. Ей нужно больше времени, чтобы разобраться во всем. Как и мне когда-то. - Почему ты так рано проснулась? – перевожу я тему. - Каспер разбудил. Смотрю на виновника возникшей проблемы. Беспечно топает по подоконнику, подставляю наглую морду утренним лучам солнца.   

***

Однажды, когда мне было лет десять, я застукала в лесу двух парней, которые целовались под цветущей рябиной. Мы с родителями собирали грибы. Лесок небольшой, вся Малиновка туда ходила по грибы да ягоды. Мы всегда старались пораньше выйти, чтобы нам еще что-то попалось. Я знала этот лесок как свои пять пальцев. Я всегда уходила вперед, не боялась заблудиться. Часто на пути попадались такие же грибники, как мы.   Я была ошарашена, увидев этих парней. Они меня не заметили. Я первый раз видела такую страсть. Мама всегда переключала телевизор, когда начинались любовные игры в мелодрамах. Я не знала ничего даже про поцелуи. А тут еще и парни. Это было нечто. Естественно, я все рассказала родителям. И они меня поругали за то, что я не позвала их. Отец сказал, четко помню эту фразу: «Мы бы этих педиков сдали к чертям собачьим». Сейчас я лично попала в такую же ситуацию. Моя сестра застукала меня с девушкой в постели. Расскажет ли она родителям? Мы завтракаем в тишине в комнате Егора за столом. Я приготовила яичницу-болтунью на троих и бутерброды с сыром. Ксюша с напряженным лицом ковыряет пластиковой вилкой в тарелке. К сожалению, мы пользуемся одноразовой посудой. А мне иногда даже нравится, что не надо ничего мыть после еды. Я вдоволь намыла этой посуды в квартире Влада.    Стася весело щебечет о чем-то своем. Пытается делать вид, что ничего не знает о нашем разговоре с Ксюшей. - Чем займешься днем? Пока мы с Диной будем на работе. Или пойдешь с нами в магазин? - Нет уж, спасибо. Я посижу здесь, - отрезает Ксюша. - Если хочешь, посиди в компьютере, - говорит ей Стася. - Это же не твой компьютер. Почему ты разрешаешь? – дерзко спрашивает Ксюша. Я начинаю нервничать. - Эм, я обсуждала это с Егором. Он не против, - Стася наигранно улыбается всеми зубами. - Не делай вид, будто этот Егор твой парень. Ты ведь лесбиянка, - огрызается Ксюша, сделав акцент на последнем слове, откидывает вилку и громко поднимается из-за стола.  Мы со Стасей переглядываемся. По ее взгляду я понимаю, что лучше сейчас ничего не говорить. Ксюша выходит из комнаты, демонстративно хлопнув дверью. Я ставлю ее тарелку с недоеденной яичницей на пол. Каспер набрасывается на еду. Мы заканчиваем завтрак и уходим на работу, оставив Ксюше два ключа от двух комнат. Надеюсь, она их не просрет. В магазине хозяйка уже дожидается нас. - Вы вместе живете? – подозрительно интересуется она. - Мы просто соседки, - отвечает Стася и уходит за инвентарем для уборки. Нелли Васильевна подходит ко мне с обеспокоенным лицом и начинает расспрашивать: - Вы с Анастасией ладите? А видитесь после работы? Может быть, в выходные дни она тебя зовет куда-нибудь? Я стоически отвечаю на все вопросы, уверяя ее, что наши со Стасей отношения чисто рабочие, что мы даже не подруги.  - Я знаю, что это неэтично. Но ты девочка разумная, замужняя. И ты должна знать, что у Анастасии раньше были проблемы с ориентацией, - раскрывает она, наконец, мне «тайну секретную». Я делаю удивленное лицо: - Ничего себе. А по ней даже не скажешь. - Все было достаточно серьезно. Она даже лечилась в клинике. Поэтому я хочу тебя предупредить. Пусть она посещает дом господа, ходит на свои встречи реабилитационные, но мы же не знаем наверняка, что у нее с головой. Будь осторожна с ней. - Я уверена, что у нее все нормально с головой, - внезапно Нелли Васильевна начинает меня раздражать. Благо, в магазин заходит покупатель. И у меня появляется предлог отойти от этой тупицы и встать за кассу. Теперь я ненавижу ее.