Как избавиться от скуки?

Сакура лежит на заваленной учебниками кровати, обводя комнату усталым взглядом. Разбросанные свитки, раскрытые как попало книги, кисти и баночки с тушью заполняют всё пространство. Она задерживает взгляд на чернилах, что случайно пролила на спинку стула, и внезапно чувствует, как становится тяжело дышать. Сакура сползает с кровати, попутно роняя опостылевшие учебники по истории Конохи, ничуть не заботясь об их сохранности, и уверенно шагает к окну. Слышится тихий скрип, и свежий воздух обдаёт её лицо блаженной прохладой. За окном глубокая ночь обволакивает улицу тёмным бархатом, но она не чувствует его мягкость. Уже двое суток её мозг не отпускает её в блаженное небытие, не даёт уснуть. Он истязает её бесполезными мыслями и множеством бесплотных образов давно погибших людей, оживающих только в её воображении. Читать книги по истории явно было её ошибкой. Слишком много несостыковок в событиях — вопросы рождаются сами собой. Её раздражает всё, что она делала до этого. Каждая буква вызывает в ней ноющее чувство скуки, словно мир окрашивается в серый цвет. Он весь кажется ей бесцветным, замёрзшим и медленным. За ним уже не хочется наблюдать, только убежать куда подальше. Желательно в свои сны или в ничто ночи. Но, как назло, мозг не может успокоиться. Девочка резко вскакивает с кровати. Лицо её искривлено негодованием и злостью на саму себя. Ей нужно уснуть. — А для этого нужно устать… — осенило Сакуру. — Буду тренироваться, пока не упаду без сил. Тело победит разум. Она в спешке оделась, собрала длинные волосы в высокий хвост и тихо вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Осталось так же неслышно добраться до заднего двора дома, чтобы не разбудить родителей. Хорошо, что её папа больше не спит так чутко, как раньше. Прошлое шиноби постепенно покидало его. Ступени деревянной лестницы слегка поскрипывали под ногами, Сакуре приходилось иногда останавливаться, чтобы не потревожить спящих. Наконец, она спустилась на первый этаж и вышла во двор через задний ход. На самом деле семье Харуно очень повезло с домом. Он был достаточно комфортным, а соседи — неконфликтными. Двор же представлял собой небольшой участок земли со свежескошенной травой и двумя высокими деревьями, чьи раскидистые кроны создавали тень. Сакура решила начать с разминки, а после устроить пробежку. Во время бега она вдруг поняла, что чувствует себя отчего-то очень счастливой — улыбка сама появилась на её губах. Она вдохнула полной грудью ночной свежий воздух. Десятый круг ей уже давался сложнее, но этого всё равно было очень мало, чтобы утомить девочку. На смену бегу пришли скручивания, а их заменили приседания и отжимания. А потом всё повторилось по кругу. И вот, когда она наконец почувствовала себя достаточно уставшей и собралась возвращаться домой, соседский кот, взобравшийся на высокий забор, решил громко мяукнуть. Прямо под окнами родителей. Сакура хотела уже рвануть к двери, не зная, проснулись ли отец с матерью, но замешкалась. В этот же момент окно открылось, и из него выглянул взволнованный отец. Его брови поползли вверх, когда он разглядел её в полумраке. — Чёртов кот, из-за него я попалась, — расстроилась Сакура. Теперь отец её точно накажет за прогулки глубокой ночью. Однако Кизаши ничего не сказал, а только молча вышел к дочери, закутавшись в домашний халат поверх спальной одежды. Он посмотрел на неё — потную, с красными щеками и взлохмаченными волосами. Сакуре показалось, что она покраснела ещё сильнее под его взглядом. Она не решалась посмотреть ему в глаза. — Ты не можешь спать, да? Сколько уже не спишь? Харуно не ожидала этих вопросов. Как он догадался, что это не первая её бессонная ночь? Неужели её круги под глазами стали так отчётливы? Или, может, она была очень раздражительна в последние дни? — Это третья ночь. Я подумала, что если достаточно устану физически, то точно смогу заснуть. — Эх, — послышался горестный вздох отца. — Нужно было сказать нам. — Мама бы сильно волновалась. Она слишком обо мне беспокоится. — Для матери это нормально. Мебуки переживает, потому что ей часто очень сложно тебя понять. Сакура, ты умная девочка, умнее многих своих сверстников, а может, и тех, кто старше тебя. Мама переживает, что ты ни с кем не общаешься и очень много времени проводишь за книгами, но всё же всеми силами старается дать тебе решать самой, чем ты хочешь заниматься. Цени это, не все мамы такие, — увидев, что его дочь совсем поникла от его нравоучений, Кизаши решил приободрить её. — Давай ты больше не будешь устраивать тайком марафоны по ночам, а взамен я буду тренировать тебя как настоящего шиноби днём, идёт? — Правда?! Ты научишь меня ходить по деревьям?! — Сакура, обрадовавшись, крепко обняла отца. Кизаши поднял дочь на руки. — Ну, не всё сразу, но да. К моменту поступления в академию ты всем утрёшь нос, — рассмеялся мужчина. Он отнёс Сакуру в комнату и уложил спать. Ушёл лишь тогда, когда удостоверился, что она заснула. Мебуки уже ждала его, сидя на их общей кровати. Она гневно смотрела на мужа. Глава семьи догадался, что его жена прекрасно всё услышала из открытого окна. И ей это, очевидно, не понравилось. — Ей всего четыре года. Рано ещё использовать чакру, она должна пойти в академию и учиться как все. — Мебуки, она у нас не как все. Если я не научу её использовать чакру, она сделает это сама и, поверь мне, так же тайком, как сегодня удрала на тренировку. Уж лучше я буду рядом и смогу сам проконтролировать всё, чем найду её утром со сломанной шеей после падения с дерева.

***

Тепло разливалось по телу, начиная свой путь от сердца. Словно вторая кровь циркулировала по каналам, всё ближе направляясь к кончикам пальцев. Почувствовать чакру у Сакуры получилось с первого раза, что удивило её отца. Он догадывался, что его дочь талантлива, но всё ещё не мог понять, насколько. Кизаши был посредственным шиноби, обычным среднестатистическим геннином, который не брался за сложные и затяжные миссии вне деревни, лишний раз не рисковал собой и уж точно не планировал продвигаться по службе. В целом ремесло шиноби он бросил достаточно рано, разумно посчитав, что торговля даётся ему в разы лучше. Он действительно был одарён способностью чувствовать выгоду. Сакуре легко давался контроль. В течение дня она научилась точно направлять чакру в нужную ей часть тела и теперь всё чаще поглядывала на дерево. Ей хотелось наконец-то залезть на него, но отец был против. — Сакура, ещё рано. Тебе нужно держать чакру в одном месте в определённом количестве долгое время, а не просто направить её к ступням. Кроме того, чтобы сделать шаг, тебе придётся быстро отлепить ногу и вновь прикрепить. Ты пока так не сможешь. Отец был прав, и Харуно ничего не оставалось, кроме как выполнять упражнения, показанные им. Однако она была упрямой девочкой, а потому во что бы то ни стало планировала уже вечером взобраться на дерево. Сакура тренировалась с самого раннего утра и не отвлекалась ни на что вплоть до того момента, как смогла удержать чакру в ногах дольше, чем на десять минут. Она отчётливо чувствовала, как её ноги прилипли к земле. — У меня получилось, шаннаро! — воскликнула девочка и побежала к дереву. На её губах горела предвкушающая улыбка. Кизаши подошёл ближе, чтобы поймать дочь в случае неудачи. Сакура поставила ногу на ствол и, почувствовав, что прикрепилась, встала второй рядом. И вот её тело уже было параллельно земле. Это было непередаваемое ощущение. — Не задерживайся в таком положении, гравитация притянет твой корпус к земле. Иди сразу, — направил её отец. Харуно кивнула и стала делать свои первые шаги. Сначала медленно и неуверенно, но уже к середине пути она почувствовала, что это упражнение даётся ей абсолютно без напряжения, и просто добежала до самой верхушки дерева, чем немало напугала Кизаши, уже вставшего в стойку. Никогда ещё она не видела Коноху с высоты. Какая же у них была большая деревня, сколько в ней было зелени. Как быстро пробегали по крышам шиноби и какие выразительные глаза были на барельефах Хокаге. Это всё было её домом, а она даже не осознавала этого. Там, за детской площадкой, куда её водила мама; дальше торговой улицы, где они часто бывали с семьёй, было столько всего интересного, до чего ещё не добралось её любопытство. Сегодняшний день был её маленькой победой. Днём раздумий и переосмысления её семьи.

***

С того дня интерес Сакуры к перемещениям по вертикальным поверхностям было не остановить. Даже в доме девочка продолжала ходить исключительно по стенам и потолку до того момента, пока её чакра полностью не иссякала и ей приходилось спускаться. Для Мебуки это было отдельным испытанием. Видеть свою дочь весь день вниз головой было выше её сил. В её голове постоянно мелькала картинка, как девочка падает с потолка, и это тяготило материнское сердце, а потому в течение дня женщина несколько раз настоятельно просила Сакуру прекратить это мучение. Дочь спускалась на несколько минут, дожидалась, пока мама отвлечётся, и вновь принималась за своё. Кроме стен и деревьев, Сакура полюбила ходить по воде — пока только в ванной, ведь к реке её не пускали. И, кажется, ещё долго не пустят после того, как мама увидела её за этим занятием. «А если бы ты упала и голову разбила, что бы я делала?» — ругала её Мебуки. Однако, к удивлению Харуно, мама вскоре остыла. И здраво рассудила, что лучше всё же поддержать свою дочь в её новых свершениях. На следующий день после происшествия в ванной женщина отвела Сакуру гулять к реке, взяв с собой сменную одежду. Сказать, что девочка была счастлива, — ничего не сказать. Весь путь она обгоняла маму и внимательно рассматривала окружающие дорогу здания. «Запоминает путь, чтобы потом одной сюда бегать, не иначе», — подумала старшая Харуно. И была права. На официальном пляже было очень много людей, что было проблемой для затеи Сакуры, а потому она уговорила мать пройти дальше по берегу к более безлюдной части. И вот, когда они достигли нужного места, девочка сразу же побежала и, не сбавляя скорость, пересекла водную гладь, оказавшись на другом берегу. — У меня поразительный ребёнок, — прошептала женщина, наблюдая за своей дочерью. Последняя уже бежала обратно к маме. В этот момент Сакура заметила, что деревья у пруда росли близко друг к другу. Их большие ветви стремились сплестись, и это вызвало интерес у девочки. Она стремительно побежала по стволу, как делала это и раньше. Мебуки спокойно наблюдала за дочерью, уже привыкнув. Но тут розоволосая прыгнула с одной ветви на другую и зацепилась за неё рукой. Сердце женщины пропустило удар. — Сакура, спускайся немедленно! Ты же могла упасть! — закричала женщина. — Я бы не упала. Я видела, как другие шиноби так перемещаются по деревне. Это совсем не сложно. Я всего лишь липну руками, а не ногами. Мама, не волнуйся так. Я не делаю то, в чём не уверена. Мне моя голова дорога. Мебуки устало вздохнула. Её дочь была странной, но удивительной. А Сакура осознала: единственный способ избавиться от скуки и спать по ночам — это каждый день преодолевать себя.