20. Гугл в помощь
14 декабря 2025 г., 14:00
***
Сразу после неожиданных поцелуев с Джанки и Ёчжи Чонгук отправился в зал, где с неуёмной энергией таскал железо и чуть ли не быстрее беговой дорожки гонял по ней — эх, ему бы сейчас мотоцикл под задницу да свист ветра в уши! Но пока байка нет, и это не беда. Ведь всё остальное у Гука всё просто зашибенно! В этот вечер его будто не брала усталость. Около половины десятого он запрыгнул счастливым сгустком энергии в комнату общаги и обнаружил там Хосока и Чимина, плечом к плечу сидящих перед ноутбуком. Они, перебивая один другого, вскрикивали, тыкая в экран: «А это что? Это там где мы… А вон тут так похоже на… Точно! Такое в каждом… Ух ты! Как у нас в школе…» — Вечер добрый! — громко поприветствовал Гук. Сразу же два разрумянившихся лица симметрично обернулись на его голос. — Привет, — первым отозвался Чимин. — Какими судьбами? — Живу я тут, — с улыбкой напомнил Чонгук. — Вернулся ещё пожить. — И, начав раздеваться, добавил: — А вот как тебя Лиён ещё из дому не выгнала, не знаю. Она ангел? Ты ж по чужим мужикам шляешься! Хотя я и не против. — По мужикам шляться? — не удержался Хосок. — Дурак, — кокетливо, с яркой гейской интонацией парировал Гук и подошёл к друзьям, положив руки им на плечи. — Что вас так возбудило? Я зашёл, а вы прям как на школьной олимпиаде орали. — Стой, — строго сказал Хос. — Ты точно Чонгук? Гук удивлённо поморгал на него. — А кто ещё? У тебя есть кто-то похожий на меня? Я ж один такой, не? — Чимин, — накрыв руку на своём плече, обратился за помощью Хосок, — спроси его что-то, что может знать только Чонгуки. Друг прищурился, вспоминая, и спросил: — Как ты меня называешь? — Альпака. Аль Пачино. — Допустим, — покивал Хосок. — А как я его называю? — Альпачина. — Таки он, — удостоверился Пак. — И между прочим, моя Лиён поехала на конференцию, так что я ещё два дня холостяк. — Он показал на стопку пачек от съеденного рамёна. — Завидуй! — Чимин сильно прищурил глаза, глядя на Гука. — А вот с тобой что случилось? Ты ж нас послал и ушёл злой-презлой. — Слушайте, мудилы два! — вспылил наконец Чонгук. — Чё вам неймётся, а? Ну пришёл человек добрый и весёлый, так нет ведь — нахера-то залупаетесь. Разозлиться надо, чтоб узнали? Так я это легко! — Не-не-не! — воскликнул Чимин и, подхватившись со стула, несколько раз подул в лицо другу детства. — Всё хорошо! Не злись. Я показывал наш город, нашу школу. Вот. — И, обхватив Гука за шею, наклонил его ближе к экрану. — Видишь, это наша «аллея любви», а вот поворот к школе. Помнишь? Смотри-смотри! Это ж школьный автобус выворачивает! Чонгук опёрся локтями на стол, вгляделся в изображение и выдохнул: — Бли-и-ин… Это ж наша «качалка». Ух ты! — Он тут же включился в ностальгическую экскурсию. — А приблизить можно? Там же можно рассмотреть? — Конечно! — поддержал Чимин. — Когда я скучаю по дому, прям делаю себе виртуальный полёт. Вот так сверху смотришь на родные дома, улицы… Мне сразу легче! И теперь уже три юных мужских голоса перебивали друг друга, показывая милые сердцу места в родных городах. — Стойте. — Чонгук внезапно оттолкнулся от стола, встал прямо и завис, распахнув глаза. Он несколько секунд молча хмурился, покусывая губу. — Получается… — Он снова помолчал, испытывая терпение друзей. Но те справились, понимая, что Чонгук явно на что-то напал. — Получается, что так можно посмотреть любой город в любой стране? — Ну да, если там есть веб-камеры по городу. Просто вводишь в поисковик и… Гуки? — Хосок не сразу заметил остекленевший взгляд Чонгука. — Ты чего? — Ничего, — поспешно соврал тот. — Мне нужно… Нужно сбегать кое-куда. И снова хлопнула дверь за ним. И снова в недоумении Чимин воззрился на Хосока. — А сейчас что? — Да есть пару догадок, — почесал затылок Хос. — У меня тоже. Но одна. Альпачина даже поднял указательный палец, чтобы хён точно не ошибся, сколько у него догадок.***
И догадка Чимина, конечно, была верной. В городе Эребру было много веб-камер. Как только Чонгук осознал, что потерял несколько недель и сам не сообразил посмотреть онлайн-трансляцию из Эребру, то обозвал себя тупаком и ускакал в курилку на этаж выше. Курилкой эта каморка возле лестницы называлась из уважения к подобным помещениям. Никто сюда специально не ходил, чтобы попыхтеть электронной сигаретой с ароматом шоколада или ванили. Две вебки были очень удачно направлены на территорию хунд-дагиса по адресу, указанному в интернете. Чонгук максимально приблизил изображение на экране, попутно хмыкнув себе под нос — крупные пиксели очень напомнили ему детское увлечение игрой в майнкрафт. Теперь вот тоже приходилось среди кубиков пространства неизвестного далёкого города отыскивать очертания того места, где работает Тэхён. Чонгук вздохнул — ладно, не Тэхён, а Виктор Ким. Но это ничего не меняло! Гук уселся на не очень удобный стул и стал рассматривать картинку: зелёная лужайка, по форме напоминающая стадион, кругом бледно-зелёные шарики деревьев, несколько кубиков и параллелепипедиков зданий, изредка проезжают разноцветные жучки-машины. На аккуратную вытянутую стоянку рядом с детским садом ни одна машина не заворачивала. Чонгук на секунду глянул на часы — 22:32. Это значит, что в Швеции сейчас полседьмого утра. Блин, ещё очень рано. Вряд ли собак приводят ни свет ни заря. Но всё равно он водил пальцем по экрану, приближая и отдаляя разные участки. Его сердце билось быстрее от осознания, что где-то там, именно вот в этом пиксельном участке мира, на самом деле — пусть и необъяснимо, нереально и сверхъестественно — обитает его Тэ. Он дёрнулся и весь обратился в зрение, когда прямо на стоянку зарулил оранжевый жучок, сверкнув под солнцем. Кто это? А если… Он замер и перестал дышать. Из машинки вышло микроскопическое существо. Ничего невозможно было разглядеть. Только длинную утреннюю тень от идущего человека. Но Гук был совершенно уверен, что это не Тэ. Ну… Что-то подсказывало. Не выбрал бы он себе оранжевую машину. Хотя… С него сталось бы. Хулиган ведь. Чонгук тепло улыбнулся своим мыслям и тут же вскрикнул от боли! Он не заметил, как сгрыз ноготь на большом пальце почти до мяса. — Блять! — шёпотом, но от души ругнулся он на себя. Накусанное место противно и неугомонно заныло. Посасывая палец как младенец, Гук снова всмотрелся в экран. Машинки стали подъезжать на стоянку всё чаще. Почти рядом с каждым человеком метались совсем крошечные комочки — их собаки, судя по всему. Людей было так много и они были такие неидентифицируемые, что Чонгук почувствовал раздражение. Как среди них разглядеть Тэхёна?! Тут впору не веб-камеру, а астрономический телескоп искать! Он разочарованно выдохнул, с чмоком вынул палец изо рта и решительно выключил экран. Но, возвращаясь в комнату, он уже точно знал, что будет делать каждую свободную минуту, когда в городе Эребру день. Чонгук, конечно, ещё несколько раз заглянул в веб до того, как Хос объявил «Пора спать!» и категорично выключил свет. — Хён, — тихо позвал Гук. — Я его не видел. А если и видел, то не узнал. — Да оно понятно, — мягко ответил Хосок. — Я сразу понял, куда ты убежал. Всё у нас получится, малой. Я знаю это. Чонгук счастливо хмыкнул. Простые слова, но поддержка вселяла уверенность. В чём? Да просто в том, что всё хорошо. — Кстати. — Чонгук перевернулся на живот и опёрся на локти, чтобы в неясном свете различать лицо соседа, и сразу с воодушевлением заговорил: — Я ж вам не рассказал. Сегодня такую офигенную вещь узнал! — Он не выдержал и сел на кровати. — Меня в универе считают амулетом, прикинь! — Чего? — тоже привстал Хосок. — Амулетом? — Да! Любовным приворотным амулетом. Ха? Типа, если со мной поцеловаться или ещё чего-нибудь, то встретишь свою… — На последних словах ему снова стало грустно, но он всё же закончил: — Настоящую любовь. Хосок помолчал. — Не понял, — без энтузиазма сказал он. — А ты типа ненастоящий? Что-то меня это не радует. Прямо скажу — задевает. — Подожди, бро! — заволновался Чонгук. — Я тоже так сначала не обрадовался, но потом понял. Я ведь сам ни в кого не мог влюбиться. То есть, я и был с ними… Ну, ненастоящим. Честно, я нифига не страдал, когда расставался с кем-нибудь очередным. — Да, я помню твою лекцию «О лёгкости и непривязанности в любви», — произнёс хён голосом коуча по любовным отношениям. — А что с амулетом, что нам это даёт? — Ничего, — протянул Гук и зевнул. — А что, обязательно, чтобы давало? Не-е. Оно как раз так устроено, что это я даю. Хотя нет… — Голос донсена становился глуше, более вялым и сонным. — Я ведь тоже кайфовал по-своему от тех ненастоящих… сексов… и минетов… Но я амулет… — А если быть честным, меня совершенно не удивляет, что ты амулет. Ну, посуди сам, — философским тоном затеял хён. — Ты красивый, популярный. То есть, если ты на кого-то обратил своё внимание, значит, этот парень классный. Или девушка. Получается, твоё внимание — как гарантия качества. Ты ведь не посмотришь на кого попало? Во-о-от, — разогрелся Хос. — Получается очень просто: ты с кем-то чуть-чуть повстречался, и этот человек в глазах универа становится ещё более привлекательным. Понимаешь? Хосок с полминуты подождал продолжения беседы, но не дождался. — Спокойной ночи, амулет, — с теплом сказал он, понимая, что его никто уже не слышит. Чонгук дышал ровно, чуть посапывая на вдохах.***
Сначала Миндже написала: «Чонгук, это я, Мелоди. Прости меня за прошлый раз. Могу позвонить?» Чонгук перечитал два раза. Мелоди?! Вот с этого слова надо было начинать! Сразу все грубости и резкости прошлой их встречи осыпались, как прах. Мелоди… Гук улыбнулся: нахлынули воспоминания, окрашенные в тёплые мягкие тона. «Привет, Мелоди. Звони! Жду» Звонок раздался не сразу, а минут через пять. Гук даже успел немного отвлечься, скроля ленту новостей. — Это я, — негромко прозвучало в трубке. — Ого… — Что ого? — У тебя очень красивый и ласковый голос. Как раньше. Мелоди тихо выдохнула. — Знаешь, мне дико стыдно за то, как я себя вела. — Ну, перестань. Я уже всё забыл, точно говорю. — Шутишь… — Она опять вздохнула. — У меня очень странное чувство. Это ведь я на самом деле всё забыла. Я совсем не знаю тебя. Но ты знаешь меня. — Конечно! — Ты можешь рассказать, какой я была? Ну там… В Пусане. — Ты… Совсем не помнишь? — максимально аккуратно спросил Гук. — Да. Хотя, папа мне уже несколько раз рассказывал о том, как я изменилась, когда мы переехали. Может, поэтому мне кое-что как будто вспоминается. Ну знаешь ведь, как бывает: тебе сто раз рассказывали, что ты читал стишок для Новогоднего Деда, хотя ты ничего не помнишь, но из-за этих рассказов уже как будто и припоминаешь, да? — Ну да. Есть пара эпизодов, — хмыкнул Чонгук. — Ты действительно была классная. — Расскажи, — ещё раз попросила Миндже. — Всё-всё рассказать? — Эм-м-м… — стушевалась девушка. — А есть что-то, за что мне тоже будет стыдно? Гук несколько секунд помолчал, нагнетая нетерпение, а потом кокетливо протянул: — Ну ка-а-ак тебе сказать… Например, ты звала меня Гуки. — Гуки? — Это ведь похоже на моё имя? Чуть-чуть, да? Девушка рассмеялась. — Про себя-то я поняла, что ты звал меня Мелоди. Как няня. — Ну да. Мы с тобой тогда гуляли, и ты такая говоришь: «Я хочу, чтобы ты звал меня Мелоди». Я так и делал, причём с удовольствием. — Он тут же вспомнил, как устроил сцену ревности Тэхёну по поводу имени общей подруги. Но решил не упоминать о неприятном. — А ещё мы целовались. — Ох… И всё? — Да, только целовались. По-моему, раз или два. — И чтобы совсем успокоить Миндже, он добавил: — Я был очень скромным мальчиком. О! Кстати! Мы с тобой один раз дрались! — Мы с тобой?! — ахнула Мелоди. — Не-е, я неправильно сказал, — засмеялся Гук. — Мы с тобой дрались с хулиганами. И… — Опять Тэхён. — Мы с тобой в результате спасли от них Тэхёна. — Да, папа говорил про этого парня. Я его тоже не помню… — В голосе Миндже сквозила обречённость. — Прикинь, — в миллионный раз удивился Чонгук. — Я вот сейчас не помню, но кто-то из вас мне говорил, что вы с ним учились в младшей школе. Стопроц. — Что? Не было у нас такого мальчика! — с жаром воскликнула Мелоди. — Вот тут я всё помню! Особенно хулиганов. Я ж самая первая заводила была. У тебя есть его фотка? Может, я что-то путаю? Ведь он мог недолго в нашей школе учиться. — Да, у меня есть фото. Сейчас. Ты не могла бы его забыть! — Как он сам не смог забыть Тэхёна. Чонгук быстро переслал кадр Тэ с собаками. На ней он был очень на себя похож. Чон с улыбкой сам уставился на чудесное лицо… — Нет, Гуки. Не было такого Ким Тэхёна у нас в младшей школе, — раздался уверенный голос девушки. — Почему-то я не удивлён, — очень тихо заметил Чонгук. И тут же спохватился: — Я сильно удивлён тобой! Очарован, честно. Так классно с тобой просто разговаривать, а не кусаться. — И ты мне в этом тоже помог, Гуки! С меня будто какие-то чёрные шоры сорвало, когда я тебе так сильно нагрубила. Ну… Там много всего. Но ты был, так скажу, последней каплей. — Я рад, — сказал Гук вежливо. — Я ведь влюбилась… Да-да! Причём два раза. — Девушка рассмеялась. — За месяц?! Дважды?! — опешил Чонгук. — Ну ты даёшь. Я так не умею. Рассказывай, буду учиться влюбляться, — спрятал он за шутливостью свою трепетную влюблённость. Вот точно не станет он рассказывать про всякие Швеции. — Сначала я влюбилась в женщину-психолога. Ну как влюбилась… Как в очень мудрого и доброго человека. Она со мной несколько раз беседовала, я каждый раз рыдала. Но с каждым разом всё яснее видела, что у меня есть выход! Что моя жизнь — это не клоака какая-то, в которой я барахтаюсь. Это женщина такая… И к тому же очень красивая! Томиу Спирит, она европейка. — Миндже перевела дух. Она чувствовала, что Чонгук слушал максимально внимательно — лишь дышал в трубку. — А потом я влюбилась в парня. Он всегда был рядом, а я всё время на него срывалась. Как он только терпел? Ну, я-то теперь знаю, как именно он терпел. — В её голосе появились уверенные женственные ноты. — Он сам в меня влюблён, и давно. — Как же это классно! — искренне воскликнул Чонгук. — А он из твоей Академии? — Да, на два курса старше. Его зовут Пак Химчан. — Она выдохнула протяжно и сладко. — Какой он классный, Гуки-и-и… Лучший. — Я так рад за тебя, Мелоди. Я очень-очень рад! — Спасибо, Гуки. Но как это всё странно, когда целый год жизни будто выпал из памяти. — Да, в жизни встречаются странности, согласен. — Я ведь решила закончить курс Академии и выйти на гражданку. Хочу стать психологом. И знаешь, кстати, что ещё странно, — вдруг торопливо заговорила Миндже. — Я хотела поблагодарить эту женщину за то, как она мне помогла. И сказать, что из-за неё я хочу тоже стать психологом. Вот. — Она прокашлялась. — Я пришла в учебную часть и спрашиваю, как найти госпожу Спирит. А мне говорят, что… Блин! Как вспомню, так мороз по коже. — Что такое? — успел испугаться Чонгук. — Что-то с ней случилось?! — Как посмотреть… Мне сказали, что у нас в Академии никогда не было такого специалиста. Никогда. Я тогда испугалась сильно… Как будто мне всё приснилось! Вот был человек — и нету. Понимаешь? — Ещё как, Мелоди, — странным голосом ответил Гук. — Именно так: был — и как будто не было… — Ты о чём? — О, не волнуйся! Это давняя история. Сейчас всё в порядке. И я просто счастлив, что у тебя всё в порядке. — Спасибо, Гуки! — В голосе девушки послышалась улыбка. — Вот теперь я тебя немного знаю. Ты такой классный. И наверняка ты целовался очень классно! — совсем уж кокетливо закончила она. — Ха-ха, Мелоди, наверняка! — в тон ей подхватил Чонгук. — Передавай привет своему Пак Химчану! — Обязательно! Мы сейчас встретимся в столовой. — И приятного аппетита! — Спасибо! После разговора, несмотря на то, что было несколько моментов, которые где-то в глубине черепной коробки беспокойно скреблись и требовали внимания, Чонгук чувствовал себя счастливым от чужого счастья. Неужели он и тут побыл амулетом? Только он с Мелоди не целовался, а очень даже лихо ругался. Ну и что! Зато теперь вон какая красота и любовь!***
…Гука словно подбросило в час ночи. И первое, что он сделал, это открыл гугл-веб. Торопливо нашёл сохранённую локацию и, быстро-быстро смаргивая сон, уставился в экран. По лужайке пулями метались собаки размером с блоху — Чонгук точно различал их движения. И рядом с ними чуть медленнее, но почти не отставая, носился человек. Гук впился в него взглядом, чувствуя, как глаза пытаются стать микроскопами, чтобы рассмотреть бегающего худого парня — то, что это не девушка, он был совершенно уверен. Опять же по характеру движений: быстро, резко, хаотично как и собаки — совсем не плавно и не женственно. Это было заметно даже на таком расстоянии. Но ошибиться можно было ровно на сто процентов… Чонгук внезапно вспомнил грубую и резкую Миндже в их встречу в Военной академии. Вот уж кто не был плавным и женственным! Само собой, человека среди собак Чонгук не смог рассмотреть. Тот вскоре убежал в один из домиков. Оттуда вышел другой человек — помощнее. Или, может, одежда на нём была оверсайз. Но этот второй человек не гонял подобно весёлой собачке, а просто остановился на лужайке и стал центром притяжения: псы хаотично двигались по зелёному полю, потом подбегали к человеку, скакали рядом с ним и опять уносились. Этот человек явно не был Тэхёном. Чонгук, не блокируя экрана, перевернулся на живот и вырубился — ему нужно доспать до семи утра…***
В семь утра Вик уже встал на ролики и, поправив рюкзак, разогнался на работу. Обычное время в пути — двадцать-двадцать пять минут. Погода отличная, солнце греет спину. Весна! Он кивнул и улыбнулся нескольким «знакомым» бегунам, с которыми встречался на дорожках почти каждое утро. Виктор не знал ни как их зовут, ни из каких домов они выбегают — просто проявлял нейтральную шведскую вежливость. Он ведь тоже сродни этим бегунам: не на мопеде или автобусе добирается, а на своих колёсных двоих. Мышцы говорят «Спасибо!», сердце стучит «Молодец, Виктор!», румянец на щеках порадует взор Соги, когда он доберётся. Ему опять снился неизвестный город. Они гуляли в парке с черноволосым парнем. Во сне было весело и легко — они толкались и играли в хозяина горы. В какой-то момент Вик ухватил парня за талию, чтобы тот не упал, и опять так невыносимо захотелось поцеловать незнакомые, очень красивой формы губы… Он проснулся и наяву почувствовал желание целоваться. Коснулся своих губ: сухие, мужские, без следов поцелуя. Вик выдохнул — и через секунду зазвонил будильник. Его будил корейский певец с католическим именем, у которого все песни на английском языке. Вик, как и всякий молодой европеец, знал этот язык в очень приличном объёме. А кто сейчас не знает английский? Он покрутил бёдрами, весело мотая из стороны в сторону эрегированным утренним членом и приветствуя сам себя, затем сделал несколько бодрящих упражнений. Утренние рутинные сборы не отвлекали его: он прокручивал в уме свой сон. Вернее, сны. Дивная это штука — мозг. Что он хочет рассказать своему собственному хозяину? В какие места уносилось его воображение, пока он тихо лежал в коме? Если честно говорить, то он не любил обсуждения этой темы. Он сам ничего не мог рассказать, а ему ничего не могли объяснить. Чаще всего говорили «Чудо». Ну чудо и чудо. Ну и чудесно… Он умылся и посмотрел в свои глаза. Чуть-чуть, конечно, европейские. Но не совсем. Улыбнулся, высунул язык. Взял свой любимый рифлёный чёрный флакон и брызнул на ключицы. Узкие чёрные джинсы и обтягивающая футболка, сверху мягкая толстовка в крупную чёрно-белую клетку. Волосы в хвостик. Тёмные очки на нос — на улице солнечно. Вперёд! Подпевая музыке в наушниках, Виктор не сразу почувствовал, как его на пешеходном переходе коснулись. Сначала показалось, что просто задел какой-то прохожий. Но постукивание по плечу повторилось, и он обернулся, сняв наушник. Молодой полицейский с очень приятным веснушчатым лицом и пронзительно-зелёными глазами смотрел одновременно вопросительно и требовательно. — Молодой человек, у вас расстегнулся рюкзак. Боюсь, что вы могли что-то потерять по дороге. — И улыбнулся совершенно обезоруживающе. — А… Ой. Спасибо вам! — прижав руку к груди, ответил Виктор. — Сейчас посмотрю. — Он снял со спины ношу и быстро заглянул внутрь: н-да, кроссовок как не бывало. Из всего, что он закинул с утра, на дне лежала только бутылка воды. Пачку салфеток он, допустим, сможет восстановить, а вот удобные «найки» — это не за пять минут купишь. — Что-то всё же потеряли? — участливо спросил страж, увидев, как парень явно расстроился. — Нет-нет, всё в порядке! — поспешил заверить Вик. — Я могу вам помочь. — Веснушчатый полицейский показал на припаркованный мопед. — Мы можем проехать с вами весь путь. — Я спешу на работу, так что… — Тогда тем более вам нужно помочь. Садитесь сзади! Покажете дорогу. Ким помялся ещё пару секунд, но представил, как он будет на роликах или в носках гонять по газону с собакенами — и решительно кивнул. Кроссовки нашлись на выезде из парка: кто-то заботливо положил их на скамейку. Виктор метнулся за пропажей, запихнул в рюкзак, тщательно застегнул и снова запрыгнул за спину полицейскому. — Теперь куда? — спросил тот, собираясь, видимо, отвезти парня прямо на работу. Вик глянул на часы — да, опаздывает чуток, но появляться перед глазами клиентов в компании полицейского, обнимая его за живот — ну совсем не то, что нужно для репутации. Даже пусть страж порядка и очень симпатичный. — Подвезите меня, пожалуйста, туда же, на перекрёсток, где вы меня подобрали, — попросил Виктор и аккуратно взялся чуть выше форменного ремня. — Окей, поехали! Вику показалось, что они всё-таки немного превышали положенную скорость. Когда полицейский высадил своего растеряху на указанном месте, было всего семь тридцать пять. До места на роликах примерно семь минут — он почти не опоздает! — Спасибо вам, офицер! — браво воскликнул Ким и искренне улыбнулся. В чужих зелёных глазах загорелось веселье и удовлетворение: человек на своём посту, он помог другому человеку, это его работа. Полицейский приложил два пальца к фуражке — и его мопед заурчал, медленно отъезжая по улице. Виктор быстро набрал номер Соги и буквально выкрикнул в трубку «Лечу!», после чего действительно почти полетел.***
Это сказал Чимин: виртуальный полёт. Но чувство полёта действительно накрывало. Вот так смотришь на незнакомые места сверху — и чувствуешь себя птицей. Или человеком на очень манёвренном параплане. Летаешь туда-сюда — хорошо! Чонгук уже насмотрелся на прилегающие к собачьему детсаду территории: аккуратные дома, палисаднички, извилистые дороги, не менее извилистая речка. Очень понравились очертания крепости с высоты. Сначала он не понял, что это за пики, а потом по навигатору посмотрел — оказалось, древняя крепость. Красивый город Эребру. Но чувства, что он там побывал, не было. Именно полёт: он пролетал над городом, особенно часто кружа над зелёной лужайкой. Он уже посмотрел расписание и знал, что собак принимают с восьми утра. Значит, сотрудники должны приходить примерно в полвосьмого, да? Ну, плюс-минус десять минут. А сейчас в Швеции без пятнадцати восемь. Уже многих псов привели — вон они гоняют по площадке. Гуку казалось, что он различает, как детсадовцы скачут по горкам, перепрыгивают через палочки, играют друг с другом. Оттого, как часто рассматривал микроскопических собак, он уже стал видеть их пушистость. Да всё понятно, что это невозможно, но глядя на них, Чонгук прямо кожей ощущал, какие они мягкие, мохнатые… Интересно, если долго вглядываться, то действительно лучше видишь или учишься понимать изображение, дополняя воображением? Гук на прощание окинул взглядом территорию и тут… Он увидел стремительно приближающегося к хунд-дагису человека в одежде с контрастной чёрно-белой клеткой. Он буквально летел! Люди так не ходят — это слишком быстро! Но Чонгук каким-то прозревшим третьим глазом рассмотрел, что этот человек мчится… на роликах. На роликах! — Тэ! Тэхён, блять! — воскликнул он прямо в экран. Сомнений не было. Сердце Чонгука дрожало, словно висело на тонкой пульсирующей пружине. Он во все глаза следил за тем, как Тэхён заехал прямо на площадку и будто рухнул в траву к собакам. — Тэхёни-и-и… Это ведь ты… — прошептал Чонгук, всхлипывая. И смотрел сквозь слёзы, как всё это пушистое зверьё суетилось вокруг человека, которого он сейчас так горячо, так невыносимо хотел видеть…***
Примечания:
Для самых увлечённых моих читателей существует машина времени — бусти. Там я выкладываю новые части с опережением.
Ссылочка в профиле💜
