хоть разорвись

***

      — Гм-гм, молодые люди, — откуда-то с далекого внешнего контура донеслось до целующейся пары мужчин.       — Это нам? — прошептал Чонгук в подпухшие чужие губы.       — Думаю, да, — улыбнулся Виктор.       — Тэтэ, а я поздоровался?       — Не помню. Твой поцелуй вполне приветственный. А вот эти люди у меня за спиной — это кто?       — Сейчас познакомлю, — тихо пообещал Чонгук. Он обнял Тэхёна повыше талии за спину и подвёл к устроившимся рядком европейцам. — Ну, вы поняли, что это Тэхён, да?       — Где? — в недоумении осмотрелся вокруг один из них.       — Адам, вот что мне ответить тебе, а? — поинтересовался Чонгук.       — Ладно, мне всё нравится, — перестал хихозничать координатор и показал на ещё одного мужчину. — Это Принс, знакомьтесь.       — Мы с Чонгуком знакомы, да? — Принс повернулся к Бенке, который покивал утвердительно. — А ты, видимо, Тэхён?       — И Виктор, — добавил названный, широко улыбаясь. — Я наполовину швед, наполовину кореец. Виктор-Тэхён Ким.       — Очень приятно, — первым подал руку Адам.       — Ещё приятнее, — улыбнулся Принс.       — И мне, и мне, — заверил Ким.       Бенке улыбался, как и положено хорошо знакомому человеку.       — Ну что ж, я увидел то, что хотел. Теперь мне нужно обсудить детали с вами обоими, — решительно объявил Адам и показал в сторону административного здания.              …Через час понадобилась помощь режиссёра-постановщика. Вик жался и стеснялся, хотя вроде бы как вырос в более толерантной стране. Зато Чонгук был согласен на все выдумки Адама. А Виктор не раз уже утвердился, что Бенке справедливо сказал про него: «Адам — тот ещё авантюрист». Но как ни странно, авантюры эти не вызывали у Чонгука ни малейшего отторжения или шока.       Координатор увлечённо предлагал, неуёмно жестикулируя:       — Давайте сыграем сцену с ночным купанием! Ну то есть вы оба голые. Жопы, понятное дело, отсвечивают под луной. Остальное угадывается. Опять же грудь можно показать. А потом вы такие идёте за руки по берегу — и в воду.       — Супер! — сразу поддерживал Гук, тренированный Хосоком — не менее эмоциональным, чем Адам.       — Жопы? Отсвечивают? Сейчас же новолуние, — откуда-то точно знал собачий нянь.       — Ой, не волнуйся, — небрежно взмахивал пальцами Адам, — подсветочка голубая у нас имеется. Кста-а-ати! — загорался он сам не хуже подстветочки. — А если Вик как будто против, а Чонгук ну… Ну немного напористо будет ласкать? А Вик чуть поупирается и сдастся. Супер?       — Вау… — тут же бликовала двойная подсветочка в глазах Чонгука на эту идею.       — Да ну… Не надо меня силой заставлять, а то я ему по морде дам.       — А-а-а! — счастливо вопил координатор. — Я придумал! Чонгук на тебя чуть силой наступает, ты его немного мутузишь, а потом вы падаете на песок и… Ну и жопы оствечивают, все дела.              — Да что за мелодрама! — по-шведски не согласился на такое Ким. — Да ещё и с песком в заднице!       Адам побарабанил пальцами по колену и помолчал, поджав губу.       — Мне нужна поддержка. Ты какой-то душный, Виктор-Тэхён. Я сейчас вызову нашего постановщика, — он стал тыкать в телефоне, — а ты пока помолись, чтобы он не придумал чего похуже.       — Что может быть хуже песка, а? — сощурился Вик.       — Ну, например, если он для Чонгука другого партнёра захочет.       — Ч-что? — пискнул Гук.       — Я ж говорю, молитесь, а то… Мэг? Можно тебя на пару слов? У меня по сценарию подвижки. — Он хитро взглянул на притихших парней. — Очень красивые корейцы. Хочу, чтобы в кадре была романтика. Конечно, гейская. Говорю ж — парни! Давай дуй в павильон. Я их туда приведу. — Адам скинул звонок. — За мной, красавчики.       Магвайр, он же Мэг — пятидесятилетний прожжённый постановщик реалити-шоу — через мгновение после знакомства спросил:       — Поцелуи?       — Легко! — отозвался Чонгук.       Мэг, приподняв бровь, посмотрел на него одобрительно и пощипал свою шкиперскую бородку.       — Сейчас сможете? — прозвучало по-деловому.       — Зачем сейчас? — немного стушевался Чон. — Поверьте, мы сможем, когда надо будет. — И обернулся в поисках поддержки к Тэхёну. Тот не помогал.       — Мальчик мой, — снисходительно объяснил постановщик, — когда на вас смотрят не двое, как сейчас, а двадцать человек стаффа, целовать так, чтобы было похоже, довольно затруднительно. Вы актёры? Уже целовались на камеру?       — Нет, — негромко отозвались оба не-актёра.       — Вот то-то и оно. Так что давайте попробуем. Вы, конечно, красивые оба, вообще не спорю — Адам правду говорил. Но мне нужна убедительность в кадре. Давайте, показывайте.        Чонгук повёл шеей, крутнул плечами, будто разминался перед спортивным поединком, и подошёл к Тэхёну. Тот стоял как подмороженный и испуганно моргал. Гук аккуратно взял его за руку.       — Это плохая идея, — зашептал Вик, — я не думал, что вот так прям надо… Как на смотринах каких-то…       — Не смотрины, а кинопробы, — ласково ответил Чонгук и медленным ползущим движением обнял его за талию. — Мы ведь сегодня уже целовались при чужих, м?       — Так это ж… По-настоящему. Я хотел и целовал. А тут…       — А я и сейчас хочу, — чуть рыкнул в конце фразы Чонгук. Тэхён сразу распахнул глаза. — Я хочу тебя поцеловать, Тэхёни, и, честно говоря, только подумал это, так сразу и перестал замечать, кто тут. Только ты, твои губы… — гипнотизировал он. — Закрой глаза, Тэтэ.       Чонгук погрузил пальцы в волосы Виктора. Тот медленно закрыл глаза и чуть приоткрыл рот. Чонгук выдохнул и слишком медленно, мучительно медленно — будто к сочному экзотическому фрукту — прикоснулся к его губам. Мягко, осторожно обхватил сначала лишь нижнюю губу, словно пробуя вкус. Тэхён повернул голову, не открывая глаз, и аккуратно положил ладони на грудь Чонгука. Тот еле слышно застонал и сжал у корней волосы Тэ.       — Хочу тебя… — прошептал Чонгук и облизал по кругу чужие губы.       Тэхён ахнул, когда его языка упруго коснулся язык Гука. Это было ожидаемо и неожиданно сладко, аромат дыхания туманил разум и насыщал, хотелось запрыгнуть Чонгуку на талию и оплести его ногами. И одновременно хотелось не делать ничего, а только отдаваться чужим уверенным движениям… Мир вокруг перестал занимать — были только вот эти дивные губы из сна и ставшие ритмичными движения языка в его рту. Лёгкий звон в ушах, некая мягкость в коленях — Виктор расслабился и с низким стоном широко открыл рот, отпуская себя и впуская Чонгука…       — Прекрасно, — негромко сказал Мэг восхищённому Адаму. — Это точно зайдёт. Мальчики молодцы, с первого раза смогли. А обнажёнку рассматриваем? Азиаты всё же… У них традиции сложнее.       — Давай ты спрашивай, а то я их пугаю своими идеями, — прошептал в ответ Адам.       — Ты и меня иногда пугаешь. Хорошо, я сам. — Магвайр переступил с ноги на ногу, и его подошвы издали лёгкий скрип. Парни одновременно вздрогнули и, не разрывая объятий, посмотрели в сторону неожиданного звука.       Мэг сыто улыбался, игриво двигая бровями.       — Ну, теперь, когда мы почти подружились, — хмыкнул он, — я хочу примерно сориентироваться, что мы ещё можем сделать вместе. Поцелуй — это самое простое.       Тэхён смотрел на него какими-то масляными бездумными глазами, а вот взгляд Чонгука был вполне осмысленным.       — Например? — уточнил он.       — Например, снимите футболки, пожалуйста, — культурно попросил Мэг. Адам согласно покивал. — Поверьте, парней с обнажённым торсом я перевидел тысячи, так что не смущайтесь.       Чон и не смущался. Бы. Если бы не мощная эрекция. И если бы сейчас на него во все глаза не уставился Тэхён, давая почувствовать точно такую же проблему.       — Мэг, тут такое дело, — взял на себя переговорную часть будущий репортёр. — У меня встал. Я же со всей душой целовался. Вы бы могли отвернуться, чтобы мы… Ну, поправили. Окей?       — Оу, конечно! — с лёгкой завистью отозвался постановщик и толкнул в бок координатора.       Для верности Чонгук с Виктором тоже отвернулись, укладывая свои восставшие естества и по возможности стараясь прижать их штанами. Ким примерно справился — на нём были джинсы. Но и они демонстрировали неприлично много. А Чонгука ждало фиаско: мягкие спортивные шорты вообще не скрывали ничего.       — У меня идея! — прошептал Тэхён. — Ты снимай верх и завязывай на талии, всё закроешь. И я тоже так…              Он быстро скинул футболку и затянул на поясе, удачно закамуфлировав что надо. Чонгук последовал его примеру. Оглядев партнёра по кинопробам, Гук кивнул и сказал погромче:       — Мы готовы!       Мэг повернулся и немного театрально округлил глаза. Адам улыбался во весь рот.       — Вот это да… — высказался постановщик, видавший тысячи обнажённых торсов. Сейчас перед ним стояли два юных красавца: один атлетического сложения, другой — сухопарый. Они были почти одинакового роста, но Чонгук своей мощью буквально подавлял, создавая оптическую иллюзию. На его фоне казалось, что высокий и сильный Виктор был ниже и субтильнее. — А вы как вода и огонь, такие разные, но… Как мне нравится! — Магвайр легко похлопал в ладоши. — Ну, сделайте что-нибудь, не стесняйтесь! Ну, положи ему руки на грудь, Виктор! Ты ведь это делал уже, — взялся он подбадривать явно смутившегося парня, чувствуя в себе возбуждение старателя, напавшего на золотую жилу.       Тэхён повернулся к Чонгуку и замер: взгляд упёрся в прокачанные грудные мышцы с небольшими сосками, затем медленно и боязливо скользнул вверх — по ключицам, по шее, задержался на приоткрытых губах и подобрался к глазам. И тут случилось невероятное: Вик понял, что он не сможет прикоснуться к Чонгуку. Никак! Ни при каких условиях!       — Ну что ты? — прошептал Гук, видя крайнюю нерешительнось в чужих глазах.       — Я не могу… — мелко замотал головой Тэ.       — Не бойся. Ты же помнишь? Это кинопробы, всё понарошку.       — Ни фига не понарошку! — сквозь зубы прошипел тот. — Я на самом деле… Я сейчас…       — Ну что же вы? — нетерпеливо воскликнул Мэг.       Чонгук аккуратно взял ладонь Тэхёна и мягко приложил к своей груди.       Дефибрилляция — вот на что это было похоже. Разряд прошиб обоих. Чонгук буквально мгновение прижимал руку Тэ к своему серцу, а потом качнулся.       — Я не могу! — заорал Виктор ожидавшим руководителям шоу. — Я не мо-гу. Всё.       Выдернул свою руку и, не оборачиваясь, направился к дверям павильона, нервно натягивая футболку.       Чонгук замешкался, не зная, как поступить: он благодаря этому проекту оказался здесь, некие обязательства у него были. Вот так свободно, как Тэхён, отказаться от участия он не мог. Но и без Тэ его «роль» не имела смысла.       — Догнать сможешь? Уговоришь? — будто бы искренне попросил Магвайр. — Вы просто ураганные, всем крышу бы снесло. А?       — Я попробую, — кивнул Гук. Быстро надев футболку и захватив две толстовки, выбежал вслед за Тэхёном.       На улице стало совсем темно, но освещение выхватывало некоторые участки базы. Чонгук быстро повернулся в поисках — сейчас кричать было неуместно, лагерь готовился ко сну. На тренировки спортсменов гоняли с самого раннего утра, так что заслуженный отдых прерывать не следовало. Гук уловил стремительное движение на одной из боковых аллеек. Присмотрелся — да, это Тэхён. Явно идёт куда глаза глядят, подумал Чонгук, лёгким бегом устремившись в ту сторону.       Он довольно быстро нагнал Виктора, который зло сопел и топал в неизвестном направлении. Когда Чонгук подбежал к нему, Вик уже оказался в «необжитом» углу, где вольно росли высокие сосны, а земля упруго отзывалась под удобными кроссовками.       — Тэтэ! — позвал Чонгук.       Тот как будто ждал погони и с готовностью обернулся.       — Что?! — вскричал он, не стесняясь. — Я не буду это делать перед какими-то старыми педиками! Это нельзя выставлять напоказ! Это моё! — он с размаху приложил ладонь к груди. — Такие вещи для двоих! И никто не должен рассматривать, как ты меня целуешь! И тебя голого! Задницей им, блять, отсвечивать! Нет!       — Тихо-тихо, — попытался утихомирить его Чон.              — Что тихо? Ты с ними заодно?! То есть ты считаешь, что можно вот так продавать свою любовь? Свою нежность включать по знаку режиссёра? Да идите вы все тогда нахер!              И Тэ опять развернулся и затопал глубже в темень леса, не разбирая дороги.       — Постой! — воскликнул Гук. — Ну не будь как маленький! Это же бизнес, это деньги. Актёры ведь…       — Ай, блять! — раздалось из темноты — и Чонгук сорвался на этот вскрик.       Тэхён сидел на земле, потирая коленку. Гук тут же плюхнулся перед ним, кинув так и ненадетые толстовки рядом.       — Тебе больно? Ты ничего не повредил? — лихорадочно стал он ощупывать сидящего. — Здесь не больно? А тут?       — Всё нормально! — раздражённо отпихнул его руки Виктор. — Я в порядке! А тебя я послал нахер, если ты не понял!       Но Чонгук так просто нахер не ходит — только по своему желанию. И сейчас злое пыхтение Тэхёна, его разгорячённое тело и завораживающая неизвестность вокруг вызвали как раз то самое желание. Которое нахер…       — Тэхёни… — Чонгук на ощупь ухватил жилистые запястья. — Тэхёни-и-и…       — Не трогай меня, блядь продажная! — возмутился Вик, пытаясь вывернуть руки. Но Чонгук уже всем весом прижал его кисти к мягкой земле и навис тёмной тушей.       — Тэ, не кричи… Тихо, прошу тебя…       В эту секунду Вик оцепенел и в его голове промелькнула паническая мысль с продолжением: он совсем не знает этого парня… все маньяки всегда вызывают доверие у жертв… вот тут в тёмном лесу он и…       Но эта мысль не успела укрепиться, потому что его шеи слишком ласково коснулись мягкие губы. Он помимо воли выдохнул томно. Медленные и плотные поцелуи стали покрывать ключицы Виктора, а чужое колено аккуратно опустилось между его ног, едва касаясь мошонки.       — Тэхёни… — снова прозвучало магнетическое слово — горячий возбуждающий голос с едва заметным порыкиванием превращал имя в нечто эротическое. Отец точно не так произносил.       — Да, — отозвался наконец Тэхён.       Но Чонгук замолчал, перестав удерживать его руки. Выцеловывая шею, он надавил на грудь и мягко уложил Тэхёна на очень удачно раскинутые толстовки. Тэ выдохнул и резко забросил ноги на талию Гука, страстно впиваясь в его рот поцелуем.              Контролировать происходящее было нереально тяжело: раскрывшийся жадный Тэхён, его лихорадочное дыхание, горячий рот и наглый язык. Тэхён, переставший стесняться и сказавший так много. В каждое слово можно было вслушиваться как в тайну.                    «Это только для двоих»… Они теперь вдвоём? Тэ принял это?       «Не продавать свою любовь…» У них любовь? В себе Гук не сомневается, но это сказал Тэ. И у него любовь?       «Не надо рассматривать, как ты меня целуешь»…       И вот здесь, вдали от чужих взглядов, Чонгук целовал так истово, так страстно, как никогда в жизни. Его руки самозабвенно ласкали вздрагивающее и извивающееся от истомы тело, неконтролируемо сминая, царапая, оглаживая, сжимая, расправляясь с застёжкой и снимая джинсы… И рукам Тэхёна была дана такая же свобода: Гук сквозь марево чувствовал, как с него сдёрнули шорты, как оголили его грудь и сладко сжали сосок, одновременно пробравшись к поджатым яичкам. Его вскрик заглушили чужие мягкие губы — и поршнем стала двигаться вверх-вниз умелая рука, захватив оба члена, размазывая первые зовущие капли. Чонгук со стоном выгнулся, оторвав лишь губы — руки продолжали упоённо ласкать ягодицы Тэхёна, стараясь почувствовать пульсацию под намеренно задеваемым колечком мышц…       Оргазм взорвался одновременно — Тэхён стонал и рычал, продолжая плотно двигать пальцами, продлевая судороги… Чонгуку казалось, что он потерял сознание. Оно, скорее всего, так и было, потому что безумная красота произошедшего не укладывалась в мыслях.       — Тэхёни-и-и… — хныкнул он, и Тэ почувствовал горячие капли, падающие на лицо.       — Маленький мой, — прошептал он, нежно касаясь зажмуренных глаз Чонгука. Его непреодолимо затапливала нежность. Этот большой сильный напористый парень плакал! Хотелось сказать ему самые ласковые, самые горячие слова, зацеловать и убедить во всём самом лучшем и важном для него. — Чонгук-и…       И после этого имени, сказанного на корейский манер, Чонгук перестал сдерживаться и, откровенно всхлипывая, оросил чужую шею слезами.       — Тэ, господи… Как же я хотел тебя всегда… Как я счастлив… Фак… Я, наверное, дурак, но… — Он резко поднялся на вытянутых руках и сказал чётко: — Я откажусь от участия. Это только наше. Ты прав… Ты всегда был мудрее… — И, мощно шмыгнув носом, распластался на лежащем и потрясённо молчащем Тэхёне, придавив своим весом.       ***       — Судя по всему, твои корейцы не договорились, — сделал вывод Магвайр, прождав минут двадцать.       — А мне кажется, что они очень хорошо договорились. Только не с нами, — посчитал Адам.       — Тоже вариант. Между ними, конечно, потрясающий ток шёл. Жаль, если они не согласятся.       — Да, неожиданно скромные мальчики оказались, — задумчиво отметил координатор. — А ведь сам посуди, какой контент сейчас из Азии идёт — заглядение! И японское порно, и тайские лакорны, фансервис всякий, когда они сосутся прямо на сцене. Ну скажи?       — Конечно, много этого стало, людям нравится. Модно, я бы сказал.       — Вот! — обрадовался единодушию Адам. Но тут же возмутился: — А эти чего? Может, гонорар сначала нужно было озвучить?       — Может. — Мэг почесал аккуратную бородку. — Думаю, пора…       Но телефон Адама запел модный шлягер, тут же обнадёжив шоуменов.       — Да! — обрадованно гаркнул в трубку координатор. — Чонгук! Ну как? Ка-ак… — мгновенно потух и сник. — А ты… Да фак ю… Точно? Ясно. Я понял, говорю. Дай мне Виктора. Как это? Ну вы даёте… — Он очень шумно и крайне разочарованно вздохнул. — Ладно, не сложились пазлы. Хочешь узнать, какой бы вы гонорар получили? Да ты что-о-о, — неверяще осклабился он, — не имеет значения? Деньги не имеют значения? Вот тут я тебя не понимаю, брат. Вообще. И вам спокойной. — Он скинул звонок и развёл руки в стороны, безнадёжно подняв брови. — Они категорически отказываются от нашей идеи. Вообще. Типа нельзя любовью торговать.       Магвайр цинично хмыкнул.       — Ну и хер с ними. Мы найдём замену, не хочу так просто идею похерить. Чтобы жопы отсвечивали, ха-ха! — Он по-панибратски хлопнул Адама по плечу. Тот с лёгкой задумчивостью сказал:       — Наверное, только эти двое странные. — И вернув себе оптимизм с авантюризмом, закончил: — Остальная молодёжь — вполне нормальные ребята. И разденутся, и ночью искупаются. Шоу продолжается!       

***