The Demon inside me.

      Истерзанное тело и разум метались в осколках стекла, звенящая тишина обжигала виски.       «Ты так сильна, но так юна и глупа» — раздался мужской голос и, разрезая тишину, словно клинок вонзился в изувеченную плоть. Тело болело, пыталось бороться за жизнь. Но девушка, лежащая на полу, слишком устала от борьбы, и темнота легко поглотила её, оставляя лишь пустоту.       Годы спустя оставленные той битвой шрамы, обрамляющие тело, покрылись татуировками, подобно щиту они берегли хозяйку. Цветной пигмент давно впитался в кожу вместе с осознанием собственной беспомощности, оставляя в памяти только едкую дымку прошедших событий.       Офисные планктоны — так девушка обычно их называла — всегда обедали в кафе или в офисе у своих рабочих мест, но Кристине хотелось вырваться из каменных джунглей и свой обеденный час она решила провести в парке неподалеку, попивая кофе и читая интересную книгу о столь обожаемых ею римских божествах.       Телефон в кармане неприятно завибрировал, и девушка, нехотя отрывая взгляд от книги, решила всё-таки удостоить редким ответом собеседника.       — Привет! У меня сегодня выдался свободный вечер, может, сходим куда-нибудь, выпьем? — это была её подруга — Энни Смитт — человек, которому девушка рассказывала абсолютно всё, без утайки делясь с ней любыми событиями из жизни.       — Салют, малышка Энни! Наверное, сегодня не смогу, иду после работы на ужин в Башню, Питер принес гласное предложение от Тони и Стива сегодня утром. Я полагаю, что отказы не принимаются, — поставив в конце задумчивый смайл, которыми она так редко и неумело пользовалась в переписке, девушка отложила телефон в сторону и продолжила впитывать кожей настойчивые полуденные солнечные лучи.       Ответ на её сообщение не заставил долго ждать.       — Приходи ко мне после, я тебе погадаю. Знаю-знаю, что ты это не любишь, но будет весело. С тебя алкоголь, с меня предсказание.       — Равноценный обмен, конечно, — губы девушки дрогнули в полуулыбке.       — Я буду, ключи у меня есть, жди.       Энни — девушка двадцати восьми лет — работала преподавателем в колледже. Она рассказывала несмышлёным подросткам об астрологии, увлекая их в странствие меж звезд. В мире Кристины, где существовали люди со способностями, обладающие магией или с мутирующим геном, астрологические учения не казались смешными или абсурдными. Они вселяли в разум подростков мысль, что те не так уж и далеки от прочтённого и услышанного, и в книгах и учебниках хранятся вовсе не мифы или выдумки великих умов человечества.       «Снова эта девчонка со своими гаданиями» — послышался вечно недовольный голос в её голове.       — Да полно тебе, Мумму. Это же интересно, тем более, её предсказания всегда сбываются. Для неё карты таро, как открытая книга, она читает по ним судьбы людей и умело обрабатывает информацию. Я принимаю это за чистую монету, даже если ты так не считаешь.       Голос, кажется, хотел добавить что-то ещё, но девушка тут же пресекла любые попытки.       — Я все сказала, Мумму, добавлять тут нечего!       Мумму был голосом разума для девушки, и нет, не каким-то психическим расстройством, а самым настоящим шумерским демоном, живший в ней вот уже тринадцать лет. После смерти отца он перешел к ней, был её даром и особенностью. Помогал, успокаивал и дарил столь желанное умиротворение, согревая своим присутствием.       «Хорошо, девочка, смотри как бы тебе снова это не вышло боком, как в том случае с Уиллом» — задумчиво предостерегая, голос всколыхнул её сознание, и болезненный укол разбитого сердца прошелся неприятной липкой волной по телу, но девушка не подала виду, убеждая себя, что её это больше не тревожит.

***

      В бесполезных попытках найти хоть что-то стоящее, девушка снова и снова выбрасывала вещи из шкафа на пол.       «Что надеть? Это не то, и это не то… всё не то» — нервно сминая мягкую ткань, девушка откинула очередную рубашку на пол.       «Ты как будто на свидание собираешься. Стоп! А не на свидание ли ты собираешься?»       — Мумму, прекрати, я просто волнуюсь и не хочу выглядеть плохо. Там будет новый человек, и я просто не могу произвести плохое впечатление, ты же меня знаешь. Ума не приложу, с кем они хотят меня познакомить, кто-то женился? Да нет, наверное, я бы знала. Питер бы уже давно проболтался, — интерес к грядущему знакомству нарастал в девушке, словно шторм на воде в непогожую ночь. — Наверное это новый член команды, и я бы давно знала кто, но не читаю ни газет, не смотрю новости по телевизору.       «И правильно, он отравляет мозг, напитывая их обманом и прививают веру в чужие идеалы» — не унимался Мумму.       — Ты говоришь прямо как мой дедушка, — улыбка скорби тронула лицо Кристины — деда она потеряла не так давно и ещё не успела свыкнуться с этим. — Вернее говорил. Да, говорил. Ладно, надену первое, что выпадет на меня из этого огромного шкафа, пусть это будет хоть простыня ей-богу, — щелкнув пальцами, девушка решила поддаться воле случая, нежели, рискуя опоздать, всё так же отметать любые варианты. Ей в лицо что-то прилетело, и Кристина, открыв глаза, поняла, что это вполне сносный вариант.       Переодевшись, она удовлетворенно осмотрела себя в зеркале. Девушка надела платье благородного изумрудного цвета чуть ниже колена с длинными рукавами, что закрывало её татуировки и не оголяло шрамы посторонним.       — Последний штрих, — девушка пригладила серые волосы, приколов несколько невидимок. — Идеально, я считаю. Эта напускная скромность мне только к лицу. Я готова! Как тебе, Мумму?       «Ты никогда не была обделена красотой. Ты ловко умеешь использовать ее, хоть иногда и бываешь к себе так категорична».       — Я посчитаю твой ответ за то, что ты мной доволен, — улыбка расцвела на её лице, словно подснежник по весне. — Спасибо, не знаю, как бы я жила без тебя всё это время.

***

      Время на её часах отчаянно близилось к девяти вечера. Кристина ещё немного помялась у входа и, набравшись уверенности, ступила на порог огромного здания.       — Добрый вечер, Кристина! — голос искусственного интеллекта разнесся по зданию, как пожарная тревога.       — Привет, Пятница! Давно не виделись, — девушка погладила гладкую поверхность стены, дав понять себе, как сильно скучала по этому месту и людям, которые в нём находятся.       — Тебя уже все ждут! — помахал Питер. Он, как истинный джентльмен, ждал её у лифта, чтобы девушка не несла бремя неизбежной встречи в одиночку.       Лифт встретил спутников приятной прохладой и понесся на двадцатый этаж, где располагалась гостиная и кухня, в которой они с Виженом и Тони раньше играли в шахматы длинными вечерами, коротая свой досуг.       — Отлично выглядишь, — Питер решил нарушить звенящую в ушах тишину. — Впрочем, как и всегда.       — Спасибо, это очень мило с твоей стороны, — нервно поправив волосы, девушка нерешительно спросила. — Кто всё-таки тот таинственный человек, ради знакомства с которым и затевался весь этот ужин?       — О, ты будешь от него в восторге. Он маг, и делает такие крутые штуки, прямо как ты когда-то! — юноша горделиво вздернул подбородок, вероятно, искренне восхищаясь этим человеком. Наверное, так и было, но дверь лифта быстро распахнулась, не дав девушке и подумать о чем-то ещё.       «Все-таки это свидание, — недовольно фыркнул Мумму. — Я ведь знал, я так и знал».       Пройдя по короткому коридору, они оказались в гостиной. Приятный запах еды дарил давно забытое чувство уюта и домашнего очага.       Таинственный мужчина вальяжно восседал на стуле, словно на импровизированном троне, и, прежде чем девушка успела его рассмотреть, Тони увлек её в теплые объятия, сгребая своими руками и так заботливо гладя по волосам, словно Кристина была фарфоровой куклой, с которой нужно предельно аккуратно обращаться. Запах его парфюма приятно окутал её с ног до головы, и осознание того, что она дома, разлилось теплом от макушки до самых пят.       — Привет, детка! — Тони нехотя выпустив Кристину из своих объятий, оставил отеческий поцелуй на пухлой розовой щеке.       Небольшая заминка позволила девушке обратить внимание, насколько цепко чужой холодный взгляд впился в её маленькую фигуру. А затем она рассмотрела серые, словно гранит, глаза.       Глаза человека, который тринадцать лет назад сказал, что её отца больше нет.