Веление сердца

Стоит ли упоминать о том, что утреннее безмятежное счастье оказалось затишьем перед большой бурей? Но будет ли эта буря столь разрушающая, как о ней думают? Это мы ещё посмотрим.

***

По возвращению в замок, ее ожидали родители. Некогда доброе и веселое выражение их лиц сменилось серьезностью и строгостью. Они стояли около стола в столовой, явно ожидая прибытия Гермионы. Их позы были неестественно «царственными», словно перед ней были не живые люди, а статуи (похожие стояли в одном из залов замка). Спины прямые, подбородки слегка приподняты, глаза смотрят прямо, руки расположены вдоль тела. Ей показалось это не просто странным, а жутким. Она почувствовала, как волосинки на всем ее теле встали дыбом. Что это все значит? Ответ не заставил ее ждать — мать, словно прочитавшая ее мысли, заговорила нарочито деловито. — Здравствуй, доченька. — Здоровались уже, мамочка. Женщина постаралась не замечать сочившийся из слов девочки сарказм. — Нам нужно очень серьезно поговорить, — она взглянула на собеседницу, ища в ее взгляде готовность к тяжелому разговору. И судя по всему нашла. — Прежде, чем мы начнём, я хочу, чтобы ты села за стол, — все трое направились к стульям, — налей себе чай, он успокаивающий. Гермиона молча присела и налила горячую жидкость в чашку. — Итак, — мать сложила руки в замок и положила их перед собой на стол, — пожалуйста, попробуй понять и выслушать до конца. Сегодняшний завтрак показал мне, что ты переступила черту, отделявшую тебя от взрослого человека. Но теперь ты им стала, по крайней мере, я на это очень надеюсь, — она глубоко вздохнула, собираясь с силами, — и у нас в стране есть закон, в котором говорится о том, что дочь монарха должна выйти замуж, иначе она не станет королевой, и наследство перейдёт другому родственнику, — Джейн сжала губы в тонкую линию. Разговор был тяжёлым и для неё. — Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, но ничего поделать не смогу. Послезавтра к нам прибудут лорды, чтобы состязаться между собой ради тебя и твоей руки. Я знаю, что ты не хочешь этого, но такова наша жизнь. Не обязательно любить его, он может стать тебе хорошим другом… — она медленно выдохнула и убрала руки под стол, намекая, что ей больше нечего добавить. Гермиона взяла в руку чашку и судорожно сделала большой глоток чая. Отец сохранял серьёзное выражение лица, а мать обеспокоено разглядывала дочь, пытаясь понять причину такого неожиданного молчания. На самом деле, она была самой элементарной — шок. В ее голове несколько минут назад творилась каша из разнообразных мыслей и идей, сейчас же там была абсолютная пустота. Она сделала ещё один глоток. По-видимому этот чай действительно успокаивал, либо же Гермиона просто надеялась на то, что она быстро придёт в норму благодаря каким-то неизвестным травам, залитым кипятком. Она решила сделать дыхательные упражнения, о которых читала в какой-то книге, для сосредоточения. Девушка прикрыла глаза. Раз, два, три, четыре. Выдох. Раз, два, три, четыре. Вдох. Раз, два, три, четыре. Выдох. Раз, два, три четыре. Вдох. Раскрыв глаза, она увидела, что в выражении лиц и в позах ее родителей ничего не изменилось. Вполне вероятно, что внешне Гермиона тоже не переменилась, но внутренне почувствовала желанное умиротворение. — Мне нечего сказать, мне нужно сперва подумать. Вы не против, если я отправлюсь в свою комнату? — увидев лицо мамы, она добавила, — ужинать я не желаю. — Да, конечно. Ведь так, Ричард, ты не против? — Н-нет, конечно нет. Гермиона кивнула головой, прощаясь, и направилась к себе. Скорее всего она не уснёт сегодня, слишком много мыслей будет занимать ее кудрявую головку.

***

За горизонтом солнце ещё не скрылось, поэтому его алая шаль аккуратно накрыла верхушки темно-зелёных деревьев, горные хребты, влажную из-за вечерней росы землю и просочилась даже в комнату Гермионы. Она не стала зажигать свечи, последние лучи заходящей звезды хорошо освещали помещение, да и на мыслях в таинственном полумраке будет проще сосредоточиться. Девушка прошла к зеркалу, взяла жемчужный гребень и начала расчесывать длинные и мягкие локоны. Такие механические движения рук расслабляли ее и приводили сознание в порядок. Теперь, когда ей стала ясна причина такого пугающего стремления матери сделать из неё женщину и будущую королеву, которая знает себе цену, сможет постоять за себя и решать сама не только свои проблемы, но и проблемы государственной важности. Теперь, когда перед ней появилась явная угроза остаться никем и ни с чем, в ней зародилась тревога. Действительно ли все эти годы она желала быть простой девушкой или же это было подростковым бунтом? У неё было только два варианта: выйти замуж и стать королевой, либо не выходить и из королевского от неё останется только родословная. С глухим ударом она положила гребень на столик. Ей нужно на природу, в то очаровательное место. Среди шелеста листьев и пения птиц на сердце становилось легче, а в голове чище. Она быстро собралась, собрала волосы в тугой хвост и выбежала к конюшне. Гермиона хотела успеть прискакать к поляне до наступления кромешной темноты.

***

Спрыгнув с Ангуса, она медленно направилась к речке, которая тихо напевала колыбельную обрамлявшим по узким бережкам камням. Девушка наклонилась к ледяной воде, намочила руки и начала шлепать мокрыми ладонями по щекам. Это очень отрезвляло. Вдохнув свежий и слегка влажный воздух, она улыбнулась. Природа делала с ней нечто невообразимое, она была для Гермионы воплощением спокойствия, величия, мудрости, любви и красоты. Смотря на широкие и длинные стволы деревьев, у неё часто возникали вопросы: «Каких людей они повстречали на своё веку? За какими событиями довелось им наблюдать?» И от понимая этого она проникалась к каждому растению с уважением и понимаем, словно это были старцы, которых потрепала не одна битва. Она встала и повернулась, чтобы посмотреть, чем занимается конь, ведь в темноте, если он уйдёт далеко, его будет тяжело найти. Повернувшись, Гермиона не ожидала увидеть стоящего человека, черты лица которого было сложно рассмотреть, но белая макушка светлячком сияла в темноте. Она хороша ей запомнилась. Она принадлежала тому неприятному незнакомцу. И как давно он здесь? Все это время следил за ней? Может, поджидал? Внутри начала разрастаться злость. Они молча стояли и смотрели друг на друга, думая каждый о своём. Не в силах выдерживать эту муку, она первая решила начать диалог. Или монолог. — Слушайте, мне сейчас совершенно не до препираний, так что, пожалуйста, оставьте свои грубости хотя бы на один вечер при себе, — Гермиона слегка приподняла подбородок. Он молча глядел на неё. Она закатила глаза и, не дожидаясь ответа, села на влажную траву и поставила стопы на скользкие камни. То ли у этого парня были свои проблемы, то ли он резко стал нормальным и не донимал ее. Скорее всего первое. Второе маловероятно. Рядом послышались шаги и знакомый незнакомец сел рядом с ней, рассматривая травинку в руках. Этот жест показался ей каким-то особенным и личным, словно он испугавшийся волк, который все-таки подпустил к себе кого-то. И она решила выразить благодарность особым образом — попросить совета. — Если вас заставляют делать то, чего вам не хочется, как вы поступите, если ставят перед выбором: власть или свобода? — девушка говорила с ним, но смотрела прямо на ручей. — Меня всю жизнь заставляют делать то, чего я не хочу. Но эти решения дают мне власть, которая в последствии даёт свободу, — он тоже не смотрел в ее сторону. В его словах была доля правды. Она могла бы просто подружиться со своим мужем, он бы с ней советовался, как лучше поступить, занимался бы королевством, а она же в свою очередь будет делать то, что ей хочется. Но ведь потом ей придётся рожать наследника или наследницу, воспитывать ребёнка теми законами, которые ей ненавистны. Такую ли жизнь она хочет? Видимо, этот парень хочет прожить таким образом. Говорит, словно понимает, о чем она. Может, действительно понимает. Гермиона повернула голову в его сторону. Лицо было сложно рассмотреть, но влажные и потрескавшиеся от постоянного облизывания губы слегка поблескивали. Цвет на данный момент был ей не виден, но в памяти прокрутились картинки его губ оттенка зимней розы с последней встречи. А на вкус они тоже как лепестки? Она и не заметила, что он тоже повернулся и также разглядывал ее. Гермиона посмотрела ему в глаза и наткнулась на тот хищный взгляд, парень разглядывал ее лицо с толикой жажды. Такой… голодный. Из леса раздалось ржание Ангуса. Это обоих отрезвило. Молодой человек сразу отвернулся, а Гермиона встала, отряхивая одежду. — М-мне пора домой, уже темно. Доброй ночи, — девушка не слышала, ответил ли он ей, она бежала к своему товарищу. Поскорее домой. Поскорее заснуть и оставить позади этот день.