Лучший гейша Осаи

Когда тебя забрасывает в другое измерение, самое неудобное — это долгие разговоры.

Харуки Мураками.

— Сзади, Кейто! Пригнись! — Что? На Юнги несся огромный детина размером с маленький дом и активно махал руками. Юнги вытаращился на него, пытаясь осознать действительность и решить делать ли ноги или принять в объятия, когда нечто твердое и жутко тяжелое рухнуло ему сзади на голову, и мир раскололся пополам. *** — Живой? — донесся голос, словно сквозь вату. — Да, дышит. Вроде… — Госпожа Момоа нас убьёт! — жалобно проскулили. — Да живой он, я тебе говорю! Не хнычь! — Лекаря вызвали? — вмешался третий, более грозный голос. — Вызвали, сказал будет через полчаса. — А вдруг он помрет за это время? — Ками-сама, не помрет! — Но ведь это я виноват! Хотел предупредить, а только отвлек, и тот урод брякнул ему дубиной по голове… Ууу! — Как ты меня достал, — буркнул первый голос. Юнги был с ним солидарен; зазывания над ухом и его уже порядком достали. Он на пробу дернул веками, но тут же зажмурился и простонал сквозь зубы ругательство. — Говорю же живой, башка у нашего лиса как камень! Кейто, ты меня слышишь? — Уммм… — Это да или нет? — забеспокоились рядом. — Можешь открыть глаза? — Уммм….— Юнги выждал еще секунд десять и вновь попробовал сделать то, что от него просили. И тут же завис. Склонившееся над ним существо было похоже на ангела или фею: белоснежные волосы, ярко-голубые глаза, розовые губы, кажется, над головой даже нимб виднелся, или то просто галлюцинации после удара по голове… — Живой? — спросил то ли ангел, то ли фея. Юнги только моргнуть сумел, все еще таращась на прекрасное видение. — Сильно его приложило однако, — хмыкнул другой голос, и в поле зрения появилось еще одно лицо. Юнги невольно скривился при виде его. — Ты гляди, — хохотнул рыжий черт с короткими рогами , — ты ему, кажется, больше по вкусу, Аанг-сан. Вот значит как. Его душу отправили в чистилище. Это они сейчас будут взвешивать его грешки и проступки за недолгий земной цикл? Точно, а ведь ему всего-то стукнуло двадцать восемь в этому году. — Ты как? — ангел с беспокойством коснулась его головы, и Юнги жалобно скривился, чувствуя, как слезы брызнули из глаз больше от обиды, нежели даже от самого касания. — Сейчас Сантоси-сан придет и… Эй! Очнись! Кейто! Кейто! «Чтобы ему провалиться этому Кейто», — успел подумать Юнги, прежде чем вновь отрубиться. *** Комнату он не узнавал. Впрочем, чему удивляться. Солнышко ласково блуждало по лицу, в голове овечки прыгали через забор, а подлый, рыжий лис старался ухватить их за маленькие хвосты. Стоило только попытаться повернуть голову вправо или влево, чтобы лучше осмотреться, как адская боль шарахала по затылку, и он поспешно возвращал ее в прежнее положение. Тут одна из створок двери поехала в сторону и в комнату просунулись сначала две здоровые ноги, потом гость пригнулся и с трудом протиснул внутрь зеленую, лысую голову и зеленое мускулистое тело. Кажется, именно этот красавчик в прошлый раз мечтал заключить его в объятия или прихлопнуть. Но сейчас на неожиданно симпатичном лице цвела неуверенная улыбка, а в руках располагался поднос с тарелками. — Привет, — смущенно пробормотал великан, пристраивая поднос по соседству с футоном. — Я вот… тут… это… завтрак тебе приготовил. — Завтрак? — переспросил Юнги. — Ну, ты был в отключке сутки… гм… пару суток, — уловил тот ход его мысли. Пациент только жалобно вздохнул. — Ты это… поешь немного. А то совсем серый. Юнги бросил равнодушный взгляд на поднос с дарами и вновь уставился в потолок. Поразмышлял чутка, наблюдая за овцами, и выдал: — Как тебя зовут? Лысый опешил. Он вытаращил глаза, открыл рот, закрыл его. Почесал репу и крякнул: — Быть того не может, Ками-сама! Неужели ты… Юнги кивнул и тут же поморщился, мысленно напомнив себе — овцы, овцы… — Как меня зовут? — громила ткнул пальцем себе в грудь. — Кармен? Мими? Джин? Грибочек? — Зачем издеваться? — вдруг обиделся лысый, но тут же вновь принял виновато-обеспокоенный вид, даже чересчур по мнению Юнги. Великан полез щупать ему многострадальную голову, и парень дернувшись, зашипел. — Ох, Ками-сама! — отпрянул лысый и запричитал: — Какой кошмар! Момоа нас точно прихлопнет за то, что ее главную ценность в передрягу втянули! Ох, что будет-то, что будет! — А что будет? — полюбопытствовал Юнги. Кажется, за время пребывания тут, он уже привык к бестолковым разговорам и к не менее бестолковым вопросам. Впрочем, ответы по сути даже если и дадут, то не факт, что он их поймет. Ууу, Кейто!.. Юнги мысленно показал лису кулак, а тот оскалился, схватил-таки одну из овец и был таков. Подлец. Травоядное, как же. — Плохо нам будет, нам и всему отряду Белого Дракона! Ибо связи у нее ого-го! А Двуликого нам без тебя не схватить, только ты с ним вышел на контакт. Ох, Ками-сама! Ты, случайно, не помнишь его имя? — Случайно нет, — ответил парень и проникновенно добавил: — Вообще ничего не помню, даже кто я такой. — Какая неприятность! — в голосе мелькнула фальшь, но выглядел Лысый и впрямь несчастным. Он водрузил поднос с дарами на одеяло и попятился к выходу. — Давай, перекуси, а я пока за лекарем сбегаю! — пробубнил и бочком-бочком покинул комнату. Юнги без особого интереса посмотрел на поднос с едой. Собственно, все получилось не так уж и плохо, сложно было бы инсценировать правдоподобную амнезию, а так есть свидетель, как он схлопотал по башке, и никаким демонам его не скормят, за то, что занял место «главной ценности». Знать бы еще, что последнее значило. Ответ вскоре нашелся, но лучше бы он и дальше оставался в неведении относительно сего факта. Минут через пять дверцы разъехались и внутрь стали проникать лица, которые он на какой-то промежуток времени успел в прошлый раз ухватить растекающимся взором. Блондинка-фея, рыжий, чем-то смахивающий на рогатого кота и… О. Ум. Юнги затруднялся самому себе ответить, что это вообще было такое: высокое, всего лишь на голову ниже лысого, крепко-сбитое нечто при макияже и закутанное в женское кимоно ярко-розового цвета. Перехватив его взгляд, красавица подмигнула ему накрашенными глазами и послала воздушный поцелуй. Юнги неуверенно улыбнулся и поспешно уставился на последнего визитера: тануки размером с маленький стол в халате доктора и огромным сундуком, который на двух человеческих ногах прошествовал за ним и замер рядом. — Как себя чувствуете, больной? — поинтересовался док, деловито поправляя очки на кончике черного, влажного носа. — Чудесно, — промямлил Юнги, в этот момент наблюдая, как правая нога подобралась к левой и пощекотала ее пятку. Сундук опасливо накренился. — Что ж вы мне, Гхорл-сан, голову морочите тогда? — обратился сердито тануки к лысому, который зайти или постеснялся, или поостерегся, и с маетным видом торчал на проходе. — Не физически, Сантоси-сан, а тут…— он постучал пальцем по голове. — Поясните толково. — Ну… того… Он ничего не помнит. — Да-а? — пожевал губу док и вновь уставился на пациента своими маленькими глазками-бусинками. — Ну надо же как интересно. А вы чего сюда явились всем скопом? — Переживаем же, — сказал рыжий тип с наглыми, зелеными глазами. — Он же можно сказать из-за… Фея ладонью хлопнула его по плечу, хлопнула слегка, но первый невольно крякнул и заткнулся. Док все же понятливо хмыкнул. Он одну руку упер в бедро, а второй махнул на дверь: — Так, все вон отсюда. Мне нужен простор, а больному свежий воздух. Следующие полчаса ничем особенным не отличались, док изучал Юнги, Юнги же, в свою очередь, — сундук. Ноги у этой штуковины жили своей жизнью, каждый раз норовя пощекотать пятку соседу или хорошенько так пнуть. Сундук кренился, шатался, но доку, судя по всему, было не до этого. — С какого периода пропали воспоминания, Кейто-сан? — вдруг спросил тануки, делая какие-то манипуляции с его головой. Лис перевел на него взгляд. Почесал ухо — господи, у него теперь тоже пушистое ухо! — выражая крайнюю степень задумчивости, и пожал плечами: — Да все пропали. Док цыкнул языком и хмуро уставился на него. Лис с максимальной честностью уставился в ответ. — Это может быть как результат физической травмы, так и ментального вмешательства. — Это как? — озадачился лис. — Другими словами вас кто-то проклял. — Ох, ты мамочки! — пискнул фальшивый Кейто. — И как же быть в таком случае? — Если первый вариант, они рано или поздно вернутся. Если второй…— тануки помедлил и сухо закончил: — проклятие сожрет вашу душу и в тело заселится кто-нибудь другой. — Как чудесно, — без особого восторга заметил Юнги, стараясь не переигрывать. — Есть ли возможность предотвратить или остановить это проклятие? — Только Сугуза-но-хаса с Горы Ветров в состоянии это сделать. — Отлично, — воодушевился лис, — значит, жить буду. Тануки несколько минут мозолил его взглядом, отчего Юнги едва не заерзал по кровати, а потом хмыкнул и отступил на шаг назад. — Рад, что вы так оптимистично настроены, господин Кейто, — как-то криво улыбнулся док. — Ну что же, тогда, если больше жалоб нет, держите пилюли и принимайте их три раза в день до еды, а я откланяюсь, другие пациенты тоже нуждаются во мне. Всего хорошего. — И вам, — Юнги попытался приподняться, чтобы сделать поклон, но тут же поморщился от двух молотов, брякнувших по макушке. Створка с журавлем отъехала в сторону, а за ней несколько любопытных взглядов уставились на них. — Мы закончили, — оповестил всех док, захлопывая крышку сундука. — Пациенту пока нужен отдых, свежий воздух и полноценное питание. И никакого стресса. — Все будет, — уверила его фея, поклонившись, — питание, отдых и стресс. — А как же память? — поинтересовался рыжий. — Или вернется со временем сама, или демон заберет его душу. Лица присутствующих застыли, губы Гхорла задрожали, и только баба-мужик в розовом кимоно с любопытством уставилась на лиса. — Благодарим вас, господин лекарь, — фея полезла в карман и достала оттуда мешочек с монетами, отсчитала три и положила в маленькую ладошку. Док подбросил их вверх и, поймав, растянул губы в улыбке. — Молчание — золото, Аанг-сан, вам ли не знать?.. Рыжеволосый возмутился было, но Аанг-сан кивнул, с бесстрастным лицом достала еще столько же и отдала доку. — Хорошего всем дня, — док махнул сундуку рукой и они оба степенно покинули комнату. — Мда, — брякнул кот спустя пары минут тишины и почесал бровь. — Каков план? Компания собралась вокруг Юнги, расположившись, кто где горазд. Все выглядели задумчивыми, кроме вышеупомянутого рыжеволосого. Он скалил зубы, и вообще имел тот придурковато-наглый вид, который Юнги особенно терпеть не мог в людях. Значит, как пить дать подружатся. Его всегда на всяких придурков тянуло. — Если это проклятие, нам поможет ммм… Гора Ветров, а нет — все само вернется, — сказал лис беспечно. Подумав, он все же цапнул с подноса нечто похожее на блин и под просиявшим взглядом лысого, запихнул в рот. А вкусно. — Тогда остается только ждать, когда наша бабочка поправится, — пожал плечами рыжеволосый. — Ты это скажи госпоже Момоа, — вздохнул лысый. — Мы его натаскаем, расскажем все, что надо знать, делов-то? — Ну, выхода все равно другого нет, — закусила нижнюю губу фея. Она посмотрела на Юнги, и у того второй блин встал комом в горле. Как природа такое произведение искусства создала? — Что?.. — буркнул, чтобы скрыть замешательство. — Времени у нас не так уж и много, вот что, — Аанг-сан кивнула на поднос: — После завтрака еще пару часов можешь отдохнуть, а потом созываем собрание. Лис пожала плечами. Собрание так собрание. *** — В общем так… Удобно устроившись на подушке, Юнги внимательно слушал Аанг-сан (фея), с удовольствием на нее таращась. Мэй (рыжий кот с рогами) фыркнул, но получив тычка от Гхорла (лысого, зеленого великана), замолчал. — В городе затевается нечто очень паршивое, и последние несколько месяцев мы работаем над тем, как вывести преступников на чистую воду. — Двуликого? — спросил Юнги, припоминая разговор с лысым. Так он его вроде назвал? — И его в том числе, — кивнула Аанг-сан. — На самом деле, из всех нас только у Кейто, то есть у тебя, получилось выйти на него и узнать настоящую личность. День назад мы уже должны были схватить его, но… — Но ты неожиданно пропал, а нашли мы… ну, ты помнишь. Тут все уставились на него, Юнги же несмело улыбнулся. — Спасибо вам, что спасли, — сказал он мягко, и компания издала дружный стон. — Момоа не поверит, — тяжело вздохнул лысый великан. — А кто это? — Одна ведьма с очень паршивым характером, — охотно пояснило розовое кимоно, — она является владелицей этой окии и держит в страхе весь район, ее племянница замужем за третьим сыном первого министра, и шутки с ней плохи. — Ей не нравится ваша самодеятельность? — Это не самодеятельность! — обиженно фыркнула Аанг-сан. — У нашего отряда есть разрешение на проведение сыска! — Понял… Так и в чем тогда проблема? Компания переглянулась: — Вы работаете на нее и являетесь ее любимчиком, — вновь ответила «красавица», поправляя выбившийся локон из забранных на макушке волос. — Воу, — Юнги почесал нос, — звучит не так уж и страшно. Так и кто я? Мальчик на побегушках? Вышибала? Отряд Белого Дракона задумчиво уставился в пол. — Эмм… — протянул лысый. — Ну… — добавила фея. — Ты же гейша, — улыбнулся кот, а Юнги позабыв о головной боли подпрыгнул и вытаращил глаза. — Кто я?! — Гейша, — терпеливо повторил парень. — С ума сойти! — провыл, плюхаясь обратно на подушку. Эк куда его занесло, в тело с низкой социальной ответственностью. — Так я работник по вызову… — Что? — растерялась Аанг-сан, а Юнги, уставившись в потолок, вяло махнул рукой: — Ну эти… Ночные бабочки… Жители района красных фонарей… — Да нет, — фыркнул Мэй, — к гейшам это не относится, вы скорее работники искусства, нежели плотских утех. Юнги с подозрением уставился на хитрую физиономию нового знакомого, пытаясь понять издевается тот или говорит серьезно. — Некоторые более низкого ранга, конечно, могут промышлять и этим, но ты Кейто, насколько я знаю, до сегодняшнего дня был чист и невинен, аки младенец, — тут он вдруг смутился, чем вызвал подозрение, — ну, почти. — Вы — самый лучший гейша Осаи! — торжественно провозгласило розовое кимоно, словно горделивая мамаша. А нет, рановато Юнги расслабился. — И параллельно наш шпион в поисках Двуликого, — добавил Мэй. Юнги со стоном накрыл лицо ладонями. — Эй, — насторожился рыжий, — ты чего? Плохо стало? — Нет, ну что ты, — глухо отозвался лис, — мне хорошо. Лучше и не надо. Великаны, феи, гейши, шпионы, демоны — собралось все то, о чем он так страстно мечтал, сидя в своей конторе. Юнги убьет этого гребаного лиса, только попадись он ему — придушит голыми руками.