Первый меч короля

      Он проснулся с рассветом. Откровенно говоря, вчера ему потребовалось пробежать не менее пятнадцати кругов вокруг замка, чтобы заставить себя вернуться в комнату. Да, одна мысль о том, что за двумя стенами находится Фео, вызывала желание сбежать на другой конец королевства, сдать этого «наследничка» его дядюшке и навсегда забыть о произошедшем.       Но Лай этого не сделал, и теперь новый день начинался с мысли о том, каким образом можно не встречаться с этим человеком как можно дольше…       Парень уже заканчивал с одеванием, когда в дверь постучали. Он распахнул её… на пороге стоял незнакомый студент в привычной форме первокурсников. При виде Лая без плаща и с расстёгнутыми рукавами рубашки тот явно смутился, потому быстро отдал письмо и постарался как можно скорее исчезнуть. Лайфастер только пожал плечами, прикрыл дверь и кинжалом вскрыл конверт. «Многоуважаемый коллега! В связи с подготовкой к будущей постановке в честь дня урожая я, преподаватель искусства плетений, по личному распоряжению нашего ректора, забираю всех Ваших студентов для установки сцены в городе. Благодарю за понимание».       Фыркнув, Лай бросил письмо на стол. Оно и к лучшему: возможность не сталкиваться с Фео сама собой плыла ему в руки. И раз уж занятия на сегодня отменены, парень собирался сходить в город и выяснить настроение местных жителей относительно текущей власти… конечно, большую часть подготовки, которую придумал Лайфастер, выполнял Ольё, но это не значило, что тот мог учесть все факторы. А парню смертельно необходимо было прогуляться.       Накинув свой чёрный плащ, который отлично скрывал меч на поясе, Лай решительно двинулся в город.       Узкие улочки встретили его пыльными дорогами, повозками, торгашами, пытающимися втридорога продать не слишком-то ценный товар, аристократами, нагло расталкивающими плохо пахнущих простолюдинов… Парень скользил между людей, выбирая наименее заполненные улочки, и везде слышал одно и то же. Слова — не слишком подходящее подспорье для того, чтобы выяснить мнение людей, однако и они имели значение; даже сам факт того, что буквально все говорили о жестокости нынешнего короля, мог способствовать формированию так необходимой поддержки. — С дороги! — крикнул кто-то, и сквозь просвет в толпе Лай увидел, как девушку, несущую корзинку с товарами, толкнули в плечо.       Хрупкая фигурка рухнула в пыль, выронив покупки, а виновник произошедшего, одетый чересчур броско для настоящего аристократа, только громко рассмеялся, указывая на неё: — Что за неуклюжая девка! Кто теперь возьмёт её замуж?!       Девушка, собиравшаяся подняться, теперь только беспомощно разрыдалась, растирая по лицу полоски грязи. Толпа гудела. Сложно было разобрать, это одобрение или порицание, но Лай как никто чувствовал желание стоящих вокруг ударить зазнавшегося торгаша… А тем временем кто-то отделился от толпы, выходя вперёд. Высокий рост, ярко блестящие на солнце рыжие волосы — парень тяжело вздохнул, наблюдая за тем, как Фео опустился на корточки и принялся что-то говорить пострадавшей. — А ну пошёл прочь! — виновник разборки упёр руки в бока и воинственно взглянул на него. — Кажется, Вы не совсем понимаете, что означает слово «этикет», — мужчина выпрямился и спокойно взглянул на незнакомца, яростно размахивающего руками. — Или обижать слабых теперь вполне допустимо? — Простолюдины не считаются за людей, это всем известно, — фыркнул тот, скрестив руки на груди. — Принесите извинения за то, что Вы сделали, — губы Фео сошлись в тонкую линию, и Лай понял, что происходящее вполне может дойти до драки… — Не стану, — хмыкнул наглец, — и Вам сейчас покажу, что защищать таких, как она, — дело абсолютно неблагодарное!       Лайфастер был едва ли не единственным, кто видел, как этот человек быстрым движением достал из-за пояса кнут, а следующим — замахнулся на своего противника. Можно было вмешаться. Скорость и рефлексы позволили бы Лаю предотвратить то, что вскоре случиться, но он только отвернулся: Фео должен был получить по заслугам. Не потому что защищал слабого; нет, но этому человеку пора было уяснить, что раз собственных способностей недостаёт даже для своей защиты, то спасать другого человека — дело абсолютно бессмысленное.       Это только им обоим яму выроет…       На мгновение показалось, что мужчина заметил движение кнута и даже начал творить заклинание. Лай прищурился, усиливая зрение магией… схема была ужасной. При наличии среднестатистического запаса маны Фео попросту не умел создавать плетения, а ещё делал это чересчур долго, чтобы это могло помочь ему в реальном бою. Просвистев в воздухе, плеть обрушилась ему на плечо.       Это было больно. Парень прекрасно знал, насколько больно — его не раз пороли в детстве, прививая таким образом «послушание», однако рыжеволосый наследник стерпел, спокойно глядя на человека, который опустился до издевательств над женщиной. — Можете ударить меня столько раз, сколько хотите, — Фео поднял руки, демонстрируя полное отсутствие оружия. — Но Вы не должны издеваться над девушками. Какого бы положения они ни были.       Лай поморщился. Теперь он вполне понимал, почему этот человек, по возрасту совершенно неподходящий для магической академии, отбывал наказание вместе с первокурсниками. Его речи… зажигали сердца. Далеко не каждый член королевской семьи мог говорить хотя бы вполовину так же хорошо, как Фео, и если бы, надев корону, мужчина вышел на площадь, люди тут же склонили бы перед ним головы, готовые отправиться хоть на край света.       Сумасшествие. Парень улыбнулся, развернувшись и направляясь прочь, — он не собирался вмешиваться. Пусть другие помогут девушке и осудят наглеца; основную работу Фео всё равно уже выполнил.       Он вернулся в академию ближе к полуночи. Весь день проторчав у тех или иных прилавков, Лай выяснил всё, что требовалось, и теперь, забравшись на замковую стену, чтобы не объяснять страже, каким образом оказался снаружи, не проходя контроль, размеренно шагал по ней, глядя на внутренние постройки свысока. Можно было заглянуть к Ольё — тот всегда радовался возможности поболтать, но тянуло парня вовсе не к ректору. Вчерашнее… тело прекрасно помнило обжигающие прикосновения другого человека. И жаждало продолжения. Это желание было почти что соразмерно страху позволить Фео всё, потому Лайфастер и не торопился обратно, пытаясь по дороге принять столь необходимое решение.       Так ничего и не решив, он легко спрыгнул со стены на крышу башни, съехал по черепице до края и свесился головой вниз… как назло, прямо напротив окна того человека, который занимал все его мысли.       В комнате горело всего две свечи, освещая дорогие предметы мебели пляшущим желтоватым светом. Фео без рубашки сидел на кровати, спиной к окну, и неловко прикладывал мокрую тряпку к следу от плети на плече… он думал, что его никто не видит, а потому морщился от боли каждый раз, когда касался свежей раны.       Лай втянул себя обратно на крышу и с тоской вздохнул. Следовало развернуться и через окно забраться в собственную комнату, но он, как обычно, поступил совершенно наоборот. Повиснув на руках, парень встал ногами на подоконник, а затем бесшумно спрыгнул в комнату Фео. Тот всё ещё занимался своей раной, едва-едва покрывшейся корочкой, и не видел гостя, потому, пользуясь возможностью, Лайфастер приблизился: — В следующий раз не лезь, если не можешь дать отпор, — он упёр руки в бока.       Мужчина слегка дёрнулся и выронил тряпку — она упала на деревянный пол. На чужом лице испуг сменился радостью, а после — негодованием, которое явно вызвали слова Лая. — Никто бы не помог, если бы я не вмешался, — тихо ответил Фео. — Я бы помог, — Лай вытащил меч из ножен и жестом попросил хозяина комнаты не шевелиться. Магия лечения была редкостью даже среди высших чародеев, поскольку требовала создания сложных плетений, но парню не давалась только из-за того, что он не мог вливать сразу достаточное количество маны, хоть и легко читал и творил схемы.       Но залечить небольшую рану Лайфастер вполне… он сосредоточился, мысленно соединяя нити, а затем взмахнул мечом, повторяя движение магического посоха — энергия потекла сквозь лезвие, стягивая края раны. Медленно… стиснув зубы, парень добавил ещё немного. Самую малость, но этот хватило, чтобы полностью избавиться от следа, а после парень рухнул на колени, выпустив меч из рук, и попрощался с ужином.       Ноги стали ватными, тело не слушалось, а всему виной идиотское решение помочь другому человеку, который этого даже не заслуживал… — Лай! — Фео мгновенно оказался рядом, рывком оторвав его от пола и вынудив смотреть прямо в глаза. — Лай, что ты… — Непереносимость магии, — парень облизал сухие губы и отвёл взгляд. — Слышал о таком?       Мужчина неловко опустил глаза.       Конечно, сказки о существовании людей, для которых магия — яд, расползались среди жителей со скоростью света. Кто-то говорил о том, что этим «ущербным» следует сидеть дома, чтобы ни в коем случае не столкнуться с волшебниками, другие предлагали сжигать их на кострах, подобно ведьмам, третьи искренне сочувствовали… — У тебя талант к творению заклинаний, но ты не можешь ими пользоваться, — тихо произнёс Фео. — Звучит как проклятье. — Я в порядке, — парень подтянул к себе меч, убирая его в ножны, и медленно встал, справляясь с накатывающей тошнотой. Собственная магия была для него самым опасным веществом в мире, и от неё каждый раз сильнее всего болела голова.       Наследный принц всё ещё стоял на коленях на ковре, не шевелясь, а затем спросил: — Почему ты помог мне, если… — На теле короля не должно быть позорных шрамов, — Лай отвернулся к окну. — Мне было четырнадцать, когда учителю фехтования пришло приглашение на моё имя. Я ненавидел свою семью, так что согласился. Мне показалось, «Крест» может стать чем-то большим, что эта организация сможет защищать простых людей… А в итоге оказалось совершенно наоборот. Я был одним из командиров, пока не сбежал, Фео. Одним из сильнейших.       Мужчина медленно встал. Он подошёл ближе и остановился рядом с Лайфастером, почти что касаясь его: — Тогда не удивительно, что при виде тебя у меня мурашки по коже. — Это всё потому, что ты хочешь меня трахнуть, — Лай дружелюбно улыбнулся. — В каких отношениях ты со своим дядей? — Он хотел бы, чтобы я умер и никогда не претендовал на трон, — Фео осторожно взял парня за руку и потянул за собой. Он опустился на кровать первым, а затем мягко усадил гостя себе на колени, обнимая со спины. Ответы на вопросы… Откровенная игра, которая могла позволить им стать немного ближе. — Я считал его достойным человеком, потому и не опирался во время коронации, но спустя пять лет правления могу точно сказать, что он мне не по душе. Ни как человек, ни как король.       Парень устроил голову на груди у наследника престола и прикрыл глаза. Эти слова, если они были хотя бы наполовину правдой, могли позволить им с Ольё воплотить в жизнь сумасшедшую теорию с новым королём… особенно если вспомнить, что Фео помешан на спасении людей. Его принципы, абсолютно неподходящие аристократу, стали бы прекрасным подспорьем для сотрудничества с повстанцами.       А ещё касаться тела этого человека было до ужаса приятно… — Лай, — ладонь мужчины погладила его по щеке. — М-м-м? — он приоткрыл один глаз. — Твой меч упирается мне в бок. И я сейчас говорю без двусмысленностей: если хочешь спать здесь, хотя бы разденься, это ведь…       Под конец тирады Лайфастер уже провалился в сон. Всему виной долгий день и отравление магией, а ещё внезапное доверие к этому Фео, который, возможно, мог встать во главе их движения против короны. Нужно было проверить ещё несколько фактов, переговорить с Ольё, однако даже одна мысль, что ему правда будет можно не просто заняться с этим человеком сексом, но и доверить свою душу без остатка, вызывало приятное чувство теплоты где-то в районе груди.       Ему почти ничего не снилось. И если обычно ночами парень долго ворочался, не в силах прогнать тревожные мысли, в этот раз он проспал до самого рассвета, ни разу не пробудившись…       Лай поморщился и тихо застонал. Внутренние часы говорили о том, что пора собираться на пробежку, он усилием заставил себя открыть глаза… и нервно улыбнулся. Парень лежал на чужой руке, почти что всеми конечностями обвивая тело мирно спящего Фео. Из одежды на владельце комнаты было только бельё, на нём самом — тоже, хотя после всего, что случилось вчера, ему явно было не до переодеваний. Он со вздохом закрыл глаза, надеясь, что в следующий раз проснётся в собственной постели.       Прохладный ветер проникал в комнату, избавляя от приятной утренней неги. Отработанный до автоматизма внутренний механизм требовал подниматься, и, возможно, Лай бы так и сделал, если бы в процессе сна не оказался прижатым к Фео — любое неосторожное движение могло разбудить мужчину. Он попытался пошевелиться. Одно едва заметное шевеление не должно было испортить чужой утренний сон, и, быть может, всё даже получилось бы, если бы Лайфастер не обнаружил естественную реакцию своего организма на наступление утра.       Парень стиснул зубы, пытаясь подавить раздражение. Какого чёрта именно сейчас?! Ему просто нужно выбраться из комнаты, не потревожив спящего наследника, поскольку в противном случае проблем уж точно не оберёшься!       Немного успокоившись, Лай выдохнул. Задача была относительно простой: выбраться из объятий, встать на ноги, исчезнуть из комнаты. Он медленно принялся отодвигаться, осторожно сползая к краю кровати… и если в осознанном состоянии Фео вряд ли бы справился с ним, то сейчас, ощутив образовавшуюся пустоту, тот перевернулся на живот, одной рукой обнимая парня и притягивая к себе, чтобы придавить всем своим весом. Лайфастер беспомощно застонал: как его угораздило вообще оказаться в подобной ситуации? Вчера следовало вернуться к себе, а не засыпать на чужой груди, и тогда не пришлось бы сейчас… — Уже утро? — сонный голос Фео заставил парня опомниться. — Почти, — неопределённо шевельнул плечами Лай. — Ты всё ещё здесь? — мужчина слегка отодвинулся, перевернувшись на бок и наблюдая за своим гостем. Одеяло валялось где-то на полу, потому наследный принц мог наблюдать возбуждённый член своего гостя, оттягивающий ткань белья. — Собирался уйти, — Лайфастер, почуяв запах свободы, рывком сел, собираясь сбежать…       Фео зевнул, одной рукой касаясь своих взлохмаченных рыжих волос: — Хочешь помогу с этим?       Парень прикусил губу. Он мог бы сделать «это» сам, ретировавшись в свою комнату и представляя нагое тело, которое уже однажды видел вживую, или мог, игнорируя желание организма, отправиться на пробежку прямо так, чтобы наказать себя за «неправильное» влечение к мужскому полу… как и поступал всегда. Всю свою осознанную жизнь Лай убегал от того, что было ему по душе, старался не заводить привязанностей, даже не засматриваться на других парней, не сталкиваться взглядами. Его одиночество было продиктовано собственным желанием выжить. — Кажется, я чересчур настойчив, — хмыкнул мужчина, тоже устраиваясь сидя. — Хотя тебе и восемнадцать, порой кажется, что я пытаюсь соблазнить ребёнка.       Лайфастер демонстративно приподнял брови: — По-твоему, девственность присуща исключительно детям? — Я не понимаю, что делаю не так, — шепнул Фео, однако не приблизился ни на сантиметр. — Ты боишься меня? С нашей первой встречи ты показался мне очень интересным, но я никак не могу разобраться, в чём дело. Что ты чувствуешь, глядя на меня? — Мы сейчас играем? — Лай смотрел в чужие глаза и видел в них собственное отражение. Игра в откровенность — дурацкая выдумка этого человека, однако, возможно, именно она поможет ему признаться… — Да, — мужчина положил ладонь поверх тонких пальцев Лая, которыми, казалось, было сложно удержать нелёгкий меч. — Ответишь на мой вопрос?       Лайфастер не шевелился. Ему никогда не предлагали такую откровенность, которая выворачивала наизнанку, вытягивала с самого дна его души сокровенные чувства, которыми он никогда не собирался делиться. И ведь ещё можно было задать такой же вопрос в ответ… Честность. Ложь опутывала его по рукам и ногам с момента рождения, и заново перекроить себя было отнюдь не просто.       Усилием воли он заставил сердцебиение чуть замедлиться, размеренно вдыхая и выдыхая, а затем, серьёзно глядя на своего невольного собеседника, наконец ответил. — Меня пугают прикосновения… там. — А здесь? — палец Фео коснулся головки возбуждённого члена, скрытого под тонкой тканью чёрного цвета. — Немного, — Лай сдерживал дрожь, и всё же это давалось ему с трудом. — Хочешь вставить мне? — мужчина той же рукой взял его за подбородок, требуя смотреть ему в глаза, а не прятать взгляд где-то на просторах большой кровати.       Лайфастер испуганно замер. После того, что случилось между ними в первый его визит сюда, он считал, что Фео хочет сам сделать… «это». И никогда бы не подумал, что странный наследный принц, позволивший ему остаться на ночь и обнимавший до самого рассвета, предложит поменяться ролями. Это точно было сумасшествием…       Не зная, что ответить, парень пытался услышать желание собственного тела. Возможно, он и правда… хотел этого. Заняться сексом с Фео, пусть и не так, как изначально собирался. Но, может, когда-нибудь потом? — Я лучше пойду, — Лай неловко поднялся. — Мне следует расценивать это как отказ или как твоё желание оказаться снизу? — мужчина не стал вставать. Он мог бы попытаться принудить своего гостя силой, но ради чего? Фео был не из тех людей, кто переступает через чужие принципы ради собственного удовольствия.       Парень взял со стула свою кофту чёрного цвета и на мгновение замер, пытаясь сформулировать ответ на заданный вопрос. Ему не следовало даже пытаться. С самого начала, в тот миг, когда он принял решение посетить банкет, это была до ужаса провальная идея… — Прости, — пробормотал Лай, всё ещё не двигаясь, — только изучая кофту в своих руках, как будто бы увидел её впервые.       Мужчина шумно вздохнул: — Я тебе нравлюсь вообще? — Не знаю, — парень наконец оставил вещь и шагнул к Фео. Влюблённость? Он не думал об этом. В мгновение, когда Лай осознал, что спасённый им человек хочет поцеловать его, тело приняло решение быстрее разума, а впоследствии мозг гонялся за теми приятными ощущениями, которые испытал… — Поцелуй меня.       Мужчина без слов притянул его к себе, усаживая на колени, а затем накрыл его губы своими, нещадно впиваясь и будто бы желая отомстить за всё произошедшее… Лай нервно обнял партнёра, прижимаясь к нему всем телом. Он дрожал — то ли от страха, то ли от возбуждения, но продолжал, мысленно умоляя Фео не останавливаться.       В дверь громко постучали. Лайфастер хотел было спрятаться под кроватью, но оказалось, что кто-то не провернул ключ в замке, — гость легко избавился от дубовой преграды. — Чёрт, — Лай уткнулся в чужое плечо, не зная, что делать, и только Фео, исключительно инстинктивно, набросил на парня одеяло, которое валялось на полу рядом с ними. — У тебя гости… — на пороге стоял одногруппник мужчины. Его длинные светлые волосы, собранные в косу, уютно покоились на плече формы для аристократов. — С самого утра. Неужели тебе недостаточно посещения «особых занятий», чтобы ты перестал водить к себе смазливых мальчиков?       Фео прижал к себе одеяло, скрывавшее Лайфастера от явно заинтересованного взгляда гостя. К счастью, парень заявился не в преподавательской форме, а чёрную одежду, которая теперь валялась на полу, мог носить кто угодно… — Тебе-то что, Макриш? Сегодня нет занятий, это моя комната… и, кстати, наказали меня не потому, что я с кем-то занимался сексом. А если тебя это настолько заботит, то найди, себе, наконец, милого мальчика и выпусти пар. — Да ты… — тот самый Макриш едва ли не вскипел. — Я просто пришёл передать приглашение ректора заглянуть к нему! Иди к чёрту.       Гость раздражённо вышел, громко хлопнув дверью, а затем демонстративно обиженно принялся громко стучать каблуками, спускаясь вниз по винтовой лестнице.       Лайфастер неловко хихикнул. Он сбросил с себя одеяло, скользнул к двери и закрыл её на ключ, чтобы никто уж точно их не побеспокоил… а затем обернулся к Фео. Странное чувство — результат их игры в прятки, беспокоило его душу, но одновременно и придавало почти необъяснимой решимости. Парень босиком по ковру подошёл к своему партнёру, а затем опустился на колени перед ним, высвобождая возбуждённый член из плена белья. — Лай, — чужие пальцы погладили его по голове. — Мне нужно идти к ректору… — Опоздаешь на несколько минут, — пожал плечами Лайфастер, пальцами нежно касаясь члена партнёра. Его рука медленно скользила от основания до головки, надавливая на чувствительные точки, и он чувствовал, как собственный член становится твёрже, невольно потираясь о ворсинки ковра… — Чёрт, — простонал Фео, когда Лай обхватил самую головку губами. — Быстрее, пожалуйста…       Он делал это впервые. Член мужчины казался слишком большим, чтобы полностью вобрать его в себя, а от попыток насадиться хотя бы наполовину болели скулы… но Лайфастер был не из тех, кто легко сдаётся. Неторопливо вытащив член изо рта, он медленно облизал его, очерчивая линию от основания до головки. Руки касались там, до куда парень не доставал ртом, и со второго раза у него получилось взять почти что до половины. — Лай, — Фео вцепился в его короткие волосы пальцами. — Пожалуйста, Лай…       Парень ускорил движения пальцами, одновременно быстро насаживаясь на чужой член ртом — ещё несколько мгновений, и Фео кончил, с трудом контролируя собственные рваные вздохи. Лайфастер медленно отодвинулся, сглатывая чужую сперму, и отвернулся. Он не мог даже самому себе объяснить, что случилось с его разумом, если за какие-то мгновения решение бежать растворилось под давлением желания остаться. — Ты в порядке? — мужчина протянул ему руку. — Кажется, — парень легко оттолкнулся от пола и поднялся на ноги. — Если расскажешь кому-то об этом, я по-настоящему лишу тебя головы, понял?       Фео хмыкнул: — С чего бы? Я хочу, чтобы ты пришёл ко мне снова. Такой беззащитный преподаватель академии магии… любой бы захотел тебя трахнуть.       Лай недовольно фыркнул, быстро одеваясь. На сегодня у него не было пар — вся академия раз в неделю отдыхала от занятий, но Ольё недвусмысленно намекнул, что назавтра для предводителя восстания есть особая работёнка, которой нужно заняться… И раз уж ректор пригласил и Фео к себе, несложно было предположить, что он выдумал какую-то игру, для победы в которой понадобятся они оба. — Одевайся, — Лайфастер устроил ножны на поясе и скрестил руки на груди. — Поведёшь меня под конвоем? — хмыкнул мужчина, неторопливо засовывая ноги в сапоги. — Ректор в курсе моих предпочтений, добиться наказания у тебя всё равно не получится.       Со вздохом покачав головой, парень развернулся спиной, не желая более наблюдать нагое тело, которое так и манило взгляд. Ещё в свой первый визит он приметил стоящую под подоконником стеклянную бутылку с прозрачной жидкостью, а теперь взял её в руки и принялся с интересом изучать содержимое. — Это спирт, — Фео уже боролся с одной из последних пуговиц на своей белой рубашке, и всё же подошёл ближе, чтобы осторожно изъять у гостя настойку. — Для особых случаев. — Полагаю, не для лечения? — Лай едва приподнял уголки губ, наблюдая за тем, как мужчина прячет бутылку в шкаф. — В некотором смысле, это тоже лечение, — тот вынырнул из вороха одежды и немного нервно пригладил волосы, — души. Думаю, тебе пришлось бы по вкусу.       Парень покачал головой: — Я не пью. — Да ладно, никто не сможет убедить меня, что в «Кресте» можно не пить, — Фео накинул плащ и кивнул, демонстрируя, что готов выдвигаться.       Слова вызвали одно из болезненных воспоминаний, вынуждая Лая крепко стиснуть зубы. Его и правда пытались споить… это случалось не раз и не два: мало кто из постоянного состава мог на трезвую выносить давление, которое оказывали на психику происходящие события, но так как ощущать себя алкоголиками не хотелось, любители горячительного собирали весь отряд, требуя выпить вместе с ними.       И даже если по возрасту выпивать ему уже было дозволено, Лайфастер не собирался глушить чувства ни одним из видов наркотиков. А в таком случае… он снова подрался. Ничего удивительного — авторитет самого сильного строился не день и не два, и каждый раз, когда интересы парня сталкивались с общественными, он защищал их так, как умел, — собственным мечом. — Они не сразу поняли намёк, поэтому мне пришлось несколько раз хорошенько всех поколотить, — он повернул ключ и вышел в коридор. На глаза тут же попался белый конверт, декоративным кинжалом прибитый к его двери…       Лай со вздохом вытащил безделушку, сунул в карман и разрезал конверт собственным оружием. Естественно, он был без подписи: Ольё не собирался допускать никаких слухов, хотя одного плаща другой раскраски было вполне достаточно, чтобы окрестить новенького если не любовником ректора, то как минимум не последним для него человеком. — Послание от твоего тайного поклонника? — мужчина закрыл дверь, но не стал подходить ближе. — Естественно, — Лайфастер тряхнул головой, прогоняя прочь навязчивые мысли, а затем ещё раз перечитал послание.       Ольё, как и всегда, пользовался шифром. Ничего не значащие слова только для них двоих обретали смысл… Лай читал о том, что совсем рядом с академией будет проходить отряд наёмников, перевозящих награбленное по велению короля. Вероятно, его задачей в таком случае станет, во-первых, уничтожение, во-вторых, поиск улик против правителя-тирана; если, конечно, ректор не задумал какую-нибудь игру посерьёзнее…       Тактическое планирование отходило Лайфастеру, но стратегическое всегда брал на себя Ольё: хотя последний частенько проигрывал в битвах, обойти Лая во время долгосрочных кампаний для него почти ничего не стоило. Поэтому и сейчас парень собирался довериться невольному сообщнику… вместе они, возможно, по-настоящему смогли бы справиться.       Лайфастер бросил письмо под дверь и двинулся к лестнице. Уже спустившись на несколько ступеней, он обнаружил, что Фео остался позади, а потому спросил: — Идёшь? — Ты действительно собираешься провожать меня к ректору? — нервно улыбнулся мужчина. — Сходим вместе, — Лай довольно улыбнулся, убирая руки за спину.       Тот пожал плечами и двинулся следом: — Мне казалось, ты не захочешь афишировать наши отношения, даже если я попрошу.       Пролёты мелькали перед глазами. Общежитие ещё мирно спало: мало кто из его обитателей желал в единственный свободный день подниматься ни свет ни заря и отправляться в сомнительные путешествия, а потому ни преподавателей, ни студентов не было видно. Парочка столкнулась только с посапывающим на своей кровати комендантом, который видел уже который сон и явно ничуть не беспокоился тем, кто и куда идёт…       Лай толкнул дверь наружу и первым вдохнул чистый и чуть прохладный запах осени. Ещё несколько дней назад стояла жара, но теперь новый сезон постепенно перетягивал на себя одеяло… парень поёжился. Утренний ветерок растрепал его волосы и проник под одежду, вынуждая ёжиться и жалеть о том, что надел свой плащ, а не выданный академией — последний был потеплее. — Ректор в любом случае будет в курсе того, с кем я сплю, хочу я этого или нет, — Лайфастер неловко улыбнулся. — Могу я задать свой вопрос сейчас? — Спрашивай, — Фео почти что с головой укутался в плащ. Уж он-то явно не практиковал ранние прогулки…       Лай довёл мужчину до ближайшей подворотни, где они могли хотя бы пародировать уединение, и тогда, остановившись, но не оборачиваясь к нему, задал вопрос, за который их обоих могли бы казнить без разбирательств. — Ты хотел бы стать королём, Феоф?       И если до того Фео казался спокойным и расслабленным, то теперь он тихо вздохнул, пряча взгляд. Напряжение выдавала каждая клеточка его тела… и Лайфастер прекрасно знал, в чём дело. Он бы и сам ни за что не решился на подобное, если бы не так давно этот человек не показал ему нечто большее, чем просто вынужденное молчание. Даже если ничего не выйдет… парень держал руку наготове. Всегда можно было избавиться от ненужного, совершив всего лишь одно движение мечом.       Он уже не раз поступал подобным образом… — Это невозможно, — мужчина стёр со лба пот. — Дядя ни за что не уступит, какие бы аргументы мы ни приводили. Плевать он хотел на правду и честность… — Ответь на вопрос, — Лай повернулся, заглядывая в чужие глаза. Он видел то же страстное желание, которое читалось в его собственных в те мгновения, когда парень позволял себе это, рассматривая собственное отражение в зеркале. Вероятно, ответ и не был нужен.       Фео устало улыбнулся: — Да, если это поможет людям. Я не хочу видеть, как они страдают. — Вот как, — Лайфастер шагнул ближе, оказываясь впритык к мужчине. Он молчал, глядя вверх, чтобы видеть выражение чужого лица. — И всё? Это социальный опрос, чтобы добиться моей казни? — Фео коснулся щеки Лая, осторожно лаская нежную кожу пальцами.       Парень громко фыркнул, но не отодвинулся, позволяя чужой руке скользить по щеке, вызывая приятную дрожь по всему телу. В это прохладное утро он и не ожидал встретить единомышленника… принципы этого человека так напоминали его собственные! А ещё мужчина почти ничего не боялся: веруя в себя и в правое дело, решался на сумасбродства, которые даже сам Лай себе не позволил бы. — Если бы я хотел убить тебя, меч у меня с собой, — Лайфастер улыбнулся. — Пойдём. Ректор ждёт. — Ты не можешь просто взять и уйти от ответа! — наигранно рассерженно бросил потенциальный наследник, а после тоскливо поплёлся следом.       Они шли по хрустящему под ногами гравию, кое-где насыпанному настолько тонким слоем, что можно было видеть обычно скрытую от взоров влажноватую землю. Лай шагал первым. Он всё ещё не выучил расположение корпусов, однако приблизительно помнил, куда следует идти, а размеренный шаг позволял быстро изучать обстановку и за секунды принимать необходимое решение.       Фео держался сзади. В его движениях не было осторожности или беспокойства: даже мелкие детали образа позволяли осознать, кто в данном случае является хозяином положения… Ощущая на своей спине прожигающий взгляд, парень невольно чуть ускорился, и тогда спесь слетела с мужчины — держаться в одном темпе с Лаем, который не только превосходно владел своей физической силой, но и мог многократно усиливать её за счёт магии, было не так и просто. — Лай! — Фео остановился, пытаясь восстановить дыхание. — Что? — парень едва улыбнулся, искренне наслаждаясь своим превосходством. — Тебе доплачивают за издёвки над студентами или это по твоей личной инициативе? — тот выпрямился, глядя на своего преподавателя сверху вниз.       Лайфастер только демонстративно фыркнул и, распахнув тяжёлую деревянную дверь, спокойно двинулся вверх по ступенькам, казалось, бесконечной винтовой лестницы… парень слышал, как его спутник тяжело вздохнул, явно не желая преодолевать столь значительное препятствие ради того, чтобы получить очередной нагоняй.       Но Лаю ничего не угрожало, поэтому он прыжками преодолевал пролёты этажей, которые ознаменовывались узкими окнами-бойницами и редкими дверями в коридоры, ведущие в здание городского совета. Это были подземные ходы, и чтобы пройти по ним, приходилось спускаться по подобной лестнице глубоко под землю. Лайфастер пользовался «секретом» академии всего один раз, но этого хватило, чтобы он зарёкся ходить по сомнительным узким коридорам, каждую секунду угрожающими обрушить на голову тонну воды из реки… К счастью, их хотя бы строили не с помощью магии, иначе парню вход туда был бы заказан.       Наконец оказавшись у двери в покои ректора, Лай без стука распахнул её. Ольё со спущенными штанами сидел на поверхности дубового стола, а ему очень активно отсасывала грудастая девчонка с короткой, почти что мальчишеской стрижкой. При виде этого парень фыркнул, вошёл в кабинет и, игнорируя парочку, плюхнулся в глубокое и удобное ректорское кресло, забравшись в него с ногами. — Мне продолжать?.. — тонкий девичий голос раздался между пошлым чмоканьем. — Да-да, — ректор со стоном притянул её ближе. — Заканчивай уже…       Лай потянулся к столу. Рядом с голой ёрзающей задницей Ольё валялись документы, и парень с интересом вытащил первый попавшийся пергамент. Поставки чернил и продуктов — ничего интересного… он убрал лист обратно и взял следующий. Таким образом перебрав половину документов, Лайфастер не обнаружил буквально ничего стоящего, а затем его отвлёк скрип открывающейся двери.       Ровно в это мгновение девица лёгкого поведения наконец закончила со своей нелёгкой работой — ректор со стоном кончил ей в рот. При виде этого Фео только неловко присвистнул, но, заметив сидящего за спиной Ольё Лайфастера, едва ли не рассмеялся от абсурдности происходящего. А тем временем девушка сплюнула в тазик, гордо накинула шаль и вышла, своим миниатюрным плечиком едва задев второго посетителя. — Я на минуту, — ректор спрыгнул со стола, натянул штаны и двинулся следом за девицей.       Фео приблизился, остановившись так, что их с Лаем разделял только стол, и тихо произнёс: — А ты не выплёвывал. — Мне приходилось глотать дерьмо и похуже твоей спермы, — парень тряхнул головой, откидывая назад пряди волос. — И хочу напомнить, что ты тоже не… — Что он «тоже не»? — Ольё выглядел слегка потрёпанно, а без ректорского плаща его тело смотрелось не так уж и внушительно, поэтому сложно было воспринимать его как грозного главу магической академии… если, конечно, Фео раньше вообще считал его таковым.       Лайфастер вопрос проигнорировал, довольно улыбаясь. Он знал, что из-за своих принципов друг никак не может найти себе девицу по вкусу: аристократия не слишком жаловала ректора, поскольку ходили определённые слухи о его ориентации (в основном виноват был Лай, поскольку Ольё время от времени прикрывал его перед публикой), а купить девицу из «победнее» совесть не позволяла. Да и это, казалось бы, противоречило его принципам освободителя… — Рад, что вы подружились, — фыркнул ректор, махнув рукой. — Поскольку я планировал организовать небольшую экскурсию за пределы академии… скажем, завтра около пяти утра. — Кто-нибудь ещё? — Лай побарабанил пальцами по столу, наблюдая, как Ольё перемещается по комнате. — Ещё один парень, подаёт надежды как маг… — ректор взглянул на Лайфастера. — Справишься? — Постараюсь, — недовольно поморщился парень: работать в команде с теми, от чьей магии кружилась голова, было ему до ужаса не по душе… и всё же приказ есть приказ — приходилось разыгрывать ситуации, в которых собственное тело не корчилось в кустах от чужой силы.