Часть 5
1 августа 2022 г., 19:00
Спокойствие. Долгожданное спокойствие. Такое дорогое. Действительно дорогое. Эмити вернулась к себе в комнату и, положив вещи на стол, легла на кровать. Девушка откинулась на подушку и успела пожалеть, что сделала это, потому что в глаза сразу бросилась фотография Луз Носеда, висевшая на противоположной стене и полностью закиданная дротиками.
Блайт повесила её утром. Эмити сама не до конца разобралась в чувствах, которые испытывала к этой назойливой девчонке.
— Определённо ненависть, — буркнула девушка в пустоту, потянувшись к прикроватной тумбе, на которой каждую ночь неизбежно ночевал один из учебников, с которым она засиживалась допоздна из-за бессонницы. Взяв рядом лежащие дротики, она принялась бросать их в фотографию.
Почему ненависть? Точно ли она? Или опять Эмити пыталась обмануть себя, пыталась заставить чувствовать то, что чувствовал бы на её месте какой-то другой человек. Хотя Блайт не уверена, что ненависть — подходящее чувство при знакомстве с кем-то. Но единственное, что жило в девушке в последние месяцы, — это дикая растерянность и злость. Постоянная обжигающая грудь злость, особенно появившаяся в эти несколько дней. Но на что она злилась? На Луз, которая просто появилась? На брата с сестрой, который пытались делать вид, что всё в порядке? Или на себя? Возможно, это всё из-за прошлых переживаний. Или нет.
Девушка с силой бросила последний дротик в руке в фотографию и попала ровно в центр. После такого, скажем так, выброса энергии Эмити потянуло в библиотеку. Эмира и Эдрик, убедившись, что их сестра зашла домой, отправились покататься на байках, так что девушка довольствовалась только своей компанией. Тоже неплохо. Блайт прошлась вдоль полок, собирая огромную стопку из книг, которые, по её мнению, были просто необходимы. Девушка решила, что они станут отличным методом отвлечения от бесконечного потока мыслей.
В тёмное время суток каменные стены, еле видимые за огромным количеством стеллажей, будто сужались, оставляя для неё, бродившей по ночам, всё меньше и меньше воздуха. Эмити не любила темноту. Не то чтобы боялась, именно не любила. После последних событий неизвестность пугала её. Намного легче знать, что перед тобой, чем гадать, шарахаться от каждого шума и бегать от своей тени.
Девушка положила книги на небольшой стол и включила лампу.
"Почему нельзя было сделать тут люстру?" — подумала Эмити и села в чёрное кресло.
Ещё одна проблема — кресло стояло так, что сидящий находился спиной к двери. Девушка глубоко вздохнула и, взяв первую книгу, «Классификация ядов», открыла её на первой странице. Она просидела так около двух часов, тема её слишком заинтересовала. Эмити даже не заметил возвращения близнецов, хотя обычно их слышно ещё с улицы.
— Сестрёнка, не пора ли деткам ложиться спать? — спросила Эмира и младшая Блайт вздрогнула от страха, когда с ней заговорили. — Прости, не хотела тебя напугать.
— Нет, ничего, всё в порядке, — девушка закрыла книгу и отложила её по правую сторону от основной стопки.
— Решила посвятить себя химии? — язвительно спросил Эдрик, прочитав название книги.
— Не-а, вас отравить хочу, — парировала Эмити и, положив локоть на спинку кресла, посмотрела на близнецов.
Эмира и Эдрик прыснули со смеху, но тут же театрально схватились за грудь и принялись делать вид, что умирают. Эмити рассмеялась, стукнув Эдрика по плечу, когда он, высунув язык, упал на плечо сестре. Девушка взяла со стола книгу и, поднявшись, встала между близнецами, показав на дверь, дав тем самым понять, что они могут выйти из библиотеки.
— Зайдёшь к нам? — спросил Эдрик, когда они поднялись на нужный этаж. Эмити кивнула и вошла в комнату, что была напротив её. Эмира, толкнув брата, первая влетела в комнату и, злобно смеясь, показала ему язык.
Это была их очередная незамысловатая игра, они вели счёт того, кто первый войдёт в комнату. Да, по факту, в этом не было никакого логического объяснения и смысла, как думала Эмити, но как ей однажды сказал Эдрик: "Не во всех наших действиях есть логика."
— Я думал мы не играем, — недовольно буркнул парень и сел на свою кровать, пока Эмира взбиралась по лестнице, чтобы лечь на свою.
— Мы всегда играем, дурашка, — девушка свесила голову и снова показал брату язык.
Эмити с этого лишь посмеялась и села на вместительный подоконник, где лежал красный клетчатый плед. Комната близнецов отличалась от её собственной. Она, можно сказать, материально описывала жильцов. Двухъярусная кровать. Зелёные шторы, которые никогда не закрывались. На стене висела большая доска, украшенная вокруг белой гирляндой, на доске же были нескончаемые глупые фотографии, постеры рок-группы и актёров. На двух письменных столах не было идеального порядка, как у Эмити, в какой-то непонятной последовательности были разложены цветные карандаши, — хотя девушка сомневалась, что ими вообще пользовались —незаконченные рисунки и книги, к которым никто даже не притрагивался. На диване, что стоял у противоположной стены от входа, лежали декоративные подушки с рисунками панд и цветов.
— Как у вас дела? — спросила Эмити, прервав очередной спор.
— Всё хорошо, — ответила Эмира, — у нас новый рекорд. Мы проехали на пятнадцать секунд быстрее.
— Ага, мы ещё Луз так и не дали прокатиться, — нахмурившись, сказал Эдрик.
— Опять эта Луз, — фыркнула Эмити.
— Открой, пожалуйста, окно, — Эмира спрыгнула с кровати и подошла к шкафу, достав сигарету, зажала её и похлопала по карманам в поисках зажигалки. — Эд, где моя зажигалка?
— Знаешь, вы с Носеда даже похожи, — сказал Эдрик, обращаясь к Эмити, которая открыла окно. Парень посмотрел на Эмиру и пожал плечами. — Посмотри у меня в куртке.
— Что? Нет! — воскликнула Блайт-младшая. — Мы абсолютно не похожи. Нет-нет-нет.
— Эдрик прав, — согласилась Эмира и села рядом с сестрой на подоконник, сделав затяжку, — вы обе слишком дерзкие и язвительные. Ещё творческие.
— Нет, мы не похожи. Она меня раздражает. Закрыли тему.
И этот разговор действительно прекратился. Началось обсуждение Иды и её агентства. Пару часов они разговаривали, и у Эмити получилось отвлечься. Но когда её начало клонить в сон, она быстро попрощалась с братом и сестрой, пожелав им не умереть за ночь, и ушла к себе в комнату, моментально провалисвшись в сон.
***
Кики сидела в своем кабинете и прожигала взглядом фотографию, сделанную скрытой камерой. На ней были изображены все те, кто в тот день помогали Идалин с дневником. Всё внимание было устремлено на этот самый дневник. Кикиморе было интересно, что он из себя представляет и для чего вообще нужен. Женщине не нравилось то, что у Клоторн всё получалось. Ида уже несколько дней подряд ходит в агентство счастливая, улыбаясь до ушей. Это выводило Кики не меньше того, что Идалин слишком уверена в себе. Она решила поговорить с Белосом на данную тему и решить, что делать с ней. Схватив фотографию, женщина вышла из своего кабинета, идя в сторону лифта. По пути она встретила Клоторн, которая, как всегда, улыбалась, не обращая внимание на Кикимору. На данные действия Кики лишь закатила глаза, заходя в лифт. — Это продлится недолго, — ухмыльнулась она, нажимая на нужный этаж. Когда женщина оказалась на этаже, то сразу же быстрым шагом пошла в кабинет Белоса. Постучав пару раз, она услышала: — Входите. Войдя в кабинет, Кики присела за стол, напротив Белоса. Она усмехнулась и кинула перед мужчиной фотографию. — Что-то нужно с этим делать, — сказала она, сложив руки на груди. — А что это за дневник? — спросил Белос, показывая пальцем на фотографию. — Я не знаю, но точно могу сказать, что это не к добру. — И что ты предлагаешь? — мужчина отложил фотографию в сторону, подпирая голову рукой. — Уничтожить этот дневник или что? — Ну, это тоже хороший план. Знаете, можно как-то выманить их из кабинета и забрать его. Думаю, что, прочитав его, мы сможем узнать, что они хотят сделать, — заулыбалась Кикимора. — У тебя есть ещё какие-то предположения? — Не так давно я видела их в лифте. Идалин поехала с каким-то блондином. Совсем недавно он уже приходил и держал в руках камень и это был точно не рубин, — потерев шею, произнесла она. — Может быть, это как-то связано? — Я не знаю, мисс Кики, — улыбаясь, сказал он. — Для начала нам нужно составить хороший план, чтобы не ошибиться, — Белос встал со своего места и подошёл к двери, запирая её на ключ. — Хорошо, господин Белос. — Есть у меня одно предположение, но пока что я не буду тебе его рассказывать, — мужчина присел обратно на своё место. Он достал какую-то книгу и стал её читать. Кики было интересно, что же читает директор, и когда она вставала со стула и подошла к Белосу, то заметила, что книга написана на непонятном ей языке. — А что это за книга? На каком языке она написана? — Мисс Кики, вы свободны, — закрывая книгу, сказал Белос. На данные действия от мужчины Кики лишь закатила глаза и вышла из кабинета. Ей же просто было интересно узнать, что это. — Ну что, мисс Идалин, поиграем? — усмехаясь, спросил он, открывая ту самую книгу и начиная читать её содержимое.***
Быстрые шаги. Главное — уйти отсюда. Уйти и забыть. Понять, что всё, что ты делал раньше, не более чем ошибка. Сердце колотится. Вот-вот выпрыгнет и побежит вперёд тебя, не оглядываясь. Всё тело ломит, в голове туман. Хантер даже не замечает, что его костюм разорван, рубашку, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, уже не отмыть от грязи, а волосы давно потеряли свой блеск. Теперь, покрытые пылью и грязью, они лишь отдалённо напоминали прежнюю платиновую шевелюру. Боже, как сильно шумит в ушах. И это не звуки за спиной, спереди, сбоку. Это собственная кровь, которая на огромной скорости течёт по венам, в спешке врезается в их стенки, причиняя при этом невыносимую боль. Прожигая тело изнутри. Голова гудит. Внутри черепной коробки мечутся мысли, то и дело сталкиваясь друг с другом. И даже не понятно, что сильнее: физическая боль или душевная. Каково это, падать с высоты собственных иллюзий, а, Хантер? Больно тебе? Больно?! Каково это видеть ошибку в каждом своём шаге, в каждом слове, в каждой мысли? Сидя дома, Хантер думает о своём прошлом. Нет, не потому что больше не о чем, а из-за того, что это не покидает его ни на минуту. Он получил сообщение от Гуса, в котором ему рассказали, что он узнал информацию об агентстве, и что его хотят закрыть. Парень, недолго думая, ответил, что хочет встретиться с Портером и поговорить на эту тему. Быстро собравшись, блондин вышел из дома. До назначенного места идти не так уж и долго – примерно пару десятков минут. Хантер хотел поскорее оказаться в кафе, в котором назначена встреча, и узнать всё, что узнал Август. Подходя к заведению, он отправил короткое сообщение пареньку, что на месте, и получил ответ, что тот скоро будет. Зайдя в кафе, Хантер присел на свободное место и попросил меню. Есть хотелось очень сильно. Заказав себе какой-то суп и чай, он стал ожидать, когда придёт Портер. Через пару минут в помещение вошёл Гус, улыбаясь, он присел на стул, что стоял напротив. – Привет, Хантер. Рад тебя снова видеть, – сказал брюнет, жестом подозвав официанта. – Мне, пожалуйста, латте и какое-нибудь пирожное. – Здравствуй, Гус. Что там насчет агентства? – Хантеру до жути было интересно, да и помочь он тоже хотел, не зря же согласился на это. – Там всё очень сложно. Если я начну рассказывать, то, возможно, всё займёт несколько дней. А сейчас и так уже десять вечера, а я ещё дома не был. Если короче, могу сказать, что агентству Идалин жопа, – сложив руки на столе и поставив на них голову, произнёс парень. – Я навёл справки и узнал это. И кое-что интересное, так получилось, что не только она знает про данный дневник и эти странные камни. – А кто ещё про них может знать, если мы всё это делали в её кабинете, причём закрытом? Да и книгу искали мы в доме Блайт, – не понимая, спросил Хантер. – Точного имени я тебе назвать не могу, потому что ещё точно не знаю, кто это, но есть предположения, что это кто-то из офиса. – Как ты это выяснил? – усмехнулся парень. – Нашёл возле мусорки фотографию, – Август достал из кармана сложенное фото, на котором изображены они все в кабинете Клоторн. – Как я тут ужасно получился, – рассматривая своё лицо, сказал блондин, — неужели у меня правда такой нос? – Алло! Мы вообще пытаемся найти того, кто слил информацию, а ты тут со своим лицом, — фыркнул Август, — но да, оно у тебя ужасное. – Неправда, я красавчик, – рассмеявшись, буркнул парень. – Ну и что дальше? Как ты понял, что это кто-то из офиса? – Всё очень просто: во-первых, фотография сделана не человеком, а скрытой камерой, которая стоит в кабинете Иды, во-вторых, ключи от её кабинета есть только у неё и у кого-то из персонала. Это логично, – самодовольно улыбаясь, произнес парень, — к тому же, я не думаю, что Ида или Рейн стали бы делать это фото, чтобы потом небрежно бросить в мусор. – Значит, нам нужно узнать, у кого ещё есть ключи от кабинета Идалин и тогда можно будет думать дальше... – отпив немного чая, произнёс Хантер, продолжая разглядывать фотографию. – Знаешь, а Эд хорошо получился здесь, – не думая, проговорился он. – Да, хорошо, – засмеялся Август, поддерживая знакомого. – Кстати, что там с твоим камнем? – Ничего нового, я отдал его Иде сразу же после лаборатории Рейна. Пусть лучше у них всё летает, чем у меня в доме, – усмехнулся блондин, переводя взгляд в окно. – И как он у тебя очутился? – Нашёл его в саду как только переехал, – почесав затылок, сказал парень. – Но так как я доверяю и Рейну, и Иде, да и вообще вам всем, то отдал его. – Ясно. Короче, я свяжусь с Клоторн и поговорю с ней, потом уже будем разбираться. Спасибо за помощь, я пошёл, а то у меня там назначена другая встреча, – Август помахал на прощание, оставив деньги за обед на столе. — Почему ты не рассказал это Луз? —спросил Хантер. — Ей сейчас хватает проблем, — Гус кивнул и вышел из кафе, сворачивая за угол. Хантер ещё недолго просидел в помещении, рассматривая фотографию, которую оставил Портер. Решив соэранить у себя, он засунул её в карман джинс, тоже положил деньги за обед на стол и пошёл на улицу.***
Идалин недовольно поморщилась, когда, выходя из кабинета, поняла, что оставила там сумку. Последнее время она была слишком растеряна. То ли от того, что слишком много не спала, то ли от того, что была в предвкушении чего-то грандиозного. Женщина снова отомкнула кабинет, забрала стоявшую на столе сумку и, задержав взгляд на дневнике, тоже взяла его. Она вышла и, закрыв дверь на ключ, резко развернулась на пятках, врезавшись в чью-то широкую грудь. — Рейн! — воскликнула женщина, когда её удержали от встречи с полом. — Я думала, вы уже ушли. — Нет, мы немного задержались, —они протянули ей пачку с яблочным соком. Клоторн благодарно кивнула и, достав трубочку, проткнула упаковку. — Тогда пошлите вместе? — предложила Идалин, остановившись рядом с зеркалом, она потратила пару минут на любование собой, после чего подмигнула отражению. —Ну что за красотка. Я не могу. Рейн, уже привыкшие к самолюбованию, лишь кивнули в знак согласия и тихо рассмеялись. Выйдя на улицу, где их встретил на удивление тёплый порыв ветра, Ида предложила зайти к ней и поговорить о работе или просто весело провести время, как в старые добрые времена. Уисперс согласились. Ещё бы. — Проходите, — Идалин распахнула входную дверь, пропуская гостя и сама, скинув с себя неудобную обувь, тут же направилась на кухню. — Хотите что-то перекусить? — Нет, спасибо, — Рейн прошли следом, привычно усевшись за круглый стол. — М-м-м, представляете, — начала Клоторн, достав из холодильника ещё сок и поставив его перед гостем. Женщина приземлилась рядом, поставив одну ногу на стул, но её прервал звонок телефона. Извинившись, она подняла трубку. —Гус, рада слышать. — Ида, — прокашлялся парень, — у меня для тебя не самая приятная новость. — Я слушаю, — лицо женщины тут же стало серьёзным. — За нами следят, твоё агентство хотят прикрыть, я так думаю, — как можно мягче попытался сказать Август, но, когда женщина чертыхнулась, понял, что у него не получилось. — Встретимся завтра, всё обсудим. — Да, — Клоторн не стала больше слушать и, отключив телефон, бросила его на стол. — Сука. — Что произошло? — спросили Рейн, встревоженно посмотрев на подругу. Но та в ответ лишь показала палец, жестом велев молчать. Из-за расшатанных нервов она слишком эмоционально восприняла эту новость и почувствовав сильную боль в голове, попыталась попросить воды, но ничего не вышло, она упала в обморок. Рейн сорвались с места, поймав падающую со стула женщину и, схватив телефон, моментально вызвали скорую. Оказавшись в больнице, женщина тут же была увезена в палату, и следом прибежал врач. Рейн, написав в общий чат короткое сообщение, где говорилось о том, что случилось, и был указан адрес, убрали телефон. Взгляд был направлен вперёд, Уисперс бездумно смотрели перед собой.***
Эдрик сидел в телефоне, когда пришло сообщение из общего чата. Несмотря на то, что было уже двенадцать ночи, парень сразу понял, что это срочно. Прочитав послание, он соскочил с кровати и, быстро собравшись, вышел из комнаты, тихо спустившись по лестнице, парень вышел из дома. Идти пришлось без Эмиры и Эмити, потому что сёстры уже спали, и будить их не хотелось, это бы заняло больше времени. Парень добрался до больницы буквально за двадцать пять минут. Почти вбежав по мраморным ступеням, он оказался в хорошо освещённом холле и, увидев у регистратуры знакомую белую макушку, подошёл к Хантеру. — Кем вы приходитесь пострадавшей? — спросила медсестра, посмотрев на Хантера. — Я её муж, — нагло соврал парень. Вполне сгодится, у них разница всего-то в семь лет. — А вы кто? — женщина перевела вгляд на Эдрика. — А я его муж, — он не смог удержаться, чтобы не сказать этого. По-другому Эдрик не будет Эдриком, ну, либо задохнется из-за невысказанного сарказма. Хантер тут же наградил парня недовольным взглядом. — Шучу, я её брат, — и Блайт, улыбнувшись, опёрся на стойку, посмотрев на девушку, подмигнул ей. — Тогда проходите, — медсестра покраснела и улыбнулась в ответ, — третий этаж и потом налево до конца коридора. — Спасибо, красавица, —поблагодарил Эдрик и, закинув руку на плечо Хантера, повёл его к лифту. — Что ты нёс? — фыркнул второй, когда они вошли в лифт. — Зато нас пропустили, — пожал плечами Блайт. — Но для этого необязательно флиртовать с медсестрой. — А ты что? — Эдрик ухмыльнулся и, приподняв бровь, посмотрел на Хантера. — Ревнуешь? — Ага, мечтай, — ответил парень и вышел из лифта, когда тот приехал на нужный этаж. Увидев в конце коридора Рейна, которые сидели, постукивая себя по коленке, парни подошли к Уисперс и сели рядом. — Что с ней? — спросил Эдрик, но не успели Рейн открыть рот, как из палаты вышел врач и следом за ним Идалин, которая с поддельным интересом его слушала. — Прошу вас не переутомляться, —сказал доктор. — Я вас поняла, благодарю, — Клоторн подмигнула тому, и он, улыбнувшись, ушёл. Повернувшись к друзьям, она тут же вскинула руки за голову, сцепив пальцы в замок, и пошла к лифту. — Не хочешь ничего сказать? —спросил Хантер, смотря ей в след. — Вы видели, как она закадрила того доктора? — восхитился Эдрик. — Ставлю сотку на то, что он запал на неё. — Точно, — щёлкнула пальцами Ида, смотря на Блайт, — врач сказал, что я просто переволновалась, всё в порядке. — Из-за чего? — спросили Рейн. — Давайте обсудим всё завтра, я хочу домой, — жалобно сказала Клоторн, и остальные, согласившись с ней, молча спустились на лифте и, так же не нарушая тишины, вышли на улицу. Эдрик, попрощавшись с друзьями, сказал Иде быть аккуратнее и, сев на байк, тут же укатил домой. Было уже слишком поздно. Половина второго ночи, если мать проверит комнаты, то ему не поздоровится. Поэтому Эдрик с лучшими мыслями старался ехать быстрее.***
Потратив на игру на гитаре несчастных два часа, Луз всё же уснула. Девушка первые минут двадцать ворочалась и наконец-то провалилась в царство Морфея. Она в компании старых и новых друзей была уже на шоссе номер один, которое вело к лесу, когда им навстречу вдоль придорожного кювета, шатаясь из стороны в сторону, шёл старик с торчащими вразнобой волосами. В рубище из грязной материи. Костлявые руки и ноги покрывали царапины и язвы. Шёл он босиком, а вместо пальцев были отвратительные и грозного вида жёлтые когти. Под мышкой он нёс какую-то старенькую, потрёпанную тетрадь. Луз подумала, как странно он смотрится на этом шоссе, где раннее им встречались только спортсмены, определённо приезжие, в нейлоновых шортах, бейсболках и футболках. Старик тем временем приближался, медленно, но верно сокращая расстояние. И с губ Иды девушка услышала сорвавшийся крик ужаса. Глаза старика сливались над переносицей, поминая двух-желтковое яйцо на сковородке. Из одной ноздри, как бивень, торчал клык. Но наибольшее отвращение вызвало зеленоватое свечение лица старика. Словно на кожу нанесли тонкий слой флуоресцентной каши-размазни. Странное существо увидело их и метнулось в лес, бросив тетрадь на дорогу. Луз побежала следом и не заметила, как очутилась в пещере, стоя рядом со стариком. Он открывал рот, но она ничего не слышала до того момента, пока из его глазниц не полезли непонятные насекомые, а костлявая рука не потянулась к ней. Девушка вскочила с кровати, перепугав тем самым Короля. В голове она до сих пор слышала этот дикий голос, похожий на скрежет камня о камень, и это слово: Конец. Она попыталась отдышаться и, когда это удалось, вышла на кухню. Налив себе воды, девушка девушка открыла телефон и, увидев сообщение в чате, спросила, всё ли в порядке. И когда пришло ответное сообщение от Эдрика о том, что всё хорошо, Луз удивилась тому, что он не спит в пять утра, но задавать вопросов не стала. Выпив воды, она вернулась в комнату и, взяв Короля на руки, попыталась уснуть снова.***
Идалин проснулась из-за настойчивого стука в дверь. Женщина недвольно промычала и, закрыв подушкой ухо, повернулась к Рейну, которые остались на ночь и сейчас спали на диване. — Откройте, пожалуйста, — попросила она, но в ответ послышалось такое же недовольное мычание. Женщина фыркнула и, обув бордовые тапки, пошла к двери. Открыв её, она потёрла глаза и первые пять минут не могла сообразить, кто перед ней стоит. Парень с выкрашенными в фиолетовый волосами самодовольно улыбался и теребил серьгу в ухе. — Клоторн, спала, что ли? — Да, действительно странно, что я это делаю, на минутку, — она посмотрела на часы, — в семь утра. — Да, ладно тебе, я тоже рад тебя видеть, — он поцеловал женщину в щёку и та, ухмыльнувшись, пропустила его внутрь. — Дариус? — Рейн вышли в гостиную, с удивлением смотря на старого друга. — Вы что, съехались? — воскликнул парень, показав на сонную пару. — Я, значит, уезжаю в командировку, а тут такое происходит. — Не съехались мы, — Ида стукнула его в плечо и рассмеялась, — видеть твоё лицо по утрам не самое лучшее, о чём я хотела бы мечтать. — Не ври, — он обвёл пальцем лицо, — я великолепен.
