Два интроверта

                  

***

Феликс, пока шёл, глаз не спускал с этого Хван Хёнджина, смотря на него с неким подозрением. Во-первых, если его сразу узнали в толпе, значит, он явно кто-то из знаменитостей, во-вторых, было странно видеть, что, если первое можно было считать верным, тот не проявлял никакого внимания к людям, в-третьих, тот даже не сказал ни слова, продолжая смотреть на всех людей без особого выражения. Ли смутило всё, почему такой человек не пользуется вниманием, пока может? Феликс всё бы отдал за это, хоть и боялся большого скопления людей или всяких сцен и выступлений, где нужно было часто находиться на людях. Это было забавно: Ли Феликс, сущий интроверт с детства, оказался общительным и желавшим быть при большом внимании, хотя сам дрожал, когда оставался один среди людей. Браво, похлопайте ему! Вполне возможно, это отьёлось из-за не общения, либо же Ли правда был странным. Встретившись с серыми глазами, не выражающими, казалось бы, ничего, Феликс чуть не врезался в столб. Быстро приведя себя в порядок, он поспешил на пару, не желая больше сталкиваться с этим холодным взором. Хотя этот взор казался ему знакомым, Феликс всегда смотрел точно также. Даже стало не по себе после этого взгляда, понятное дело, почему никто не хочет с ним общаться, Ли же смотрит так пронзительно, что аж пробирает до мурашек. Добежав до аудитории, он понял, что ещё есть минутка. Отдышавшись, Феликс зашел внутрь, присел на свое место и приготовился. Эта пара должна была быть очень нудной, так как на ней они не должны были ничего делать, просто сидеть и делать другие домашние задания или задания от преподавателя, который придёт. Звонок прозвенел, оповещая студентов, что пора бы явиться и занять свои места. Но, судя по всему, все были так заняты, обращая внимание только на этого Хван Хёнджина, что не проявили уважения хотя бы показаться на глаза преподавателю, который, почему-то, до сих пор не появился. Феликс скучающе оглядел кабинет, в котором от силы было человек десять. Не став дожидаться всех, он открыл толстую тетрадь и принялся делать очередной доклад. Малое количество людей начали шептаться, а после вообще перешли на обычный голос и только тогда Ли краем уха вникнул во всю суть. — Жи не может сейчас провести пару, так как пошёл в больницу. — читала сообщение какая-то девушка, явно не с его потока, ибо Феликс впервые её видел. Хмыкнув, она продолжила. — Его собака заболела, да и сам он себя плохо чувствует. — убрав телефон, как показалось Феликсу, та начала привычное дело для всех. — Ему давно нужно было сходить к врачу, вылечить свою тупость. — рядом стоящие подруги тут же засмеялись, подмечая остальные недостатки старого учителя. Да, тот был уже староват для того, чтобы выглядеть идеально, но, в качестве преподавателя, он очень хорош. Жи был одним из любимых учителей Ли. По крайней мере, они сразу нашли общий контакт и часто спрашивали что-то друг у друга, советуясь или просто болтая. Была даже сплетня, что у них явно какие-то отношения есть, раз этот старик так повеселел. Шутили даже, что тот бросил жену и теперь встречается с худощавым-студентом-изгоем. Феликс особо не обращал на это свое внимание, продолжая с интересом заводить разговор с преподавателем. Но, казалось, старшего задевали такие слова, потому он часто был вне университета, оправдываемый «он занят, вам ни к чему знать, идите на пары, все задания от него я скину» Пару таких раз, и сплетни как будто бы не было. Задумавшись о своём, Ли не сразу понял, что пару вообще отменили и теперь у него есть свободные полтора часа. Он сразу же пошёл в библиотеку, так как, аудиторию, в которой только что был, заняли на уборку. Проходя мимо стеллажей, Феликс наткнулся на людей, собравшихся перед кем-то. Поначалу, ему показалось, что там тот самый из столовки, но нет. У стены стояли два парня, один брюнет, одетый в обтягивающую, черную открытую на две верхние пуговицы рубашку и белые джинсы, второй шатен, одетый уже в ярко-оранжевое худи и тёмные огромные штаны. Ли, увидев их головы, и не сразу понял, в чем дело. Только когда протиснулся сквозь толпу, до него дошло, что к чему. Те двое целовались, не стесняясь никого. Феликс удивился, ведь геев здесь не очень жаловали, хотя сейчас реагировали очень даже адекватно, небось популярные были те двое. — Джинхо, вы такие классные! — визжали девушки, не зная, кому завидовать. — Я хочу вас, Джинхо! — кричали парни, получая в ответ косые взгляды из толпы. Но оба не обращали внимания на это всё, продолжая наслаждаться друг другом. Пока все спорили, кто же лучше или кто кого, те успели свинтить и уже зажимались в другом месте. Толпа разошлась, давая наконец тишину почти пустеющей библиотеке. — Так вот, кто этот Джинхо. — вспомнил Ли тот случай, из-за которого произошло много чего в дальнейшем. — Лучше бы «сам» разбирал бумаги тогда. Не ну, совсем обленился. Занят он кем-то. Так, почему я продолжаю говорить как о нем? Это же два человека, прозвище которых состоит из двух их имен: Джисон и Минхо. — помолчав, чтобы достать наконец свои наушники, Ли продолжил. — Не прозвище, а название пейринга. — сразу поправляет себя он, втыкая оба в уши и включая уже другие свои любимые песни из плейлиста. Внезапно попалась песня, после которой почему-то было желание наконец отдохнуть, взять книгу и выйти в парк, прогуляться, найти друзей, потом оторваться с ними на ночевке и забить на учёбу. Первая половина была нормальная, остальное уже не в стиле Ли. Кстати о книге, Феликс давно не садился читать. Хотелось сейчас почитать что-то в жанре фэнтези или романтики. Поднявшись с неудобного, старого деревянного стула, после которого все затекло, он подошёл к стеллажу и начал искать глазами что-то из того, что хотел. Вышел из библиотеки Феликс довольный, держа в руках не только старый рюкзак с тетрадями, но и две книги, одну фэнтези Марвел, прикиньте, нашёл там Марвел, которые не мог найти в интернете даже, и какой-то роман, понравившийся по аннотации. Сейчас он хотел придти домой, переодеться и впервые сменить обстановку, в которой будет читать, на парк. Но Феликс был бы не Феликсом, если бы не наткнулся на неприятности прямо перед выходом из университета. Да блять, почти ж ушёл. Его остановила та самая компания, что и утром у лавочки. Улыбчивый Вонши глядел на него с тем же интересом продолжить начатое; Дучицу стоял с грозным взглядом, желая уже убить этого сопляка; Киндзи же мирно находилась где-то рядом, не особо заинтересованная в данный момент. Феликса спонтанно взяли за ворот классической белой рубашки и утянули в сторону какого-то заброшенного кабинета. Будучи прижатым к стене, Ли практически не дышал, продумывая план побега. Большая рука Вонши коснулась его лица мимолетно, после чего голова Феликса рефлексивно отвернулась в сторону, показывая, мол, неприятно, убери лапы, уебище. Тот, недовольный последующими действиями, сразу нанёс удар, причём сильнее, чем раньше. — Слабак, да? Сил хватает только на таких, как я? — выплевывает кровь Феликс, после чего получая ещё один удар в живот. — Ты вообще слышал, что пропищал, сопляк? — нервничает Вонши, ударяя куда-то в ноги. — А что, за живое задел? — язвит Ли, продолжаемый сопровождаться болью во всем теле. — Я тебя сейчас задену, ублюдок мелкий. — последний удар заставил Феликса заплакать, силы на строение из себя крутого кончились. Поджав губы, он опустил взгляд, скрывая слезы и слабость. — Чё, писунок, заплакал после пятого удара? — начал смеяться Вонши, ухватывая куски ржания друзей для поддержки невозмутимости голоса. — Беги, пока можешь, скоро от тебя ничего не останется. — отпустив этого скелета из своих рук, он вытер об себя весь его ужасный запах и ощущение от прикосновений. Ли же принялся бежать, не обращая внимания на боль. Забежав под какую-то лестницу, он уж было собрался сесть и зареветь здесь, но услышал какие-то шорохи рядом. Взглянув, кто же там есть, Феликс чуть не сдох на месте. На полу, сидя в позе поджатых под себя ног, сидел Хван Хёнджин, с закрытыми глазами слушая музыку из наушников. Сейчас он выглядел лучше, чем утром, ведь на нём теперь была обычная одежда, как и у всех подростков, а не та, что только у знаменитостей. Хёнджин был одет в огромную толстовку фиолетового цвета и большие, серые спортивные штаны; на руках были кольца, а на шее цепочка. Из-за длинных темных волос Феликс сначала не заметил наушников, но стоило тому немного отмахнуть рукой пряди, как тот сразу убедился в их наличии. Иначе было бы странно, что тот до сих пор не услышал его всхлипываний. И, будто бы накаркав, песня кончилась и Хван Хёнджин услышал посторонние звуки, тут же открыв глаза. — Извините, я уже ухожу. — промямлил плаксиво-низко Феликс и тут же побежал, но остановился, из-за боли в колене и поэтому пошёл уже, ковыляя, как инвалид. — Тебе помочь? — спрашивает с беспокойством Хёнджин, вынимая наушники из ушей и собираясь уже встать. — Нет. — говорит тот и скрывается из виду под тихие стоны от боли.                                            *** Хёнджин, перестав слышать кряхтения незнакомца, поднялся и заодно проверил, не упал ли рядом где. Но того не оказалось в поле зрения, поэтому он поднял свои вещи и двинулся в другую сторону, не беспокоясь об этом человеке. Полностью погруженный в музыку, Хван не сразу понял, как вновь оказался рядом с той лестницей. На всякий случай прошелся по всей школе, дабы убедиться, что тот паренек все-же доковылял до дома и не упал нигде. Успокоившись, что его здесь точно не было, Хван пошёл к выходу из универа, возле которого снова стояли те хулиганы, которые окружали его сегодня утром. — Хыхыхых, — ржал Вонши, демонстрируя не заинтересованным друзьям, как бил Феликса совсем недавно. — видели, как я его? — те быстро закивали и натянули слабую улыбку, желая поскорее поговорить о чем-то другом. Ведь этот надоеда Вонши повторял про этого Феликса уже много раз, будто тот был для него не чем-то вроде груши для битья, а парнем, в которого тот втрескался по уши. Хван, привычный ничего не отвечать и игнорировать то, что его не касалось, почему-то остановился и подошел к тому вплотную. — Кого? — Чего ты, Хёнджин? — засуетился Вонши, когда тот стал смотреть так холодно, что хулиган чуть в стену не вжался. — Кого ты побил? — Да сопляка какого-то, забей. — сразу начал волноваться Вонши. — С ним ничего такого… — Кровь на лице, побитые руки, рваная одежда и вывихнутая нога — это ничего такого? — язвил Хёнджин, сдерживая гнев. — Не трогай больше его. — и отошел в сторону своего дома. — Сдался тебе он. — Не трогай его, понял? Хван не увидел, что тот ответил, так как вернулся в невозмутимый вид и направился домой. Сам не понимая, почему защищает какого-то парня из универа, ведь у самого проблем по горло. Хотя, помогать другим Хёнджин всегда любил, но был случай, после которого он перестал помогать вообще. В подростковом возрасте Хван интересовался всем тем, что было связано с людьми и лечением. Мать подсадила его на такой интерес, с детства водя его во всякие приюты. Хван помогал всем: кормил собак, поддерживал деньгами, заработанными собой за долгое время и с большим трудом, больных и так далее. Когда его мать умерла, ему было шестнадцать, все взвалилось на него сразу: отца не было, приходилось платить за всё самому, при этом ходя на работу до самой ночи, а утром сидя на уроках; друзей у него не было, которые могли бы хоть как-то помочь. Да даже если бы были, он бы никогда не взвалил на них все это, говоря себе, что я сам всё должен делать! и проблемы никого не касаются, кроме меня! В трудные моменты Хван продолжал помогать всем, в том числе и был его одноклассник, которого избивали и издевались над ним. Помогая деньгами и защищая его, Хёнджин не сразу понял подвох. Все было подстроено, дабы собрать денег с людей, которые помогут. После такого Хван Хёнджин больше не касался помощи к школьникам, а позже и ко всем остальным. Полностью закрывшись в себе, он стал решать свои проблемы и пытался выбираться из всего этого. Сказать, что стало легче, значит ничего не сказать. Хоть сейчас он уже не парился насчёт работы, устроившись моделью пару лет назад и накопив с этого на десять лет вперёд денег, он продолжал скучать один. Друзей так и не было, хотя Хван и не пытался их силой получить. Не хотели, значит, не хотели, не заставлять же их. Да и к тому же, Хёнджин не любил навязываться кому-то, поэтому сейчас ему нормально жилось одному, но вот только популярность, всплывшая совсем недавно, ему совсем не нравилась. Он получал много внимания только из-за того, что популярен, а не из-за того, что интересен и подобное. Кроме как Хёнджин, ты красивый, Хёнджин, я хочу тебе вдуть, Хёнджин, ты сексуальный он больше ничего не слышал. Всем нравилась только его внешность, из-за которой он быстро набрал денег. А вот его внутренний мир был нужен только ему самому, не было человека, кто бы полюбил его не за красивую обложку, а за внутренность. Когда-то в школьное время за Хёнджином гналась какая-то на вид милая девушка с длинными пшеничными волосами, худым телом, острыми скулами и россыпью веснушек на лице. Та часто смотрела в его сторону с улыбкой до ушей, крутила на палец свои волосы и пару раз даже посылала ему воздушные поцелуи. Поначалу, Хёнджин не отвечал на все её знаки, думая, что она как и все ждала только одного, но спустя время он ей поверил, начав сам нежно улыбаться ей и провожать до аудитории. Какие-то два месяца они очень тесно дружили, хотя это дружбой не назовёшь, но всё же, кроме неё у них не было чего-то большего, например, отношений, которых та сильно желала, но Хёнджин не хотел торопиться, говоря, что ему нужно время всё обдумать. Девушка на это кивнула и улыбнулась, добавив при этом, что будет ждать столько, сколько ему нужно. И вот в один вечер, когда Хёнджин всё обдумал и позвал её на встречу, спонтанно узнал, когда проходил мимо одной аудитории, что это всего лишь была игра. Увидев в аудитории свою подругу, стоящую сначала у парты, молча ждущую, что же скажет ей какой-то человек, он остановился и принялся слушать до конца. — Минада, ты знала, что я тебя люблю? — говорил тот безумно плаксиво. Подойдя к ней ближе, он подсадил её на стол и встал между ног. Не дожидаясь ответа, парень дотронулся до рубашки Мины и расстегнул её. Пока та молчала, он чувствовал себя самым главным здесь. — Слушай, детка, разве нужен тебе этот? — спрашивал блондин, прижимая девушку ближе к себе и целуя её трепетно, засовывая руки под её юбку. — Нет, малыш. Ах... — застонав, когда её парень оставил на её шее засос, она принялась за его рубашку, спустив ту на плечи. Поводя пальцами по его торсу, блондинка добавила. — Не нужен мне это Хва-аан, — простонав конец предложения, когда блондин с ухмылкой снял с неё весь верх и принялся целовать шею и спускаться ниже. — Он просто красивый был, но точно не лучше тебя. Ах... Хёнджин больше не стал ничего слушать и смотреть, молча уйдя из школы. Достав телефон, он заблокировал девушку из всех сетей и удалил её номер. — Не знал, что ты лишь подстилка, Минада. — пробубнил он, когда очистил все фотографии улыбающейся девушки из галереи. Больше они не дружили, не общались и даже не виделись, потому что парень перевёлся в другую школу, полностью позабыв про эту девушку в его жизни.                                       *** Ли добрался до своего дома за час. Тело ужасно ныло, хотелось сдохнуть и всё. Приняв душ, он кое-как обработал себе раны, так как вообще не знал даже базовых вещей, или всё, что мог, и лёг спать. Распластавшись по всей кровати, парень громко вздохнул, то ли от усталости, то ли от боли, то ли от всего сразу, включая желание поскорее стать старше и избавиться от всего дерьма, что так давно его окружало и не давало пройти дальше, или желания поскорее закончить свою жизнь. Тут было два варианта, один простой, но Феликс знал, что люди, которые это делают, совершенно теряют все краски от жизни, чтобы это совершить, а вот Феликс ещё не утратил всё, что у него сейчас есть и поэтому были силы бороться, потому этот вариант плавно перетекал во второй, более сложный, в котором нужно было бороться и не обращать внимания на всё вокруг. Медленно и осторожно перевернувшись на больной бок, Феликс пискнул от боли, но всё равно продолжил лежать в своей любимой позе. Обняв свои колени и вторую подушку, парень заснул.                                                  * Проснувшись спонтанно посреди ночи, Ли больше не мог заснуть. На кроватных часах сверкала надпись 03:23. Приняв сидячее положение, Феликс принялся потирать глаза, как обычно делал, когда просыпался по утрам. На всё ещё болящих ногах он спустился вниз за чашкой кофе, надеясь, что хоть напиток вернёт бодрость на какие-то пару часов. Заварив желанный кофе, парень поднялся обратно в комнату и присел за стол, где всё ещё покоились брошенные им вчера учебники с заданиями на сегодняшний день. Отхлебнув напиток, Феликс открыл тетрадь и начал работать. Всё таки учёбу никто не отменял, будет обидно, если он придёт с пустыми руками сегодня на пару, где все будут сдавать свои покупные работы, а он же будет получать замечания и плохие оценки, а потом прощай единственный доход денег. Уняв плохие мысли, Феликс продолжил начатое, и спустя два часа всё было готово. Откинувшись на спинку стула, парень с громким звуком вздохнул, потягиваясь. Надпись на часах сменилась на полшестого. Приняв решение, что лучше сделать завтрак себе сейчас и перекусить им где-нибудь в уголке своего вуза, вместо того, чтобы уйти голодным, так как мать совсем скоро начнёт свое утро с ранним влогом для своих сплетниц-подписчиц. Собрав свой старый потрепанный рюкзак, Феликс оделся так же, как и вчера и спустился на кухню. Быстро наделав себе пару легких сэндвичей, он поместил их в контейнер и с негромким хлопком покинул дом.                                            *** Разместившись во время перерыва на лавочке в самый дальний угол столовой, Феликс принялся доставать свою еду. В животе сильно урчало, будто напоминая, что тот снова не ел уже два дня и все это время жил на воде, как и раньше. Еле открыв контейнер, парень собирался уже набить рот едой, как увидел Вонши в паре метров от себя. Фыркнув, он сначала не обращал больше на него своего внимания, но после, когда тот силой выбил из рук Ли контейнер и выбросил куда-то в мусорку, он поднял на него свой грустный взгляд, наполненный слезами. — Хватит тебе жрать, сопляк. — раздался грубый голос хулигана. — Похудей наконец. — добавил тот с усмешкой и, громко топая, ушел в сторону своей компании. — Знал бы он, что я вообще не ем. — внезапно тихо произнёс парень, стоило тому уйти. — Ну, воду не забрал, хотя бы что-то. — успокаивал себя как угодно Феликс, не желая портить самому себе настроение. — Эй, слышь, хрящ. — вновь тот голос обратил на себя внимание Ли. — Пить я тебе тоже не разрешал. — мимо его лица пролетела чья-то тетрадь, со скоростью света сбив бутылку в руках парня и отправив её туда же к еде. — Так-то лучше. — произнёс он громко, заставляя всех обернуться и посмотреть на это зрелище. Ли сдерживался, чтобы не нагрубить этому Вонши и высказать всё, что он думает. Подобрав свои вещи, Феликс направился в сторону аудитории, как вдруг получил удар в плечо. Хулиган, скалясь, кинул в него ещё одну тетрадь, которая выбила рюкзак с его плеча, причём ещё и умудрившись раскрыть его внутренность на весь пол. Опустив взгляд вниз, а после на Вонши, Ли принялся плакать и собирать рюкзак. Внезапно подошедший Хёнджин заметил толпу людей и направился туда посмотреть, завидев того самого парня, которого видел вчера, он с отвращением глянул на Вонши, который вдобавок закидывал его едой. Подняв свои вещи, Феликс убежал со всех ног в другую сторону, точно не туда, где должна была быть пара. Растолкав толпу, Хёнджин подошел к хулигану и громко произнёс: Ублюдок. И ушёл туда, куда совсем недавно побежал блондин.