Шоколад с истёкшим сроком годности

Смирился ли он со своим положением? Как бы не так! Саске готов был разорвать Итачи на части после того, когда узнал о свадьбе и о том, что брат переехал к этому ублюдку. Неизвестно, какими силами, но Саске сохранил хладнокровие на лице в тот день, когда Итачи сообщил о своем решении родителям. Саске был на сто процентов уверен, что за ним следят люди Мадары. Куда бы он ни ходил: школа, дополнительные занятия, магазины или встреча с друзьями. Везде мерещится человек в черном костюме, следующий за ним по пятам. Саске одно время пытался дозвониться до брата и сообщить ему об этом. Но до Итачи теперь сложно добраться. Профессия отнимает у молодого специалиста все время и энергию. Итачи всегда был таким, сколько себя помнит Саске. Ответственный старший брат, что никогда не оставит в беде. Только теперь Саске считает, что их личная жизнь оборвалась грубой рукой Мадары. Альфа взял хирургический скальпель и отрезал их друг от друга. Когда у человека что-то отрезают, место ампутации необходимо перетянуть жгутом. Чтобы пациент не погиб от потери крови. Его рану никто перетягивать не стал. Последний месяц Саске сидит на успокоительных и снотворном. За это время он стал чаще забивать на учебу. Успел словить несколько предупреждений от учителей. Все в один голос говорят, что сообщат родителям о его плохой успеваемости. Но пока их дом никто не беспокоил. Потому что все верят, что Учиха Саске выберется из той выгребной ямы, в которую его окунули с головой. И люк не забыли закрыть. Злость на старшего брата никуда не делась. Она только крепнет с каждым прожитым днем. На последних выходных Саске решил понаблюдать за Итачи. Знал, что брат будет отдыхать и что, скорее всего, он будет с Мадарой. Взяв такси до адреса альфы, Саске через полчаса уже стоял перед элитной многоэтажкой, воровато озираясь по сторонам комплекса. Если за ним следят, значит, уже доложили Мадаре о его прибытии. Натянув кепку на глаза, Учиха занял место в местном парке, наблюдая за входом в здание. Элитные машины то приезжали, то уезжали, забирая жителей данного района. Саске набрал номер брата. Приложив телефон к уху, ждал ответа. — Саске? — Трубку сняли после четвертого гудка. Голос Итачи оказался сонным и хриплым. — Что-то случилось? — Ничего. Решил узнать, чем ты сегодня занимаешься. Молчание. Саске услышал шелест одеяла. Значит, Итачи еще спал. На часах давно за десять утра. — Я разбудил тебя? — В голосе не было и доли сожаления. — Вернулся после смены. Нет. Все хорошо, — будничным тоном ответил Учиха. — Ты дома? Может, позавтракаем вместе? — Я уже позавтракал, спасибо. И снова тишина. Саске почувствовал небывалую веселость в том, что сейчас происходит. — Но я хочу с тобой поговорить. — Хорошо. Где встретимся? — Тут же подхватил старший брат. — Без разницы. — Итачи назвал адрес кофейни, и Саске первым сбросил вызов. Выполнив все ванные процедуры, Итачи вышел из комнаты, переодевшись в теплый свитер и брюки. Мадары в квартире не оказалось. Скорее всего, тот уехал на работу. Что не удивительно. Узнав график Главы, Итачи как-то спросил альфу, когда тот отдыхает. На что получил лаконичный ответ: «когда сплю». Намечающаяся встреча с братом воодушевила Итачи. Саске ссылался на завал по учебе, да и Итачи был занят в последнее время. Сегодня отличный шанс поговорить по душам. Саске увидел, как брат покинул дом. Его бледная кожа ярко выделялась на фоне темной одежды. Волосы, аккуратно собранные в низкий хвост, перчатки на руках, которые Итачи спрятал в глубокие карманы. Брат не заметил Саске, направившись в сторону оживленной улицы. Саске последовал за ним. — Итачи? Итачи, привет! Какой-то парень подошел к брату, дружелюбно похлопав его по спине. Саске не рассмотрел чужого лица. Но остановился, наблюдая за этими двумя. — Вы? — Итачи не ожидал встретить Изуну. — Я как раз шел к вам, — Изуна говорил громко, Саске не нужно было прислушиваться. — Нии-сан дома? Почему гуляешь один? — Мадара-сан на работе. Саске в немом шоке уставился на вертящегося вокруг брата человека. Так этот парень — младший брат Мадары? — Ох, вот как, — Изуна тут же погрустнел, но все же протянул Итачи несколько пакетов, что принес с собой. — Это вам. Не хочу ждать свадьбы. Принимайте подарки прямо сейчас. — Изуна-сан, не стоило. — Учиха пакеты взял, не став рассматривать содержимое. — Стоило-стоило. Не упрямься, Итачи. Скажи, — Изуна улыбнулся парню. — Волнуешься, да? Саске резко вынырнул из-за угла, подняв руку и громко крикнув на всю улицу. — Нии-сан! Итачи резко обернулся, найдя глазами Саске. — Нии-сан? — Повторил Изуна, уставившись на подошедшего парня. Они уже встречались. В полицейском участке. Тогда мальчик был очень плох. — Саске, да? Привет, парень. — Чего ты так долго? Я уже пошел тебя искать. — Проигнорировав Изуну, Саске толкнул брата локтем. — Что это у тебя? — Саске, позволь представить тебе младшего брата… — Да, привет, — грубо перебив Итачи, чем вызвав немое удивление на лицах этих двоих, Саске одарил Изуну колючим взглядом. — Что у вас с губой? — Прости? — Изуна еще не отошел от подобного поведения. — Ну, у вас нижняя губа раздутая. — Саске. — Итачи попытался схватить брата за руку, но Саске сделал шаг вперёд к Изуне, показав пальцем на свои губы. — Вот здесь. — У меня такое лицо с рождения… — Изуна впервые сталкивался с подобной бестактностью. — А, понятно, — закивал Саске. — Вы же знаете, что мой нии-сан учится на хирурга? Можете потом записаться к нему на консультацию. Итачи грубо схватил Саске под локоть, развернув его лицом к себе. Глаза его пылали от гнева, а Саске сохранил на лице ангельское выражение непонимающего мальчика. — Что? — Ты сказал сегодня достаточно. — Еще нет. Отпусти, — выдернув свою руку из чужих пальцев, Саске вернулся к экзекуции Изуны. — Значит, ты младший брат Мадары. Совсем что-то не похожи. — Саске-кун, а ты довольно прямолинейный человек. — Изуна попытался смягчить обстановку, но Саске решил «убить» его попытки, не щадя чужих чувств. — Ваш брат избил меня месяц назад. — Чт…? — С лица Изуны вмиг пропала улыбка. Он в шоке уставился на парня. И Саске продолжил. — По его словам, это было наказание. Но, как по мне, он лишь утолил свою ненормальную жажду насилия. — Саске, нам пора. Итачи сделал шаг к брату, но Изуна оказался быстрее. Не успел Саске ничего предпринять, как его грубо схватили за воротник куртки и с силой приложили спиной к витрине местного магазина. — Еще раз я услышу от тебя что-то плохое о моем брате, — зашипел Изуна, испепеляя взглядом ухмыляющегося Саске. — Изуна-сан, отпустите его, — вмешался Итачи. — Изуна-сан! — Повысил голос Учиха, стиснув в хватке чужую кисть. — Вот видишь, нии-сан. У них вся семейка чокнутая и повернутая на насилии. Не понравилось, что я сказал? — Ты! — Изуна был готов ударить нахального мальчишку. Но Итачи смог оторвать мужчину от Саске. Оттолкнул его в сторону. Изуна поскользнулся на плитке и упал на тротуар. Люди, спешащие по своим делам, с интересом наблюдали за развернувшейся картиной. — Да что ты знаешь о моем брате, тупой мальчишка?! — Закричал Учиха, вскочив на ноги. — Как смеешь так говорить о нем?! — Изуна-сан, пожалуйста, успокойтесь. — Итачи не ожидал истерики. Точно не от него. Но Изуну было уже не остановить. Его глаза опухли от непролитых слез, нижняя губа задрожала от гнева. Сильно разнылось бедро, на которое он упал. Но больше всего бесил Саске. Человек, у которого практически такое же лицо, как и у него. — Твой брат забрал моего брата, — холодно ответил Саске. — Вмешался в нашу семью, считая, что может ею управлять. — Он твой Глава! — Плевал я на клан! — Выкрикнул Саске, заметив, как дрогнули губы Изуны. — Какое отношение клан имеет к тому, что происходит в моей семье, а? Мадара просто ткнул пальцем в небо и попал в мою жизнь. — Итачи, успокой его. — Захрипел Изуна, размазав на мокром лице первые слезы. — Вы в порядке? — Итачи достал из кармана пальто чистый платок, но мужчина не принял его. — Черт, нет! Я не в порядке! И я ухожу! — Изуна метнул на Саске полный ненависти взгляд и поспешил к подъехавшей машине. — Бедненький. Расплакался. Пусть звонит своему братику и жалуется, — съязвил Учиха, а после громко рассмеялся. — Так вам и надо, ублюдки сраные. Саске убрал руки за голову и как ни в чем не бывало, пошел в сторону нового дома хирурга. От этих криков только пить захотелось. — У меня не найдется слов, чтобы выразить все свои эмоции, Саске. — Кинув электронный ключ на стеклянную подставку, Итачи снял с себя пальто и обувь. Саске тоже разделся, взяв из выдвижного шкафа тапочки. Чувствует себя как дома. Нет. Даже лучше. Дома есть много вещей, которых нельзя делать. Но здесь можно все. Это что, китайская ваза эпохи Цинь? Интересно, если ее разбить к чертям собачьим, станет ли больно мудаку? Но это всего лишь детские шалости. Нужно играть по-крупному. — Я сказал лишь правду и ничего кроме правды. Это уже его проблема, что он обиделся. — Существует чувство такта, Саске. И банальное воспитание. Я не таким тебя… — Да-да, а можно колы? — Саске успел найти кухню, пока Итачи разразился на лекции. Учиха взял с полки напиток. Открыв его, глотнул из горла. — Ох, как хорошо! Холодной она пьется иначе. — Саске. — М? — Повернувшись к брату, Саске одарил его невинным взглядом. — Ты понимаешь, почему поступил неправильно? Раньше ты не был так жесток к людям. — Раньше в нашей жизни не было Мадары, — ответил ему парень, поставив бутылку обратно в холодильник. — Можешь думать о чем хочешь. Что я жестко ревную, и это правда. Что хочу испортить Мадаре жизнь, и это тоже правда. Ты легко принял его в свою жизнь, но я… — Ты так думаешь? — Перебил его Учиха, и Саске замолк на несколько секунд, уставившись на брата. Итачи выражал абсолютное спокойствие, но руки, сложенные на груди, были напряжены. — Легко принял в свою жизнь? — Переспросил Итачи. — Ты сказал Изуне, что тебе плевать на клан. Только вот клану на нас не плевать. — Что ты хочешь этим сказать? — Что ты поступил неправильно с человеком, которого впервые в жизни увидел. У меня есть его телефон. Ты позвонишь ему и извинишься. — Хера с два, — рыкнул Саске, ударив кулаком по холодильнику. — Это ты привык перед всеми извиняться, кланяться и прочее дерьмо. — Тебя воспитывал таким же. — Я не такой, как ты, — огрызнулся Саске, и у Итачи дрогнули губы. — Я никогда бы не променял нашу любовь. Считаешь, что лишь забавлялся со мной все это время? — Нет, — коротко ответил Итачи. — Я никогда так не считал. — Тогда почему бросил меня? — И не бросал. — Хочешь усидеть на двух стульях, да? Гребаный эгоист. Тебе и я нужен, и этот мудила нерасчёсанный. Только вот, нии-сан, ты свой выбор уже сделал. — Все сказал? — А то что? Выкинешь меня отсюда? Итачи готов был ответить брату, как его оборвал звонок. И звонили на домашний телефон. Лишь один человек мог это сделать. Итачи подошел к телефону и снял трубку. На том проводе молчали, и Итачи не спешил подавать голос. — Он рядом с тобой? — Спросил Мадара. — Нет. — Солгал Учиха. От голоса альфы его бросило в дикий холод. Мадара не просто рассержен. Он в бешенстве. — Дома, под крылом своих родителей. Я так понимаю? — Мадара-сан, о чем вы говорите? Недолгое молчание здорово играло по нервам хирурга. — Моего младшего брата довели до слез. Я его очень люблю, Итачи. Больше своей жизни, понимаешь? Прямо сейчас он сорвал меня с важного совещания. И весь в слезах, в дикой истерике рассказал, что случилось. У меня лишь один вопрос. Почему ты ничего не сделал, Итачи? Итачи глаз не сводил с Саске. Младший брат беспардонно рылся по шкафам хозяина дома, переворачивая все с ног на голову. Прикрыв глаза, Учиха глубоко вдохнул. — Я требую от него прямых извинений, — голос альфы понизился еще на несколько градусов. — Обидеть Изуну — это значит обидеть меня. — Мадара-сан, я глубоко сожалею о том, что произошло. — Нии-сан! Можно я включу это? — Громко спросил Саске, наслаждаясь выражением лица брата. Итачи замерз изнутри, впившись глазами в довольного школьника. — Это его голос только что прозвучал в моей гостиной? — Спросил Мадара. — Ты маленький врунишка. — Мадара… — Только посмей его куда-нибудь спрятать. — Глава сбросил вызов. Саске резко ушел в сторону, когда Итачи набросился на него в попытке схватить. Подхватив с дивана подушки, он швырнул их в брата, громко смеясь. — Саске! — Закричал Итачи, в панике посмотрев на часы. Если Мадара выехал сейчас, то через пятнадцать минут он будет здесь. — Что такое? Чего ты так реагируешь? — Смеялся Учиха, ловко кидая в брата декоративные подушки. — Может, тебе не нужно выходить за него? Если он уже тебя так пугает? — Немедленно прекрати! — Итачи рванул на брата, перепрыгнув диван. Но не заметил под ногами кинутую подушку. И оступился. Нога заскользила по гладкому полу, тело по инерции полетело вперед. Итачи с грохотом рухнул лицом вниз, зарычав от боли. Саске задержался у дверей гостиной, наблюдая за поднимающимся братом. Они в детстве часто играли в догонялки. Итачи всегда его ловил. — Сас…ке… — Из разбитого рта текла кровь. Содранная щека под левым глазом пульсировала свежей раной. Но Итачи не замечал ничего, кроме брата. — Тебе бы водички глотнуть. — Саске рванул прочь из гостиной. Ускользая от цепких пальцев старшего брата, юноша продолжал громко смеяться. Вся эта ситуация жутко веселила его. Словно они вернулись в беззаботное детство. Но Итачи было не до смеха. Осталось каких-то пять минут до прибытия Главы. А в доме полный бардак. Саске забежал на лестницу. Итачи остановился на первых ступенях. Тяжело дыша, парень накрыл рукой содранную щеку, громко сглотнув. Горло сухое и колючее. Саске остался стоять на верхнем этаже, обведя взглядом открывшийся вид квартиры. — Тебе будет хорошо без меня, — он не спрашивал, а утверждал. — Корень проблемы — я. — Не говори глупостей, — Итачи закашлялся, вцепившись в поручень. — Мы должны поговорить, Саске. Еще раз. — Думаешь, я совсем дурак? — Вернув внимание на брата, Саске ударил кулаком по перилам. — Могу я хоть что-то сделать?! Могу, а?! Эта чертова свадьба неизбежна! Я это понимаю! — Парень пошатнулся, а после сполз на пол вниз, уткнувшись лбом в зеркальные вставки. Его голос звучал намного тише. — Что мне теперь делать, нии-сан? Итачи тенью поднялся по лестнице, присев перед дрожащим братом. Обнял его, прижав к груди. В этот момент хлопнула входная дверь. — Итачи. — Позвал из коридора голос Мадары. Звякнули ключи, и послышался топот ног. Мадара вошел в гостиную, обведя взглядом небольшой беспорядок, устроенный братьями. Самих виновников он нашел на лестнице. Саске отстранился от брата, размазывая по мокрому лицу слезы. Опухшие красные глаза уставились на стоящего внизу альфу. Если бы он только никогда не существовал. Если бы они не были причастны к клану. — Это что, кровь? — Мадара заметил на полу алые бусины, которые уже успели подсохнуть. Итачи обернулся на мужчину, и тот все понял. — Умойтесь. Вы оба. Я принесу лед и бинты. Прошло чуть больше получаса, когда все трое оказались в гостиной. Мадара не стал спорить, когда Саске отобрал у него аптечку, чтобы лично обработать раны старшего брата. Итачи не проронил ни звука, пусть и перекись нещадно щипала кожу. Пластырь скрыл наливающийся синяк. Саске сделал все аккуратно. — Приготовлю чай. — Итачи поднялся с дивана, ушел на кухню, оставив Мадару с братом. Глава какое-то время молчал, а Саске забрался с ногами на диван, уставившись в одну точку. — У нашего клана есть масса особенностей, которых нет у других людей, — заговорил Мадара, поглядывая на притихшего парня. — Одна из них — это невероятная в своих масштабах любовь. Саске вздрогнул от его слов, медленно обернувшись на мужчину. Мадара кивнул ему, продолжив. — Любовь к своим близким. Готовность идти ради них на любые жертвы. Саске, ты напоминаешь меня в те годы, когда я, так же как и ты, не мог принять факта, что Изуна уходит от меня. Саске молчал. Но хотя бы слушал. — Я устроил ему взбучку за это. Впервые за все время кричал на него так, что глохли уши и разрывалось горло. Изуна кричал на меня в ответ. Обвинял меня в гиперопеке. Знаешь, какого мне было? Слышать подобное от самого дорогого мне человека. Я его чуть не убил на месте. — Мадара хмыкнул, сцепив пальцы в замок. Заскрипели перчатки. Саске задержал на них взгляд. — Мы тогда очень сильно поругались. А потом я узнал, что Изуна в положении. Саске удивлённо приоткрыл рот. В глазах что-то промелькнуло, и Мадара зацепился за эту эмоцию, глубже проникая в сознание юноши. — Тогда я считал, что больше не нужен Изуне. Но это оказалось не так. Саске так и хотел съязвить, что его отношения с братом совсем иные. Что их узы намного прочнее, чем связь по крови. — Ты не примешь меня. Это я уже понял. Но попытайся не быть эгоистом. И подумай о других людях, окружающих тебя. Какого твоему брату сейчас? А родителям? А самому себе? Ты скоро окончишь старшую школу, а дальше путь во взрослый мир. Что из тебя в итоге вырастет, если ты будешь вариться в этой ненависти ко мне? Могу понять твою привязанность к брату. Черт возьми, я бы поступил также. Потому что это ваша связь. И даже я не смогу ее уничтожить. — И что мне теперь делать? Смириться? — Спросил Саске, прямо смотря на Мадару. И только сейчас, при таком близком рассмотрении, он смог увидеть его лицо. Уставшее, с огромными мешками под глазами. И взглядом глубоким и одновременно грустным. Мадара внезапно поднялся с дивана и в два шага оказался перед Саске, присев на подлокотник его кресла. Каскад черных волос защекотал лицо младшего Учихи. Саске попытался отстраниться от него. — Ты моя семья, Саске, — заговорил Мадара, наклонившись над изумленным парнем. — В тебе я вижу своего младшего брата, а также того, кому принадлежит сердце Итачи. Саске вздрогнул на месте, не веря тому, что брат рассказал ему об их отношениях. — Я очень догадлив, малыш, — с полуулыбкой на губах прошептал Мадара. Рука в перчатке коснулась щеки Саске. Мужчина заставил его посмотреть на себя, взяв за подбородок. — Тогда ты тем более должен отпустить его. — Прошипел Саске. Пальцы под перчатками оказались жутко холодными. — Уже не могу, — в глазах промелькнула темнота. Мадара огладил большим пальцем щеку парня, а после отпустил его, поднявшись на ноги. — Мы сильны в любви. Помни об этом.