Я не могу это контролировать

— Неужели все это — ради тех самых треклятых часов? — вздохнул Тэхен. — Не исключено, что так оно и есть, — кивнул господин Ли. — Сокджин рассказал мне о них подробно, даже предоставил фотографии, и мы по своим каналам выяснили, что данные часы представляю собой раритет, который в один период времени очень интересовал спецслужбы целого ряда стран… — Да, в дневниках моей мамы мы прочитали о том, что из-за них однажды даже произошла перестрелка, а потом ими интересовался человек по имени Вэнь Жулю. Я привез эти дневники с собой. Господин Ли отправил сканы дневниковых записей своим спецам для расследования, а сам еще раз обошел дом, внимательно осмотрев каждый уголок. На большой экран вывели изображение со всех видеокамер, чтобы постоянно наблюдать за тем, что происходит в доме и на улице. — Простите за временные неудобства, просто держите в голове, что все комнаты дома просматриваются, кроме туалетов, — господин Ли был невозмутим. — Чтобы потом не чувствовать себя неудобно. — Вы не будете спать? — спросил Тэхен обеспокоенно. — Нет, ночью не буду, — покачал головой господин Ли, — но мы договорились, что в четыре утра меня у мониторов сменит Сокджин. Я не привлекал дополнительный состав для дежурства в доме, чтобы не делиться информацией об операции в полном объеме ни с кем, кроме вас. Моя команда получает лишь отдельные задания, и каждый выполняет их, не имея представления об общей сути. Отправляйтесь спать, а утром я посвящу вас во все детали операции. Тэхен долго ворочался в кровати, обдумывая сложившуюся ситуацию. С момента, когда воспоминания вернулись, он все отчетливее понимал, что в лесной дом возвращаться ему не хочется. И не только из-за часов. Просто он перестал быть ЕГО домом. Теперь он представлялся Тэхену каким-то временным убежищем, но в нем самом становилось с каждым днем все опаснее и опаснее. В глубине его души вернувшиеся из прошлого чувства боролись с приобретенными за годы жизни без воспоминаний, и результаты этой борьбы оседали как сажа на стенках. От мысли о том, сколько всего в своей жизни Чонгук пережил без него, Тэхена, хотелось плакать. В памяти то и дело всплывали слова его: «Наверное, в тебя первого я бы и влюбился», и внутренний голос услужливо поддакивал: «Ты мог бы стать его первым! Но не стал!». И от этих мыслей в горле становилось щекотно. Чонгук вошел в спальню вслед за Сокджином и остановился в нерешительности. — Малыш, сегодня без секса, — улыбнулся Сокджин, расправляя кровать. — Не думаю, что господин Ли перед мониторами заслуживает такого к себе отношения. Хотя, конечно, есть любители… Ты чего не ложишься? Чонгук топтался на месте, переминаясь с ноги на ногу, о чем-то напряженно думал. — Ты не хочешь рассказать мне о том, что случилось там, куда вы ездили? — Сокджин устроился в кровати и похлопал рукой по одеялу. — Мне очень интересно. Чонгук, наконец, забрался в кровать. — Тебе разве не нужно немного поспать, если ты собираешься сменить господина Ли? — напомнил он. — Засыпай, у нас будет еще время поговорить. Чем еще заняться в этом доме двое суток подряд? Сокджин наклонился и мягко коснулся лба Чонгука губами. — Ты так много делаешь для меня, — прошептал Чонгук. У него сегодня глаза все время были на мокром месте. — Слишком много. — Просто я люблю тебя, — улыбнулся Сокджин. — Ты — моя самая важная драгоценность, мой раритет, вот я тебя и оберегаю. Господин Ли откинулся в кресле, не отводя взгляда от монитора. — Вэнь Жулю… Вэнь Жулю… Где же я слышал это имя? Он достал телефон и прокрутил список контактов, размышляя, кто бы мог ему помочь в этом вопросе. Время было позднее, и, конечно, неудобно было тревожить людей, только если… Господин Ли улыбнулся, заметив светящийся значок «онлайн» возле одного из контактов. — Ну, ты известный полуночник, — пробормотал он и послал вызов. — Ого, — раздалось на другом конце телефонной связи, — снова на боевом посту? Привет, Ли. — Квон Джиен-ши, — поприветствовал господин Ли. — Тебе опять не спится? — Да вот попалось одно интересное дело, копаю кое-какие материалы… — поделился Квон Джиен. — Ты по делу или поболтать? Хотя, кого я обманываю, когда это ты звонил своему однокласснику и другу детства просто поболтать? — По делу, — улыбнулся господин Ли. — Скажи-ка мне, не говорит ли тебе о чем-то имя Вэнь Жулю? — Не поверишь, — рассмеялся Квон Джиен, — но именно это имя сейчас у меня перед глазами. А ты по какому поводу им интересуешься? — А ты по какому? — задал встречный вопрос господин Ли. — Старый партизан, — усмехнулся в трубку Квон Джиен. — Играешь нечестно. Это же ведь ты позвонил… — И все-таки? — Тогда я расскажу тебе о том, кто такой Вэнь Жулю, а ты потом мне скажешь, зачем тебе нужен такой важный человек. — А он важный? — Еще какой! В мире антиквариата и эзотерики он известен как щедрый спонсор закрытых экспедиций и владелец частных архивов, доступ к которым запрещен для широкой публики. Этакий, знаешь, эксцентричный миллиардер, одержимый историей династии Тан. Есть сведения, что он связан с криминальным миром Китая, что он там крупный авторитет, но это, конечно, только догадки. — Это я и хотел услышать, — кивнул господин Ли. — Пока больше рассказать не могу, но в будущем — обязательно. Когда дело будет закончено. Обещаю. Господин Ли сбросил звонок, попрощавшись, и, заметив на мониторе движение, обернулся. Проследил взглядом, как из своей спальни вышел, крадучись, Чон Чонгук. Он вошел в гостиную, совмещенную со столовой, кивнул господину Ли, прошел к холодильнику, достал бутылку воды и отпил несколько глотков. Затем снова кивнул и вышел из гостиной. Господин Ли с улыбкой проследил по монитору, как Чонгук, выйдя в галерею, свернул не в сторону своей спальни, а к комнате Тэхена. Чонгук вошел в спальню Тэхена и мягко притворил за собой дверь. Тэхен не спал. — Гукки? — приподнялся он, опершись на локоть, — что-то случилось? — Ничего, — помотал головой Чонгук, — просто я… Он молча влез на кровать и, смешно повозившись, устроился рядом с Тэхеном. Тэхен улыбнулся и мягко обнял Чонгука, притянув к себе. Тот еще повозился, развернулся так, чтобы прижаться спиной к груди Тэхена. — Я полежу так немного и уйду, — прошептал он. — Можно? — Можно, — в ответ ему прошептал Тэхен. — Хён… — начал Чонгук, — а ты… Он замолчал, почувствовав, как грудь, прижатая к его спине, заметно напряглась. — Что такое? — испуганно обернулся Чонгук. — Ничего, — шепотом ответил Тэхен. — Просто ты впервые назвал меня хёном. В этой, новой жизни, я имею в виду. — Я всегда называл тебя хёном, — возразил Чонгук, хотя прекрасно понимал, что имеет в виду Тэхен. — Всегда, — согласился Тэхен. — И никогда раньше… Смешно, правда? Я имею в виду всю ту ситуацию, в которую мы попали. Смешно, но и горько осознавать, что мы попали в нее из-за моей мамы, ее работы и все такое… — Спи, Тэтэ-хён, — прошептал Чонгук. — Мы ведь УЖЕ в нее попали. Чего уж теперь переживать? Будем как-то выпутываться… *** Утром господин Ли познакомил присутствующих с планом действий. — Наша задача – безопасная транспортировка Чонгука и Тэхена в точку встречи, то есть в лесной дом, а также обеспечение безопасности самой встречи и последующее безопасное возвращение. Подготовка будет включать в себя следующие этапы. — Я чувствую себя очень важной персоной, — пробормотал Тэхен, и Сокджин, проснувшийся в четыре утра и не обнаруживший в постели Чонгука, а потом обнаруживший его спящим в комнате Тэхена, бросил на него сложный взгляд. — Первое, что нам нужно сделать, это обеспечить информационную тишину. Во-первых, мы скинем в сеть информацию о том, что Чон Чонгук завтра улетает в Китай для участия в музыкальном фестивале в компании своего друга Ким Тэхена, но без Сокджина. Это нам обеспечит шумиху в сети, волну негодования, которая в этот раз сыграет нам на руку, немного сбив с толку (как мы надеемся) нашего Хейтера. Для того, чтобы невозможно было отследить, где вы находитесь, вы сейчас же сдадите мне свои сотовые телефоны, и они поедут в аэропорт Инчхон вместе с подставными лицами, которые будут отвлекать внимание и изображать вас, едущих за границу. Придется двум мои ребятам слетать в Китай. Вместо ваших телефонов для связи я выдам вам спутниковые терминалы с шифрованием. Сегодня ночью группа технических спецов выехала в лесной дом, чтобы проверить сам дом и трейлер на предмет «жучков» и камер, а также на предмет взрывчатки. Еще одна команда уже занялась мониторингом аккаунта Хейтера и его подписчиков в реальном времени с помощью AI-аналитики, чтобы выявить любую активность в сторону лесного района. Пока дом будут проверять, группа технического обеспечения подъедет в тот же район, и как только поступит команда, что дом чист, они установят внутри и снаружи камеры периметра, датчики движения и глушилки сигналов. Предварительно прочесав лес в радиусе километра. — Ух ты, — выдохнул Тэхен восхищенно, — как в настоящем боевике! Господин Ли поднял одну бровь и попросил его не перебивать. Тэхен примолк и съежился. — Для вашей перевозки мы будем использовать принцип «Трех Теней»: три состава транспорта отправятся в трех разных направлениях, чтобы Хейтер не мог понять, в какой машине едете вы. Один состав отправится от этого дома в аэропорт Инчхон, другой – сначала в отель с вашими китайскими гостями, а затем от отеля, якобы,— в аэропорт Гимпо, чтобы подкинуть Хейтеру идею, что встреча состоялась в отеле, и гости уже улетают, а третий повезет вас в лесной дом, причем нам придется покинуть дом другим путем, машины будут ждать вас на параллельной улице. Используем для передвижения одинаковые автомобили с похожими номерами с уровнем бронирования VR9/VR10, который выдерживает взрыв и пули калибра 12.7 мм. В машинах сопровождения будет находиться по четыре человека охраны с автоматами, это будут бронированные внедорожники, которые смогут заблокировать дорогу при необходимости и прикрыть вас от боковых атак. С каждым его словом Чонгук становился все бледнее. — Нам точно нужны такие тотальные приготовления? — шепнул он Сокджину. Сокджин положил ему руку на плечо и снова взглянул на Тэхена, словно проверяя его реакцию. — Кроме того, в операции будут задействованы бронированный фургон с оборудованием РЭБ для глушения связи и реанимобиль на случай… на всякий случай… Чонгук кивнул и взял со стола стакан с водой, которую залпом выпил. — Всего в операции будет задействовано сорок пять человек личного состава. Шесть человек телохранителей будут находиться с вами в машине и в автомобиле сопровождения, это вооруженные люди, задача которых – физическое прикрытие телом и эвакуация в бронированный периметр. Так что крайне рекомендую в случае опасности слушаться их безоговорочно, не цепляться друг за друга и не оглядываться, не геройствовать. Это мои лучшие люди, каждому из них я доверяю как самому себе. Если им придется вырубить кого-то из вас или обездвижить в случае сопротивления, я выплачу им премию. Просто предупреждаю, чтобы вы знали. Остальной контингент – группа перехвата. У господина Ли зазвонил телефон и он, извинившись, ответил. — Господи, Сокджин, ты поднял на уши весь южнокорейский спецназ? — всплеснул руками Чонгук. Сокджин взглянул на него и нахмурился: — Знаешь, Чонгук, в следующий раз, если решишь тайком сбежать в спальню к своему другу детства, просто скажи. И избавь меня от предынсультного состояния в четыре утра, оно никак не помогает сосредоточиться. Чонгук покраснел и опустил глаза. — Извини, — пробормотал Тэхен. — Тебе — не за что извиняться, — отмахнулся Сокджин. — А вот на него я сержусь. — Сегодня у нас будет гость, — сообщил господин Ли, возвращаясь, — даже двое. Не беспокойтесь, это проверенные люди, и их визит поможет нам с делом. Я специально пригласил. Кроме того, их визит заставить понервничать нашего Хейтера, если он вдруг наблюдает за домом. — Странно, что до сих пор сюда не приехали Хосок, Юнги и Чимин, — фыркнул Чонгук. — Чем они вообще там занимаются? — Я загрузил их работой и пригрозил смертью через повешение, если они посмеют вам позвонить, и через четвертование, если посмеют вас потревожить, — сообщил Сокджин. — Жестоко, — охнул Чонгук. — Зато, как видишь, действенно. — Итак, переходим к лесному домику, — продолжил объяснения господин Ли. — И это самое уязвимое в плане охраны место. Статичную цель охранять сложнее, чем движущуюся. Поэтому мы планируем разместить на соснах возле дома двух снайперов: у главного входа и у заднего. В их задачу будет входить устранение угрозы на дистанции до километра, но учитывая густоту леса, это расстояние, конечно, сокращается. В самом лесу мы планируем патрулирование кинологами с собаками, а техническая группа забронирует окна в доме прозрачной броней изнутри и усилит двери. — В итоге я получу вместо дома вполне комфортабельный бункер, в котором можно запросто пересидеть ядерную зиму при желании, — не выдержал Тэхен. — Если останусь жив, конечно… Господин Ли снова кинул в его сторону сердитый взгляд. — А теперь самое неприятное, — продолжил он. — Нам придется досмотреть ваших китайских гостей, и в этом смысле мне потребуется помощь тех самых друзей, которые сегодня нас навестят. Транспорт китайских гостей останется за внешним периметром, мы пересадим их в наш внедорожник и сменим их охрану на свою. Если же они потребуют взять с собой телохранителя, то мы настоим на его разоружении. В самом доме мы оборудовали в туалетной комнате «помещение безопасности», где вы сможете укрыться при тревоге. Там будет автономная связь, запас еды и воды. И воздуха. На случай химической атаки. На поясе господина Ли пискнула рация, и он, выслушав сообщение, прошел к двери, на ходу сообщив: — А вот и наши гости. Через минуту в гостиную вошли Квон Джиен и профессор Чхве. — Рад вас видеть лично, дорогие друзья, — улыбнулся господин Квон. — И в добром здравии, учитывая все происходящее. — С господином Вэем и господином Ланем я переговорил, объяснил ситуацию, — сообщил профессор Чхве. — Они все понимают и согласны на любые условия и досмотры, если это необходимо. — Что они сказали? — поинтересовался Чонгук. — Их не испугали все эти приготовления и уровень безопасности? — Господин Вэй сказал, что если наш противник — сам Вэнь Жулю, то уровень безопасности может оказаться еще и недостаточным, — вздохнул профессор Чхве. — Мы не знали этого, но Вэнь Жулю — единственный азиат в составе Бильдербергского клуба… И это о многом говорит. — Что это за клуб такой? — заинтересованно уточнил Сокджин. — Элитный клуб какой-то? Типа Давоса или что? Профессор Чхве усмехнулся: — Давосу до Бильдербергского клуба примерно, как от нас с вами — до Далай-Ламы. Это такое секретное и закрытое со всех сторон формирование, созданное Киссинджером и Рокфеллером в свое время, и когда вы слышите все эти теории заговора о мировом правительстве, о том, что кучка людей решает судьбы всего мира за бокалом виски, то речь, чаще всего, идет как раз об этом клубе. В списке членов клуба — исключительно могущественные европейцы и американцы, иногда на его заседания могут быть приглашены люди, не входящие в состав, но только если они нужны для решения каких-нибудь масштабных политических или экономических вопросов. Считается, что президентов крупнейших мировых государств избирают именно эти люди и исключительно в интересах клуба, и если кто-то наивно полагает, что, к примеру, президент большой страны за свои решения отчитывается разве только перед собственным народом, он глубоко ошибается — президенты отчитываются перед Бильдербергским клубом. Азиатов в клубе не было, кажется, никогда, и тот факт, что Вэнь Жулю имеет к нему отношение, говорит либо о том, что его могущество и мировое влияние трудно описать словами, либо о том, что он действует в каких-то интересах клуба, по его заданию или решает задачи, им поставленные… И для нас это — плохая новость: это значит, что возможности Вэнь Жулю буквально неограниченные. — И это заставило нас повнимательнее присмотреться к часам, за которыми так охотится этот человек, — добавил Квон Джиен, — и сегодня мы пришли сюда, чтобы прояснить для вас ситуацию вокруг них. То, что поначалу казалось нам смесью мифологии, истории и эзотерики, если копнуть глубже, может оказаться частью чего-то гораздо большего и гораздо более опасного.