Заложники своих обещаний.

      В огромном доме темно, холодно и мрачно. До блеска начищенный темный лакированный пол напоминает огромное зеркало под ногами, отражая в себе мебель, стены и людей.       Росс нехотя замечает, как на этом красивом полу от их обуви остаются грязные мокрые следы. А сам ловит себя на мысли, что чувствует, как будто бы ступает по тонкому стеклу, которое вот-вот треснет у него под ногами.       Даниэль же в стороне комфортно. Она шагает так уверенно, как будто бы уже не раз бывала в этом доме и знает тут все наизусть. Отражение девушки на полу повторяет каждое движение и улыбается также очаровательно, как и сама хозяйка, даже вслед за ней поправляя съехавший с одной из сторон плащ. Но Росс понимает, что ему эта уверенность в знании Даниэль дома только кажется, ведь блондинка просто следует за временной хозяйкой этого места.       Белинда останавливается в середине зала и, сложив руки на груди в замок, поворачивается к детективам. За окнами сильный дождь и слышно, как капли воды бьют по стеклу и по оставшимся на деревьях листьям. Слышно и тихое дыхание неожиданных гостей, а также шорох от передвижений девочки домработницы в углу, которую привезла с собой Эттвуд.             — Этот дом мой брат купил себе сам, — женщина внимательно наблюдает за осматривающимся Россом, который старается лишний раз не двигаться, чтобы не загрязнять пол еще больше. Дэвиду неудобно и непривычно находиться в таком месте, и все же он старается держаться уверенно, а Белинда на это только учтиво улыбается и продолжает, — Хотел чаще бывать с семьей на природе. Покойная Грейс любила это место не меньше, чем своего сына.       В этом доме Дэвиду кажется непривычным все. Темная мебель, а точнее несколько кресел, слишком ровно стоят на белоснежном ковре. Низкий стул с прямоугольной кожаной сидушкой стоит ровно под клавишами фортепиано, а во встроенном в шкаф камине давно не горит огонь.       Детектив переводит взгляд за спину Белинды, прямо на огромное, размером с высокую стену панорамное окно. Оно освещает женщину со спины и создает впечатление какого-то божественного света, охватывающего силуэт Эттвуд. За окном виден сад на заднем дворе, множество деревьев и серые облака с моросящим дождем, а прямо перед окном расположен заставленный стеклянными вазами с цветами рабочий стол.       Дэвид случайно замечает, как отъехавшее в сторону, из-за частых передвижений, от стола кожаное кресло задирает кончик ковра, сминая его колесом. Почему-то от этой мелочи становится спокойнее, но ровно до того момента, пока Росс вдруг не чувствует присутствие Хейз за своей спиной.       Точно, он все еще за нее отвечает.       Зато теперь понятно, почему Луис отправил их сюда без ордера, но с Даниэль. Он-то прекрасно знал, кто тогда спас Джими от тюрьмы. Знал, но Россу не сказал.              — Нам известно, что вы владеете антикварной лавкой, — блондин достает из пиджака какой-то немного намокший из-за пропитавшейся водой одежды блокнотик. Он матового черного цвета и с инициалами «М.Ф.» где-то сбоку, а парень, забирая служившую закладкой ручку в свои пальцы, начинает в нем что-то писать, — Для человека, который не интересовался делами мужа и который очень редко общался с Брюсом вы о многом осведомлены. Даже имеете ключ к дому, в котором для вас не было места.       Дэвид поднимает взгляд на Эттвуд, но чувствует, как где-то сбоку Даниэль едва ощутимо придерживает его за руку, как бы прося формулировать мысли менее прямолинейно.       Белинда с непроницаемой серьезностью продолжает вглядываться в глаза детектива. Россу кажется, что сейчас Эттвуд особенно напоминает ястреба, следящего за каждым движением соперника и готового выцарапать глаза за одно неверное слово в свой адрес. Но, замечая движение, «ястреб» опускает взгляд и смягчается — видит тонкую ладонь на внутренней стороне предплечья парня.       Женщина поджимает губы в тонкую полоску и, подумав, нехотя отвечает:             — Мне кажется, что мы с вами не поняли друг друга, — Эттвуд расцепляет замок из пальцев на груди и одной рукой грациозно поправляет седые волосы, — Мы с Брюсом иногда созванивались и он всегда отвечал, но в тот раз я не смогла дозвониться даже до его секретарши.              — Может быть стоило сначала позвонить его жене? — блондин произносит это и тут же чувствует, как ладонь девушки на его руке слегка сжимается, просит исправиться и Дэвид слушается — понимает, кто из них лучше знает подход к Эттвуд, — Возможно, как супруга, она бы смогла точнее описать местоположение своего мужа.             — Мы с Грейс были не совсем… в дружеских отношениях.       Белинда хмурится и отворачивается в сторону, впиваясь требовательным взглядом в лишнего свидетеля, девочку на одной из ступенек лестницы. Та от неожиданности тихо ойкает и, словно белый кролик из сказки Льюиса Кэрролла, сразу же бегом поднимается по лестнице, исчезая в одном из многочисленных коридоров. Даниэль и Дэвид еще несколько секунд смотрят вслед краю ее платья, которое, словно хвост, исчезает самым последним за перилами второго этажа, и слышат, как стучит ее обувь по деревянному полу.             — Я догадывалась, что Брюс просто так не мог исчезнуть, и поэтому приехала сюда. Не удивляйтесь, я просто действовала по очень давно в шутку обговоренной инструкции от Брюса.       Росс догадывается, что раз Мерфи-старший все же поднимал эту тему, значит не в такую уж и шутку, а Белинда, задумавшись, подходит к рабочему столу у окна.       Стеклянные вазы разной формы наполнены чистой водой и расставлены по всей поверхности стола, ломая любые представления об обычном рабочем месте. В вазах стоят белые, желтые, красные розы и тюльпаны, веточки каких-то тонких и зеленых кустов из сада, несколько лилий нежно-оранжевого оттенка с темными пятнами на листьях.       Женщина достает из воды одну из желтых роз и, внимательно рассматривая, держит ее за стебель в руках. Дэвид на всякий случай подходит немного ближе, позволяя Даниэль отстраниться и подойти следом, и замечает, что у цветов даже не срезаны шипы. Подошедшая блондинка что-то шепчет о том, как хозяйка дома любила эти цветы и как раньше, примерно три года назад, такими вазами был заставлен далеко не один только стол ее мужа. Росс внимательно слушает, а Белинда же со странным спокойствием тянется к лепесткам. Мягкий цвет розы гипнотизирует, согревает и детективам даже кажется, что в этом доме становится немного теплее.       Но женщина рядом случайно царапается об один из острых шипов чуть ниже цветка. Роза падает на пол, прямо под ноги на секунду скривившейся от недовольства Белинды, и сразу же оказывается растоптана носком обуви, словно бесполезный окурок на асфальте.       Некоторые помятые листья теперь некрасивыми разводами загрязняют пол и Росс отворачивается в сторону, случайно замечая вглядывающийся в оставшиеся цветы стеклянный взгляд блондинки. Дэвид чувствует, что не может понять чувства напарницы, а Эттвуд снова поворачивается к детективам, обувью отпихивая остатки цветка под стол. Возле одной из стен по лестнице сбегает внимательная девочка, тут же приближаясь к Белинде, опускаясь на корточки за ее спиной и принимающаяся выгребать остатки цветка из-под стола в свою ладошку.       Росс не сразу замечает, как Даниэль проходит мимо него, мимо Эттвуд и тоже опускается на корточки перед цветком, с осторожностью и по-прежнему непроницаемым взглядом помогая домработнице собирать цветок. Дэвид видит, как едва заметно перекашивается от сдерживаемого негодования лицо Белинды и как бледнеет помощница женщины, когда Хейз снимает со своих плеч чужой плащ и, сделав из него подобие сумки, позволяет девочке положить цветок внутрь. Домработница слушается, но почти сразу же убегает и снова возвращается, но уже с какой-то коробочкой, чтобы пересыпать лепестки в нее.       Росс тепло улыбается. Ему неважно, прогонит ли их прямо сейчас Белинда из дома за испорченное настроение и плащ, он просто понимает, что, наверное, Даниэль все делает правильно.       От стола Хейз возвращается уже без белоснежного плаща, который меняет на коробочку с цветком у девочки, и стеклянный, холодный туман в ее глазах наконец начинает рассеиваться.             — Кажется, Ангел, тебе понравились цветы? — Белинда старательно давит из себя вежливую улыбку, разглядывая желтое пятно от розы на плаще в своих руках и прекрасно помня поддерживающую улыбку парня, исчезнувшую несколько секунд назад, — Тогда, мистер Росс, не стойте столбом, подарите один из букетов мисс Хейз. Все равно Мерфи они больше ни к чему.       Даниэль, направляясь к Дэвиду и пряча коробочку в карман своего пиджака, успевает пройти мимо и одними губами произнести:             — Мне не нравятся сорванные цветы.       Блондин реагирует сразу же. Пропуская мимо ушей слова Белинды, парень снова возвращается в образ детектива и, щелкая ручкой, продолжает задавать вопросы:             — Давно приехали сюда?              — Несколько часов назад, поэтому тут все еще холодно.             — Вы были где-нибудь кроме зала?              — Нет. Если желаете осмотреть дом, то прошу за мной.       Женщина оставляет плащ лежать на крышке фортепиано и уходит. Росс, как будто бы боясь потерять ее след, спешит за ней вместе с домработницей. А про оставшуюся в зале Хейз забывает.       Идет минута, пять, десять. Проходит примерно полчаса, а Дэвид действительно не спешит обратно. Уже через час Хейз усаживается за фортепиано и, поправляя вещи в карманах, ставит острый локоть в куртке на крышку над клавишами, подпирая рукой худую щеку. Рядом, на месте, где должны стоять ноты, лежит потертая колода игральных карт и стоит маленькая фарфоровая фигурка птицы.       Блондинка не успевает подумать о том, насколько это все же символично, как вдруг из одной из комнат быстрым шагом выходит Дэвид. Он бегло осматривает комнату и только когда замечает сидящую за фортепиано напарницу, тихо выдыхает, уже спокойнее подходя к ней.             — Ничего интересного, самый обычный дом. Понятно только, что умирать Мерфи не планировали, — Росс присаживается рядом, на широкий стул, и разглядывает карты и птицу, которые зацепили взгляд Дани несколько минут назад, — Судя по всему, в дом приезжали не так часто, как говорила Эттвуд, комнаты почти пустые и из всех на жилые похожи только две. Я их осмотрел, но там только книги, запасная одежда и бесполезные договора. Думаю, важную информацию хранили секретари Мерфи, так что до нее мы доберемся еще не скоро. Удивительно, как такие люди могли жить в так обставленном доме?       Росс хочет сказать что-то еще. Может быть извиниться за то, что ушел и оставил, а может быть похвалить за то, что Даниэль за время его отсутствия не нарушила своим поведением ни одного правила обыска. Что бы это не было, Хейз точно знает только одно: она не хочет его слушать.       Молча убирая прядь белоснежных волос за ухо, девушка другой рукой выуживает из кармана куртки какой-то обрывок. Зажимая фотографию между указательным и средним пальцами, Даниэль привычным жестом, словно кредитку, отдает ее напарнику. Эмоции на лице Росса не заметны, но блондинка знает, что эта небольшая фотокарточка произвела большое впечатление на Дэвида.       Из коридора слышатся шаги и Росс прячет фотографию в свой блокнот и в пиджак, шепча Хейз о том, что они обсудят это в отделе. Девушка спокойно кивает и уже через несколько секунд вместе с напарником поднимается со стула, отходя от фортепиано.       Эттвуд подходит к детективам. Сейчас она выглядит уставшей и теперь даже не пытается скрыть тот факт, что присутствие детективов в этом доме уже начинает ее раздражать. И когда Даниэль взглядом указывает Россу на одну из комнат в стороне, женщина не выдерживает:             — Там нечего искать, это комната Грэя Мерфи. Он здесь почти не появлялся.       Хейз не слышит. Она только ближе подходит к приоткрытой двери и аккуратно тянет ее за ручку на себя, открывая.       В комнате пусто. Двухместная кровать застелена черным покрывалом, а на сером деревянном полу настолько пыльно, что от каждого шага Даниэль остаются следы. Пыль есть даже на кровати. Сбоку от постели вместо стены панорамное окно с видом на лес. Деревья совсем близко и не видно, где заканчивается территория дома и где начинается уже полноценный лес. Видны только большие капли дождя и вечнозеленые деревья.       Дэвид остается вместе с Белиндой на пороге и по опыту понимает, что осматривать тут тоже нечего: это самая обычная спальня, в которой никто почти никогда не бывал.       В шкафу пустые полки. Из всех вещей есть только светильник на тумбочке. Даниэль отодвигает один из разъемов прикроватного шкафчика на себя и отрицательно качает головой. Значит, там тоже пусто.       Чтобы не терять время, Дэвид начинает задавать уже более серьезные вопросы, пока Хейз продолжает осматривать комнату. Про стопроцентное алиби Белинды он уже знает от Тейлора, мотива пока что не видит, а про отношения с убитыми и изменениями в поведении они уже безрезультатно поговорили во время осмотра других комнат. Но один вопрос все же остался:             — Как думаете, кто мог желать семье вашего брата смерти?       Закончившая обыск комнаты Хейз замирает на месте, внимательно прислушиваясь к разговору, а Белинда как будто бы снова находит силы для разговора. Женщина проходит внутрь комнаты и под внимательный взгляд блондинки присаживается на край кровати, внезапно опуская голову, как будто бы готовясь к исповеди.             — То, что сейчас скажу я, как заученную молитву повторит вам любой другой близкий к семье Мерфи человек. Единственным человеком, который мог это сделать, является Грэй Мерфи.       Росс отвлекается от записей на женщину, но Эттвуд только поднимает взгляд на детектива и продолжает говорить:             — Зря удивляетесь, Грэй для Брюса и Грейс почти всегда был большей опасностью, чем любые их деловые партнеры или грызущие друг друга за наследство родственники, — женщина словно усмехается с глупости и наивности покойных супругов и снова опускает голову, положив скрещенные руки на колени, — Они любили его сильнее жизни, а он, узнав про наследство, ждал их смерти.              — В вас сейчас говорит личная неприязнь к Грэю или?.. — Росс не договаривает, прерываемый с едва скрываемым возмущением голосом Белинды.             — Грэй Мерфи — самый настоящий хищник, который с момента совершеннолетия охотился за деньгами родителей и наконец устал ждать.              — Пока что у нас нет никаких оснований подозревать Грэя Мерфи, — блондин, видя, как недолюбливает племянника женщина, пытается взять ситуацию под свой контроль, — Мотива мало. Требуется умение, чтобы сделать подобное, или хотя бы нужные знакомые, которые не были замечены у Грэя.             — Мерфи-младший сделал это сам, своими руками.       Белинда несколько секунд смотрит на Росса и, как будто бы читая в его глазах «Это очень громкое заявление. Вы готовы за него ответить?», произносит:              — Семья Мерфи большую часть времени жила в этом доме за городом. Но Грэй тут почти не появлялся. Иногда, если на долго нужно отдохнуть от города, приезжал и не выходил из своей комнаты. Или, по крайней мере, не подходил к родителям и вообще старался избегать встреч с ними. Он, после окончания учебы, исчез на несколько лет. В один из дней Грэй просто как будто бы провалился под землю. Его искали родители, искали все полицейские страны, но безрезультатно. А появился «пропавший без вести» уже потом, через несколько лет, когда близкие уже успели хотя бы в мыслях, но похоронить его. Все это время он где-то пропадал и вернулся с пройденным курсом боевой подготовки. Пытался стать контрактником, но передумал. Позже удалось узнать, что он занимался в какой-то группе с каким-то человеком, которого кто-то ему посоветовал. Много неизвестных, да? — Эттвуд довольно улыбается, наблюдая за тем, как Дэвид записывает ее слова, — Вот и Брюсу тогда не удалось узнать больше. Грэй вернулся с умением владеть почти любым видом холодного и огнестрельного оружия и, по слухам, с умением собирать бомбы в домашних условиях, чему он научился уже дополнительно у одного из своих знакомых с курса.       Даниэль присаживается рядом с женщиной, с интересом заглядывая ей в глаза.             — Его умения подтвердились или это стало просто слухом, который не хотел подтверждать либо опровергать Мерфи-младший?              — К сожалению, второе, — после затянувшейся паузы отвечает девушке Эттвуд, — Но, как известно, слухи на пустом месте не появляются.       Дэвид машинально кивает и переворачивает страницу блокнота. В такие навыки парня, который работает психологом и просто посещает спортивный зал, верится мало, но Эттвуд права — для появления таких слухов нужен был повод.             — Вы сказали, что он с такими навыками вернулся несколько лет назад. Тогда, как думаете, почему решил убить только сейчас?       Эттвуд отрицательно качает головой, а Хейз, потеряв интерес к происходящему, молча сидит рядом, разглядывая пол под своими ногами и носком шнурованных ботинок выводя какие-то узоры на пыли.             — Может быть, узнал, что ему решили не доверять тайну.              — Тайну? — Росс спокойно поднимает взгляд на Белинду и начинает понимать, что у нее информация действительно на половину состоит из сплетен, — О какой тайне идет речь?              — Что-то вроде семейной легенды. Ходят слухи, что где-то у Мерфи хранится какое-то украшение, которое передается по мужской линии и которое каким-то образом ведет к чему-то очень важному, — женщина на секунду останавливается, замечая, что Росс даже больше не хочет это записывать, но все равно продолжает, — Вы зря мне не верите.              — Но вы же не можете это чем-либо подтвердить, — пожимает плечами Дэвид.              — Искать подтверждения — ваша работа, а не моя, — злится женщина, — К тому же, это всего лишь легенда, о которой знают только члены семьи Мерфи. И точно ли есть такое украшение теперь никто, кроме Грэя, вам не скажет.             — И вы считаете мотивом Грэя наследство и желание заставить родителей замолчать об украшении?             — Трое людей будут хранить тайну, только если двое из них умрут.       Терпение Росса кончается, и Даниэль его понимает. Они уходят из поместья даже не дожидаясь, когда закончится дождь, и только стоя на пороге просят несильно разглашать то, что знает Белинда, журналистам. Дэвид уверен, что совсем скоро они снова навестят ее, а Хейз извиняется за плащ и уходит следом.       Эттвуд стоит под крыльцом, взглядом провожая гостей. Только когда две фигуры совсем исчезают в стене ливня, вежливая улыбка пропадает с лица женщины.       Девочка рядом совсем тихо сообщает о том, что машина готова, а Белинда, вспоминая свое недавнее обещание о том, что она никому и ничего не скажет, с какой-то тоской смотрит в сторону, где совсем недавно шли два детектива:             — Я обещаю, мой Ангел, что не скажу ни слова, — вслух теперь уже безразлично дополняет женщина и, оборачиваясь, встречается взглядом со своей домработницей, — Но за других я не отвечаю.