Заложники своих обещаний.

      В большой комнате слабо горят настенные светильники, на мягком ковре стоит стул на колесах и рядом — диван. Во всей квартире удивительно тихо, за окном даже почти успокаивается воющий ветер и только большие хлопья снега в очередной раз летят вниз с чернично-черного утреннего неба.       Итан лежит на светло-бежевом диване. Одна большая подушка находится под головой парня, а другая служит стеной и привычным способом поддержания тепла. В растрепанных темных волосах размытыми кругами медленно мигает гирлянда. Шатен лежит головой прямо возле искусственного дерева и только в очередной раз во сне переворачивается на спину, одну руку положив себе на торс, а другую — расслабленно опустив с дивана.       Тейлору снится дом. Яркая гирлянда, подарки и теплые улыбки родственников и знакомых, лица которых сейчас точно уже не вспомнить. Снятся согревающие напитки, рождественские игрушки на елке и шарф бабушки, висящий на спинке дивана и приятно пахнущей корицей. Итану снится и Грэй.             — Мерфи?..       Брюнет, проходя мимо чужой комнаты, останавливается в дверях. Карие глаза с интересом обращаются к лежащему в плохо освещенной комнате парню и Грэй, внимательно вслушиваясь в каждое тихое слово шатена, почему-то хитро усмехается, когда слышит:             — Выглядишь так, как будто бы готов выполнить любое мое поручение.             — И что же ты мне прикажешь? — Мерфи, скрещивая руки на груди, опирается плечом об открытую дверь в зал, а Тейлор по азартному блеску чужих черных глаз догадывается, что это вовсе не сон, и поэтому меняет свой ответ:             — Уйти из моей квартиры. Но конкретно эту просьбу ты не выполнишь, да?       Прикрытые серые глаза напоминают лисьи и Грэй решает, что в ответах на сонные реплики своего сожителя нет никакого смысла. Гораздо интереснее, когда Тейлор прекрасно понимает, что происходит, и действует сам.       И Итан действует. Приподнимаясь на локтях и спиной все еще упираясь в проваливающиеся мягкие подушки, шатен уже немного менее сонно уточняет:               — Сколько я спал?       Грэй, отстраняясь от стены, бросает взгляд на настенные часы в комнате.             — Почти семь часов. Шокирующее для тебя количество?       В этот раз слова гостя игнорирует Тейлор. Только поднимается с дивана и, поправляя сильно помятую после сна рубашку, направляется в сторону шкафа, на ходу бросая фразу:             — Я хочу переодеться. Ты можешь уйти?       Но в ответ слышится тишина и Итан, выглядывая из-за открытой двери шкафа, понимает, что в зале и еще ближайших двух комнатах находится только он один.       Взгляд сам переводится на открытую пачку транквилизаторов на столике возле дивана, а шатен чувствует появляющуюся слабую дрожь по всему телу. Неужели, доигрался?       Крис предупреждал, что легально эти таблетки с их работой Итану получить не удастся, как бы он не объяснял врачам о своих проблемах. «Людям, которым в профессии требуется внимательность, это вещество не выписывают. Уверен, что тебе поможет?»       Помогало. Всегда. Помогало со стрессом, с переутомлением, с тревогой, с бессонницей. С момента начала работы в отделе Луиса и знакомства с Крисом. И сейчас, видимо, наконец наглядно показало, что больше помогать не будет, только мешать.       Так значит, это то, о чем предупреждал Форд? Эффект от злоупотребления? Но ведь Тейлор не то чтобы на них налегал…       В голове путаются мысли, становится тяжелее дышать. Тейлор медленно опускается на корточки и обхватывает голову руками, пытаясь собрать разбегающиеся в стороны мысли. Вчера был Луис. Луис точно был, вот, на руке еще царапина от розы в букете. После Рида была Даниэль. Даниэль была, потому что в кармане брюк все еще лежит переложенный значок. Или он не терял значок и Даниэль не было? Значит, не было и Грэя? Мерфи не было только вчера и сегодня или когда-нибудь еще и до этого? Тогда откуда ель? Помог установить Рид? Или Итан все еще спит?       Слишком большое количество вопросов перемешивается в голове шатена и не дает собраться с мыслями. Хотя один, единственный вопрос, звучит в подсознании особенно громко.       Неужели Грэй Мерфи был просто частью сна после тяжелого рабочего дня или галлюцинацией?       Все это действительно выглядит нереалистично. Итан ведь не мог оставить в своей квартире жить подозреваемого в убийствах. Или простить ему незаконное проникновение в свою квартиру. Тейлор ведь не мог…       Мысли прерывает чужой голос, внезапно раздающийся где-то за спиной:             — Ты сказал, что хочешь переодеться. Но прошло уже пятнадцать минут. Что-то случилось?       Тейлор поднимается слишком резко, едва скрывая свое волнение и пряча дрожащие руки в карманы брюк. Снова?       Брюнет в темных брюках и водолазке, непонятно откуда взявшейся на нем (ведь вчера было худи), стоит напротив Тейлора и едва заметно хмурится. Как врач понимает.       А бледнее, чем обычно, Тейлор не может оторвать взгляда от чужого лица, пока в голове крутится только один вопрос. Как проверить, не мерещится ли?       Хотя вместо проверки из горла едва выдавливаются слова, обращенные сейчас к кому-то либо ни к кому:             — Я подойду через пять минут. Пять минут и я подойду, обещаю.       Грэй смотрит на бледное лицо, темные круги под глазами и возбужденное сознание Итана, а еще, конечно же, вспоминает об увиденных вчера таблетках на столе. И только становится еще более сосредоточенным, угадывая:               — Кинь в меня что-нибудь, если не веришь в мое существование. Если я — галлюцинация, то вещь пролетит через меня.              — Мне будет гораздо лучше, если ты действительно окажешься просто видением.       Итан не понимает, почему не начинает отрицать происходящее, как, например, делал это с Луисом. Что если Грэй вполне даже настоящий и потом будет припоминать ему это? Посчитает ненормальным? Да какая, к черту, разница, если вопрос сейчас только в одном?       Тейлор медленно, по-прежнему не сводя с Мерфи взгляда, подходит к дивану и забирает подушку, но вместо броска почему-то мнет мягкую вещь в руках. Боится, что Грэй действительно исчезнет, подтверждая все опасения Итана и снова возвращая шатена в реальность.       Парень переводит взгляд на ель и смотрит на нее так, как будто бы она может исчезнуть вместе с Мерфи, а сам бросает подушку. И с радостью слышит, как она с силой ударяется обо что-то твердое.       Итан поворачивается в сторону звука. Мерфи все еще стоит перед ним, а на полу, прямо на ногах Грэя, лежит только что упавшая подушка.       Сомнения в существовании брюнета исчезают, но это не приносит успокоения. Тейлор, снова чувствуя накатывающее волнение, машинально подходит к нужному столику, поднимая упаковку злосчастных таблеток, и тут же слышит знакомое:               — Я бы не советовал.              — Мы оба знаем, что тебя это не касается.       Мерфи не уходит. До последнего надеется, что Итан, после всего произошедшего, все же задумается. Но Тейлор кладет таблетку в твердой оболочке на язык, совсем как Даниэль делает это с конфетами, и Грэй отворачивается. Каждый спасается, как умеет. Не брюнету его винить.       Грэй уходит, засекая еще час. Этого должно хватить для того, чтобы эффект таблетки немного ослаб. Хотя если через час Мерфи снова вернется и заметит спящего Тейлора, то так будет даже лучше для обоих парней.       Мерфи оборачивается, со слепой надеждой веря, что Тейлор все же передумает. Но двери в зал закрываются прямо перед носом брюнета, уничтожая единственный источник света в коридоре, а вместе с ним и веру Грэя в лучшее.