Заложники своих обещаний.

      Итан приходит к Грэю сам примерно через полчаса, оставляя неприятное послевкусие после произошедшей ситуации. В темной, едва освященной оранжевым солнцем кухне Мерфи четко видит расслабленного шатена со вчерашним букетом цветов. А секрет постоянного спокойствия Тейлора на работе так и остается лежать на привычном месте в зале.       Пока оранжевое солнце пробирается через красно-синие облака горизонта на небо, Итан подходит к одной из полок шкафов и достает оттуда вазу. Шум воды из крана на несколько минут прекращает тишину в комнате, но исчезает так же быстро, как и появляется, а Тейлор просто ставит букет в прозрачный хрусталь с водой в центр кухонного стола. Мерфи, сидящий на одном из стульев, решает заговорить первым:              — Ставишь именно здесь, чтобы сочеталось с комнатой?             — Чтобы не осыпалось по всей квартире. А здесь я все равно почти не бываю.       Тейлор не врет, ему просто жаль цветы. Они, уже начав чахнуть ночью, сейчас, казалось, оживали на глазах. Сравнение с самим Итаном неудачно приходит в голову и шатен почти безразлично дополняет:              — Не читай мне лекции. Поверь, это уже пытались делать до тебя. Но, как видишь, безрезультатно.             — Даже не собирался, — Грэй пожимает плечами и, достав из кармана пачку сигарет, кладет их на стол рядом с собой, — Каждый убивает себя по-своему.       От этого незначительного жеста Тейлору становится проще. Исчезает чувство вины за свои поступки и решения, появляется смутное осознание того, что Мерфи, в общем-то, прав. А еще они теперь совершенно равны. Итан со своими таблетками и Грэй с помятыми пачками сигарет.       На матово-белом из-за бликов столе стоит чашка чая. От нее исходит тепло, а внутри стакана медленно тонет пакет какого-то фруктового чая.       Шатен видит на своей части фруктовый салат из бананов и киви и боится даже представить, во сколько обошлась покупка этих ингредиентов зимой. От цифр и подсчетов в голове пропадает аппетит, но Итан присаживается напротив брюнета, одной рукой приподнимая чашку, а другой — подальше отодвигая приготовленный сожителем салат.       Мерфи знает, что теперь дело вовсе не в недоверии, но решает, что пока что эту тему поднимать рано.             — Если бы твой салат был отравлен, то ты бы это заметил, разве нет?       Тейлор на это только молча делает глоток чая и отводит взгляд в сторону. А Грэй, собиравшийся позавтракать креветками со спагетти и сыром, откладывает еще чистую вилку в тарелку и пододвигает блюдо к Итану.               — Я еще не прикасался к еде. Хотя вряд ли я стал бы себя травить, правда? Но, если хочешь, я могу сначала попробовать это сам.             — Мне не нужна твоя смерть в моей квартире, — подыгрывает шатен.       Блюда, приготовленные Мерфи, с виду напоминают ресторанные, в которых Итан отказывает себе уже достаточно давно. Обычный интерес, не хуже ли еда и на вкус, заставляет Тейлора забыть про деньги и наколоть креветку на вилку, поднося ко рту. Искренний комплимент вырывается сам собой:             — Пахнет замечательно.             — На вкус не хуже, — усмехается Грэй.       Тейлор кладет креветку в рот и не понимает, почему вдруг так обостряются вкусы. То ли это происходит из-за утреннего голода и привычного однообразия еды, то ли Мерфи уже давно можно отправлять работать шеф-поваром. Тарелка с едой, к которой Итан в самом начале не думал и прикасаться, опустошается за считанные минуты, а Мерфи тактично отворачивается в сторону окна, боясь перебить чужой аппетит.       Грэй отвлекается от мыслей только тогда, когда слышит рядом шум воды в раковине и, поворачиваясь, замечает Тейлора с закатанными рукавами, намыливающего свою тарелку. Шатен, ловко расправляясь с посудой, возвращает ее на место в шкаф и тянется за полотенцем, вытирая мокрые от воды руки.             — Помнишь, почему я согласился пустить тебя жить в свою квартиру?              — Ты не особо афишировал причины своего решения.              — Тогда скажу сейчас, — детектив вешает полотенце сушиться и снова подходит к столу, усаживаясь на свое место напротив Грэя, — Ты обещал рассказать мне все так, как оно было на самом деле.       Грэй молчит. Спокойным взглядом карих глаз испытывает сидящего напротив парня, но буквально через пару минут «гляделок» первый отводит взгляд в сторону и одним движением руки зачесывает свои темные волосы назад.             — Приготовь мне кофе, пожалуйста.               — Прости, что?.. — не сразу понимает Итан.              — Из всей еды, что я нашел в этой квартире в самом начале, было только кофе. Мне кажется, ты умеешь его готовить, так что… — брюнет снова переводит внимательный взгляд на Тейлора, — Могу ли я рассчитывать на чашку кофе от тебя? В обмен на мою историю.       Тейлору хочется возразить. Грэй живет в его квартире, скрывается от полиции, и кроме этого требует к себе хорошее отношение, доверие и внимание. Не перебор ли?       Шатен поднимается со своего места, желая высказать Мерфи все, что он о нем думает, но вместо этого только отходит в сторону шкафа с чашками и пакетом растворимого кофе. Побеждают амбиции и желание доказать Гамильтону, что даже без главных ролей в расследовании детектив все еще может получать информацию. Просто теперь немного менее легально.       Возле шкафа начинает шуметь посуда — это Итан долго выбирает, какую кружку не жалко отдать в постоянное пользование Грэя. Выбор останавливается на незнакомом стакане с надписью на французском, а Мерфи, замечая, что «предатель обнаружен», с лицом «без комментариев» пожимает плечами.             — Сколько ложек сахара будешь?              — Положи столько, на сколько по шкале от одного до трех ты мне доверяешь, — не понятно, в шутку или нет отзывается Грэй.             — То есть будешь пить кофе с солью?       Но вместо ответа Итан чувствует только тепло чужого тела за своей спиной и почти сразу же после щелчок — знак начала кипения чайника.       Рядом с Грэем спокойно. Возможно, Тейлору действительно стоило бы относится к брюнету более настороженно и внимательно, а может и вовсе рассказать обо всем Луису. Но в памяти всплывает та первая (и на долгие годы последняя) встреча в аудитории и недоверие исчезает само по себе. Хотя, возможно, дело вовсе не в воспоминаниях, а в проглоченной таблетке, но Тейлор старается об этом не думать.       В стороне закипает вода и снова слышится щелчок, а после почти физически ощущается прежний холод. Когда Итан, насыпав в чашку кофе, тянется к чайнику, то боковым зрением замечает — Мерфи уже снова на своем месте.       В комнате появляется приятный запах кофе. Тейлор, добавляя в кружку кипяток по чайным ложкам (точно так же, как обычно делает это для себя), энергично размешивает темный, по цвету напоминающий глаза брюнета напиток. Но понемногу кофе начинает светлеть и Итан снова доливает воду, чувствуя исходящее от стакана тепло. Согревает.       Еще буквально через минуту чашка с только что приготовленным кофе оказывается перед брюнетом, а Итан возвращается на свое место за столом.              — Прежде, чем мы начнем, хочу предупредить, — Тейлор, возможно, слишком официально, складывает руки в замок на столе перед собой, — Не пытайся меня обмануть. Я уже достаточно многое знаю сам.             — Обманываю сейчас явно не я, — поднимая чашку кофе, отвечает Грэй, — Ведь если бы ваш отдел действительно знал хотя бы часть всего, то я уже давно был бы вычеркнут из списка подозреваемых.       А Тейлор прекрасно знает это и сам. Шатен наклоняется ближе к столу, опираясь локтем о стол и подпирая рукой наклоненную в бок голову. Кофейного цвета волосы лезут в глаза, мешают, но Итан не обращает на это внимание и только внимательно наблюдает за тем, как Мерфи делает первый глоток напитка, как опускается и поднимается кадык парня и как на его лице появляется таинственная улыбка.              — Что? — не выдерживает Итан, — Признаешь, что погорячился по поводу смешивания кофе и моего к тебе доверия?             — Радуюсь, что ты все же не добавил соли.             — Не обольщайся, сахара ведь там тоже нет.       Мерфи не отвечает и только одними губами произносит «Великолепно», прежде чем снова сделать глоток действительно замечательного на вкус напитка. Настолько хорошего, что Грэй теперь даже готов всегда приходить за кофе только к Итану. Можно и не только за кофе, в принципе.       Но Тейлор начинает заметно скучать от ожидания и Мерфи ставит чашку на стол, забирая пачку сигарет, поднимаясь из-за стола и уходя ближе к недавно закрытому окну. Нервы настаивают на лечении, а Грэй, отворачиваясь лицом к стеклу, достает зубами из пачки сигареты и, откладывая помятую картонку на подоконник, одной рукой подносит к лицу зажигалку, а другой — открывает окно. В комнате сразу снова становится прохладно, зато светло-серый дым теперь из легких идет не в комнату, а сразу на улицу.              — Говорят, что идеальных семей не бывает. Может быть, так оно есть. Но до определенного момента в своей жизни я был уверен, что живу в раю.       Грэй смотрит на запотевшее окно, удерживая в длинных пальцах сигарету, а Тейлор пытается уловить в отражении брюнета хотя бы намек на улыбку. Не получается из-за новой порции дыма, которая скрывает лицо Мерфи.             — Многое, что я тебе сейчас скажу, ты больше нигде не услышишь, но Грейс была замечательной матерью. Она была грациозна, спокойна, красива. Занималась моим воспитанием, приучала к правильному мировоззрению, терпимому характеру. Я был довольно шумным подростком, который требовал к себе внимание. Грейс возвращалась домой поздно, но все же старалась мне его уделять. По крайней мере в детстве. Дальше я сам начал отдаляться. Понял, что из традиции наше общение превратились в обязанность. Я думаю, она тоже об этом жалела. Но мы не могли и, пожалуй, недостаточно сильно хотели что-либо изменить.       Грэй на фоне утреннего зимнего солнца напоминает ведение, а из-за матовых лучей солнца в черных волосах Тейлору снова становится не по себе. Но чужой приятный голос рядом успокаивает.             — С Брюсом я ладил хуже. Мне никогда не нравилась его хватка начальника, которую он не умел оставлять на работе. К слову, в день его смерти мы разошлись во мнениях как раз из-за этого. Он хотел все, сразу и обязательно. А в результате получилось по-моему.              — Злорадствуешь? — прямо интересуется шатен.             — Констатирую факты.       Мерфи поворачивается и тушит сигарету о пачку, а Итан наконец понимает, почему упаковка такая потрепанная. Грэй же ловит на себе взгляд серебряных глаз и только усмехается, продолжая:             — Джими казался самым добродушным толстяком, которого я когда-либо видел, а на самом деле был параноиком и скупердяем. Его телохранители могли по щелчку пальцев сворачивать шеи и в детстве напоминали мне огромных безэмоциональных марионеток. Не люди, а обязательное дополнение к Эттвуду. Зато они замечательно выполняли любые его приказы.       Итан убирает мешающую прядь волос за ухо и с интересом спрашивает:              — Например?             — Лет десять назад из одного охраняемого объекта была похищена снайперская винтовка. Новейшая на то время модель, была буквально сутки как утверждена на продажу. А на следующий день после того, как винтовку начали искать по всей Америке, Джими и Грейс учили меня стрелять из нее в нашем саду. К слову, немного позже винтовку все же вернули на место и дело было закрыто.              — Вы были дружны, — как будто бы между прочим комментирует шатен, но Грэй понимает, к чему клонит младший.             — Это не значит, что я считаю его смерть незаслуженной. Каждый несет ответственность за свои поступки сам.       Грэй подходит к столу и делает новый глоток остывающего кофе. На стене надоедливо стучат часы, не позволяя шатену забыть о том, что буквально через полтора часа ему нужно будет быть на подработке в другом конце города. Но в комнате по-домашнему тепло, уютно и даже запах кофе больше не напоминает про вечернее одиночество.       Итан знает, куда исчез весь холод. Его впитал в себя Грэй. Наверное, поэтому брюнет такой бледный и напоминает если не мраморную статую, то просто привидение.       А «привидение» снова привлекает внимание, присаживаясь на стул напротив Итана и поднося чашку с кофе поближе к себе.             — Сколько я помню Белинду, она ничего не умела делать, кроме как залезать в долги к моим родителям и другим людям. Когда построили поместье, Эттвуд начала бывать в нем даже чаще, чем я с Брюсом и Грейс. Курила дорогие сигареты отца прямо на балконе в моей комнате, пила чай с алкоголем и все время ходила с натянутой благожелательной улыбкой. Белинда вела себя так уверенно, что в какие-то моменты мне даже начинало казаться, будто бы это не наш дом, а только ее. У нее была помощница. Нифи Бейль, кажется? Правая рука Белинды. Выполняла любые приказы и, насколько мне известно, просто пыталась финансово обеспечивать свою семью в незнакомой стране. Я пытался помогать Бейль в этом, но из-за влияния Эттвуд получалось не всегда. Да, думаю, из-за Белинды Нифи обо мне даже не знала.       Тейлор, задумавшись, комментирует вслух:               — Надо будет еще раз отправить к ней кого-нибудь для допроса.             — Уже.       Итан переводит внимательный взгляд на расположившегося за столом Мерфи и догадывается:             — Даниэль?              — Именно она.               — К слову, что насчет Хейз?       Мерфи отвечает не сразу. Только после того, как смотрит в сторону часов и для себя решает: «Еще больше спросить не успеет».              — Дани — единственное, что осталось от моей семьи. Я не имею права потерять и ее.       Тейлор замечает все. И то, что ему уже давно пора уходить из дома, и то, что недооценивать Мерфи было плохой идеей. Судя по брошенному на часы взгляду, Грэй знает расписание шатена не хуже, чем сам Итан.       И детектив поднимается со своего места, поправляя немного помятый воротник рубашки. Мерфи здесь не на неделю и даже не на две, так что они еще успеют поговорить о том, что нужно Тейлору.       Детектив уходит из комнаты, оставляя брюнета один на один со своими мыслями. И только на несколько секунд останавливаясь на пороге отвечает:              — Скорее всего, ты потеряешься сам.