Каори

Зал совета в Нелфорте разительно отличался от того, что был в Асфаде. Он представлял собой просторную вытянутую комнату с длинным рядом окон вдоль одной из стен. Сквозь стекла лился свет бледного, затянутого облаками солнца. Вместо дорогих тканей стены — от пола до потолка — были обшиты гладкими панелями из тёмного дерева. Посредине стоял прямоугольный стол, накрытый пожелтелой картой. А кроме этого — пустота, вынуждающая каждый звук отлетать эхом. Каори слышала свой твердый (почти стальной!) настойчивый голос. Не такой беспристрастный, как обычно, нет. Она говорила пылко, то и дело настойчиво впиваясь взглядом в лица собравшихся лордов. На юге мужчины смотрели с презрением, когда замечали на женщине недостаточно роскошное платье, или когда волосы не были уложены в хитроумную причёску, или манерам недоставало нужного изящества. Каори отлично знала эти взгляды. Сегодня на ней было прекрасное платье из сияющего синего атласа. Да, недостойное принцессы, но вполне подходящее, например, дочери зажиточного торговца. Чёрные локоны отливали серебром, осанка — безукоризненна, слова — убедительны. И всё же она чувствовала фантомные капли презрения, то и дело попадающие на кожу. Просто потому что она стояла тут и говорила то, что считала важным. — Им всё ещё нужны еда и вода, а у нас каждый воин на счету. Король может заключить сделку, — закончила Каори тоном полководца, ведущего солдат в бой. Повисло настороженное молчание, будто жар её слов накрыл собравшихся волной, сбивая с ног. Некоторые лорды принялись рассеянно озираться и пытались заглянуть в лица тем, кто стоял рядом, надеясь прочитать их мысли и принять за свои. Тишину нарушал лишь методичный стук ставень: ветер разбушевался. Сквозь стекло Каори заметила, как низко наклонились остовы деревьев, будто пытались достать макушкой до земли. Неожиданно раздался робкий смешок, который вскоре разросся в глухой, раскатистый хохот. Каори резко обернулась, прищуриваясь. Пухлое тело, щеки висят, будто помятые мешки, маленькие глазки опущены, а грязные рыжие волосы прилипли ко лбу. — Лорд Берн, — смеющийся мужчина вздрогнул от её голоса. — К сожалению, не могу понять, что именно в моём предложении вам показалось смешным. Поясните, прошу. Он огляделся, словно не верил в происходящее. — Что ты можешь знать о войне? — лорд приподнял жиденькие брови. — С чего я, человек побывавший не в одном сражении, должен тебя выслушивать? Кто ты вообще такая? — Каори моя помощница, я её позвал, — спокойно проговорил Эйв. Каори выразительно кивнула. — Как опытного бойца я прошу вас высказать мнение о моей идее, только и всего. Лорд Берн оглядел её с головы до пят с такой смесью неверия и презрения, словно перед ним было уродливое чудище с крыльями и рогами. — Я могу, могу… — он опустил руки на стол, наклоняясь, как хищник перед прыжком. — Вы, кажется, сказали, что добыли эту информацию через шпионов… — он на мгновение замялся, — принца Отто? — Каори кивнула. — Но что мешает самому Отто заключить подобный договор? — Ничего, однако выгоды он не получит. За ним и без того огромная армия, с чего бы ему жертвовать продовольствием? — холодно ответила она. — А мы можем доверять дикарям? Пустить их в свои ряды? — Их сил не хватит, чтобы противостоять нам. Однако вы правы, этим вопросом должен заняться тот, кого они смогут уважать: так мы сможем предотвратить беспорядки. Лорд Берн почесал подбородок, будто обдумывая следующее нападение. — Девушка права, нам нужны люди, — прозвучал громкий, рокочущий голос, заставивший Берна оторваться от раздумий. Слова эти принадлежали крепкому, длиннобородому мужчине средних лет, чьи золотистые глаза сияли теплом и спокойствием. — Спасибо, лорд Уотерс, — ответила Каори, возвращаясь на своё место. Он ухмыльнулся, видимо, приятно удивлённый осведомлённостью простолюдинки, приехавшей совсем недавно. Лорд Тевин Уотерс был хозяином Нелфорта и, соответственно, Нелфортского замка, приютившего опального короля. Его владения простирались на десятки тысяч акров и приносили немалый доход. — Мой король? — лорд Уотерс повернулся к Эйву. Всё время совета Эйв держался отстранённо и смотрел перед собой стеклянным взглядом. Сначала Каори показалось, что он не заметил обращения, однако спустя минуту Эйв всё же заговорил: — Численное преимущество не на нашей стороне, поэтому нам следует искать иные возможности. Я считаю это предложение разумным, как и предложение относительно семьи госпожи Рании, — никто не посмел возразить, и Эйв продолжил. — Предлагаю перейти к вопросу о походе. Лорд Уотерс, когда мы будем готовы выступить? — Мы готовы, однако, как вы сами понимаете, зима не лучшее время для дальних переходов. — Чем дольше мы тянем, тем больше рискуем, — тихо добавила Каори и прикусила губу, словно сдерживая поток слов. Эйв хмыкнул и принялся нарезать круги по комнате. Половицы то и дело жалобно завывали от резких шагов, подражая ветру. Солнце, видимо, близилось к горизонту, окрасив небо в мутный, серо-голубой цвет. Ослепляющие лучи уступили место тревожной полутьме. Вечер и отсутствие свечей создавали ощущение секретности, будто они обманули кого-то собравшись здесь. Эйв, наконец, заговорил, и Каори показалось, что у него изо рта пошёл пар: — Да, Отто в любой момент может сорваться и закричать: «Убейте их всех!» — на его лице промелькнула кривая улыбка. — Но нам нужно дождаться ответа Дуруг, и использовать ресурсы с умом. Я считаю, что следует выступить в начале марта. На этом совет был окончен. Каори тяжело вздохнула, и вышла вслед за остальными. Путь в покои лежал через внутренний дворик-колодец. Туфли скользили по обледенелой земле, мороз щипал и без того загрубевшие щёки, а воздух был так свеж, что обжигал лёгкие. Каори вздрогнула, ощутив как что-то коснулось лба, мягко и нежно, будто она уткнулась в меховое покрывало. Это повторилось снова и снова. Она выставила вперёд ладонь, и на кожу тут же упала крупная пушистая снежинка. Каори хотела присмотреться к её причудливому узору, но она растаяла так же быстро, как и появилась. Тогда Каори запрокинула голову, вглядываясь в сапфировое небо, в полумесяц показавшийся из-за облаков, в белые кружащие лепестки. Это был первый снег в её жизни. Впереди ожидали ещё полтора месяца зимней пелены и неопределённости, однако Каори слабо улыбнулась, а на душе стало очень тепло. Она пообещала себе сохранить это воспоминание на всю жизнь. Оно одарило её новой, спокойной силой: надеждой. Весна принесла слякоть и ясное небо. Ветер утрачивал хватку, лишь изредка встрёпывая жёлтую траву, лошадиные гривы и флаги. Армия короля Эйва весьма быстро продвигалась к югу. Дорога шла через степи, лишь изредка воздвигая преграды-холмы. В один из дней Каори с удивлением обнаружила, что они уже у моря. Она слышала его рёв с края скалы, а позже подошла и увидела, как тусклые пенные шапки-волны разбиваются об острые камни. От высоты закружилась голова, и Каори осторожно сделала шаг назад, решив вернуться в лагерь. Тот стремительно разрастался на несколько лиг, некоторые солдаты уже успели поставить шатры, а Дуруг, прибывшие не так давно, расположились в стороне, прямо под открытым небом, укутываясь в грязные одеяла и с опаской глядя на «людей в железе». — Лорд Уотерс, — громко и чётко произнесла Каори, заметив нужное лицо. Тот остановился и взглянул на неё с плохо скрываемой улыбкой. — Вы отправили разведчиков? — спросил он, когда Каори подошла ближе. — Да, и обозначила всю важность их миссии. Я полагаю, что принц Отто уже близко, не хочу, чтобы их тела достались воронам. Мне доложили, что завтра вы собираетесь встретиться с солдатами. Лорда Уотерса явно забавляла серьёзность и приказной тон Каори, однако вовсе не со зла, скорее наоборот. Каори никогда не слышала от него плохого слова: ни в лицо, ни за спиной, пусть даже сейчас его губы кривились в мягкой усмешке. — Лишь с некоторыми из них. — Я желаю присутствовать, — быстро проговорила Каори тоном, не терпящим возражений. Лорд Нелфорта лишь рассеянно кивнул и поспешил удалиться, уж очень много дел лежало на его плечах. Раньше он бы непременно попытался её отговорить, и то был бы добросердечный поступок. Большинство из собравшихся здесь не обладали и долей манер того же Берна, однако Каори быстро выучила их язык. Сперва воины не стеснялись отпускать комментарии, гневные или же наоборот лестные настолько, что Каори хотелось спрятаться в воротниках и длинных рукавах платья целиком. Самые болтливые встретили в потёмках неизвестных с мешками на головах. Она велела отрезать всего кусочек, любой, главное — обойтись без шума. Их крик, их голос утонули быстро и надолго. Теперь при встрече ей будут молча смотреть в глаза, большинство — с принятием, а некоторые и с уважением. Она замечала это, когда разливала суп в столовой, когда раздавала монеты, когда посещала заболевших. Многие ли порадуются её падению? Каори улыбнулась этой мысли, глядя на алый трепещущий закат. Она собиралась рискнуть всем. Будь всё как раньше, Каори бы никогда не решилась. Монотонные, тёплые дни в Асфаде казались бесконечно далёкими. Если бы только она могла вернуться, то была бы счастливой. Радоваться цветам, распускающимся внутри, наслаждаться, как сжимается сердце от лишнего касания или ласкового слова. Знать, что завтра всё также сможет видеть Эйва. Однако в любой момент Каори могла услышать звук горна или топот копыт, заметить чужие знамёна или пламя. Она не знала, что будет дальше. Оставалось думать только о том, что сейчас. Эйв стал другим с новым титулом. Раньше он читал ради удовольствия, много шутил и смеялся, а самым великим наказанием от него были едкие, искусные насмешки, заставлявшие собеседников покрываться красными пятнами и блеять как баранов. Это был человек, предложивший служанке поиграть с ним в рэй-но. Остался ли он? В его лице, в его голосе появился сквозящий холод. Самое страшное, что в глубине души Каори знала: его поведение было правильным. Короля должны уважать и бояться, к тому же суровое время требовало проявления силы, и Эйв отлично справлялся. Возможно, за это она полюбила его ещё сильнее, ещё отчаяннее.