Каори

Иногда Каори казалось, что они идут по краю мира. Острые серые скалы, бескрайнее гудящее море, высокая, нетронутая человеком трава. Степи сменялись холмами, а холмы степями и так до бесконечности. Однажды, когда вдалеке покажется лес из копий и голов лошадей, они выйдут из этого круга, вновь вернутся в самый центр реальности. Но не сегодня, сегодня должно было свершиться что-то иное. Эйв и Каори условились встретиться на самой высокой из скал, прямо у обрыва, где скрывается закатное солнце, где разбиваются самые сильные волны. Эйв и выбранный им человек уже, скорее всего, на месте. Каори показалось, что она видит два тёмных силуэта. Пусть они подождут — Каори не желала торопить события, а наоборот старалась ощутить каждое мгновение. Она шла неспешно, вдыхая чистый весенний воздух с горьковатым ароматом чабреца и шалфея, разглядывая тяжёлые синие облака, помрачневшее к вечеру небо. Лагерь остался позади. Каори могла видеть лишь маленькие палатки, огоньки и столпы дыма. Иногда сердце её начинало трепетать то ли от усталости, то ли от волнения. И сегодня Каори позволила себе насладиться даже этими противоречивыми чувствами. Наконец, она смогла рассмотреть фигуры у обрыва. Эйв. Хоть лицо его было непроницаемо, но глаза светились и улыбались. В стороне от него стоял один из верных слуг: человек крайне чёрствый и молчаливый, тот, кто не станет лишний раз трепать языком. Весь в чёрном, с опущенной головой, он будто старался стать невидимкой. Хороший выбор для свидетеля. Сначала они решили, что это должно быть простой формальностью. Но смыслы пробрались так быстро, что оставалось лишь покориться. Например, Эйв с удивлением заметил, что перед ним вовсе не его помощница Каори в роскошном платье и массивных украшениях, а девушка-служанка, которую он выбрал из пёстрой толпы несколько лет назад, и от этой мысли защемило в груди. Он любовался её длинной сизой юбкой изо льна, грубой мужской рубахой, подчеркнувшей тонкость фигуры, густыми и прямыми чёрными волосами, которые укутали острые плечи. Разве что черты её лица никак не изменились, несмотря на пережитое, несмотря на все многочисленные взлёты и падения: ровные, правильные и строгие линии, гордо поднятая голова, стальной блеск глаз. Только сейчас Эйв подумал, до чего же красивы простота и несовершенство. Вдруг послышался яростный удар волны, а вслед за ним море недовольно зашипело. Для Каори то было знаком: хватит медлить, пора начинать. Она плавно подошла ближе, вставая напротив Эйва. Они с осторожностью посмотрели друг на друга. По традиции первым должен был заговорить мужчина. Губы Эйва изогнулись в кривой улыбке, а затем он спросил: — Обещаешь ли ты любить меня до самого конца? — Обещаю, — привычным тоном отозвалась Каори. — Обещаешь ли ты любить меня до самого конца? — Обещаю, — сказал Эйв тепло. — Обещаешь ли ты быть верна и предана мне? — Обещаю. Обещаешь ли ты быть верен и предан мне? — Обещаю, — шёпотом отозвался Эйв, и сердце Каори пропустило удар: скоро всё произойдёт, скоро прозвучат самые главные слова. Но неожиданно Эйв спросил. — Обещаешь ли ты быть справедливой королевой? Каори подняла на него растерянный взгляд. Разумеется, она предполагала, что Эйв пойдёт на это безумство. В последнее время всё вокруг становилось безумным. Но сотворить первую в историю королеву? Да и как стать королевой, будучи справедливой? Каори не сомневалась, что Эйв специально подобрал это слово, ведь раньше своё уважение она вырезала кинжалом. Тысячи мыслей зароились в голове, в памяти всплыл отвратительный запах крови и неведомое чувство, которое иногда так некстати зарождалось внутри. — Обещаю, — произнесла Каори. И она чётко знала, почему согласилась дать эту клятву. Эйв старался ради своего народа, но кроме того он старался ради лучшего в ней, ради всего человеческого, что он разглядел. — Согласна ли ты быть моей женой отныне и впредь? — Согласна. Согласен ли ты быть моим мужем отныне и впредь? — Согласен. На мгновение они оба улыбнулись так искренне и непринуждённо, будто были самыми беспечными людьми на свете. — Подтверждаешь ли ты, что стал свидетелем нового союза, исполненного по всем правилам и традициям? — обратился Эйв к слуге. — Подтверждаю. На мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь стрёкотом сверчков. Небо скрыло тёмное полотно, засияли первые звёзды. Каори глубоко вдохнула этот прекрасный запах вечера и свободы, а затем Эйв заключил её в крепкие дружеские объятия, и внутри разлилось тепло от осознания того, что она навеки связана с самым дорогим и близким человеком. Эйв и Каори шли назад взявшись за руки, высматривая созвездия и придумывая им имена. Они держались друг за друга, натыкаясь на камни в темноте, смеялись, когда пушистая трава щекотала ноги. А спустившись, с удивлением обнаружили, что лагерь ещё не спит. Люди мельтешили, шептались, заглядывали в палатки, словно ища кого-то. Смолкли песни и хохот, слышался лишь звон мечей и щитов. Эйв резко выдернул случайного лорда из взбудораженной толпы. — Что происходит? Вельможа вздрогнул, заметив ярость на лице короля. — Только что прибыл разведчик, войско Отто уже близко. — Насколько? — Говорят, мы можем встретить их уже к полудню. — Значит, надо срочно собрать совет, — ответил Эйв и медленно зашагал вглубь лагеря, глядя себе под ноги. — Каори, ты идёшь? — окликнул он её, заметив, что та так и застыла на месте. — Да, конечно, — ответила она и поспешно вытерла покатившиеся по щекам горячие слёзы.