Глава 10. Долгая ночь
25 ноября 2022 г., 00:00
Эсмеральда догадалась, что старуха приносила ей всё необходимое ночью, после чего спускалась в свою каморку и засыпала там. На второй день она зашла в комнату цыганки уже без сопровождения, из чего девушка сделала вывод, что старуху решили оставить одну. Вырваться наружу не представлялось возможности, дверь была новой и надёжно запиралась снаружи. В отчаянии Эсмеральда простучала стены, но и тут не нашлось никакой надежды на тайный лаз. Она вновь и вновь сжимала в кулаке маленький аграф. Как же выбраться из этой морильни? Кажется, пошла третья ночь её заключения, когда внизу послышался шум и раздались вопли старухи. Эсмеральда в страхе забилась в угол. Это, наверное, за ней! Пришёл Жако Душегуб и значит, что жизнь её кончена. Крики и топот ног стали громче, двери распахнулись. Глаза полоснуло болью от яркого свечения факелов, Эсмеральда крепко зажмурилась.
— Вот она! — голос был похож на Антонио.
Вскоре сильные руки подняли её и понесли прочь из душной комнаты. Она приоткрыла глаза, но всё расплывалось, тогда Эсмеральда зажмурилась. Она узнала Антонио по запаху аниса, которым пропахла его куртка, в чьих потаённых карманах он держал душистые пряности, чтобы продавать горожанам из-под полы. Слезы заструились по щекам, цыган, как маленькую, укачал её на руках и заговорил на их языке.
— Не плачь, сестра, мы тебя нашли, ты в безопасности!
Они спустились вниз по узкой и шаткой лестнице, затем вышли на свежий, пахнущий речной сыростью воздух. Эсмеральду опустили на землю, она теперь могла уже различать людей, которые поспешно бросали факелы в воду. Полная луна и так их освещала. Она узнала братьев, цыган и даже пару бродяг из свиты Клопена.
— Пойдём, — Антонио потянул её за руку и они бросились бежать мимо сонных покосившихся домов навстречу свободе.
***
Во Дворе чудес устроили показательную казнь, всех подельников Жако Душегуба вздёрнули, но сам он успел сбежать. Клопен бурно поприветствовал появление Эсмеральды, которая смотрела распахнутыми от ужаса глазами на десяток болтающихся на верёвках тел. — Вот она! — король жестом подозвал девушку подойти к нему. Кто-то из своих накинул на Эсмеральду куртку, чтобы она могла спрятать разорванный лиф. Девушка подошла к королю и поклонилась. — Спасибо за моё спасение! — произнесла она вполголоса, горло ещё саднило после того, как Жако душил её. — Да, девица, — Клопен поднялся и простёр руки вверх. — Пусть мы и сброд, но не позволим всяких негодяям глумиться над нашими обычаями. И если мы взяли цыган под свою защиту, то не дело красть их женщин и пытаться обмануть своего короля! Толпа радостно и одобрительно загалдела. Эсмеральда еле держалась на ногах, но она заставила себя устоять. Девушка с тревогой огляделась, она искала взглядом Пьера и Аристотеля. — А где… мой муж? — спросила она слабым голосом. Клопен повернулся к ней и жестом велел идти за собой, они отошли в сторону от общего веселья, которое развернулось под танец трупов на верёвке. Жарили поросят и сало, кто-то открывал бочонки с дешёвым бретонским вином и кислый дух поднялся в воздух. Король бродяг посмотрел на Эсмеральду и сокрушённо покачал головой. — Бедная, натерпелась ты! — его взгляд и правда выражал сочувствие. Клопен помнил, какой радостной и светлой она была на празднике Королей! Проклятые мужланы, что Жако, что судья, совсем измотали птичку. — Ты не пострадала? — спросил он осторожно, хотя уже знал ответ — овечка не может уйти из логова волка, не потеряв хотя бы клок шерсти. Эсмеральда отрицательно покачала головой, затем подняла на него свои удивительные янтарные глаза. — Если ты про ворона хочешь узнать, то послушай меня, — Клопен склонился к ней и заговорил шёпотом. — Жако его пырнул ножом, мы не успели вовремя вмешаться. Эсмеральда прикрыла рот рукой, едва сдерживая крик. — Тише, — король Алтынный огляделся вокруг. — Жив он, я дотащил его до дома, и там передал на руки слугам. Потом пришлось повозиться с сообщниками Жако, сам он успел дёру дать. Один из его прихвостней и сказал нам после того, как мы поджарили ему пятки на огне, где тебя искать, — он самодовольно ухмыльнулся. — Скоро будет светать, если ты хочешь, то я провожу тебя до дома судьи. Она только и смогла, что кивнуть. Клопен сделал знак тем, кто остался у костра. Эсмеральда посмотрела на цыган, её глаза встретились со взглядом Антонио, он едва заметно кивнул, она поняла, что её отпускают. Так было лучше, после пленения у Жако никто не поверит, что она сохранила невинность, а, значит, отношение к ней будет уже другим. Цыганка, лишившаяся девственности вне брака, быстро становится существом порицаемым, живущим вне общности, а, значит, лёгкой добычей для всевозможных сводников. Её не спасли бы даже былые заслуги перед табором или тот факт, что она доводилась племянницей герцогу. Нет, для Эсмеральды было бы всё потеряно, брак с Гренгуаром не считался, всем было известно, что он недействителен. Видимо, герцог и Клопен успели поговорить о её дальнейшей судьбе, сейчас она всё дальше уходила от огней Двора чудес и почти ни о чём не жалела. Почти совсем рассвело, когда Клопен, нимало не смущаясь, громоподобно застучал в двери дома судьи Фролло. Отворил хмурый охранник, державший в руке подсвечник с зажжённой свечой. — Чего надо? — спросил он с большим раздражением. — Она знахарка, — Клопен указал на Эсмеральду. — Ваш судья ждёт её. — Хозяин ничего такого не говорил, — охранник нахмурился ещё сильнее. — Ох и пожалеешь ты, когда хозяин на ноги встанет! — ухмыльнулся Клопен. — Да не жмись. Видишь, девчонка маленькая, отведи её одну, а я пойду восвояси. Люк обдумывал, как поступить. У хозяина был знакомый хирург, он промыл и заштопал рану, которая, по счастью, оказалась не опасной. После операции Жеан пришёл в себя, он жестом велел уйти встревоженным Квазимодо и Жану. Затем судья попросил его не беспокоить. И вот сейчас явились на пороге два оборванца, хотя вон тот, что постарше, был тем самым, кто принёс истекающего кровью судью, а девчонка и правда выглядела безобидно. — Оружие есть? — спросил он грубовато у Эсмеральды. Девушка, краснея, скинула с себя куртку и продемонстрировала разодранный красный наряд. Охранник поджал губы. — Ладно, ты одна проходи! — он посторонился, пропуская её. Клопен махнул рукой и уже повернулся спиной к двери. Эсмеральда сняла свою обувь у порога и проследовала за высоким охранником вглубь дома, другой охранник шёл прямо за ней и не спускал настороженного взгляда с её невысокой и ладной фигурки. Жеан не мог уснуть, несмотря на сильную слабость, его мысли вились вокруг Эсмеральды: не пострадала ли она, не счёл ли последователь Кривого Пикардийца уместным избавиться и от девушки. В себя Жеан пришёл на плече у Клопена, тот тащил его, стараясь держаться домов, чтобы не попасться на глаза ночному дозору. Жеан чувствовал, что кровь, промочившая его мантию, остыла неприятной холодной плёнкой. — Что, очухался? — усмехнулся Клопен. — Мои ребята сейчас ловят прихвостней Жако Душегуба, у меня с ними будет короткий разговор. — Эсмеральда, — едва слышно произнёс судья. — Я пока не знаю, — король Алтынный удобнее перехватил Жеана. — Но постараюсь найти кралю, поверь, не только тебе хочется, чтобы с малюткой всё было хорошо. Так бродяга и довёл, вернее, дотащил его до дома, где передал судью на руки верным охранникам. Когда Люк хотел задержать Клопена, Жеан велел ему не трогать того, после чего силы покинули судью и он вновь погрузился во мрак. После того, как опытный хирург зашил рану, Жеан окончательно пришёл в себя. Бок онемел. Этим утром он подпишет распоряжение о применении пытки для супругов де Велль, может быть, хотя бы так удастся выйти на тех, кто удерживал Эсмеральду. Жеан гнал назойливые мысли о возможной гибели девушки. Нет! Судьба не могла быть к ней так жестока! Стук в дверь прервал его мысли, подумав, что это могут быть новости от Клопена, он, поморщившись, крикнул: «Войдите!» Дверь бесшумно отворилась и в комнату вошёл охранник со свечой в руке, а за ним, словно прекрасное видение, вошла Эсмеральда. — Хозяин, говорят, это знахарка, которую вы ждёте, — произнёс Люк, подозрительно покосившись на девушку. — Да, жду, — произнёс судья с вымученной улыбкой. — Возможно, всю жизнь ждал. Люк и напарник переглянулись и поспешили выйти из комнаты, плотно затворив дверь. Эсмеральда бросилась к Жеану, но у постели резко остановилась из страха повредить ему. Он с улыбкой взял её руку левой рукой, правая была перевязана. — Ляг рядом со мной, справа, — произнёс он с трудом. Эсмеральда не стала заставлять его ждать, она устроилась на второй половине постели и положила свою голову ему на плечо. Жеан поцеловал её в лоб. — Это была долгая ночь, моя дорогая, — произнёс он. Она тихо всхлипывала, цыганка поверить не могла, что всё это закончилось.
