Настоящие друзья всегда врут.

      Полина закрывает глаза, прикладывает смычок к скрипке... и её уносит и разрывает. Она топает ногой в такт мелодии, складывается ощущение, что она сейчас тут что-нибудь сломает. Скрипка больно впивается в подбородок, но Полина не останавливается, не замедляет темп, хаос звучит не только в голове, но и в каждом звуке скрипки. Моцарт ещё никогда не звучал так агрессивно в её исполнении.       Морозова останавливается лишь тогда, когда скрипка издаёт противный звук. Это говорит о том, что если она не прекратит, то струны порвутся. Денег на новые, естественно, у её семьи нет.       Катя хлопает в ладоши.       Полину Морозову многие считали идеальной девушкой. Она красивая, умная, талантливая, увлекается очень многим. Почти каждый мальчик хоть раз предлагал проводить её до дома.       Полину Морозову многие считали идеальной, но сама она себя такой не считала.       Временами она совершает — может намеренно, а может и нет — такие поступки, которые нельзя назвать разумными, о них вообще никто не должен знать, если она хочет сохранить репутацию хорошей девочки.       Катя знает.       Катя знает, что Полина часто чешет свои руки, когда погружена в свои мысли. Может сложиться мнение, что у Морозовой почесуха.       Катя знает, что Полина очень часто пинает вещи, громко хлопает дверьми, ругается матом, когда никто не слышит. Иногда кажется, что таких слов даже Рома не знает.       Катя знает, что Полина всегда делает уроки допоздна. И не потому что много задали. А потому что Полина может на эмоциях порвать тетрадку. Может разодрать в клочья, как бешеная собака. Полине противно это сравнение.       И Полина от неё это не скрывает.       Если честно, то скажи ты ей где-то два года назад, что она с Катей будут подругами, то Полина начнет смеяться как ненормальная. Потом обязательно попросит прощение за такой выплеск эмоций. А сейчас всё по-другому. Сейчас Катя знает то, что знать никому нельзя, даже дедушке. В семье не должно быть секретов, просто деду нельзя волноваться.       Они начали общаться примерно год назад. Катя постоянно задерживается после уроков — ждет маму — а у Полины тогда были занятия по скрипке. Учитель снова был недоволен игрой Морозовой, учитывая, что Полина почти всю ночь потратила на эту репетицию. По сути, эти замечания, наоборот, должны были зажечь в ней азарт, должны были заставить играть лучше. Но не в этот раз. После занятий Полина зашла в туалет, включила воду, чтобы умыться, а потом отключилась… она не помнит этот день. Пришла в себя она, когда заметила разбитое зеркало над раковиной, костяшки правой руки были все в крови, а в отражение можно было заметить силуэт Кати.       С тех пор у Полины появилась лучшая подруга.       — Ты сегодня решила дополнительно позаниматься после занятий? — Катя скрещивает ноги, даже не смотрит на Полину. Всё её внимание сконцентрировано на рисунках Антона.       Морозова тяжело выдыхает и направляется к Смирновой, вцепившись в скрипку так, что костяшки побелели.       — Этот пидорас меня уже достал, — кипятится Полина, размахивая смычком.       — Какой именно? — Катя всё ещё рассматривает каждый рисунок, уделяя больше времени тем, где нарисована сама Смирнова.       — Угадай с трёх раз, — Полина убирает скрипку в чехол, чтобы, не дай Бог, не сломать самую ценную вещь, которая у неё есть. — Рома не отставал от меня все каникулы, — градус отчаяния в голосе с каждым словом всё повышался и повышался. — Постоянно приходил, постоянно нес какую-то чушь. Мне приходилось слушать, как он оскорбляет продавщицу из ларька рядом со школой. Называл её тупой сукой, даже песню сочинил про это. Ещё, — после этого слова тон действительно стал угрожающим, — он заставлял меня смотреть на то, как он кидается камнями в снегиря! Аргументировал это тем, что он добытчик, из него выйдет замечательный ухажер, — градус дошел до точки невозврата. — Я уже не знаю, как намекнуть, что у такого гандона нет никаких шансов понравится хоть кому-то.       Катя наконец-то отрывается от тетради Антона, выгибает бровь, стараясь сдержать смех, но всё равно легкий смешок сдержать не получилось.       — Интересно, кто научил его так ухаживать за девушками.       — Видимо, Бяша, так как Антон бы придумал что-то адекватное.       Полина тяжело выдыхает, усаживаясь рядом с Катей, которая посматривала то в тетрадь, то на подругу. Смирнову, если честно, совершенно не волновало, что будет с людьми, которые ей не сдались. Ей всё равно, что её могут посчитать последней сукой, ей всё равно, что про неё скажут её знакомые. Главное — получить удовольствие и новую историю, которая будет вертеться у всех на устах. Только Катя в этих историях не главный герой, а лишь второстепенная личность, зритель.       — Я знаю, как сделать так, чтобы Пятифан отстал от тебя, — лишь отвечает Смирнова, убирая тетрадь Антона в свой портфель.       Полина вопросительно выгибает бровь. Катя свой ответ никак не комментирует, а лишь берет подругу под ручку и направляется к выходу. ***       Антон очень редко бывает в гостях у Бяши. В основном они втроём тусуются у него. Оля балдеет, когда его друзья приходят к ним домой, потому что у неё сразу же появляется веселая компания из трех парней.       Первое, что бросается ему в глаза, когда он переступает порог — это полнейшая чистота (Антон до сих пор гадает, почему Бяша такой чистоплотный. Пятифан за несколько лет дружбы так и не выяснил) и огромная куча дисков, на которых изображена Мэрилин Монро. Рома осматривает их и приподнимает бровь, смотря на своего друга детства:       — Что это?       — Диски.       — Мэрилин Монро?       — Давно ты осуждаешь людей за их вкус?       — Уже минуту.       — Имеешь что-то против Мэрилин Монро?       Антон устремил молящий взор на стоящие рядом иконы, пока Рома с Бяшей спорили, кого можно осуждать, а кого нет, но иконы как стояли, так и стоят. Видимо, попросту привыкли к такому зрелищу. Поэтому Антон решил лечь на кровать.       А теперь Петров убедился, что, несмотря на то, что они дружат уже довольно долго, Бяша умел удивлять. Антон знает, что Бяша плачет, когда видит одиноких стариков, знает, что он обожает шоколад. А также прекрасно знает, что Бяша и Рома обожают фильмы ужасов.       И всё же он не был готов к тому, что его ждало. Антон переворачивается на спину и видит эту херню. Петров не помнит, когда орал так громко. Сразу же вспомнилось, как они с Ромой убегали от злой собаки соседа, которую они за каким-то хером случайно разозлили. Антон подскочил и долбанулся головой о спинку кровати так сильно, что эта херня — как выяснилось, это очередной плохо прорисованный монстр из новой страшной игры, которая вышла пару месяцев назад — стала кружиться и двоиться.       — Антон, какого черта?       — Какого черта? Что это за хрень?!       — Монстр.       — Это я вижу. Что он делает на потолке?       — Мне больше некуда постеры клеить!       На это Антон ничего не ответил. Поэтому он начал молча рассматривать монстра, ожидая пакет со льдом. Обычная белая жижа с огромными зубами, с огромными ртами, глаз ещё дофига и больше. Ничего нового. Ему даже стало стыдно, что его это напугало.       Рома сел рядом.       Роман Пятифан так-то странный парень. Ему только пятнадцать, а он уже пробовал всё, о чём Петров даже ссался подумать. Антон всё ещё не понял, почему тот с ним возится. Он ещё не понял, как они стали друзьями. Дружба у них тоже странная.       Рома никогда не слушал, когда Антон рассказывает про различные болезни, как размножаются черепашки, а потом рисует вскрытие людей. Рома лишь подпирает обе щеки руками и скучающе зевает.       Потом Пятифан обязательно отведёт Антона в свой двор, где они спрячутся за мусорными баками. Рома достанет свою любимую белую пилюлю и будет вертеть ей перед носом Антона. Плохому научат только друзья. Друзья – это семья, которую выбираем мы сами. У Антона не так много друзей. Он не бежит, как Оля, с радостной улыбкой к каждому живому существу, не гладит по головке и не обещает, что их ждет великое будущее. У Оли много друзей, у Антона их практически нет. В это «практически нет» входят самые конченые. Рома, после того, как засунет свою пилюлю в рот, обязательно будет корчиться перед мусорным баком, пока Антон будет его придерживать. У Пятифана случится очередной передоз, у него изо рта будет хлестать пена, он будет биться руками о мусорный бак, пытаясь не задохнуться в блевотине. Рома будет орать на него матом, Антон будет волноваться, что мама его снова отругает, ведь он снова поздно вернётся домой.       — Мне нужна твоя помощь.       У них довольно неправильная дружба. Если бы мама узнала, то обязательно вставила пизды. Карина ничего не знает. Антон усаживается удобнее, скрещивает руки на коленях и внимательно слушает.       — Тебя снова надо подтянуть с учебой? Ты всего лишь четвертый по списку успеваемости, — Антон никогда не умел отличать, сколько процентов серьезности вложено в тот или иной разговор. А если и умел, то слал свои умения к черту. Рома сейчас пошлет к черту Антона.       — Четвертый с конца. Так, блять, я не про это.       У Ромы на лице большими буквами написано: «Хватит напоминать про мои недостатки и слушай внимательно, падла!»       — Мне нужно, чтобы ты узнал, как ко мне относится Полина.       Антон ударяется головой ещё раз.       С Полиной у него была дружба немного иного характера. В основном они редко разговаривали, в её компании Антон привык молчать. Больше всего ему нравилось рисовать девушку. Антон всегда придавал внимание деталям. Почти на каждой странице его тетрадок были изображены эти карие глаза Полины. Нет, они были даже не карие. Они были шоколадного цвета, цвета какао по утрам. Антон уверен, что на вкус эти глаза такие же. Они были глубокие, загадочные, с золотистым ободком вокруг зрачка. Антон любил рисовать её родинки на шее. А их было очень много. Родинки – это места, куда тебя в прошлой жизни либо целовали, либо убили. Антон не верит во вторую легенду, когда смотрит на Полину. Потому что уверен, что её можно только целовать. У Морозовой всегда краснеют уши, когда она замечает очередной рисунок. Она обязательно потом нахмурит брови. Антон лишь любуется ей. Эти темные волосы, эти темные брови, эти изящные руки, это лицо... эта девушка.       — Ты же знаешь, как она к тебе относится.       Когда Полина находится рядом с Ромой, то для Антона открывается немного другая сторона этого ангела. За прекрасной внешностью скрывается настоящее зло. И это зло выходит наружу, когда Рома оказывается рядом с ней.       — Не перебивай, — шипит Рома, скрещивая руки на груди, а потом улыбается так довольно. — Первая скрипка школы просто стесняется. Все девчонки так делают, — смотрит так на Антона: "Мол, ты дурной что ли, не знал таких простых вещей?", — но мне нужно узнать, что за этим симпатичным и злым личиком ещё скрывается.       За этим симпатичным и злым личиком скрывается «отъебись от меня, имбецилище со страшным еблом». Всё. Больше там ничего нет. Это факт, с которым Рома никак не может смириться.       — Ну так ты поможешь мне?       Антон молча кивает.       Рома радостно хлопает по коленям и обнимает за плечи своего друга. Петрову тоже бы надо переварить ещё один факт. Полина была его другом. Эту черту они никогда не переступят. Они не будут передрузьями, не будут любовниками, будут только д р у з ь я м и. Антон понял это ещё в прошлом семестре. Вроде смирился.       — Я рассчитываю на тебя, Тоха!       Бяша вернулся с кухни и скользил на пятках, улыбаясь во все тридцать два зуба, точнее, извините, тридцать один, так как зуб мудрости ему удалили. Бяша бедрами двигает, держа в руках лед.       Бяша ЗНАЕТ, что знает кучу хороших и прикольных песен. Отличные группы, которые оценит Рома, всякое такое, у них вкус немного совпадает. Он знает, что должен помнить что-то ещё помимо чертовой Мэрилин Монро. Сердцем он понимает, что есть другие хорошие источники музыки помимо чертовой Мэрилин Монро. Но в голове пустота, одна только чертова Мэрилин Монро.       — I WANNA BE LOVED YOU, JUST YOU, — акцент у него был ужасный. — AND NOBODY ELSE BUT YOU, — Рома нихуя не понимает на английском, а когда он не понимает, то брови так странно хмурит, делает вид, что злится. На самом деле он пытается вспомнить все уроки английского языка, прокручивая все слова которые он знает, начиная с «Hello» и заканчивая «Fuck». — I WANNA BE LOVED YOU, ALONE! — Бяша ножками перебирает, к ним направляясь. — BOOP-BOOP-BE-DOOP!       И падает на Рому, задев кровать. Антон ударяется головой третий раз.       — Твою мать!       — Что там за слова такие? — кричит с кухни бабушка Бяши.       — Всё хорошо, ба!       — Что?       — Я говорю, всё хорошо!       — Что?       Рома начинает драться с Бяшей, ибо заебал орать. У Антона теперь в запасе с больной головой появилась вера в высшие силы.