Don't give up!

Я теряю терпение. Возможно, Аномалию слишком сильно приложило головой, а возможно, часть кода тех умирающих миров залезла ей в мозг, но девчонка начала действовать мне на нервы. Это началось давно, но стало очевидно после возвращения, когда я всеми силами старался показать своё равнодушие к приключившейся с нами банальности. Я всегда знал, что на тысячу «уникальных» миров найдётся такая же тысяча «пустышек» – было не так трудно понять, что мое существование не исключительная важность, а базовая необходимость. Они заставили меня поверить в это. Показали суть вещей лучше любых примеров и слов, оставив валяться в одиночестве, наедине с бесконечной пустотой. Ещё до того, как я стал действительно понимать, правда понимать, в чём тут дело. Так было всегда. Так будет всегда. Я никогда не буду просить Их о помощи. Буду живым вопреки, буду отбирающим жизнь вопреки. Буду Разрушителем не потому, что этого желали Они, а потому, что сам выбрал для себя этот путь. Потому что мне нравится разрушать те фальшивки, что они создают. Эта ошибочная встреча с другими Мультивселенными могла бы стать для меня проблемой, если бы душа поняла, что таким образом могла бы сбежать от нас. Я знал – не станет, её здесь держали её маленькие слабости, но не мог не думать о том, что всё пойдет по другому сценарию. Было трудно скрыть замешательство – она правда не допускала мысли, что сможет сбежать, или это моя заслуга? В любом случае – это играет мне на руку. Что-то явно пытается помешать мне. Что-то сильное и куда более могущественное, чем эти идиотские “Третьи Лица”. Мне пришлось быть осторожным, под стеной своих собственных опасений я мог упустить что-то важное. Нет. Неправда. Я всегда был наблюдательным, у меня нет проблем с тем, чтобы заметить изменения! Это игра, которая будет длиться до самого конца. Аномалия не глупая девочка, и если ей станет нужно – сама найдет ответы на свои вопросы. Я позволю ей найти их самой. Главное, чтобы её человеческий разум понял их правильно. А я сделаю это более интересным – нужно лишь держать в рамках чужое любопыство. Разумеется, проще сделать из неё куклу. Легче сломать, свести с ума, сделать беспомощной настолько, насколько это возможно, но… Душа уже была сломана. Было бы милосердием добить её в самом начале. Я не стал. Аномалия, хах, сопротивлялась. Не так активно, как сейчас, но… я ведь всё ещё могу её сломать? Могу.

Почему ты медлишь?

Я начинаю уставать от пустой болтовни. Нарушение собственных алгоритмов такое, что невольно начинаешь думать, что человек недалеко ушла от меня в плане нестабильности. Раньше, по крайней мере, она не так явно лезла ко мне с этой проклятой дружбой, а сейчас её поведение чаще и быстрее становится до отвратного наглым. Одна думает, что мне нужна её помощь? Как высокомерно! Нет, ха-ха, НЕТ, и она должна быть благодарна за то, что я позволяю ей думать подобным образом. Этим очень легко манипулировать, да... Я позволяю ей слишком многое, и порой нужно напоминать о нашей разнице в силе. Видит меня слабаком?! МАЛЕНЬКАЯ ДРЯНЬ! Думает, что способна помочь, такая жалкая и странная в своих попытках, но МНЕ НЕ НУЖНА ПОМОЩЬ! От такой как она – тем более. Унизительно.

Что тебя так раздражает?

С каждым днём Аномалия медленно сходит с ума, и это вызвано не только пустотой и теми убийствами, что ей периодически приходится совершать. Она словно бы начинает догадываться? Нет, она точно что-то замышляет! Она уже знает что-то, вопрос лишь в том – что? Нет, спокойно, всё остаётся под моим контролем, и я не раз доказывал это… Я всегда знаю, как сделать лучше и я делаю! И делаю хорошо, в отличие от неё. У человека такие странные... привычки. Из банального – пить растворимые напитки, которые она называет… «Чай»? Гадость в чистом виде! Горько, что неприятно тянет языки, и слишком сладко, что как переполненная бездумным счастьем Альтернатива – тошнотворно и не имеет смысла. Как она может наслаждаться этой безвкусицей? Хотя, с перцем на вкус он вроде ничего... Ей тоже нравится острое? Не думал. Кажется, она говорила об этом. Не помню. Она часто болтает ни о чём. Такая беззаботная временами... Иррациональная, импульсивная, спокойная, разумная, отчаянная, решительная… она раздражает меня, умудряясь быть всем этим одновременно! Выходит за рамки своей черты, мечется между разными гранями, подстраивается. Иногда мне всё же удаётся её заткнуть. И тогда она начинает бояться. Уважать. Голоса навязчиво допытываются до причин, по которым я себя так веду. Тцк, как будто я должен защищать человека! С чего бы? Я уже делаю всё возможное, и то лишь потому, что мне это интересно. В конце концов, она всё равно верит мне. Возвращается ко мне. Всегда. А я сам разыгрываю прекрасную партию, и пока она меня устраивает – нет смысла менять выбранную роль.

Не лги нам, мы – не они

Искаженное восприятие и хаотичные поступки этой мелочи, когда она сначала не думает головой, а потом упрекает меня – вот что действительно стоит изменить. Я предупреждаю её, я открываю ей глаза, я даже стараюсь понять её, а она всё ещё чем-то недовольна! Она сама же и виновата в том, что с ней происходит, и почему так сложно признаться себе самой в этом? Чёртовы люди с их непонятными мозгами! Ведет себя как те безнаказанные дети из миров, а потом бесконечно ноет. Ноет и ноет, и с каждым разом всё больше и больше. Оставаться такой после всего, что произошло с нами – почти преступление. Совершенно не учится на ошибках. Тупая Аномалия. Я большой любитель драмы, но эти её периодические попытки искать помощи на стороне... Слишком жалко и совсем не весело. Неужели она не понимает – никто из этих ошибок не спасёт её, не защитит, не прикроет спину. Никто на самом деле не верит её рассказам про возможность равенства и спасения любой души. Так тупо наивно искать в других прямо противоположные их натуре вещи умеет только она. И общаться с самыми мерзкими и отвратительными ошибками, тоже. Без меня эта девчонка – ничто, и уже давно была бы послана за звездой в большей части миров или того лучше – стала бы посмешищем для всей Мультивселенной, когда её маленький «идеальный мир» рухнул. А я ведь... Терплю всё это. Её отвратительное поведение. Где моя благодарность? Но нет, всё, что я получаю – это маленькая кривая улыбка, словно это всё часть её собственной игры – не моей, и бесконечные обвинения в мой адрес! Неблагодарная. И эти её «друзья», хах! Выдадут всё и под чистую, стоит лишь немного надавить. И девчонка не хочет понимать этого, просто не хочет! Никто не прикроет ей спину. Никто, кроме меня. А ведь они агитируют Аномалию на совершение всякого бреда, на сопротивление и бой. Наивная. Из нас двоих я – единственный, кто действительно понимает, что происходит. Я могу сделать всё лучше, но девчонке прямо жизненно необходимо всё испортить! Может, следует отобрать у неё игрушки? Сломать парочку… Как много мне нужно сделать, чтобы она наконец успокоилась?

Не теряй голову

Уверяет, что не бросит меня. Думает, что мы партнёры. Заверяет, что есть множество монстров и людей на моей стороне. Ложь. ЛОЖЬ. ВСЁ ЭТО НАГЛАЯ ЛОЖЬ! Ха, я прожил столько лет и не встретил НИКОГО, кто действительно понимал меня! Тупые ошибки. Мне не интересно из раза в раз смотреть за презренными попытками ко мне подобраться. Она сбежит от меня при первой же удобной возможности, сбежит навсегда в свою реальность, все они делали так, и будут делать, я уверен! Они хотят ударить в спину – это всё, что они делают, после того, как я проявляю к ним милосердие. Я не идиот, нет, я совсем не такой! Все Они уже пытались меня затоптать, убить, оставляли умирать в одиночестве, но я выжил. И я всё ещё тут, не для того, чтобы об меня снова и снова вытирали ноги, словно я очередная жалкая подделка! Черта с два!

Тебе не хватает терпения

Великолепной по тупости была идея Аномалии подсунуть вместе с теми опасными психами мага из самой позитивной альтернативы. Кошмару. Я чувствовал, что это пахнет чем-то нехорошим, ведь Найтмер и позитив плохо сочетаются, но пустил все по ветру. Думал, что эта ошибка просто злобно посмеётся, но ничего делать не станет. Неправильно. Отвратительное было решение, но пока я вижу лишь его явное недовольство, а сам настороженно смотрю на человека. Аномалия кажется до сих пор не понимает, что Создатели не являются нашими друзьями. Хах. И да, я мог бы не соглашаться на это. Мог, но не стал. Я дал девчонке слишком много свободы, но она не умеет ей распоряжаться. Жаль.

Ты слабеешь

Я даже разочарован, что Кошмару не удалось охладить её тягу к поиску себе новых проблем. Она пропадает из моего поля зрения и делает у меня за спиной вещи с таким невинным видом... маленький грязный лжец. Доводит себя до предела, выводит меня из себя, упрямо двигается вперёд и глушит любую дрянь, чтобы заткнуть свои проблемы. Словно этот чернильный идиот, она пытается играть роль защитника. И если Инк меня раздражает своим существованием, Аномалия выводит из себя этой фальшью, этой недоказанностью. И я стараюсь быть милым, пока она же не суёт свои пальцы мне в душу. Мы оба знаем, что дружбы между нами не будет, но она продолжает ковыряться там, продолжает искать что-то одной ей понятное. И ведь находит, с этой самодовольной победной улыбочкой. Не позволю... Думает, я не вижу, как она смеётся надо мной?! И она делает всё как и я – вопреки – послав к черту самосохранение. И познает мир она совсем как ребенок – слепой, маленький, слабый... но уже смелый, горделивый, непокорный. Аж задушить охота, ха-ха... Так упрямо противится алгоритмам, чтобы снова вставать на те же безответные пути по доброй воле – космическая тупость! Но ведь рано или поздно получалось. Работало. Каким образом ей почти всегда удавалось воплотить в жизнь эти маленькие странные пунктики?! Но обмен влияет на неё не меньше, если не больше, чем на меня. Я пытался остановить это. С разных сторон, разными способами. Не работает. Это всё не работает чёрт побери! Словно её код отчаянной и мертвой хваткой цепляется за мой, и скорее убьёт нас обоих, чем даст её душе окончательно отвязаться. Жалкий вампиризм. И это должно было спасти нашу Мультивселенную? Заменить меня? Эта Аномалия с потухшим взглядом? Чем больше думаю об этом, тем больше понимаю, что меня окружают идиоты. И этого человека по мнению Создателей я должен защищать? От чего? От собственной глупости? Смешно. Её слишком легко обмануть, в чём я убеждался и не раз. Она обижается на меня за это, но... кого это действительно волнует, вот правда? Бедняжка Ника... но у кого-то должен быть такой неприятный кусок работы, верно? Хах. Нич. Создатель. Аномалия. Просто Аномалия. О, в конце концов это обещает быть весёлым, для одного из нас. Я пытаюсь играть честно. Да и… человеку было бы скучно жить, так что все в итоге в плюсе. Я могу закончить в любой момент. Я заберу у неё свободу, если потребуется. И никто не помешает моим планам.

Это лишено всякого смысла

И всё же, Кошмар раздражал. Думает, он тут главный и я должен ему подчиняться? Черта с два! Я работаю один. Я работаю сам на себя и негативные кальмары мне не указ. Что касается его прихвостня Хейта... ооо, я ненавижу его вполовину его собственной ненависти ко всему существующему. Он хитрый противник с гнилым нутром, словно больная крыса, которую можно и нужно прибить, чтобы остановить заражение. Хейт – паразит, уверен, если бы Фрэш сам не боялся его, они бы могли стать самой большой головной болью этой Мультивселенной. Отвратительно. Найтмеру крупно повезло, что Хейт заинтересован работой с ним, но, думаю, что ситуация может выйти из под контроля в любой момент. Меня это не устраивает. Звёздные меня разочаровывают. Может девчонка и не замечает, но они становятся слабее, а их действия всё более предсказуемы, всё меньше собраны и более неосторожны. Придурки. Будучи занозой в заднице, Инк предпочитает доставать нас по поводу и без, а Дрим кажется начинает не выдерживать давления миров, туповатого хранителя и... Впрочем, какое мне до них дело? Это не мои проблемы. Это скучно. А вот Антивирус.. когда-то я думал, что он боится меня. Но сейчас он явно стал смелее. А ещё Внекодовому гадёнышу пришелся по несуществующей душе Инк. Ха. Двое бездушных идиотов нашли друг друга. Только вот, Анти не дурак – скрыл от обожаемого хранителя некоторую информацию. А я нашел. И его связь с Вирусом и глубже, где ниточки ведут в руки к тем, под чьим крылом сейчас ходят эти двое, осмелев до крайней наглости. И я почти не придавал этому значения, пока не вышел на этих загадочных третьелицевых ошибок. Этих ублюдков, что водили за нос меня. МЕНЯ. Я нашел то, что не должен был – это точно. Я был ужасно зол. Вильям. Этот напыщенный выродок был не просто причастным идиотом. Он покрывал кого-то. А Вильяма покрывал маленький предатель. Пришлось пропасть, чтобы найти их. Я думал, что вернусь гораздо быстрее. Но… это не было похищение, нет, если не считать смехотворной угрозы стереть мне все воспоминания о нашей встрече. Я знал, что мне следует пойти за ним, если я хочу получить ответы на интересующие меня вопросы. Вытягивать силой слова не пришлось. Удивительно, как быстро мне на стол выпали карты. Было тяжело поверить, что настолько скрытная, осторожная организация, оказалась мелкосортным разочарованием. ... Эррор неровно дышал, хаотично и бесцельно блуждая взглядом по пространству вокруг, что со стороны наверняка выглядело довольно жутко. Благо, в этом месте не было никого, кто мог бы стать свидетелем его небольшого замешательства. — Чё-ЧёРт-рт поб-ПобЕр-Ери, зАт-ЗатКнит-НиТесь уЖ-уЖе наК-накОнЕц-еЦ! Я И сА-СаМ уж-уЖе нЕ ВеР-вЕрю в Эт-этОт плА-ПлаН-Ан! Н-ну и Чт-тО с тОг-ТоГо? Я жЕ-е нЕ мОг-МоГу теП-ТЕпЕрь-еРь УйтИ-Ти пРос-прОстО-То тА-ТаК! Монстр ворчал, недовольно оглядываясь по сторонам, отвечая демонам в своей голове, что маниакально шептали, смеялись и сомневались, кричали. Идея намеренно провоцировать Третье Лицо своими действиями – нет, не так – провоцировать Вильяма на реакцию, была подозрительно нерабочей по мнению Эррора. Но если изначально голоса его поддерживали, убеждая, что даже Создатели ничего с этим не сделают, а Вильям не позволит, чтобы это куда-то попало, то теперь даже они предали его в этом, разрушая его уверенность. Снова. В очередной раз оставляя метаться в сомнениях и почти полном одиночестве на отшибе Мультивселенной. Но он продолжал стоять со всей свойственной ему упёртостью, и собирался в кратчайшие сроки обрушить несколько крупных центров разом, что после значительно пошатнуло бы не только баланс, но и кодовую стабильность всей Мультивселенной. Такое происшествие не оставило бы в стороне никого. Эррор, наверное, и сам себе никогда не признается, что эта сторона его силы иногда пугала даже его самого, поэтому он пытался как можно скорее забывать все подобные инциденты с ней связанные, ведь даже сейчас глюк не был уверен, что сможет управлять процессом. Самоубийственная идея, достойная разрушителя миров. — нИч-НичЕг-ЧегО... ВсЁ-Сё оСта-СтаЁт-Ётся тА-Так и ДаЖ-дАжЕ хУж-ХужЕ-Же. – Глюк недовольно шипел, переминаясь с ноги на ногу и начал медленный мысленный отсчёт. Ему следовало быть куда более аккуратным с тем, что он делает, но по правде говоря, он уже давно сходил с ума от вопросов, на которые у него не было ответа. – Я Об-обЯз-Зан уз-УзнаТь-Ать, ктО-Кто вСё Эт-ЭтО уС-устРо-СтРоИл! Н-нУ нЕ-не МоЖ-мОжЕт жЕ… бРе-БрЕд-Ед! НЕт... Н-неТ, нЕт н-НЕт, НЕТ. Н-нЕ бЫ-быВаЕт-еТ! Н-нЕ бЫв-БывАеТ ниЧ-нИчЕг-ЧеГо тАк-аК прОс-ПрОстО-тО. Эррор бессвязно шептал под нос, проверяя себя в том, где и когда он ошибся или мог ошибиться. И всё же, он был уверен в том, что ему нужен Вильям. Смертельно уверен. — Ког-КОгО мОж-мОжЕт Пок-ОкрЫвАть-аТь эТ-этОт прИд-ПридУр-уРок-оК? Я зН-ЗнАкОм-оМ с НекОт-КоТорЫмИ-мИ тВа-твАрЯмИ аЛь-АлЬфатЕй-ТейЛа-лА, Н-нО иМ пЛе-пЛевАть-аТь нА эТу мУль-МуЛьтИвсЕл-ВсЕлеНнУю-уЮ. СЛиш-сЛишКом ВысОк-оКие пРид-прИдуРки, хА-Хах!! Вильям появился словно из ниоткуда – просто обнаружился стоящим перед ним с отстраненной гримасой прохладно-улыбчивого лица. Его длинный белый плащ украшенный синим шифрованным рисунком, был небрежно расстегнут, а накинутый на голову капюшон почти не скрывал белый череп, расчерченный царапинами и чёрными полосами. — ᴮижʸ ты дᵒᵇᵒлᵉᴴ ᴴᵒᵇᵒй игᵖʸʷᵏᵒй⸴ Эᵖᵖᵒᵖ. – Не церемонясь на долгие приветствия и драматичную паузу произнёс Вильям, раскрывая свою причастность к происходящему так, словно его вообще это не волновало. Впрочем, он всегда честно выдавал оппоненту свои намерения. И Эррор об этом несомненно знал. – ᴮ чёᴹ пᵖᵒблᵉᴹᵃ? ᴾᵃзᵇᵉ этᵒ ᴴᵉ тᵒ⸴ чᵉгᵒ ты ˣᵒтᵉл? Внезапно замерев на месте, Эррор поднял голову, задумчиво промычав. Четвёртый словно издевался, несмотря на деланно-равнодушный и даже любопытный тон. — Я зНа-зНаЛ, чТо тЫ сВяЗ-вЯзаН с Эт-эТиМ! – Эррор довольно скалится, игнорируя вопрос и закидывая руки в карманы, будучи довольным собой. Глюк всё ещё слабо верил в то, что у него действительно получилось, но чем больше верил, тем самоувереннее шептали голоса. Вильям и вправду повелся на такую идиотскую попытку шантажа. Кто бы мог подумать, что четвёртый окажется таким жалостивым. – СЭк-эКоНоМ-оМИм нАш-НаШе ВрЕм-еМя – у МеН-мЕнЯ еС-ЕСтЬ воП-ВоПрОсы. ХОч-зОчУ зНаТь-АтЬ, кТо прЯч-РячЕтСя-сЯ зА тВо-ТвОЕй сПин-СпиНОй. Несколько мгновений высокий белый скелет молчал, глядя перед собой пустым взглядом синего и сине-белого глаз. — Пᵒʷли ᶜᵒ ᴹᴴᵒй‧ ᵀы пᵒлʸчиʷь ᵒтᵇᵉты‧ – Холодно и отстранённо проговорил, сощурив глазницы. – Или ыТты аЗзᵃбʸдᵉʷь ᵒ оТтᵒᴹ⸴ чтᵒТТч здᵉᶜь рПпᵖᵒиᶜˣᵒдилᵒ‧ Его голос и раньше звучал словно роботизированный и искаженный, но сейчас в нем отчётливо затрещал системный шум, выделяя голос неприятной, еле различимой за шумом, низкой реверсацией слов туда-обратно. Однажды Эррор уже потерял память после общения с четвертым, и этот фокус хорошо знал. Его собственное тело и разум, казалось, стремились стереть воспоминания о белолицем скелете с черными полосами под уставши впалыми глазницами. Вильям определенно был силён. А ещё по мнению Эррора – раздражающе проницателен в делах его не касающихся. — тОльКО и ВсЕг-всЕгО? С КаКиХ-Их поР тЫ чьЯ-тО мАр-МарИонЕт-еТКа? Провоцировать его не было нужды, но Эррор не был бы собой, если не высказал в лицо претензию по поводу привычки Альфатейловцев всё держать под открытым замком. И по итогу в этой сокровищнице из – как кажется, миллиона кветтабайтов – информации не находилось ничего особо секретного, что Эррора как любителя иногда пораскинуть мозгами за тяжёлой головоломкой очень расстраивало. Никакого приза. Никакого веселья. Одна лишь скука. Вопреки язвительности глюка и его не дожидаясь, Четвертый открыл проход и зашёл в него, а сам Эррор, вопреки своей же подозрительной натуре, безропотно шагнул следом.

Это может быть ловушка

Подумай ещё раз – это действительно важно?

Не глупи, Эррор.

Тебе не нужна правда, тебе нужна сила!

Заставь их пожалеть

Эррор отмахнулся и прибавил шагу. Обстановка была, мягко говоря, странная: искажённая, чем-то похожая на космос вселенная, как если бы это было целой небольшой галактикой, внутри которой они передвигались будто страшные великаны. Но нет. Пустота. Тёмная, искажённая тихим переливом плавающего кода, которому не за что здесь зацепиться и тот медленно плыл в никуда, сталкиваясь с такими же кусочками и искажая материю рябью. Эррор никогда не видел места страннее этого. Словно чей-то пространственный карман, развернутый и увеличенный в неприличное количество раз, заполненный до краёв словно бы невидимой водой, но будучи решетом. Переведя взгляд на идущего впереди Вильяма, Эррор тяжело вздохнул. Спрашивать у него о местном окружении было глупо и бесполезно. Они шли... не так долго, насколько можно было бы идти. Понятие времени и пространства тут тоже заметно искажено и дорога, которая по мнению Эррора должна занять часа четыре, заняла минут тридцать от силы. И шли они к далёкому белому огоньку – парящей белой сфере. Когда они пришли, Эррор понял, что сфера парит над большим круглым столом, и от нее в разные стороны то и дело идут небольшие тонкие лучи, извиваясь, словно маленькие молнии, и пропадая без следа. — Чᵉлᵒᵇᵉчᵉᶜᵏᵃя дʸʷᵃ ᴴᵉ дᵒлжᴴᵃ былᵃ ᶜпᵃᶜти тᵉбя‧ Внезапно выдал Четвертый и глючный даже не сразу сообразил о чём идёт речь. Больно уж быстро переключился Четвертый в разговорный режим. — Да-А? И В чЕ-Ём тОг-ТоГдА еЁ фУн-ФунКцИя? – Фыркает Эррор, не выдерживая напряжённого молчания. – оПус-пУстИм-иМ моМ-мОмЕнт-еНт с Под-пОдДержАн-ЖанИЕМ-еМ мУльт-МуЛЬтИВсЕл-всЕЛЕнНой. ПОч-пОчЕмУ Я? — ᴹы зᴴᵃᵉᴹ⸴ чтᵒ ᶜлʸчилᵒᶜь тᵒгдᵃ – ᵇ ᴬᴴтипʸᶜтᵒтᵉ‧ Громко сказал Вильям и у Эррора похолодели кости. Он завис, мрачно усмехнувшись. Лицо исказилось в жуткой гримасе. Да... действительно, они не могли не знать насколько сильно он облажался в тот раз. Как казалось Эррору, голоса только об этом и могли говорить.

НИЧТОЖЕСТВО

Тебя просили не лезть!

Такое разочарование....

Фу, я думал ты гораздо умнее.

Маленького мальчика обидели, поглядите ка!

Слабак.

Твоему создателю должно быть стыдно за тебя, глюк!

Уже не смешно. Это уже не первый раз…

Его нужно заменить.

Он просто... просто узнал кое-что. Узнал и не выдержал того, с чем столкнулся по своему же любопытству. И разум заботливо вытравливал из головы ужасные образы того, что он видел, как и те, пусть и ослабшие, тихие, но не менее ужасающие крики, что он слышал. Ни одна из убитых им аномалий, на его памяти, не умирала настолько мучительной смертью. В один момент всё, что он сделал, всё, во что он верил… всё вмиг перевернулось с ног на голову. Сознание схлопнулось. Все его представления о том, какую роль разрушения играют в мирах, оказались ложными приятными сказками, залитыми в отсутствующие глючные уши Создателями. Он буквально работал на них. Буквально подчищал следы. Он был не против, ведь он воспринимал это как хобби. Как приятный досуг. Досуг, вокруг которого строилась большая часть его жизни, придавая смысл его существованию. Заставляя не думать о том, как чертовски сильно ему надоело смотреть на всё происходящее. Он ещё не знал, насколько стремительно изменится его жизнь. Никогда не удавалось узнать, возможно ли это, но в тот раз... В тот раз было что-то вроде наваждения. И он повелся. Как и сотни раз до этого. Ему стало любопытно – что происходит после? Что будет происходить уже потом, когда все миры наконец исчезнут, оставив после себя единый и святой оригинал? К чему в итоге приведет его собственная смерть? Заглянуть в будущее... Безумие, и о да, таким оно и оказалось. Потому что у Эррора получилось. И он узнал. Узнал неприлично многое, узнал то, от чего мог бы сойти с ума ещё больше самый безумный монстр в их Мультивселенной. Эррор вопреки всему себя безумным не считал.

Ты забудешь это, не волнуйся

Ты всегда забываешь

Пел внутренний голос с язвительной нотой, пока Эррор не выдержал нахлынувших воспоминаний и впал в перезагрузку. А затем ещё, и ещё... Но в конце концов... Ничего не имело смысла. И пускай смысл и раньше был понятием далёким и незначительным, теперь, когда он увидел... Когда он своими глазницами действительно видел истину... Всё рухнуло. Они шумели сильнее, яростнее, злее… и все они винили его в том, что происходит. Всё это было его виной. Всё, что он видел и всё, что он не мог предотвратить. А они продолжали заглушать его собственный крик, пока в конце концов он не выбился из сил и не рухнул безвольным телом, оставленный и преданный, брошенный в одиночестве пожинать плоды своего любопытства, с полным сознанием того, насколько отвратителен этот мир с изнанки. И содержимое её было бесконечным кладбищем. Смириться и завершить эту агонию внутри себя. Вот единственное, что он мог сделать. По крайней мере, на тот момент это казалось лучшим и единственным вариантом. Для этого он запер тогда Антипустоту. И именно из-за этого чёртова Мультивселенная вцепилась в него стальной хваткой, требуя перед собой безжалостного покорного повиновения. Неминуемую гибель отсрочили силой. Наконец, почти невидимое из-за лагов и сбоев тело разрушителя отмерло, отсутствующий взгляд прояснится, тело пошатнулось и он почти упал. Упал бы, если бы не упрямое желание держаться на ногах. Его ноги и челюсть позорно дрожали, мысли имели вид бешеного роя диких пчёл, когда он широко раскрытыми глазницами посмотрел на Вильяма. Двухцветные глаза по-безумному сверкнули в гневе, когда он сделал несколько уверенных шагов вперёд. Тишина затянулась и стала угрожающе-натянутой до предела, что ощущалось физически, когда они оказались на расстоянии меньше полуметра. — Эт-эТО вАШ-аШ ЧЁрТов-Ов ЗАг-ЗагОВОр-Ор?! – Его взгляд был полон неудержимой гневливой ненависти, когда он прогремел это самым леденящим душу голосом, на который был способен. – Ты вЕДь-ЕдЬ… зНаЕ-Ешь оБ-Об Эт-ЭТоМ-ОМ. ЗH@-zНАеWь-ЕШb?! zНа-Зн@ЕшЬ, Чт0 Пр⁰иС-IсХоДИt пОS-пОСLЕ!? Ты вИD-ВiДEл-еL? Эррор хотел услышать согласие. Хотел услышать понимание и осознать, что он не единственный, кто трогал то, что трогать было запрещено. Что он не единственный, кто пережил этот ужас и своими руками столкнул себя в бездну из которой нет выхода. Он несколько лет пролежал в Антипустоте не двигаясь и не желая делать ничего, что могло бы изменить ход вещей, потому что ничего не могло помочь. Он чувствовал бессильную пожирающую ненависть. Прямо как тогда – в далёком прошлом, когда только осознал свое существование и был напуган, чертовски напуган тем, что он уже ни на что не влияет. Вильям угрюмо молчал. Смотрел на глюка ничего не выражающим взглядом и не дёрнул ни единым жестом, флегматично качнув головой в неоднозначном ответе. Ну конечно. Этот засранец никогда не принадлежал их Мультивселенной. Мамочка позаботилась от этом. А он... Почему никто не предостерёг его? Почему никто не помог ему, когда он загибался в одиночестве от желания раскрошить в труху каждый дюйм своего тела? Эррор понимал, что эти вопросы бессмысленны и это заставляло его злиться ещё больше. Эррор вздохнул и отступил, сжимая и разжимая кулаки. Он приходил в себя, жгучая обида выжигала на его костях лагами яркие напоминания, а в голове краткими вспышками боли и тревоги мелькали эмоции одна краше другой по своей безоговорочной отвратительности. Он не хочет вспоминать. И не будет. Потому что не обязан. Потому что тот Эррор – в прошлом. Потому что новый Эррор гораздо лучше. Потому что старый Эррор умер в тот день, когда остался один. И у нового Эррора есть шанс избавиться от этого места полностью и с глубокими корнями. Разрушить. Уничтожить. Сжечь дотла, в самоубийственной радости свободного выбора, и умереть по своей собственной воле. Не самоуничтожение, предписанное ему кем-то. Его осознанное желание. Его. Только его воля имела значение! — Пᵖᵒдᵒлжʸ‧ ᵀы пᵒдᵇᵉᵖг ᴹʸльтиᵇᶜᵉлᵉᴴᴴʸю ᵒпᵃᶜᴴᵒᶜти и ᵒб этᵒᴹ ʸзᴴᵃл ᵒт ᶜᵒздᵃтᵉлᵉй ᴴᵃʷ ᶜ тᵒбᵒй ᵒбщий зᴴᵃᵏᵒᴹый‧ Вильям слегка дернул кривизной улыбки, обводя глюка ленивым взглядом. И в удивительно пустой голове Эррора громким хором звучало лишь одно имя... — БлУбэр-Эрор... – Он был главным? Неужели именно он задумал всё это? Эррор сцепил челюсти и отвёл недоуменный взгляд в сторону. Он знал, что четвертый и этот связаны между собой, но точно не так, как он себе представлял. Знал, что Блубэррор слабак и мямля, которым очень легко манипулировать. В это было тяжело поверить, но… имело смысл, если приглядеться. – Поч-пОчему? Простой вопрос он задал не поднимая безвольно упавшей головы, пропавшие зрачки и надломленные интонации удивительно тихого голоса выдавали его бессилие. — ᴹᵒжᴴᵒ былᵒ пᵒзᵇᵒлить тᵉбᵉ ʸᴴичтᵒжить ᶜᵉбя‧ Или ᶜᵃᴹᵒᶜтᵒятᵉльᴴᵒ ʸбᵖᵃть⸴ чтᵒбы ᵇᶜᵉлᵉᴴᴴᵃя ᶜᵃᴹᵃ ᵇᵒᶜᶜтᵃᴴᵒᵇилᵃ ᴴᵉдᵒᶜтᵃтᵒᵏ⸴ ᴴᵒ‧‧‧ – Вильям проявил первую эмоцию. Мрачную, искривлённую и недовольную усмешку, ставшую неестественной на его лице. – Бэᵖᵖи ᵒцᵉᴴил ᵖиᶜᵏи и ᵒтᵏᵃзᵃлᶜя‧ ˣᵒтя я дʸᴹᵃю⸴ чтᵒ ᵒᴴ пᵖᵒдᵒлжᵃᵉт ᶜчитᵃть тᵉбя ᶜᵇᵒиᴹ дᵖʸгᵒᴹ‧ Глюк скрипнул челюстями, прикрыв лицо рукой и тихо зарычал. Опять чужая наивность играет с ним злую шутку. Он никогда бы не подумал, что милосердный характер этого мальчишки принесет ему столько проблем. — пРоЩ-рОщЕ зАтАЩ-таЩиТь сЮд-сюДа АлЬтЕр-ТерНаТив-тИвНую-уЮ веР-ВерСиЮ мЕн-МенЯ сАм-СаМоГо-гО. – Поняв это, Эррор выгнул недоуменно костяные брови, но тут же улыбнулся кривой улыбкой, о чем-то догадавшись. – аг-АгА, дЕл-ДеЛо-лО в Кон-КОнтРолЕ-лЕ, вЕр-еРнО? Так-аК огРанИчИть еЁ КоД-од и СоЗ-ОзнАнИе-иЕ… твОя рАб-РабОтА? Вильям усмехнулся, вмиг будто бы расслабившись. Эррор мрачно цыкнул, отводя взгляд в сторону. — ³ᵃᴹᵉтил? Я иᶜᵏᵃл ᵏᵒᴴᵏᵖᵉтᴴᵒгᵒ ᶜᵒздᵃтᵉля ᶜ ʸдᵒбᴴᵒй дʸʷᵒй‧ — …Но оБлаЖ-ЛАжАлсЯ-Ся. – Перебил Эррор своего собеседника и четвертый флегматично заворчал на чужую бестактность. – прОд-РодОлжАй. — ᶜᵒздᵃтᵉля тяжᵉлᵒ ᶜилᵒй пᵖᵒᵉциᵖᵒᵇᵃть ᶜюдᵃ‧ И тᵇᵒё ᶜᵒпᵖᵒтиᵇлᵉᴴиᵉ зᵃᶜтᵃᵇилᵒ ᴴᵃйти пᵒдˣᵒдящʸю чᵉᵖтʸ для ᶜᴴижᵉᴴия ᵖиᶜᵏᵒᵇ‧ – Он вдруг холодно улыбнулся, скрестив руки на груди – ᶜиᶜтᵉᴹᵃ ᶜбᵒилᵃ‧ Я пытᵃлᶜя иᶜпᵖᵃᵇить ᵒʷибᵏи⸴ ᴴᵒ дᵒᶜтʸп чᵉлᵒᵇᵉᵏʸ ᴹʸльтиᵇᶜᵉлᵉᴴᴴᵃя тᵒгдᵃ ᵉщё ᴴᵉ ᵇыдᵃлᵃ‧ Этᵒ ᴹᵒглᵒ ᶜыгᵖᵃть ᴴᵃᴹ ᴴᵃ ᵖʸᵏʸ⸴ ᵉᶜли бы ᴴᵉ ты‧ Эррор оскалился, чувствуя себя почти гордо. — ХаА? ТЫ ПыТ-пыТаЛся-сЯ сДел-дЕлаТь еЁ пОльЗ-ПольЗоваТелеМ-Ем, нО всЕл-ВсЕленсКаЯ бАз-аЗа соЧла этО ниЗ-ИзкИм Ур-уРовнЕм дОп-допУскА? ЗрЯ бЕспОк-ПокоИлиСь – оН-онА бЫл-былА соВер-вЕршЕнНо бЕспОмоЩ-мОщнА-нА прИ рАб-РабОтЕ-Те с Код-кОдоМ и Маг-мАгИей. Н-нО тЫы И оБ эТ-этОм ПозАбОт-БотИлСя-сЯ… Вильям ощутимо помрачнел, вызывая на лице глюка лёгкую самодовольную улыбку. — ᴬ ты ᶜпᵉциᵃльᴴᵒ ᵖᵉʷил пᵒᴹᵉʷᵃть? Задав риторический вопрос, четвертый вздохнул, вновь возвращаясь к своему бесстрастному образу холодного равнодушия. — мЕн-МенЯ иНтеРес-рЕсУет коЕ-Ое-чтО-тО дрУг-дрУгоЕ, – задумчиво пробубнил Эррор, обратив на собеседника слегка неуверенный взгляд. Этот вопрос нужно задать. Обязательно. Ведь это было одним из тех вопросов, на который у глюка не было однозначного ответа, несмотря на все познания в строении Мультивселенной. – Её кОд. От-оТкуД-куДа тЫ взЯ-ВзЯл еГ-ЕгО, еС-ЕсЛи-лИ у СОз-соЗдАт-дАтЕлЕй еГо нЕ бЫв-БывАет? ЧЕм яВ-ЯвлЯется-ТсЯ анОмАл-МалИя нА сАм-СаМом-Ом дЕл-ДелЕ? Чем больше Эррор говорил, тем более очевидным становилось его беспокойство. Он был любопытен и, кажется, уже и сам догадывался, каким будет ответ. Но подозрения необходимо было подтвердить, чтобы угомонить надоедливый шепот в подсознании. — ³ᵃᴴиᴹᵃтᵉльᴴᵒ⸴ ты тᵃᵏ ˣᵒᵖᵒʷᵒ изʸчил ᵉё ᶜʸщᵉᶜтᵇᵒᵇᵃᴴиᵉ‧‧‧ – Он пусто улыбнулся, перекатившись с ноги на ногу. – Этᵃ дʸʷᵃ – цифᵖᵒᵇᵃя ᵏᵒпия ᶜᵉбя из ᵖᵉᵃльᴴᵒгᵒ ᴹиᵖᵃ‧ ᴷᵃчᵉᶜтᵇᵉᴴᴴᵃя пᵒддᵉлᵏᵃ⸴ ᴴᵉ ᵒᶜᵒзᴴᵃющᵃя⸴ чтᵒ ᵒᴴᵃ ᴴᵃбᵒᵖ зᵃлᵒжᵉᴴᴴыˣ ᵇ ᴴᵉё пᵖᵒгᵖᵃᴹᴹ⸴ близᵏиˣ ᵏ ᵖᵉᵃльᴴыᴹ ᵃлгᵒᵖитᴹᵃᴹ пᵒᵇᵉдᵉᴴия‧ Несколько минут стояла безмолвная тишина. Эррор не издал ни звука, тупо глядя перед собой, пока не опустил плечи, отвернув голову, чтобы скрыть явно блеснувшее в зрачках сожаление. Принять это было куда легче, чем осознать. Выходит, ничего настоящего получиться и не могло бы. — Хор-хОрОш-РоШАЯ рАб-РабОт-оТа, ВиЛь-ВильЯм. – Он сухо фыркнул, сглотнув неясный раздраженный комментарий, наполненный жгучим ядом. Это ничего не меняет, верно? Ничего. – Я поЧ-пОчтИ пОв-ПоВЕрИл-иЛ, чтО оН-онА дЕйстВит-вИтеЛьнО-Но жИв-ЖиВАя. Все эти её неповиновения и нехарактерное для черты поведение. Она была что ни на есть живой. Живее большей части тех, с кем он имел дело. Это восхищало Эррора, освежало, как порыв ветра в засуху. Мираж. Красивый, но искусственный огонь. Вот, что это было. — ᴷᵒгдᵃ ты пᵒᴴял? С любопытством проследив за реакцией монстра, четвертый склонил голову к плечу как бы обозначив своё искреннее любопытство. — НуУ, я ДаВ-дАвНо зАм-ЗамЕтИл-иЛ, чтО еЁ дУш-ДушА… нЕ сУщ-сУЩестВу-вУеТ? оД-ОдИн Гол-гОлЫй Ко-кОд еЁ оБраЗ-рАзУюЩиЙ. Но-нО пРоЭк-экЦиЯ иЗ чеГ-чЕгО-тО пО-ПоЯв-яВлЯеТ-етСя. – Он хмыкнул. Не проекция, не призрак разума, а бледное сердечко, внутри которого, подобно черной дыре, зияла громадная трещина. Все те приступы от злоупотребления магией совсем не влияние пустоты, даже наоборот – пустота стремилась по своему залатать неправильную поврежденную душу, заменив кусочком себя. – С тАк-ТакИми тРав-ТрАвмАМи нЕ жИв-ЖиВуТ, рЕд-РедКо поЛ-ПоЛзАюТ-Ют, А Ан-аНомАл-маЛиЯ кАк-тО бЕг-БегАлА, хА-аХ. И пока девчонка делала то, что ей вздумается, души медленно лечили друг друга, а пустота плавно сглаживала общее влияние, смазывая энергетические следы на теле любым возможным образом. — Иᶜпытыᵇᵃᵉʷь чтᵒ⁻ᴴибʸдь пᵒ этᵒᴹʸ пᵒᵇᵒдʸ? Казалось, теперь четвертый действительно веселился, наблюдая за тем, как смог повергнуть Эррора в глубокую и явно не веселую задумчивость. Куклы такие красивые. Аккуратные. Маленькие милые копии. Не живые, нет, – лишь имитирующие жизнь пустышки. Такие же, как и он сам. Ему не на что жаловаться. Он и не надеялся ни на что. Он не желал ничего. Ему никогда не нужна была помощь от какой-то жалкой оболочки. Эррор покачал головой. Он просто хотел покоя. Ответы он уже получил. — Я хоТ-ХотЕл уБ-УБиТь ВаС. Кажется, сегодня Эррор действительно потерял кое-что. Маленькую надежду на то, что раз она Создатель, действительно одна из них, то сможет объяснить – почему с ним так поступили? Имело ли хоть что-нибудь настоящий смысл? Как выяснилось позже смысла... нет. Но вопросы остались. Их было много, как червей, и сколько бы Эррор не отрезал им головы их становилось вдвое больше. Как треклятых миров, и чертовых ошибок, которых Эррор ненавидел и презирал за их слабахарактерную тупость. — ᴹᴼЖᴱᵂЬ оППᴼПЫᵀᴬᵀЬᶜЯ‧ В глючном голосе четвёртого скользнула прямая угроза. Эррор хотел было ответить что-то едкое, но позади раздался неуверенный голос, который сам глюк предпочел бы не слышать, а его обладателя и вовсе забыть и не вспоминать более никогда, как своё самое большое поражение. Слабость, от которой он должен был избавиться, но не смог. — Э𝘱𝘱𝘰𝘱? Обернувшись, глюк с ненавистью заглядывает в знакомое лицо. Одна и та же одежда, одно и тоже лицо, одни и те же глаза. Только усталости этом взгляде больше. И улыбка робкая, безжизненная. Почти полностью лишённая былого оптимизма поза, в которой сейчас монстр виновато сжимает плечи, умудряясь смотреть на него как на умирающего, делала стоящего перед ним жалким. Совсем не так самодовольно, как Эррор представлял, когда думал о том, что хитрый маленький глюк здесь за главного. — 𝘗𝘢д 𝘣ид𝘦ть т𝘦бя… 𝘬𝘢𝘬 ты? Самый идиотский вопрос, который он когда-либо слышал. Самый неуместный и самый неброский, заданный словно из одолжения. Эррор крепче сжал кулаки. Он до глубины души ненавидел ощущать себя преданным. — 𝘉илья𝘔? 𝘖𝘺, т𝘢𝘬 ты… 𝘗𝘢𝘤𝘤𝘬𝘢з𝘢л 𝘦𝘔𝘺? – Заметив за спиной Эррора поравнявшегося с ним скелета, Блубэррор улыбнулся смелее и гораздо веселее. В его глазах засверкали знакомые звёзды. – 𝘛ьф𝘺𝘹, Эбб𝘰т 𝘤 пл𝘦ч! 𝘟и-𝘹и! 𝘏𝘦 𝘹𝘰т𝘦л𝘰𝘤ь т𝘢𝘬 д𝘰лг𝘰 𝘤𝘬𝘱ы𝘣𝘢ть эт𝘰 𝘰т т𝘦бя, 𝘏𝘰 ты 𝘔𝘰г бы 𝘏𝘢д𝘦л𝘢ть гл𝘺п𝘰𝘤т𝘦й! Притворно надувшись, монстр ступил ближе, вынудив Эррора отшатнуться в сторону от двух скелетов, не сводя взгляда от старого друга. На смену первичному шоку пришел гнев. И как они посмели держать его за идиота всё это время?!

Вероника должна знать об этом...

Покажем ей, что на самом деле она такое!

Отомсти им всем

Посмотри на них – неужели они заслужили твою милость?

— Нет. Эррор мрачно и тихо выдохнул, отмахнувшись и прикрыл ненадолго глазницы. Он ничего не скажет. Никакой правды. Никакого доверия. Никому и никогда больше. Он был есть и будет тем монстром, что спрячет правду за сотней фальшивых фраз и метафор, спрячет даже от самого себя. Но... дороги назад уже нет. Вот они – стоят перед ним. Все его беды наяву за последнюю сотню лет. Воплощения его слабости и попытки закончить всё в один миг – поставить жирную точку в происходящем. Кто же знал, что у них есть силы и мозг, чтобы понять то, на что у Эррора ушел не один десяток лет? — хЕ-Хех… я бЫ и СаМ уЗ-УзнАл-аЛ эТ-ЭтО. Но вЫ уЖ-УжЕ сКаЗ-СкАзАлИ... ПоД-пОдТвЕрДиЛ-дИли. – И если до этого момента была жива надежда на то, что Эррор поступит иначе, то теперь его мрачный взгляд и угрожающая улыбка стирали её в порошок. Он смотрел прямо в глаза Бэрри, неотрывно, скалясь, словно в красках представлял как и где сломает ему каждый позвонок. Его рот непроизвольно дёргался, наровя стать ещё шире для безумного смеха, рвущегося наружу. – хОр-ХорОшО пАр-ПарШивЦы-цЫ. Вы зНа-ЗнАЕт-еТе, к чЕм-ЧемУ эТ-Это прИв-ПривЕдет. ЗНа-зНаЕт-еТе, чтО бУд-БуДет-Ет в Кон-кОнЦе.. И по мнению глюка последующие события целиком и полностью на совести двух глюков, возомнивших, что они имеют над ним власть. Никто не имеет власти над ним. И не будет. Эррор свободен, и за эту свободу он готов идти по головам. Блубэррор переменился в лице и был явно не в восторге от слов своего бывшего друга, но продолжал сохранять на лице улыбку, хотя взгляд сочувственно направил на Эррора, а когда тот оскалился, тяжело вздохнул, опустив голову: — Э𝘱𝘱𝘰𝘱, я п𝘱𝘢𝘣д𝘢 𝘹𝘰т𝘦л… П𝘰𝘔𝘰чь. Он был сам не свой. Антипустота и без того изменила его, но, кажется, время и тяготы жизни тоже делали своё дело – не было в нём той былой беззаботности. Была лишь кривая тупая надежда, которой была пропитана каждая сказанная им фраза. Надежда на то, что Эррору можно помочь. Глюк вдруг ошарашенно моргнул, прикрывая глаза и раздражённо цокнул, растирая глазницы, перед которыми образ поникшего монстра заменил собой кое-кто другой... более человечный. Пожалуй, разрушителю действительно есть, что обдумать. — ᴼᴴ пытᵃлᶜя пᵖидʸᴹᵃть ᶜпᵒᶜᵒб⸴ ᵏᵃᵏ ᴴᵉ ʸбиᵇ тᵉбя ᵒᶜтᵃᵇить ᵇᶜё ᵏᵃᵏ ᵉᶜть‧ ᴮᵉлиᵏᵒдʸʷᴴᵒ ᶜ ᵉгᵒ ᶜтᵒᵖᵒᴴы⸴ пᵒᶜлᵉ ᵇᶜᵉгᵒ⸴ чтᵒ ᵒᴴ пᵉᵖᵉжил пᵒ тᵇᵒᵉй ᵇиᴴᵉ‧ Вступился за товарища четвертый, подходя ближе к Бэрри, на что тот отреагировал слабой улыбкой и уже более уверенным кивком. — я-Я нЕ прОс-ПрОсИл вАс Об-оБ эТ-эТОм-оМ, – Мрачно отозвался разрушитель, старательно избегая взглядом фигуру в шарфе. Блубэрри, разумеется, сама доброта. Как же. Глюк злобно усмехнулся. – а-А оН сДел-дЕлАл глУп-ГлУпОсТь-оСтЬ пОт-ПоТоМу, чтО поМ-ПоМнИт, чтО-То поТ-пОтЕрЯл, и еМ-ЕмУ еЩ-ЕщЁ еС-ЕсТь, чТо-тО тЕр-ТерЯть. Слишком уж нравилось маленькому скелетику жить в Омега Таймлайне. Слишком уж много маленьких жалких друзей спрятались там и считают его героем. А Эррор злодей. А злодей, как известно, всегда остаётся один. — мНе-нЕ тЕр-тЕрЯть нЕ чЕг-ЧеГО, чЕт-ЧетВер-вЁртЫй. Я Уж-ужЕ даВ-давНо всЁ поТ-пОтЕрЯл-яЛ. В глазах Эррора отразилось куда больше, чем просто безумие и гнев. Куда больше, чем обида на предательство и самого себя. И Блубэррор прекрасно понимал эту эмоцию. Понимал, и потому сейчас смотрел прямо в его глазницы, налитые гневом и кровью, своими – тихим и глубоким океаном. — 𝘛ы т𝘢𝘬 𝘣 эт𝘰𝘔 𝘺𝘣𝘦𝘱𝘦𝘏? Мягко спросил Блубэррор с неловкой улыбкой на лице. Эррору очень не понравилась, как на него в этот момент посмотрел Вильям. — О, вЫ Пон-пОнЯтИя нЕ иМ-ИмЕеТе-тЕ, с чЕм я стОл-сТолкНул-нУлСя-сЯ. Нервно усмехнулся монстр, отказываясь признавать, что девчонка и была для него этой пресловутой надеждой из легенды про ангелов подземелья. Личным маленьким чудом, которое он собирался использовать, чтобы показать миру то, на что он способен. И чем больше они смотрели друг другу в глаза, тем больше в дестрое просыпалось ненависти и презрения. Знала ли Аномалия об этом? Изначально, до отцифровки? Теперь Эррор не был в этом так уверен. Но кто знает, может, в части её не стёртой, не заблокированной памяти, всё ещё есть интересующая его информация. Глюку хотелось бы вскрыть её черепушку и вытащить наружу все доступные инструменты. И тогда в его собственную голову пришла идея… понимание, маленькая новая искра. Он может изменить план ещё немного. Хуже явно не будет. Это... Куда более масштабно, чем планировалось изначально. Радикальнее, чем он хотел бы. И как бы он не хотел убить Вильяма и Блубэррора, но тут резко понял, что это будет слишком холодным блюдом для него. Эррор любит погорячее. У Аномалии была замечательная реакция, что заставляла Эррора восторженно наблюдать за каждым следующим шагом. Её месть была огненным торнадо, который было тяжело раскрутить и невозможно остановить. Так почему бы разрушителю не прибегнуть к ней тоже? — ЗАч-зАЧем мЕш-МешАть-аТь нАм? Задал глюк самый мало интересующий его вопрос. Плевать он хотел на причины, по которым они подбивают планы человека. Он уже разобрался в том, в чём хотел. Теперь осталось собрать всё воедино и наконец покончить со всем этим. На этот раз – основательно и навсегда. Он не допустит одной ошибки дважды. — ᴹы ᴴᵉ ᴴᵉᶜёᴹ ᵒтᵇᵉтᶜтᵇᵉᴴᴴᵒᶜти зᵃ дᵉйᶜтᵇия дᵖʸг⁻дᵖʸгᵃ‧ Фᵒᵖᴹᵃльᴴᵒ⸴ ᴹы ᶜᵇᵒю ᴹиᶜᶜию ᵇыпᵒлᴴили‧ – Сухо ответил Вильям, которому этот вопрос был отчего-то совсем по нраву. – Пᵒᴹᵉтᵏᵃ⠘ тᵇᵒй чᵉлᵒᵇᵉᵏ ᶜтᵃл ᵏʸдᵃ бᵒльʷᵉй пᵖᵒблᵉᴹᵒй⸴ чᵉᴹ ᴴᵃᴹ ˣᵒтᵉлᵒᶜь бы‧ Эррор почти умиленно усмехнулся. Надо же. "Его человек" приносит проблемы. Вот это новость – живые существа способны на совершение маленьких дурацких поступков! Кто же знал, ну кто же знал? — ЕсЛи-Ли я Пог-лОщ-лощУ еЁ дУш-ДушУ, тО вЫ нЕ СмОж-МоЖетЕ мЕн-МеНя оСтАнОв-нОвИть? Я праВ-ПравИльНо-нО поНяЛ-Ял? – Он улыбнулся наглее, когда по выражению лица Блубэррора понял, что попал в точку. И хотя он всё ещё имел проблемы с тем, чтобы окончательно отцепить от себя чужие код и душу, он обязательно найдет способ. – уВ-УвЕрЯю, вАм поНаД-нАдОбиТся-тсЯ чтО-То машТаб-тАбнЕе оДноТип-тИпнЫх-ыХ дИвеР-ВеРсИй. Он фыркнул. Если он заставит их думать об этом, они наверняка закроют глаза на все остальное и лишь будут следить за тем, будет ли он предпринимать дальнейшие действия в эту сторону или нет. Отвлекающий маневр мог бы сработать и возможно Эррор даже придумает как использовать это в своих целях. — 𝘉илья𝘔 п𝘱𝘢𝘣. 𝘔ы 𝘏𝘦 𝘣𝘤ё т𝘺т 𝘬𝘰𝘏т𝘱𝘰ли𝘱𝘺𝘦𝘔… Вмешался Блубэррор, словно оправдываясь. Сыграла на струнах души внутри монстра справедливая бойкая нота, отстаивание чести, которую безжалостно втаптывали в грязь большинство оуткодов. — я Виж-вИжу. Вир-виРус – бОл-БолТлИв-лИвыЙ иД-ИдИОт-оТ, а Ант-нТИ – фаН-ФаНаТич-тИчнЫй мУд-МудАк-аК. Разрушитель криво улыбался, вспоминая с какой лёгкостью вышел на большую часть мелких пешек, играющих Третьему Лицу на руку. Что ж, теперь стали понятны их планы и отпали многие из подозрений. По крайней мере, раз Бэрри вмешался в их разговор, значит, действительно ничего не контролировал и ничего не знал. Из него вышел отвратительный лидер. — 𝘏𝘺, 𝘣𝘰т. 𝘛𝘦п𝘦𝘱ь ты 𝘏𝘢𝘸𝘦л т𝘰 чт𝘰 и𝘤𝘬𝘢л! 𝘛ы д𝘰𝘣𝘰л𝘦𝘏, Э𝘱𝘱𝘰𝘱? Блубэррор широко улыбнулся, заведя руки за спину и чуть подавшись корпусом вперёд, с напускной расслабленностью клоня голову вбок. — Чт-чТо зАс-зАстАвИл-ВилО вАс гОв-ГоВорИть этО сЕй-СейЧас-Ас? НЕуж-УжЕлИ иС-иСпУг-ПугАлИсЬ-ЛиСь? Глюк даже не думал скрывать своего раздражения за самодовольной улыбкой. Только не сейчас, когда появился шанс предъявить за старые и нынешние счёты. — ᵀы бы ᶜᵃᴹ ᵖᵃᴴᵒ или пᵒздᴴᵒ ᵇыʷᵉл ᴴᵃ ᴴᵃᶜ‧ Флегматично заметил четвертый, отстраненно глядя вдаль с усталым видом. — Д𝘦й𝘤т𝘣ия эт𝘰й 𝘔ил𝘰й д𝘺𝘸и 𝘔𝘰г𝘺т 𝘤т𝘢ть 𝘤𝘦𝘱ь𝘦з𝘏𝘰й п𝘱𝘰бл𝘦𝘔𝘰й. – Почти ласково вздохнул Бэрри, грустно покачав головой и прижав руки к груди. – Я 𝘏𝘢д𝘦ял𝘤я, чт𝘰 𝘣ы д𝘦й𝘤т𝘣ит𝘦ль𝘏𝘰 𝘤𝘔𝘰ж𝘦т𝘦 п𝘰л𝘢дить! 𝘛𝘦б𝘦 д𝘦й𝘤т𝘣ит𝘦ль𝘏𝘰 𝘏𝘦 п𝘰𝘔𝘦𝘸𝘢ет д𝘱𝘺г! Вильям неодобрительно покосился на Блубэррора и тот стушевался под напором двух тяжёлых взглядов в сопровождении саркастичного смешка разрушителя. — ᴹы ᴴᵃдᵉялиᶜь⸴ чтᵒ ты пᵖиᴹᵉʷь ᴹᵉᵖы И ᴴᵉ бʸдᵉʷь ᵉй пᵒтᵃᵏᵃть‧ Ох, Вильям слишком часто забывал о наличии у людей эмоций, а у разрушителя – непомерной тяги к привлечению внимания. — в Чём ВаШ-Аша пРоБ-ПрОбЛеМ-Ема? Я дЕл-ДелАю тОж-ТоЖе, чтО и ВсЕг-еГДа. То, ЧтО я ПоЗ-пОзВолЯю-яЮ еЙ рАз-РазВлЕКаТ-кАтьсЯ нИч-НиЧЕго-егО нЕ знАч-аЧиТ. Эррор развел руками в стороны, словно объяснял маленькому ребенку очевидные и понятные истины. — ᵀᵒгдᵃ тᵉбᵉ ᶜлᵉдʸᵉт пᵒчᵃщᵉ ᴴᵃпᵒᴹиᴴᵃть ᵉй ᵒб этᵒᴹ‧ Четвертый же веселья Эррора почему-то не разделял, недовольно осадив того острым взглядом. — бО-БоИтЕсЬ-еСь, чтО-То оН-оНа сдЕл-ДелАеТ-Ет С вАм-аМИ? — 𝘏𝘦т. Б𝘰ю𝘤ь, 𝘣 т𝘢𝘬𝘰𝘔 𝘤л𝘺ч𝘢𝘦 𝘏𝘢𝘔 п𝘱ид𝘦т𝘤я 𝘦ё 𝘺𝘤т𝘱𝘢𝘏ить. – Честно выпалил Блубэррор, несвойственно серьезно заглянув в самую душу разрушителя. Тут же, как по волшебству, переменился в лице и рассмеялся, активно жестикулируя. – Я 𝘏𝘦 𝘹𝘰т𝘦л бы 𝘺би𝘣𝘢ть т𝘣𝘰𝘦г𝘰 𝘏𝘰𝘣𝘰г𝘰 д𝘱𝘺г𝘢!! Эррор нахмурился. В каком смысле «устранить», если теперь эта Аномалия – его? Его людей, как и души в нитях, как и вещи внутри Антипустоты трогать запрещено, и они об этом прекрасно знали. Знали, насколько сильно это выводит его из себя. — тАк-аК нЕ пОй-ПоЙдёТ. Вы Сам-Ами От-оТдАл-дАлИ мН-МнЕ этУ дУш-ДушУ. Вильям как-то слишком самодовольно усмехнулся, а Блубэррор на этих словах почти просиял. И если сначала до Эррора не дошло, отчего на их лицах вопреки смиренной досаде вдруг появились эти наглые выражения, то теперь раздражённо скрипел зубами, искреннее ненавидя одну общую привычку некоторых аномалий искать вещи там, где их не имеется. — ᴷᵃᵏ ᶜᵏᵃжᵉʷь⸴ Эᵖᵖᵒᵖ‧ Дᵉᵖжи чᵉлᵒᵇᵉᵏᵃ пᵒд ᵏᵒᴴтᵖᵒлᵉᴹ и ᵒтᵏᵃжиᶜь ᵒт зᵃдʸᴹᵃᴴᴴᵒй идᵉи⸴ ᵉᶜли ᴴᵉ ˣᵒчᵉʷь ᶜтᵒлᵏᴴʸтᶜя ᶜ пᵒᶜлᵉдᶜтᵇияᴹи‧ Разрушитель раздражённо цокнул, спрятав руки в карманы шорт и смиряя монстров придирчивым взглядом. — мН-нЕ плЕв-пЛеВаТь-Ать. Я дЕл-ДелАю тО, чТ-ЧтО сЧит-СчИтАЮ-ТаЮ пРаВ-АвИлЬ-иЛьнЫм. И на его лице засверкала веселая предвкушая улыбка. ... Нужно было в кратчайшие сроки всё обдумать, прийти к конечному выводу и сделать вид, что ничего не было – так я твердо решил, когда снова ступил на землю живую, наполненную суетливыми монстрами. В паре метров очень кстати стоял бар, огромные буквы которого к своей радости я мог видеть и без очков. Напиться после услышанного звучало не такой уж и плохой идеей. Возвращаться не хотелось. Слишком много мыслей, подозрений и ненависти. Аномалия сразу заметит, будет бесконечно приставать ко мне с этим. К тому же я взрослый монстр – имею полное право сделать так, как хочу я. Ноги неспешно понесли меня внутрь здания, где оживленные переговоры не прекращались не на миг. Ох, как хотелось заткнуть их своими острыми аргументами, оторвать от шей головы и как ни в чём не бывало заказать себе... пива? Черт, здесь на выбор только пиво и ром, серьёзно? Фыркнув, сажусь за стойку, нервно оглядевшись по сторонам. Всем на меня плевать. Славно. Больше личного пространства. Пил медленно, неспешно, прокручивая мысли в голове, а алкоголь на языках. Языки жгло, голова только сильнее болела, тяжелело и без того уставшее тело. Не отказался, когда какой-то незнакомец предложил мне сигарету. Вместо ответа выхватил из чужих рук пачку и закурил прямо в заведении. Драка была недолгой, но по итогу продолжил я курить уже на улице, флегматично стряхивая с куртки пыль и пепел. Стало легче, теплее, чуточку веселее. Но возвращаться всё ещё не хотелось. В пустоте, как я думал, я наконец найду спокойствие и соберусь с мыслями. Ошибся – наткнулся на одного Гастера, что словно призрак встал на моём пути и надоедливо шел следом. Прогнал раздражающего старика и, не желая встретится с ещё одним подобным, прыгая из пустоты в пустоту, добрался до границы Мультивселенной. Вот, где было действительно мёртвое место. Вот, где все мысли приятно сжирала жадная граница. Вот, где я смог наконец поразмышлять в одиночестве. А голоса в голове надоедливо клеймили трусом, проклинали самыми последними словами, что не имею я права так бросать всё, что произошло. Осадил их резко и крепко. Выпил ещё несколько прихваченных с собой бутылок смутного содержания и ушел ещё дальше – вглубь пожирающей темноты. ... Протрезвев, решил, что неплохо было бы разузнать обстановку у Сеанса. Эта Ошибка знала слишком много и временами мило беседовала с Аномалией. Пришлось провести небольшой допрос, когда я заметил в коде характерные следы взлома и вмешательства. Найтмер... Этот чёртов кальмар был здесь, воспользовался моментом, пока меня не было? Я мрачно смеялся, когда выяснилось ещё кое-что. Найтмер получил то, зачем пришел. Информацию. В частности о том, где я пропадаю и чем обычно занимается девчонка по её плану. Названия вселенных, и прочее. Третье Лицо уже связало обоих монстров предупреждением. Это раздражало. Можно было бы пустить все на самотёк, но нет. В этот раз я решу проблему. Просто теперь в черном списке ещё одна ученая ошибка. Я думал, что вернуться будет гораздо тяжелее. Было тупо ошиваться рядом, но скрываясь. Для меня не изменилось ничего. Да и надоедливая Аномалия справилась без меня со своими проблемами... Хах. Безумно рада была видеть меня, почти накинулась с этими тактильными нежностями и смотрела виновато, с надеждой, словно побитый щенок, брошенный на улице. Видок у неё был конечно не очень. Тцк. Ненавижу это. Хотя, Кошмар её ещё пожалел. Медленно, но верно, девчонка развивает силу. За этим интересно наблюдать. Её действия привлекают очень много ненужного внимания и это начинает выходить боком. И та травма, оставленная Негативом – вещественное доказательство. Ха... Значит, он выводит меня на конфликт? Нагло. Это раздражало. Отвлекало. И.... интриговало. У Найтмера нет ничего, что могло бы меня заинтересовать. Миры? Плевать я на них хотел! Но я – не Аномалия, у которой на этот счёт были совершенно иные мысли. Возможно, он узнал об этом. Возможно, это и было частью его плана. А девчонка тем временем пророчила беду – масштабную пакость в далёкой перспективе. Я не верю. В конце концов порой она слишком много отвлекалась, приходя к безумным выводам. Говорила искреннее, хотелось верить, но... Такой расклад помешал бы мне. А значит, нужно действовать быстрее. Не хотелось опоздать с фейерверком из-за просчёта этой мелочи лет на сто. Врёт.

Она врёт

Все они врут.

Мне снится один и тот же повторяющийся сон. И в нём я не могу сделать ничего, кроме как смотреть на её самодовольную усмешку и горящие глаза... — Я же говорила тебе – мы на одной стороне! Она смеялась надо мной, преследовала всюду, куда бы я не повернул, а все эти монстры вокруг молча пялились на меня мертвыми глазами, висели в белых нитях, почти прозрачные, словно чёртовы призраки! А я был связан, пойман в свою же ловушку. А кодовое отродье весело глумилось, игриво перекидывая из руки в руку покрытый пылью клинок. Я просыпаюсь. В душе неприятное опустошение и в голове необыкновенная пустота. Я никогда не боялся снов и уж тем более не был тем, кого они волнуют. И снились мне сны настолько редко, что я мог назвать точное количество. И в последнее время оно неприятно повысилось. Я скалюсь в острой усмешке, ощущая первую проснувшуюся эмоцию – гнев. Поворачиваю голову на далёкий диван со спящей на ней душой... Голоса в голове шепчут злобные проклятия, приказывают, умоляют, снова кричат. Игнорирую их, хмуро отвернув голову к потолку. Если она действительно задумала что-то, то я об этом узнаю. Я не позволю мне помешать. У меня есть всё, что нужно. И вся её болтовня не будет иметь никакого смысла после того, что я сделаю! Ну что, нравиться то, что вы видите? Ну неужели, вы - наблюдатели, всерьез думали, что одна маленькая ошибка способна изменить хоть что-то? Изменить меня? Ха. Всё вернётся на свои места, а потом я оберну происходящее в свою сторону. Каждый. Сам. За себя. Спасибо за урок. Я понял свои ошибки. К тому же... а что вы ещё можете сделать? Остановить меня? Так же, как сделали в прошлый раз? Ахах, ВПЕРЁД! Я уже видел всё, что не должен видеть Эррор этой Мультивселенной. И у меня ещё есть шанс изменить кое-что, раз уж я первым дошел до истины. А теперь – наблюдайте. Веселитесь. И продолжайте делать вид, что происходящее чья-то веселая шутка. ... Чернильный мудак как-то сказал, что я не способен ни на что, кроме убийства и разрушения. В его тупой черепушке нет и мысли о том, что я тоже могу быть ценителем прекрасных вещей. Андерновеллы, например. Или неба Оутертейла, близкого настолько, что ощущаешь себя свободным даже в закрытой геноцидной вселенной. Я смотрел на девчонку и думал... Она ведь Создатель, верно? Возможно тоже приложила руку к созданию парочки пустых безделушек, которые так любит художник. Чем я хуже? Да, с этой воображаемой дрянью и прочим художественным мусором у меня не так хорошо, но я по крайней мере могу быть искренне вдохновлён разрушением чего-то хрупкого и жалкого. То, что мои способности прекрасно отражают мои желания не значит, что я не могу собрать что-то свое из уже разбитых кусочков. Я могу. И я доказал это, собирая огрызки миров в единое целое – в новую вселенную на месте уничтоженной. Аномалия так долго не замечала, как я делаю это. Глупышка могла бы всё испортить или испугаться. Тцк. Всё же я хорошо прячу следы, хех. И вполне способен создать что-то и без помощи этой соплячки, а это значит... Я смогу подчинить себе её способности, и сделаю это лучше, чем она. Тогда миры узнают, насколько красивым может быть разрушение. Я дал этой собранной вселенной новое название. Saved_Void. И этот мир в разы крепче некоторых фальшивок. Хех, Аномалия будет светиться от предвкушения, когда я скажу ей, что она может сделать с этим местом что угодно. Мне это более не интересно. Но ей, наверное, будет нужно. Она не сможет отказаться. Доведет дело до конца. Эта целеустремленность могла восхищать, если бы не была такой надоедливой при попытке это упрямство сломать. Я могу создавать. Я доказал это самому себе и тому чернильному выродку, но это не мешает лицемерному ублюдку продолжать делать вид, что мы единственные, кто ответственнен за разрушение его драгоценных миров. Слепой идиот. Кажется, даже Аномалию подобное отношение раздражало. Тем страннее звучало из ее уст предложение о перемирии. Когда я понял, что этот бред она предложила всерьез почти рассмеялся. Но на потеху дал Аномалии второй раз наступить на те же грабли.. Она упрямая, верно, но Инк был в триста раз упрямее и в сто крат темнее, чем казалось на первый взгляд. Если это – самый образцовый хранитель нашей Мультивселенной, то я – самый милосердный из них. Аномалия разыграла такую забавную сцену, словно мы персонажи какого-нибудь фильма про героев. Это было забавно. Будь я на месте Инка ради интереса бы рассмотрел её предложение, но наша попытка перемирия закончилась ничем. Чернильный мудак настолько хотел мира, что принёс на мирные переговоры оружие. Да, разумно, настолько умилительно в его характере, но смехотворно трусливо для того, кого в открытых мирах считают авторитетом. Девчонку, похоже, расстроило, что Инка наши условия не устроили. И если тогда я думал, что Аномалия начиталась утопичных романов пока меня не было, потом быстро понял, что условия девчонки ещё милые жёлтые лютики, по сравнению с апетитами наглой кляксы с идиотской кистью. И, о 303, его главным аргументом было то, что мы "Оскорбляем и порочим честь Авторов" своими выходками. Ха. Нет. И несмотря на наш обоюдный с Аномалией смех я заметил, что после этого неудачного договора она как-то совсем померкла. Может, дело в том количестве бумажной работы, которую она на себя взвалила? Тцк. Раздражающая привычка дотошно проверять каждую мелочь была определенно не к лицу моему человеку. Шумной и бойкой она мне нравилась больше. Живой, знаете? Ленивой? В том числе. Её лицемерие было таким очаровательно-досаждающим. Она ведь и сама уже давно не хотела возиться с этими мирами, этими неуправляемыми жителями, у которых были слишком низкие шансы на нормальную жизнь. А ей словно бы мало спасти сотни жизней – ей нужно если не спасти всех, то сделать всё возможное для того, чтобы самоуверенно и скорбно заявить "не получилось...". Постарался вернуть ей подобие мозгов на место доступным и понятным для нее языком, раз переговоры результатов не дали. И вот – снова на меня смотрит послушный человек, в глазах которого блестит злобный огонёк, распаляющийся тем сильнее, чем дальше я заходил. Временами за излишнюю тягу к делам в которых она не разбирается хотелось сломать ей хребет. В особенности, если это делалось у меня за спиной с этой её мнимой «справедливостью». Дурит меня с этой невинной улыбкой, но продолжает строить из себя жертву. Раздражает. Игры кончились, когда её "великая" миссия подошла к концу и маленький мир человечка ожидаемо треснул. Я не мог не заметить изменений в её поведении, почти сочувственно смотрел, как она проваливается глубже в собственный негатив души, задыхается в нём и не может выплыть. Возможно, она наконец начала понимать, что происходит. Хотелось смеяться, глядя на то, как задумчиво и кропотливо она выискивала информацию, искала любой возможный способ угомонить эту ясную как звёздную ночь мысль – всё было бессмысленным. Видимо, она надеялась, что за добрые дела предполагается награда. Возможно, так ей подсказывала память «реального» мира. Возможно, она была беспросветной дурой, возомнившей себя умнее всех. Хм.. не на много. Самодеятельность наказуема. Как же хотелось указать на каждую её ошибку и в деталях рассказать, где она просчиталась и как была не права. Почти до зуда в костях. Она… действительно ничего не понимала. А я понимал. Понимал и смеялся про себя, краем глаза наблюдая за чужим смятением и занимаясь своими очень интересными делами. Эта Мультивселенная ломала её так же, как ломала каждого, кто хотя бы немного прикоснулся к её тайнам. Растерянная, невнимательная, в смятении, она загнанно огрызалась, буянила, очерчивала границы. Её огонь оказался куда более ярким и разрушительным, но оказалось, что глупая Аномалия совсем не умеет его использовать. Она сжигала себя. И без того лезла под руку каждый раз, когда я был на грани, а теперь сама нарывалась на конфликт. Почему ей просто не заткнуться и не разобраться с этим самостоятельно? Я не хочу помогать! Безрассудство – не то, что мне нужно. Она может винить в своих проблемах кого хочет, но она сама виновата в том, что с ней произошло, строя картонные замки с уверенностью в том, что проживёт в них вечность. Мы оба ходили по тонкой грани, выражая свои мысли и чувства в драках. Интересно... Кто первым потеряет терпение?