When my eyes are on you

Когда Чан крупно вздрагивает рядом — Феликс моментально просыпается. Рыщет одной рукой по прикроватной тумбочке, щелкая кнопкой ночника, пока вторая осторожно касается чужой раскрытой ладони. Будить старшего надо осторожно, поэтому сейчас он лишь быстро пробегает пальцами от кисти до плеча лидера, слегка сжимая. — Чан, милый, проснись. Легонько трясёт старшего, гадая, что случилось на этот раз: ночной кошмар или опять проблемы с дыханием. Панических атак, к счастью, еще ни разу не было, но с их работой (и расшатанной психикой) сбрасывать со счетов такой вариант нельзя. Нелады со сном у Криса в принципе научили младшего спать чутко, просыпаясь от малейшего шороха. А еще и быть готовым к любому развитию событий: кислородный баллон, бутылка воды и успокоительные всегда в зоне беспрепятственного доступа, чтобы можно было быстро среагировать. Феликс усаживается в кровати, сжимая чужую ладонь, и кладёт вторую руку на грудь Криса, слегка наклоняется, вглядываясь в лицо и прислушиваясь к дыханию. Крис во сне хмурится, нервно дергается и младший выдыхает — похоже сегодня только кошмар. Вновь осторожно трясет. — Крис, просыпайся. Чан откликается: распахивает глаза, хватая ртом воздух. Чудом не разбивает нос Феликсу своим лбом, когда резко садится на кровати, и Ли приходится проявить просто высший пилотаж реакции для человека, который минуту назад видел сны с пряничными феями, резво отклонившись с чужой траектории. Крис шумно дышит и непонимающе блуждает взглядом по своей комнате, вероятно до сих пор не отличая явь от сна. Ли осторожно касается кончиками пальцев чужой щеки. — Это просто кошмар, милый. Всё хорошо. Это просто сон. Чан переводит осоловевший взгляд на Ли, моргает пару раз и лишь потом в его глазах мелькает осознание и узнавание. Крис прикрывает веки на секунду, а затем сгребает младшего в объятия, утыкаясь носом в чужое плечо. Феликс успевает только пискнуть, не ожидав такой прыти от только что открывшего глаза человека, но быстро адаптируется, обнимая в ответ и запуская руку в растрёпанные волосы Чана. Воцаряется тишина. — Опять напугал тебя? — Чан отрывается от плеча Феликса, виновато заглядывая в глаза младшему. Проблемы со сном есть у всех в группе в той или иной степени, и отбирать у Ли драгоценные минуты покоя совершенно не хочется. Хотя Крис и очень благодарен за то, что он рядом. Всегда благодарен. — Немного, — честно сознается младший, пропуская чужие локоны через свои пальцы. Отмечает, что у Криса почти восстановились волосы и это радует. — Но теперь всё хорошо, — оставляет лёгкий поцелуй на лбу старшего. — Хорошо же? — Чан кивает утвердительно. — Ляжем обратно? — Ляжем. Но вопреки своим словам, вновь утыкается носом в плечо, вызывая смешок у Феликса. Младший не спрашивает о кошмаре, потому что бесполезно. Чан не расскажет. Он не любит демонстрировать свою слабость, да и Феликсу показывает её лишь потому что доверяет, как себе. И младший это ценит, принимая правила игры: не спрашивает, но дает посильную поддержку и защиту лёгкими прикосновениями и мягкими поцелуями. В конце концов ночник гасится, а они укладываются на кровати лицом друг к другу, укрываясь темнотой комнаты. Феликс знает, что сейчас Чан больше не уснет: он едва ерзает по кровати и шумно дышит, честно пытается, но всё равно сдается. Тянет к губам маленькую ладошку, оставляя на костяшках лёгкий поцелуй. — Я поработаю над треком на кухне, — звучит виновато, но младший лишь вздыхает. Самого в сон клонит неимоверно, но Чан и правда сейчас не уснёт, а Ли его — не уговорит. Плавали, знаем. — Только постарайся сильно не засиживаться, — бормочет сонно, подставляя щеки и губы под осторожные поцелуи. — Хорошо, — бросает Чан, быстро поднимаясь с кровати и хватая со стола ноутбук. Открытая в коридор дверь освещает часть комнаты. — Оставить ночник? — Не надо. Спи сладко. — Угу. Дверь за старшим закрывается, вновь погружая комнату в темноту, а Ли, засыпая делает пометку в своей голове: попытаться урвать для старшего пару часов сна днём…

***

Утро наступает для Ликса до звонка будильника на телефоне. Он тянет руку на половину Чана, но под пальцами лишь пустота и холод вместо спящего старшего. Неужели до сих пор на кухне? Или уснул там? Оба варианта в голове выглядят не очень, и приходится открыть глаза, чтобы чудом сдержать писк от неожиданной картины: Чан рядом с ним на кровати, спит сидя, обняв подушку. Поза не самая удачная и надо бы переложить его поудобнее, но Феликс не может отказать себе в паре фотографий до этого момента. Осторожно подкрадывается, надеясь, что звук затвора не будет слишком громким, и фоткает с разных ракурсов. Чан выглядит невыносимо мило: сонный, нахмуренный, крепко прижимающий к себе подушку для устойчивости, и сердце Феликса трепещет от нежности к старшему. Он усаживается перед Крисом на колени, осторожно убирая волосы с чужого лба, и пытается освободить подушку от цепких пальцев. — Чанни, эй, — шепчет Ли, посмеиваясь. — Ложись нормально, а то всё болеть будет. Крис хмурится, бормочет что-то невразумительное, но слушается, отпуская подушку и позволяя себя уложить нормально. Происходит всё это совершенно на автопилоте, не открывая глаз, и это вновь заставляет Феликса растрогаться от собственных чувств. Желание оберегать сон Криса возрастает внутри младшего многократно, хотя он и так уже прослыл среди участников группы «хранителем снов». Однако, он знает, что за глаза его зовут и злым пикси. Потому что, когда Крис умудряется при их расписании уснуть хоть на десять минут, любой, кто нарушит режим тишины, подвергается такому яростному выговору шепотом на агрессивном английско-корейском, что кажется будто Ли не потише просит быть, а проклинает до седьмого колена. Но Ликсу всё равно, если дело касается сна Чана. Тем более, что парни не обижаются. Тоже переживают за лидера. Уложив старшего, Феликс бросает быстрый взгляд на часы, понимая, что у них еще пару часов до подъема точно есть. Мостится рядом, стараясь не тревожить чужой сон, но все старания вылетают в трубу, когда Чан, не открывая глаз, одним ловким движением сгребает младшего, прижимая к себе. Что-то бормочет в макушку, причмокивая, и затихает, не ослабляя хватки. Феликс лишь хмыкает: у Чана удивительно рабочий автопилот. Устраивается поудобнее и обнимает в ответ. — Спи сладко, Крис.