Злодей и Ублюдок - Идеальная Пара

Фан Юань мрачно вздохнул — насколько вообще способен вздыхать младенец. Ну надо же было так вляпаться: он едва пожил пару недель в этом мире, а уже угодил в руки к одному из побочных злодеев. Фан Чжэн. Первый, кто должен пасть. За ним рухнут его братья, а в финале и сам глава семьи — Фан Ли в попытке отомстить за своих пусть и не любимых, но все же ЕГО детей. Канон есть канон. И всё лишь потому, что беднягу Фан Чжэна обвинят в приставаниях к главной героине. Вот уж где вселенская несправедливость: если ты «титан любви», то твои ухаживания зовут романтикой, томным флиртом и судьбоносной встречей. А если у тебя на лбу клеймо второстепенного персонажа, то даже невинная попытка строить глазки автоматически превращается в «домогательства» и «преследование». «Прекрасно, родиться в семье, которая целиком записана в расходники. Удачный старт, что и говорить». Фан Юань не осознанно прижался сильнее к Фан Чженю. Тот, несший куда-то его на руках, почувствовал это резко и остановился. — Что ты делаешь? Фан Юань сам опешил от собственной реакции. «Вот ещё! Я что, действительно решил спрятаться за будущего неудачника? Нет, это чистая физиология, я просто… младенец! Организм тянется к единственному источнику безопасности, вот и всё. Не более». Фан Чжэн нахмурился, глядя на свёрток в руках, будто тот мог объясниться словами. — Хм. Не хочешь отпускать… Странный ты, — пробормотал он и, к собственному удивлению, аккуратнее перехватил ребёнка, словно боялся причинить неудобство. Фан Ли шедший чуть впереди, краем глаза следил за этой картиной. Было что-то странное в этом дитя, но он пока не мог понять что именно. Фан Ли протянул руки, как полагается отцу — уверенно, без капли сомнения, что младенец перейдёт к нему сам собой. Фан Юань застыл. Внутри всё сжалось — он слишком хорошо помнил: именно этот человек в каноне смотрел на него, как на расходный материал. Но не стал сопротивляться, это была не какая-то служанка. Кто знает как он отреагирует, если Фан Юань начнет орать. Фан Чжэн нехотя передал свёрток, но руки его задержались на миг дольше, чем нужно — будто он испытывал странное нежелание отпускать. Фан Юань тоже ощутил это: тёплая ладонь брата медлила, а пальцы сомкнулись чуть крепче, чем требовалось. Фан Ли заметил эту заминку, что только сильнее подогрело любопытство. Он молча смотрел на младенца в руках, который кроме того раза со служанкой не проронил ни звука. Слишком тихий. Слишком наблюдательный. Слишком… чужой. Он коснулся пальцами лба ребёнка и начал медленно вводить Ци. Фан Чжэн нервно сглотнул. По телу Фан Юаня от головы до ног прошёл приятный холодок, а затем — волна тепла. Фан Ли убрал руку и, видимо в чём-то убедившись, коротко кивнул сам себе. «Проверка… Он хотел убедиться, что я не демон, занявший тело младенца? Ха. Хотя, если честно, это не так уж далеко от правды…»

***

Прошло несколько недель. В доме стало тише: отец приказал заменить слуг на новых, более надёжных, и теперь никто даже косо не смел посмотреть на младенца. Казалось бы — что ещё нужно? Отдай ребёнка няньке, и дело с концом. Но нет. — Слушай, — Фан Чжэн раздражённо уставился на свёрток у себя на руках. — Я не собираюсь нянчиться с тобой всю жизнь, понял? Я тебе не служанка и не нянька. Фан Юань мысленно закатил глаза. «Тогда на кой черт ты таскаешь меня повсюду с собой?» — говорил его взгляд. Фан Чжэн поймал себя на противоречии: нахмурился, поджал губы, слегка покраснел, но свёрток из рук не выпустил. Наоборот, чуть плотнее прижал к себе, словно боялся, что кто-то услышит его слова и попытается забрать. — Просто… я не доверяю этой черни, ясно? — пробормотал он себе под нос, оправдываясь. — Вот и всё. — Ты так говоришь, будто он тебя понимает, — прозвучал ехидный, девичий голос со спины. — Неужели тебе больше не с кем поговорить? Нашёл собрата по разуму? — Проваливай, — холодно процедил сквозь зубы Фан Чжэн, сжимая свёрток крепче. Фан Юань лениво прижался ещё ближе, словно подтверждая своё право на этот «союз». Но девочка не обратила внимания на угрожающий голос брата. — А ну-ка, дай взглянуть на братишку! Фан Юань моментально напрягся. Это была дочь одной из наложниц Фан Ли, старше, сильнее, и с привычным ощущением безнаказанности. Она быстро подошла и без спроса протянула руки к свёртку. Фан Юань недовольно замычал и начал извиваться. — Эй! — Фан Чжэн нахмурился. — Не трогай! Видишь, он не хочет! — Что? — девочка фыркнула. — Ты что, его мамочка? Отойди. Она оттолкнула брата и выхватила свёрток. Фан Чжэн, потеряв равновесие, упал на пол. «Ах ты сучка! Ну всё… лови моё секретное оружие!» — мысленно заорал Фан Юань. Он набрал воздуха и закричал во всю мощь лёгких. Девочка растерялась: уверенность куда-то исчезла. Младенец, который не просто кричал, а отчаянно вырывался, оказался куда сложнее, чем она думала. — Эй, эй, тише! Всё хорошо! — забормотала она, поглаживая его по спине. — Перестань! Она попыталась прикрыть ему рот рукой и нечаянно царапнула щёку ногтем. На глазах Фан Юаня выступили слёзы. Крик сорвался на прерывистые всхлипы. — На! Забери его обратно! — почти в панике протянула она ребёнка. — Так это… младенец всë-таки умеет плакать? — сухо, почти равнодушно произнёс холодный голос. — Я впервые слышу. Комната замерла. Девочка застыла со свёртком в руках, Фан Чжэн торопливо поднялся и поклонился, а Фан Юань, всё ещё всхлипывая, на миг тоже замолк. Взгляд отца был спокойным, но точным, как нож. «Опять ты. Разве тебе нечем заняться, кроме как являться всегда не вовремя?» — мысленно скривился Фан Юань. Девочка поспешно вернула младенца брату. И тут же он затих, словно по команде. Повисла тишина. — Тихий ребёнок, который умеет заставить взрослых подчиняться… любопытно, — вполголоса произнёс Фан Ли. Он подошёл ближе, остановился напротив Фан Чжэна и склонился над свёртком. Несколько секунд рассматривал лицо младенца так, будто пытался разглядеть там печать судьбы. — А-Юань, — медленно повторил он, словно пробуя имя на вкус. Пауза затянулась. И вдруг, всё с тем же каменным лицом, произнёс: — Улыбнись. У двоих подростков будто на секунду отключился мозг. Девочка и Фан Чжэн переглянулись, уверенные, что ослышались. Фан Юань, ошалевший от просьбы холодного и серьёзного Фан Ли — одного из будущих злодеев канона, — напрочь забыл о своём статусе безмозглого младенца. И просто уставился на главу семьи Фан как на законченного идиота.