Toujours Pur

Сириус смотрел на Октанта в окно. Его сын спокойно мерил лужи под присмотром домовика. Регулуса видно не было: тот убежал куда-то дальше, но мужчина не слишком переживал. Что с ними будет? Они под присмотром. В то время, как мужчина наконец-то мог посидеть в полной тишине. Потому что несмотря на то, что дом у них был большой, от детского шума нельзя было спрятаться нигде. Сириус потянулся к столику, беря кусочек сыра с тарелки, закрывая другой рукой газету. Там снова был очередной бред от Скиттер по поводу их «детского сада». Что только эта женщина не собирала в статье! И то, что они мучают этих маглорожденных детей, и что воруют их у родителей. Что не предложение, то бред. Блэк уже давно смирился с этим. Всегда легче собирать сплетни и обвинять, чем верить, что их дело действительно работает. Что родители и их дети с маленького возраста теперь знают, что их ждет, когда они окажутся в «Волшебном мире». — Сириус? Ты тут? — в комнату вошли, не постучавшись. Это была Нарцисса. Женщина раздраженно скинула свою зимнюю мантию в руки домовика, падая на свободное место рядом с Блэком на диване.— Ты давно общался с матерью? — Дня два назад, — сказал мужчина, тут же замечая крайнюю степень раздраженности кузины, — а ты, как я понимаю, была у нее сейчас. — Что ж, твоя мать успела сойти с ума за это время. — Скажи уже, что произошло. Мы вряд ли сумеем что-то с этим сделать, но хотя бы перемоем ей все косточки, а если ты хотела увидеть результат, то ты не по адресу, — Сириус тяжело вздохнул, — мама слушает теперь только Ремуса. Иногда кажется, что она собирается переписать на него все наследство. — Вальбурга против моего брака с Кассандрой, — Нарцисса потянулась к тарелке, подхватывая виноградинку. — Мы все против твоего брака с Забини. Знаешь ли, мы хотим оставить Драко с матерью. — Заткнись! — довольно жестко отсекла женщина, — я взрослая самостоятельная женщина, и в чьем-то одобрении я не нуждаюсь! — Вот видишь, ты сама ответила и решила все свои вопросы и проблемы, — Сириус усмехнулся, поглядывая в окно, замечая, как Октант уже лежит в луже, а домовик пытается его поднять. — Эта сумасшедшая посмела угрожать мне, что выжжет меня с гобелена! — Нарцисса резко вскочила. Она круто развернулась и стала ходить по комнате. Ко всему прочему, эта женщина имела довольно мерзкую привычку — хрустеть пальцами. — Ну, успокойся, как будто это новость, — Блэк устало посмотрел на кузину, — меня до сих пор не восстановили. Не такая уж это и проблема. — Это ты привык, как собака плешивая, везде носиться, а у меня есть род. И меня не могут выгнать, только потому, что я хочу жениться на чистокровной волшебнице! — Ну спасибо. Сириус закатил глаза. Он пытался поддержать, а его еще и собакой плешивой назвали. А у него между прочим очень густая и красивая шерсть! — Слушай, разве тебя это заботит? Мама всегда ненавидела их род. Настолько сильно, что добилась того, чтобы отец Кассандры умер в нищете. — Серьезно? — Да, кажется. Папа рассказывал. Что там у них произошло, я не знаю, но, видимо, он ей знатно насолил. — Вальбурга —невыносимая злобная женщина, — Нарцисса снова упала на диван, потирая переносицу пальцами, — ни себе, ни людям. Когда ж она уже угомонится! — Боюсь, она нас даже с того света достанет. Сириус, как и вся семья, не был настолько оптимистичен насчет того, что они спокойно заживут, когда матушка покинет их. Он был уверен, что она будет выедать им мозг даже со своего портрета. И не то, чтобы Блэк не любил свою мать. Он любил. Но иногда она была ужасно невыносима. С ней невозможно было ничего сделать. Только терпеть. Но и терпеть тоже не было сил. — И что, правда у вас с Забини все так серьезно? Блэку действительно было интересно. Нет, он знал, что кузина была влюблена в эту женщину и у них были даже какие-то там отношения. Но о свадьбе не шло и речи. Видимо, они слишком давно не общались с Нарциссой на темы, не связанные с работой. В комнату забежал Октант. Он был весь грязный и мокрый. Даже его белые волосы напоминали сейчас тряпку, которой уже слишком давно моют пол. Сириус тяжело вздохнул, перехватывая палочку поудобнее, накладывая на сына очищающее заклинание, а затем и высушивая его одежду. — Папа! — закричал Октант, тут же обнимая отца за колени и прижимаясь щекой, да еще так крепко, словно они год не виделись. — Цисса! Мальчик повторил то же самое со своей тетей, но та уже подхватила его на руки, целуя в пухлую щеку. Сириус с некоторым сожалением смотрел на мальчика. Тот оказался полной копией Малфоев. Словно он вообще не учувствовал в его создании. — Милый, а где Регулус? — спросил Сириус, с ухмылкой смотря на сына, который уже что-то начал быстро рассказывать Нарциссе. Он говорил достаточно хорошо, но его речь не поспевала за мозгом, оттого было совершенно не понятно, где начинается одна история, а где заканчивается другая. — Он там, бегает, — отмахнулся мальчик, разглядывая новые кольца на руке тети, а потом, резко что-то вспомнив, задрал голову, — он мне палкой по лицу дал, во! Мальчик показал на легкое покраснение на щеке, где, видимо, и должна была быть его рана. — И ты не заплакал? — спросила Нарцисса. — Нет. — Ты ужасно смелый, не правда ли? Настоящий мужчина. — Да. — Как папа Люциус? — Нет. — Сириус? — Нет. — Северус? — Нет. — А кто? — Бабуля Вальбурга. — О Мерлин.

***

— Это был Северус Снейп! Все улики указывают на него! — Это не может быть Северус! — Но Гарри… — Замолчите! Это продолжалось уже какое-то время. Гарри, Гермиона и Рон не переставали спорить. Точнее, Поттер не хотел верить доводам друзей — он считал их глупыми. После того, как они сходили к Хагриду и узнали, что Дракона ему дал незнакомец в обмен на информацию о Пушке, в голове подруги почему-то все сложилось так, что это был Северус. И что именно он хотел украсть философский камень. Но это же был полный бред! Такого просто не могло быть! Снейп был ворчливым, ядовитым и очень тяжелым человеком, но не злым. Ведь Гарри знал. Снейп же воспитывал его! Поттер видел Северуса каждый день! Да что говорить, он был мужем его крестного отца! А Сириус бы не выбрал себе в мужья плохих людей. Но все эти доводы меркли для Гермионы в сравнении с ее доказательствами. Да что говорить, она додумалась сказать профессору Макгонагалл о своих догадках. Хорошо, про профессор оказалась умной женщиной и послала девочку куда подальше. Гарри бы тоже так сделал. Потому что не считал, что все эти аргументы верные. — Ты просто не хочешь в это поверить! Сидишь в своих розовых очках! — Гермиона скрестила руки на груди. — Это ты не хочешь поверить! Все твои доводы полная ерунда! Даже профессор это подтвердила! Лицо девочки покрылось жгучими красными пятнами. Ей всегда не нравилось, когда кто-то в ней сомневался, а когда ее делали неправой, так это еще хуже. Девочка буквально сходила с ума от этого факта. — Рон, скажи ему! — Если ты сейчас скажешь хоть слово, Рон, то мы больше не друзья! На Уизли было смотреть страшно. Он растерянно смотрел на своих друзей, мотая головой в разные стороны, то открывая, то закрывая рот, словно рыба на берегу. — Ты не можешь ставить ему такие условия! — повысила голос Гермиона, — это не честно! У тебя просто нет более правдивых аргументов, чтобы нас убедить! — Прости, Гарри, но Гермиона нас никогда не подводила, — Рон поджал губы. Он не мог смотреть в глаза другу, которые буквально кричали о предательстве. — Что ж, раз так, — Гарри нахмурился, скрестив руки на груди, — делайте что хотите, а я с места не сдвинусь. Гермиона поджала губы. Она резко схватила Рона за руку и потащила на выход из гостиной, оставляя Гарри одного. Поттер упал на диван. Он злился, обижался и волновался одновременно. Он не понимал, почему друзья просто не хотят довериться ему. Да, Северус был не самым приятным для них человеком, но он был его родителем. Да, он служил Темному Лорду, но и это давно в прошлом. Северус просто не мог так поступить. И Гермиона вела себя глупо. Как она может даже пытаться настроить его против Снейпа. Каким бы ужасным он для нее не казался. И Рон не лучше. Совсем нет мозгов. Просто привык полагаться на Грейнджер. Как хорошо, что они теперь ему больше не друзья. Ведь приползут еще, когда поймут, что были не правы. Но Гарри их не примет. Он найдет новых друзей. Или просто будет больше общаться, например, с Невиллом. А что? Лонгботтом был не плох. Все лучше, чем его друзья, которые его предали. Гарри не видел их весь день. Где и чем они занимались, было не понятно. Зато, вечером они появились. Рон бросал на него странные взгляды, каждый раз пытаясь подойти, но мальчик игнорировал. Еще чего, он выбрал свой путь. Поттер спал тревожно. Постоянно ворочался и не мог улечься. А потом, Гарри не знал, что заставило его проснуться, но в комнате не оказалось ни Рона, ни Невилла. Мальчик спустился вниз, замечая друга, который валялся на полу. Гарри бросился к нему, понимая, что его заколдовали. — Невилл, Невилл, все хорошо? Но мальчик не отвечал, только крутил глазами в разные стороны. — Это сделала Гермиона? Моргни, если да. Мальчик моргнул. Гарри закусил губу. Стоило бы поднять друга, да только тот был тяжелый. — Прости, Невилл. Поттер бросился в свою комнату, схватил мантию-невидимку и побежал на третий этаж. Они пошли туда. И даже не предупредили! А если с ними что-то случился?! Гарри оказался на третьем этаже. Он достал палочку, тут же произнося заклинание. Дверь отворилась. Люк был открыт, а собака спала. Ее заколдовали. Кто-то действительно узнал о слабости Пушка и воспользовался этим! Не хотелось верить, что это мог быть Северус. От этой мысли становилось физически плохо. Но кто мог проникнуть в Хогвартс? Правильно, никто. Гарри смотрел на люк, не решаясь войти в комнату. Он не знал, что ему делать? Спасать друзей? Бежать туда за ними, сломя голову? Поттер не мог. Он был ребенком. Ему было страшно, и Гарри никогда не был героем. Да, его таким называли, но на самом деле, это было не так. Он был просто мальчиком. Поттер обратил внимание, как резко стало тихо. Арфа перестала играть. Пушок тут же проснулся. У Гарри было пару секунд на решение. Прыгать в люк или бежать… Он чувствовал такое ужасное напряжение в своем теле. Его разрывало. И он побежал. Гарри еле успел закрыть дверь, прежде чем Пушок откусил бы от него полтела. Мальчик несся по коридору и плакал. Он чувствовал себя трусом, но при этом ему было ужасно страшно за друзей. Рон и Гермиона стали для него, как родные. Он не мог их потерять. Гарри бежал к Северусу. Он ворвался в его комнату, замечая спящего на кровати мужчину, тут же прыгая на него. — Поттер, что ты себе позволяешь?! — Снейп отдернул от себя ребенка, мало понимая, что происходит. — Северус… Пушок… Люк… Арфа, — задыхаясь, говорил мальчик, с трудом складывая слова. — Гарри, Гарри, сейчас же успокойся, — Снейп взял мальчика за плечи, заглядывая ему в глаза. Мужчина и сам стал волноваться, поддаваясь панике ребенка, — скажи мне, что произошло. — Гермиона и Рон пошли спасать философский камень на третьем этаже. Они уже внутри, — через какое-то время смог рассказать Гарри. Мужчина впал в ступор. И его глаза распахнулись в ужасе. Он тут же вскочил, палочкой призывая свою мантию и накидывая ее на плечи. — Сиди тут. Я вытащу детей, можешь не беспокоиться.