Твои инстинкты

      В жизни Уилла присутствовали две главные проблемы: вторичный пол и незнание себя. И он до сих пор не решил, какая часть весов в этом конфликте перевешивает. Ведь, казалось, обе чаши полны.       Статус омеги — скорее его самая первая и врожденная проблема. Про невообразимую эмпатичность тот тоже мог поспорить: диагноз ему выдвинули так же в детстве. Поэтому две проблемы было проще отделить по более точным промежутком времени: омежья сущность проснулась в отрочестве, а внутренние бесы заиграли во взрослой части. И два конфликта спокойно бы ужились вместе, если бы к ним не присоединился третий: Грэм иногда забывал, кто его опекун и на что он способен.       Джек. Чёртов агент Джек Кроуфорд, которого Уилл так и не научился звать отцом, да и таковым не считал. Как бы не создавалась между ними иллюзия заботы, никакая связь между ними не образовалась. Максимум, на что «отец и сын» были способны, так это сидеть рядом на диване и, стараясь не переглядываться, читать разную скучную литературу.       С Беллой Уилл был совершенно другим. Лежал у неё на коленях, давал расчёсывать свои непослушные кудри, целовал на ночь в щеку, да и всерьез считал её своей матерью. Джек порой не сдерживал ревнивых вздохов при виде этой парочки, но Белла была поистине прекрасной женой и матерью: не забывала уделять внимание сразу обоим. Уилл до конца не понимал, как та умудрялась это делать. Как одна миролюбивая светская дама укротила за раз двух необузданных псов.       Уилл не помнил своё детство. Видимо, только тогда у него не было никаких конфликтов и проблем. От него у омеги остался только рыболовный навык и острый нюх на ветра. Ну и факт того, что в семье Кроуфордов тот не родной: они не стали менять ему фамилию — не решились отнимать у мальчика последнее. Но вот зато Уилл помнил отрочество, где заиграл его первый внутренний раздор, да так хорошо, что хотелось бы забыть.       Джек никогда не поднимал руку на своего пасынка и даже не пытался. Хотя по налившимся кровью глазам было ясно, что тому приходилось себя сдерживать. Неукротимые подростковые гормоны Уилла были не хуже других в этом возрасте. Крики, скандалы, бунты — как всё это вытворяла маленькая тихая омега, никто не знал. Грэм отказывался верить, что его детство было скромным и спокойным, что видимо теперь он отрывается за него по полной. Но врачи поставили диагноз дикому поведению такой: мальчик становился половозрелой омегой.       Первая течка Уилла была самым настоящим адом. Скрестись об запертую дверь парень не уставал. Выл и скулил, как только мог. Отказывался от еды и не спал, так что через неделю ни для кого не было удивительным обнаружить разницу в сброшенных килограммах. Но если бы на течке всё это закончилось, то Уилл бы не стал спорить. Первое желание совокупиться с альфой показало ему, какой отвратительно неприемлемой представляется омежья природа. Поэтому невзлюбить себя, как и внутренне, так и внешне, не составило Уиллу труда. Запах, что источало его тело, был удушающим для Грэма. Он напоминал типичное детское лекарство или таблетки от невроза. Да сама Белла со своим скупым запахом беты была великолепием по сравнению с Уиллом.       И вот тогда между Уиллом и Джеком началась поистине ужасающая война.       Кроуфорд на отрез запретил Уиллу пользоваться блокаторами. Мужчина прекрасно понимал, как вредно так рано на них садиться и как нелегко сейчас самому Уиллу. Но как ни крути, эгоистичное желание сберечь внутреннюю омегу мальчика было слишком внушительным, чтобы не бросить вызов подростковому бунту. Тогда ему ударом в спину пришелся отказ принимать омега-гормоны для поддержания нормального созревания. Джек по-настоящему был взбешен таким ответом. Он впихивал нужные пилюли парню чуть-ли не насильно, ведь в подмешивание в еду порошок было кривым номером. Конфликт утих тогда, когда вмешалась Белла, которая внезапно ночью обнаружила Уилла с кухонным ножом, направленным прямиком на низ живот. В тот день получили оба. По полной.       Отсчитав остатки лет на поступление и учебу, Уилл вздохнул полной грудью только в своём собственном доме.       Заброшенный участок в Вульф Трапе перепал ему по непонятному наследству, о котором Грэм так и не решился спросить. Дом пах забытой старостью и тоской. Вполне комфортный запах для Уилла. Закупив остатки мебели и устроив всё как надо, парень смог спокойно развеять себя в своём гнезде. Конечно, заведя предварительно свою собачью стаю, что так была морально необходима ему.       Учеба Уиллу тогда сыграла ему на руку. Как названный сын Джека Кроуфорда, тот не мог не поступить на криминалистическое отделение, а позже не построить успешную карьеру преподавателя Академии в Куантико и стать не совсем официальным профайлером ФБР. Омег там не жаловали, да и редко, когда принимали. Так что, прочитав крайне рекомендуемые советы для таких же заблудших в полицию омег, Уилл смог наконец сесть на желанные блокаторы. Да и ещё какие. Под страхом смерти не до конца лишился запаха — Джек бы быстро свёл его концы с концами — но зато течка в ближайшие три года точно не побеспокоит. О, и ещё с этим отрастил колючую щетину, чтобы никто точно даже краем глаза на него не посмотрел. По крайней мере тому так было проще думать.       Такова была скромная жизнь Уилла.       И вот тогда, когда наконец была закрыта его первая проблема, демоны обнажили свою клыкастую пасть.       Уилл Грэм стал забывать, кто он.

***

      Уилл впервые, смотря на тело, чувствует, как покрывается липким страхом. Как его кудри взъелись ещё сильней, ужесточился едва ощутимый собственный запах, а кожа покрылась горой мурашек. Грэм уже обыграл сцену убийства и хочет вылезти из чужого разума. Не хочет мыслить тем убийцей, чувствовать его эмоции и понимать намерения. Ему хочется всё прекратить.       Молодая девушка, насаженная на оленьи рога, разделяет его чувства. Плачет черными слезами и вздыхает пустой грудиной. Ей тоже неприятно её убийство — оно хлещет ядом.       Грэм чувствует, как ему шепчут на ухо заклинания, которые поглощают разум. Над ним смеются, глумятся. Как будто омега совершил некую нелепость и теперь над ним потешаются. Неизвестные духи, невидимые тела окружают его. Парень чувствует, как начинает задыхаться.       — Уилл! — резкий крик выносит его обратно в реальность. — Уилл посмотри на меня!       Перед ним стоял Джек. Больше не было того удушающего порыва и противного шёпота. Теперь его щеки были обхвачены пылающими ладонями Кроуфорда. Вид мужчины был поистине обеспокоенным.       — Всё хорошо, Джек, я в порядке.       Уилл опустил ладони со своего лица и отшатнулся назад. Запах Джека не успокаивал омегу — он не обладал такой способностью для тела Уилла. Парню пришлось зарыться в свою мешковатую ветровку ещё сильней, желая скрыться от общества, но видимо общество Кроуфорда — это неотделимая сфера.       — Что ты увидел, Уилл?       Я насаживаю девушку на рога. Вижу страх и боль в её глазах, но сейчас мне жаль только потраченное время: я не чувствую никакого сострадания к своей жертве. Жаль, что дни с минутами ушли в никуда, испарившись в глуши. Сочувствие, что она могла бы подарить мне, унесло давно ветром. И она вздыхала этот воздух, пропитанный утратой.       За это я отниму её легкие. Пусть оленьи рога исцелят, поймут мою утрату. Пусть он увидит её.       Грэм нервно сглотнул, поправляя очки. Его тревожный вид упирался в край суточной нормы, что ненормально только для раннего утра.       — Убийца перенёс глубокую утрату и решил отыграть её на девушке, — он резко замолк. Они оба поняли, что это лишь доля правды.       Джек подошел к парню ближе, смутно оглянувшись по сторонам. Не хотелось бы поймать лишних зевак-инспекторов в их тайном разговоре. Тот надавливал на Уилла взглядом, лишь бы смог сознаться.       — Колдовство… — он откашлялся. — Её убило мистическое существо.

***

      Несмотря на холод в кабинете, Уиллу было уютно в нем. Отстраненный участочек Джека стал вполне себе безопасным местом после той дьявольской пустоши, на которой они пробыли несколько часов назад. Да и мебель, пропитанная жгучим запахом, хорошо подбадривало обоняние и мысли.       Время на ожидание изрядно раздражало парня, толкая совсем на ненужные мысли. В эти часы Грэм должен давать знания своим ученикам, а не сидеть и рассуждать над новым делом, потому что: «О Уилл, где ты ещё повидаешь такое необычное убийство?».       Сидеть на месте невыносимо. Его бездвижность кажется жертвенным состоянием, но Уилл не жертва. Просто не его день и неудачное убийство, которое, опять же, он не должен был расследовать. Такое, к чертову сожалению, случается, он не должен на этом заострять внимание.       Профайлер подошел к доске, на которой были развешены фотографии сегодняшней находки, и замер. Прикрыв в раздумье рот рукой, парень пытался проникнуть, но не до конца, чтобы не упасть снова. Забавное и в тоже время подозрительно странное преступление. Какая нелепость. Ведь, Грэм, не бывает забавных преступлений.       — Что-то новое?       Ненадолго Джек решил оставить его одного. В принципе ожидаемо, на другое нельзя было рассчитывать.       — Ты будешь, — слова безвольно застыли на губах, неряшливо падая на землю, — недоволен…       Землистый, тяжелый аромат бесцеремонно проник в рот. Часть запаха сразу осела на языке, а часть поползла вниз по горлу, заполняя легкие. Такой убийственный аромат мешал дышать. Но как бы то ни было, Грэм смаковал этот новый вкус, давая своему телу проникнуться им.       — Вас волнует недовольство Джека?       Низкий тембр. Едва хрипящий, так ещё с неизвестным шипящим акцентом. У его нового знакомого определенно красивый голос.       Парень с неохотой повернулся, чтобы взглянуть на причину негодования его рецепторов. С интересом Уилл подметил перед собой высокого, ухоженного мужчину, явно старше Грэма на десяток лет. Парню не нужно было и слова произносить, чтобы понять, что незнакомец альфа: всё в нём было пропитано этим понятием. Но всё же что-то Уилла влекло. Завораживало, если так можно это назвать.       Парень кинул усталый взгляд на Кроуфорда, ведь сейчас не самое лучшее время для знакомства, даже с таким замечательным джентльменом.       — Уилл, это доктор Ганнибал Лектер. Он здесь, чтобы помочь ФБР составить портрет убийцы.       Теперь не замечательный. Совершенно.       Парень поднял бровь, в недоумении глядя на Джека. Маловероятно, что бедного Грэма всё же отпустят на его нормальную работу и не станут впутывать в ненужные дела. И он бы мог поверить, что это сделали из-за его встревоженного состояния и посочувствовали, как омеге, но перед ним не обычный понимающий начальник, а самый настоящий зверский Джек Кроуфорд.       — Я не нуждаюсь в докторе, Джек, — выплюнул с недовольством парень, демонстративно поворачиваясь обратно к доске. Уилл мысленно извинился перед своим новым знакомым, ведь пришёл бы тот для другой цели, то он бы с удовольствием пожал ему руку.       Но тот альфа, по видимости, был либо слишком глуп, либо упертым, а может и всё сразу. Ведь вместо того, чтобы развернуться и молча уйти, Грэм ощутил, как тот встал рядом с ним, тоже всматриваясь в снимки.       — Теперь стало понятно, откуда взялась версия о мистическом существе в лице убийцы, — Уилл проигнорировал речь мужчины. — В давних сказаниях ходил слух, что оборотни устраивали обряды жертвоприношения. Они насаживали жертв на оленьи рога и просила природу о милостях. Что, по-вашему, просит этот убийца?       — Это не оборотень, — на отрез бросил парень, с неприязнью почесывая щетинистую щеку. Ему не хотелось что-то объяснять пришедшему, ведь из докторов и анализов тому хватает Аланы и Чилтона — он по горло сыт своим ничтожеством. — Оборотни не стали бы как-то вредить животным.       Уиллу отчетливо знал о взгляде Лектера на себе. Прожигающий и давящий. Но профайлеру было этого мало, чтобы взглянуть в ответ.       — Вы всегда предпочитаете не смотреть собеседнику в глаза?       Эта фраза вынудила парня возмущенно повернуться и попасть в зрительную ловушку. Мрак глаз выскребал собственный взгляд Уилла, утемняя и так помутневшее море. Воздух в легких стал казаться куда тяжелее. Тело ломило изнутри и Грэма начинало тошнить. Он с опаской отцепился от чужих глаз, смотря в плечо собеседника, стараясь отдышаться.       — Глаза отвлекают, — тихо произнес парень. — Вместо того, чтобы слушать речь собеседника, рассуждаешь, лопнул ли у него капилляр от перегрузки на работе или потому что он просидел всю ночь перед телевизором.       Мужчина выпустил смешок. Видимо, тому понравилась его речь, что на какую-то долю радовало Уилла. Чтобы скрыть своё одобрение, парень развернулся и снова сел на привычное ему место перед столом начальства.       — Джек, ты знаешь мой вердикт.       Кроуфорд откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Мужчина с надеждой бросил взгляд на Ганнибала, который присел также напротив, но ответа от него Джек так и не дожидался.       — И что тогда за вид?       Уилл прикусил губу. Придется отбиваться.       — Полукровка.       — Полукровка?       — Джек, я знаю, как это звучит, но…       Альфа двинулся ближе к столу, оперевшись на него.       — Какая к черту полукровка, Уилл?       Грэм ворошил кудри, пытаясь хоть как-то отвлечься от гнева мужчины. Он вряд ли его убедит, поэтому главная задача сейчас выйти живым из кабинета.       — Я могу утверждать, что эта была ведьма, но и отрицать оборотня не могу, — Уилл лег на спинку кресла, дрябло жестикулируя руками. — Я чувствую в убийце ведьму, но дух оборотня здесь тоже замешен.       Джек с напряжением потер переносицу.       — Так, ладно, мы можем принять теорию, что убийц было двое?       — Это легкое убийство: лишний участник будет ни к чему, — наконец подал голос Ганнибал, вставляя Уилла в легкое заблуждение. Впервые кто-то кроме него смог произнести этот бред про «легкие» убийства. Мужчина скрестил ноги, еще сильнее выпрямившись на спинке кресла. — Я слышал, у неё забрали легкие. Вполне себе хорошая пища для оборотня.       — Либо трофей для ведьмовского ритуала, — на отрез бросил ему парень, ведь попытки манипуляции доктора не столкнут Грэма с цели.       Лектер слегка наклонил голову. По спине Уилла пробежала дрожь, и омега уже приготовился к атаке, когда собеседник решил бросить ему нечто благоразумное:       — Кем была жертва?       Грэм облизал губы, не нарочно пробуя по новый тяжелый аромат, и встал с кресла. Его шанс сбежать из этого невыносимого общества предстал прямо перед ним. Хотя нет, если быть точнее, Ганнибал сам дал ему такую возможность и теперь не заберет обратно.       — Я как раз думал зайти к Беверли, чтобы узнать, что они выяснили.       Омега целенаправленно двинулся к двери, когда услышал за спиной расстроенный голос:       — Вы оставите нас так быстро, Уилл?       Бедный доктор. Он ещё не понял, с кем связался. Грэм не обернулся к нему, ведь в этом нет нужды. Парень не намерен проторчать тут целую вечность.       — Вами заинтересован Джек, а не я. Так разговаривайте, пожалуйста, с ним, доктор Лектер.       Уилл не стеснялся грубить, ведь этого человека он вряд ли больше встретит.       Грэм закрыл прозрачную дверь и почувствовал, как открываются более тёмные, тяжелые ворота у него за спиной.

***

      Медицинский коллектив ФБР — единственное, что устраивало здесь Уилла. По крайней мере, с ним он ладил лучше, чем с остальным отделением. Была ли причиной традиционная сущность беты медиков или простое понимания чувств Грэма — парень так и не разобрался.       Уилл только открыл стеклянную дверь, как в ноздри сразу ударил взъерепенившийся знакомый запах но, благо, не самый пик его источника. Беверли опять сегодня не в духе.       Прикрыв нос рукой, чтобы оценить обстановку, омега аккуратно прошелся в глубь. Тело успели убрать, что настораживало. Парень сомневался, что дело было в самой скорости обследования, особенно такого убийства. Значит что-то произошло.       — О, Уилл, давно ты к нам не заглядывал, — прозвучал приглушенный, но по прежнему весёлый голос Брайана.       Знакомая темная макушка тут же вынырнула откуда-то из-за полок. Помахав ему рукой, Грэм не заметил, как столкнулся с чужим теплым телом, облаченным в халат.       — Вот я тебя и поймал, — да, заинтересованный говор Джимми сейчас в тему. Он крепко схватил омегу за плече и, повернув другой стороной, повел в другую рядом комнату. Не успел парень и появится, как сразу стал заложником. — Тут Беверли опять не в духе. Вся надежда на тебя, приятель.       Неудивительно. Сколько знал Уилл, она всегда была крайне активной и эмоциональной. Порой упорной и, что немаловажно для её работы, доходчивой. Настрой Катц иногда злил парня, но всё же она ему нравилась. Кто как не Беверли сможет взбодрить его в этом оттаявшем трауре месте.       Прайс затолкал того в раздел хранения трупов — потрясающие место для разговоров — и так же быстро ушел, предварительно закрыв за собой дверь. Тот явно не хотел получить от злой кошки-Катц.       Всё ещё стараясь не задохнуться, Уилл попытался подойти к подруге, стоявшей посередине комнаты. Её феромоны он никогда не переносил. Две сущности с самого начала их знакомства не поладили, но зато как личности они сошлись. Горло постоянно сводило от запаха Катц, так теперь от такого встревоженного ещё больше стягивало.       — Беверли, не могла бы ты…       — Она была омегой, Уилл!       О нет, девушка его не слышит. Она интенсивно шагала по комнате взад-вперёд, как самая настоящая обеспокоенная львица. Что ж, Грэму придётся подавиться ещё несколько минут, пока его бешеная подруга не убавит пыл.       — Беверли…       — Я чуть с ума не сошла пока осматривала её!       А Уилл был готов сойти с ума от её беспокойства. Парню пришлось вдохнуть поглубже, чтобы сказать хоть на каплю громче, получая за это ещё больший огонь на языке:       — Успокойся ради бога, я сейчас задохнусь на месте от тебя!       Беверли замерла, стыдливо поправляя белый халат. Аромат девушки становился спокойнее, сбавляя обороты, давая Грэму нормально выдохнуть.       Парень присел на стул рядом, вытянув свободно ноги. Как же парень намучился с ними всеми сегодня. Но всё же, он удовлетворён, что не одному ему тяжело от увиденного убийства. С кем как с не Катц можно обсудить все тайные подробности.       — Так, давай по порядку.       Уилл зарылся рукой в кудри, вдохнув успокоившийся воздух одним носом. Убитых омег удаётся встретить нечасто. В основном их убийства связаны с сексуальным характером и рассматриваются в другом отделе, по крайней мере без помощи Катц. Увидеть просто убитую омегу без особого мотива мести или похотливого желания достаточно удивительно. Особенно одинокой альфе, как Беверли.       — Я… Я не привыкла работать с телами омег, — на выдохе произнесла девушка. — Брайану с Джимми легко — они-то не чувствовали её предсмертный запах. А знаешь, чем она пахла? — тот мог себе представить. — Страхом, Уилл. Она была пронизана им насквозь. Я и представить себе не могла, что кто-то может быть настолько напуганным.       Парню пришлось подняться, чтобы положить руку ей на плечо. Ему непривычно успокаивать Беверли: как правило, это происходит наоборот.       — Беверли, это убийство. Неудивительно, что жертва была напугана.       — Уилл, — надавливающим голосом выдала она, — жертвы всегда пахнут страхом, но не таким удушающим, как она, — Беверли отошла от него в сторону, снова берясь за голову и шагая туда-сюда. — Он вырезал её легкие, пока та была жива, — Катц резко остановилась, повернувшись с отчаяньем к Уиллу. — Для чего надо было так издеваться над ней?       Хотел бы он сам знать.       Им хватило лишь одного пересечения взглядов, чтобы понять общность их мыслей. Грэм молча двинулся к Беверли, заключив в понимающие объятия. Положил лоб на её плечо и вздохнул. В такой близости он точно задохнётся.       — Ты считаешь, что её убило мистическое существо? — наконец подала голос девушка, поглаживая друга по спине.       Грэм закрыл глаза.       — Определенно. Какая-то ведьма решила вывести свою горечь на ней, — он хмыкнул. — Джек с доктором пытались всунуть свою идею про оборотня, но я им не поверил.       Беверли возмущенно загоготала:       — Оборотень? Что за бред! Оборотни не стали бы поступать так с животными!       Уилл улыбнулся. Хоть кто-то с ним сегодня согласен.       Парень наконец отпустил девушку и, достав из кармана заляпанные очки, показал жестом на один из ящиков шкафа.       — Хочешь ещё раз взглянуть на тело? — с настороженность проговорила Катц, выполняя его просьбу.       Грэм кивнул, натягивая перчатки, что были припасены в его карманах.       — Сама девушка не являлась мистическим существом?       Если это так, то их расследования станет ещё интересней и хоть на какую-то долю даже легче. Тогда не придётся доказывать ни Джеку, ни Ганнибалу, что он не до конца спятил.       Катц уже надавливала на ручку двери, когда услышала за спиной вопрос. Ей крайне не хотелось еще раз видеть безжизненное тело несчастной девушки.       — Определенно нет, — девушка грубо толкнула дверь. — Как закончишь, позови меня или кого-нибудь из парней.       Уилл кивнул и приблизился к бездыханному телу. Придётся ещё раз окунуться в свой кошмар.

***

      Уилл ступает по тёмной чаще. Под ногами хрустит листва, а у самых ушей свистит ветер. Цоканье копыт с боку успокаивает, помогает почувствовать себя в безопасности.       Тёмный олень, шагающий в такт ему, идёт смирно, лишь каплю тревожно вздувает ноздри, иногда фырча. Его защитник всегда рядом с ним. Омега не может точно сказать, как давно он стал его преследовать, но может предположить, что ещё с далекого детства. Оборачиваясь на дни, когда парень жил не в доме Кроуфордов, а в старой лачуге Вульф Трапа с неназванной матерью, тот видит лишь густую оленью шерсть, что загораживает ему вид на все его возможные воспоминания и мысли. Это немного печалит, но, всё же, Уилл уверен, что если не это существо, то он бы давно сошёл с ума, утонув в бездне океана прошлого.       Крики сов намекают ему о приближении к нужному месту. Деревьев становится всё меньше, а трава начинает редеть, пока парень окончательно не добирается до той заветной пустоши.       Останавливается. Олень вместе с ним. Грэм треплет его тёмную шерсть, всматриваясь в пустую местность, пока не замечает чужую фигуру вдалеке. Душераздирающий крик оглушает уши. Никогда парень ещё не слышал в своих видениях в столь большой громкости чужой голос. Жертва рвёт себе глотку, надеясь быть услышанной, спасти себя, пока её тело не насаживают на оленьи рога. Она подрагивает и смотрит прямо в глаза своему убийце, пока тот не достаёт большой охотничий нож и не вскрывает ей грудную клетку, вытаскивая заветный орган.       Убийца держит в своих руках окровавленные легкие, продолжая вглядываться в жертву, — на её последние утекающие огни жизни.       Уилл трогает оленя, отходя назад. Его работа закончена: он ещё раз посмотрел на свой спектакль со стороны и теперь пора идти. Оставаться здесь будет пустой тратой времени, да риск утонуть может возрасти.       Парень двигается медленными шагами, как чувствует вязкую жидкость, за своей спиной. Как болотистая стена, что втягивает его. Заполняет его уши, ноздри и рот, заглядывает за глазницы. Уилл пытается открыть слипшиеся веки, как по новой видит перед собой тело, всё такое же насаженное на рога. Его руки в крови, а дыхание участилось. Девушка плачет и тянет руки к нему.       — Помоги мне…       Уилл прижался к стене, задыхаясь от бешеного темпа дыхания.       Дверь в комнату с грохотом распахнулась, и он увидел Брайана, что озадаченно глядел на приятеля. Он не успел и сделать шаг к омеге, как тот уже подорвался с места.       — Я… Всё хорошо, мне надо домой… — единственное, что промелькнула возле ушей, когда Брайан попытался схватить убегающего.       Зеллер в непонимании помчался за ним.       — Стой, погоди! Что мне сказать Джеку?       Чтобы Уилл ему не сказал, им всё равно влетит. После каждого похода Грэма в морг им всегда достаётся. И как этот парень умудряется влезать в новые неприятности, когда ещё не вылез из старых?       — Скажи, что я с доктором Блум.       Это было последним, что бросил профайлер, прежде чем оставить Брайана одного в полном недоумении. Благо, к несчастному присоединился Прайс, дружески положив тому руку на плечо.       — И что это сейчас было? — Озадачено спрашивает Зеллер, получая в ответ лишь смешок:       — У Грэма снова проблемы.

***

      Наблюдая, как плавно раскачивались волны в бокале, Уилл ощущал себя вином. Пьянящей жидкостью, что вливают всё в новые и новые бокалы. Как втекает внутрь, затуманивая чужие рассудки. И омега предпочёл бы белое, ведь под ним ничего не скроешь, но, к сожалению, Алане нравилось красное полусладкое.       Алана в принципе любительница чего-то да выпить, в особенности пива. Да только пиво в этой обстановке им не подходило — Уиллу был нужен психоанализ. Новый. Чтобы убедиться, что он всё так же адекватен и не начал захлебываться в ненужных мыслях. Но, видимо, тогда перед ним была не знаменитая доктор Блум, а типичная весёлая подруга Алана, которая рада провести вечер с его стаей собак и порассуждать о жизни.       Грэм до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что они стали друзьями. Доктор Блум, как всегда, с удивительным сарказмом произносил Уилл, была всего на два года старше его, как между ними уже образовалась профессиональная пропасть. Алана — завидная альфа, так ещё и успешный доктор в сфере психиатрии: Грэм не намерен был с ней тягаться. И всё же, куда бы он ни пошёл, вечно встречал её. Спустя несколько таких стычек, им пришлось чуточку сблизиться. И теперь парень не знал, жалеет ли он, что потерял ту доктор Блум и приобрел сплетницу-Алану.       — Алана, я серьёзно, — хмуро произнес он, смотря как девушка развалилась на ковре с его собаками.       Та чуть не обронила свой бокал, от чего Уиллу пришлось отставить его в сторону. Парень терялся в догадках, как намекнуть девушке, что ему серьезно требуется помощь.       — Я купил бы нам ящик пива, если бы знал, чем это закончится, — хмуро процедил тот, наблюдая, как лоснящимся бархатом остается на женской кофте собачья шерсть.       — Уилл, я устала рыться в твоей голове в поисках невидимых проблем. Пошли ты уже наконец Джека и дело с концом.       Глоток горькой жидкости чуть не сжался обидой в горле.       — Я сегодня снова ненароком дважды попал в разум убийцы. Алана, заметь, дважды!       — И что ты почувствовал?       Не все старания этого дня напрасны. И марка вина не стала такой плохой.       — Страх, — Грэм поставил бокал на маленький столик. — Это было ужасно. Брайан нашёл меня дрожащим у стены. Я думал, что задохнусь.       Девушка со вздохом пересела на диван. Отряхнув прилипшую к штанам собачью шерсть, та скрестила ноги и повернулась к Уиллу. И как омега предвидел, подруга начала свою неприятную прогулку по его разуму. Нужную, несомненно, прогулку, но крайне неприятную.       — Я слышала, что ты считаешь, убийство совершила ведьма. Ты не думал, что это может быть из-за этого?       Парень глядел на неё искоса. Что за чушь она несла? Он прекрасно видел, что подруга пыталась перенести центр его внимание на собственное окружение, а не на глубину тревожных мыслей, но на Грэма такие фишки давно не действуют. И, о боже, Джек завёл в это дело сразу двух психоаналитиков плюсом и Уилла?       — Не говори чепухи, ведьма не может сотворить никаких заговоров с телом. Тогда бы не одному мне стало плохо, но как видишь, страдаю тут только я, — яростно начал размахивать руками тот. — Может ты всё же поможешь своему другу, а не будешь внушать ему, что он опять зациклен на себе?       — Уилл, ты сам знаешь, я не могу вести с тобой терапию, — Алана бережно взяла его за руки. — Давай дадим место другим покопаться в твоей голове. Что насчет Доктора Чилтона?       Грэм цокнул, откинувшись на подушку.       — Только не Чилтон. Он делает всё кроме того, как попытаться хоть как-то мне помочь. Я не могу работать с теми, кто проявляет ко мне симпатию, — Алана в усмешке подняла бровь. — Нет, Алана, мы далеко другой случай. По крайней мере у нас не такая разница в возрасте.       — Да? Мне казалось, что тебе нравятся альфы постарше, — прохихикала девушка. Но всё же Алана согласна — доктор не станет профессионалом, если не будет соблюдать рамки со своим пациентом. — Хорошо, какое мнение Джека на твое поведение?       Парень мялся. Перекладывал руки, как недовольный кот и отводил взгляд в сторону, лишь бы не поймать суровость глаз Доктора Блум.       — Только не говори, что ты не сообщал ему об этом.       — Да, не говорил, — честно признался он, — потому что это случилось позже. А до этого он притащил в кабинет очередного психиатра, чтобы «помочь с расследованием». Слышала что-нибудь о докторе Ганнибале Лектере?       Звон стекла и алая жидкость растеклась по темному дереву. Грэм предотвратил окончательное падение бокала на пол, но не сумел спасти ковер от стекающих капель. Руки едва заметно дрожали, когда он держал пальцами тонкую, стеклянную ножку.       — Нет-нет, Уилл Грэм, вы не могли отказаться…       — Даже визитку не взял, — на автомате выплавил тот. — Я что-то сделал не так?       Девушка массировала виски в попытке успокоиться. Она не желала ни слушать глупые оправдания, ни смотреть на испачканный стол её бокалом.       — Мы только что говорили о твоей врачебной помощи, а сейчас ты заявляешь мне это? — изменившийся тембр голоса заставил Грэма нервно сглотнуть. — Уилл, это очень хороший специалист. Он был моим учителем, поэтому, поверь, я могу судить о его способностях. Он сам пошёл к тебе на встречу, а ты так просто отказался? — парень напрягся: в женских глазах сверкали маленькие огоньки пламени. — Что тебя в нём не устроило? То, что он альфа или то, что его предоставил тебе Джек?       Уилл отодвинулся назад, ведь ещё чуть-чуть, и та точно вцепиться ему в глотку. Разгневанный аромат был тому подтверждением.       — Все мои психотерапевты были альфами, почему я должен был прогнать именно его? — напомнить бы ещё, что все попытки были неудачными. И хотя Грэм был чуточку согласен с ней — запах Ганнибала тот ещё отдельный экземпляр. — И Джек мне не указ. Я просто не доверяю его профессиональности.       Девушка по новой изогнула бровь.       — Это не аргумент, Уилл.       С сокрушенным вздохом Грэм завалился на неё сверху, ведь лучшая защита — это нападение. Кинул в несчастную подушкой и властно уселся на женские бедра. Ему было всё равно, на сколько интимную позу он создал — для их ненормальной дружбы это не станет ничем удивительным.       — Что ты теперь мне предлагаешь?       Девушка сделала наигранно задумчивый вид — Уилл не смог не закатить глаза на такую выходку.       — Например, записаться к нему на приём и наконец разобраться с твоими «новыми» проблемами. Как тебе мысль?       Та столкнула его на пол, где парня тут же окружили довольные собаки. Выбравшись из-под пушистого бардака, тот встал в надежде на продолжение беседы, но по зевку собеседницы стало чересчур ясно, что их серьезный разговор на сегодня окончен.       После подтягиваний Алана бодро вскочила с дивана, схватив недопитые бокалы и бутылку, и по хозяйски направилась на кухню. Уилл, шедший за ней всё время, был недоволен фактом, что девушка успела провозгласила себя победителем в их игрушечном споре.       — Мне раздвигать диван?       Это был весьма риторический вопрос, ведь ответ на него всегда состоит «да». После их посиделок Уилл всегда спит на гостиничной мебели, укладывая подвыпившую подругу к себе на кровать.       — Нет.       Неожиданно. Парень скрестил руки и уперся об косяк. Что она задумала?       — Я вызову такси. Завтра с утра в Джорджтаун разгребать новый застой, — проговаривала девушка, а затем более громким голос добавила: — А для тебя будет уроком, как сразу обрывать новые знакомства.       Уиллу захотелось взвыть. Да что она прицепилась с этим Ганнибалом!       — Дай угадаю, чтобы меня простили, необходимо пойти на сеанс к доктору Лектеру?       Алана слишком хорошо умела стрелять глазками. Ну конечно, что тут ещё ожидать. Она протянула ему визитку перед тем как окончательно отвернуться, чтобы протереть ранее запачканный стол. Девушка всегда носила эту брошюру с собой или её опять подговорил Джек? Уилл вертел предложенную им бумажку и отложил её на очередную книжную полку, намереваясь благополучно о ней забыть.       Желание явиться на приём к Ганнибалу Лектеру у него отсутствовало напрочь. И дело даже не в принципах — интуиция не одобряло это решение. Но она также подсказывала, что их встреча, хотел тот того или нет, всё равно скоро состоится.

***

      В дверь кротко, но с четкой громкостью постучали. Уилл не был морально настроен ни к каким гостям ранним утром.       Сонно натянув на себя спортивные штаны и поправив задравшуюся футболку, он подошел к двери, чтобы открыть её. Собаки с любопытством толпились, путаясь под ногами, от чего парню приходилось легонько отталкивать их от себя. Открыв только первую дверцу, в нос мгновенно ударил пробившийся из щели аромат, от которого захотелось застонать. Застонать от иронии и нежелания открывать вторую.       — Доктор Лектер?       Наконец раскрыл он главную дверь. Очерчивая сверху вниз мужчину, Уилл с раздражением подметил, что, по сравнению с ним, омега выглядит вполне себе ущербно. Но это уже проблемы доктора — Уилл не просил его приходить к нему с утра пораньше.       — Можно войти?       Чёрт. Ну конечно, раз пришёл, чего стоять.       Парень раскрыл дверь пошире, не осознавая, какого хищника он тогда запустил. Собаки сразу окутали ноги незнакомца с подозрительным обнюхиванием и вилянием хвостом. Уилл хотел было прогнать их, ведь дорогие штаны Ганнибала явно не предназначены для шерстяного нашествия, но тому видимо было всё равно. Грэм мысленно поставил галочку, что доктор тоже любитель животных.       — Прости, что не предупредил о своём визите. Джек оставил твой домашний адрес, я не смог удержаться, — альфа по-хозяйски перешагивал одну комнату за другой, пока не добрался до кухни, где тут же разложил контейнеры по обе стороны стола. — По всей видимости, я тебя разбудил. Не против позавтракать со мной? — прозвучал голос с ноткой вины, но при этом свойственного обожания.       Нет-нет, это Уилл завтракает с Ганнибалом, а не Ганнибал с ним. Ведь пока они в доме Грэма, то всё идёт по правилам самого Уилла. Да и кто приходит в чужой дом, чтобы позавтракать?       Парень ничего не ответил на такую выходку, лишь молча разложил посуду с приборами в знак согласия, ведь есть и в правду хотелось. Он сам не понимал свою покорность — раздражение било фонтаном, но невидимая в воздухе струна отдергивало его.       Уилл высыпал содержимое контейнера к себе на тарелку, почувствовав, как слюны во рту стало больше. Доктор же, решил оставить всё как есть, — да и Уиллу всё равно, ведь Лектер знает, что у него в миске, а Грэм нет. Парню было крайне важно видеть и понимать, что он ест.       К счастью, незваный гость сам озвучил своё блюдо:       — Омлет с колбасками. Колбаски сделаны собственноручно мной, — звучало вполне аппетитно. — Питательно и с нужным количеством калорий.       Парень не знал, как воспринимать эту информацию: был ли здесь намек на его излишнюю худобу, тот так и не разобрал. Ровно минуту они ели молча. Уилл не хотел начинать первым разговор, а Ганнибал давал ему насладиться приготовленной им едой. Небольшая идиллия.       — Как так вышло, что преподаватель начал помогать ФБР расследовать убийства?       Уилл не сдержал усмешки.       — ФБР нужен хороший профайлер, — парень отложил вилку в сторону, — да и Джек не упустит любую возможность ускорить расследование дела. Особенно отдельным для него грехом будет не привлечь меня.       Ганнибал улыбнулся на его речь, от чего парню стало немного неуютно: к нему подлизываются или по настоящему поняли?       — Дядя Джек видит в тебе хрупкую маленькую чашку, — тот положил кусочек омлета в рот и проглотил, — как китайский сервиз, что выставляют гостям в случае праздника.       Парень озадаченно поднял бровь. Его еще никогда не сравнивали с посудой.       — Простите, доктор Лектер, но я не настолько хрупкий, как вам кажется, — омега уперся взглядом на хорошо проглаженный воротник собеседника. — Если мне кажется, что чашка стоит на краю стола, то я поставлю её на полку безопаснее.       Приоткрыв слегка рот, тот услышал, как расслабились чужие феромоны. Как будто Ганнибал пытался его успокоить. Знак ли это, что сейчас нападут?       — Не сомневаюсь в тебе, Уилл, — мужчина слега отодвинулся от стола, расправив плечи еще шире, — но, всё же, исследования показывают, что омеги, работающие в ФБР, находятся под бóльшим риском, чем остальные омеги, работающие на других профессиях.       Уилл поперхнулся. Его зрачки сузились и теперь он сместил Ганнибала с почетного места хищника.       — Джек рассказал или сами откопали информацию?       — Сам, — смелый ход. — Уилл, ранее мною сказанные слова показались оскорбительными для тебя? Поверь, я…       — Ни слова больше, доктор. Я не желаю говорить с вами о своём вторичном поле, — достаточно резко, как отрезая ножом, перебил он, показывая всю свою агрессивную позицию. И если бы парень мог источать запах в полную меру, то аромат в комнате был куда ядовитее, чем сейчас.       — Уильям, тебе не нравится разговор о твоем вторичном поле? Нет ничего постыдного, что ты омега. Факт о слабости омег давно признан стереотипом. Или тебя смущает, что я сам являюсь альфой?       Это было последней каплей. Уилла явно провоцировали на конфликт. Разговор о сущностях, поднятия стереотипов и назвать его Уильямом — было наибольшей степени оскорбительным для Грэма.       Он поднялся из-за стола с шумом, бросая презрительный взгляд на гостя.       — Доктор Лектер, надеюсь, вы уже доели свой омлет?       Фраза была сказана с угрожающим шипением — Уилл едва не щетинился на Ганнибала. Лектер отчетливо наблюдал нотки агрессии, как и в поведении, так и в голосе омеги, поэтому, чтобы не нарываться на ещё большую грубость, встал из-за стола. Ведь даже если он и не доел омлет, то лучше остаться голодным, но уйти с чистым, без царапин лицом.       — Ты меня прогоняешь?       На его лице читалось чистейшее удивление, вызывая ещё большее раздражение Уилла.       — Да, доктор, я вас прогоняю и ближайшее время не жду вас снова, — омега пытался удержать взгляд на его глазах. — Если появятся вопросы по делу, вы всегда можете мне просто позвонить.       Ганнибал, в знак смирения, кивнул и снова обошел тем же маршрутом дом, чтобы добраться до выхода. Хоть и внутреннее альфа-эго рычало на него, отказываясь повиноваться, мужчина хорошо сдерживал себя, не показав ни одной эмоции.       Стоя у дверей, Лектер решил вытянуть из кармана визитку и протянуть Уиллу. Насколько нужно быть самоуверенным, чтобы ещё прорекламировать свой офис омеге в приступе агрессии?       — Был рад с вами познакомиться, агент Грэм. Надеюсь, мы ещё встретимся.       Парень с небрежным отвращением забрал визитку, сжав её в руке.       — Доктор Блум уже давала мне похожую визитку. Нет нужды закидывать меня ими с ног до головы.       Ганнибал слегка пошатнулся в удивлении.       — Я не знал, что ты знаком с доктором Блум. Надеюсь мнение о ней у тебя лучше, чем обо мне?       Да что он творит? Лектер намеренно ещё больше провоцирует Грэма, что у того начало ломить кости от желания вцепиться в чужую глотку. Но по непонятным причинами Уилл останавливал себя. Может из-за подавителей его гормоны стали быстрее находить точку успокоения, то ли в омлете Ганнибала и в правду было что-то подмешено, но факт целостности Ганнибала перед ним заставлял парня насторожиться.       — Намного, доктор Лектер, а теперь прошу на выход.       Мужчина принял это как должное, перешагнув порог дома.       — Постарайся доесть омлет, Уилл: он то точно не виноват в нашей ссоре.       Дверь захлопнулась, Грэм закрыл ещё на щелчок.       Подошел к окну и смотрел, как доктор садился в свой дорогой Бентли. Уилл поднес к носу смятую визитку, чувствуя достаточно отчётливый аромат Лектера. Ну конечно, она хранилась в его грудном кармане, ещё бы не пропахла им. Невольно улыбаясь, парень подметил, что визитка Аланы не пахла так, как ударяла в ноздри эта.       Мысль казалась ужасающей Грэму. Ведь как почти отчужденная омега, ему должно быть всё равно на запах чужого альфы, но Уилл продолжал непринужденно тянутся к заветной карточке. Вот же псих.       Устало вздыхая, он ушел на кухню, еще раз осмотрев его и Ганнибала недоеденный завтрак. Омлет и в правду был вкусным, даже для его плохого аппетита. И Лектер прав — еда не виноват, что ее потребители поссорились.       Уилл впервые решил нормально позавтракать.

***

      Ком в горле поступил от предстоящего предвкушения и аппетита. Когда доктор Лектер плавными движениями разливал соус на кусочек мяса в его тарелки, Джек вспомнил, что не ел почти весь день.       — Филе с соусом камберленд из красных ягод, — провозгласил тот в своё блюдо, вызвав довольную улыбку у Кроуфорда.       — Филе? Какое?       — Свинина.       Аппетит Джека был окончательно успешно раззадорен и повышен. Хотя, назвав Ганнибал любой другой вид мяса, мужчина бы не расстроился.       — Ты хотел обсудить со мной Уилла, не так ли?       Несмотря на голод, Джек всегда предпочитает приступать к делам сразу. Мужчина не боится каких-либо угроз и атак в его сторону, ведь точно уверен, что они в него не полетят, хотя тема Грэма довольно щепетильна и остра.       — Всё верно, — Ганнибал стянул с себя пиджак и сел напротив гостя. — Кому лучше будет пойти с вопросом про Уилла, так это к тебе.       Кроуфорд рассмеялся.       — Потому что я его отец или потому что лучше всех его знаю?       Кроуфорд аккуратно отрезал первый кусочек нежного филе и отправил к себе в рот. Божественное блюдо мгновенно затронуло все его рецепторы вкуса, рассыпаясь приятным фейерверком. Джек довольно хмыкнул на такие ощущения.       — Это очень вкусно, доктор Лектер, — восхищенно произнес тот, на что ему с благодарностью кивнул.       — Несомненно, дело опекунства косвенно затрагивает наш разговор, но думаю, что Уилла ты знаешь так же хорошо, как и самого себя.       Джек не мог сосчитать, сколько за этот вечер он растекался в благодарности от лести Лектера.       — Я не единственный, кто хорошо знает Уилла, — запустил он в рот ещё один кусочек. — Помимо тебя, его обследовали так же доктор Блум и доктор Чилтон. Я могу дать тебе информацию как человек, что его растил, но никак в сфере психиатрии.       — О Джек, не беспокойтесь, это мне и не нужно, — улыбнулся Ганнибал. — Изучить его мозг и структуру психики я смогу и сам. Мне интересен Уилл как сама личность. Мне бы хотелось узнать о нём поподробнее именно от тебя.       Кроуфорд хмурил брови.       — Разве ты не заходил к нему сегодня?       Его с утра пораньше разбудил звонок от Уилла с криком, какого черта тот нашёл Ганнибала у себя утром на пороге, и, как саркастично: «Кто же дал ему мой домашний адрес?». Такое происшествие Джек точно не забудет. Белла тоже была недовольна.       Лектер взял в руки бокал, вдыхая тонкий аромат налитого вина, а затем сделал маленький глоток.       — Да, только наш разговор не был таким дружелюбным, как хотелось бы, — Джек закатил глаза: подобные выходки Уилла его конкретно раздражали, — поэтому, если мне не удалось узнать о нём от первого лица, то, к сожалению, я вынужден поинтересоваться у тебя.       Джек злобно шевелил губой, отводя взгляд куда-то в стену, лишь бы не стрельнуть гневом ни в чём не повинного Ганнибала, но сам тот прекрасно видел недовольство своего собеседника.       — Не подумай, я ни в чём не обвиняю Уилла — я сам повёл себя бестактно в то утро, — он с интересом качал бокал в руке. — Я дал ему свою визитку. Может когда-нибудь он решит посетить мой офисе хотя бы не как друг, а как пациент.       Лектер видел, как загорелись чужие глаза. Первая ловушка захлопнулась. Мышка забежала.       — О, доктор Лектер, не беспокойтесь, я обязательно поговорю с ним. Всё же, ему будет полезно посетить другого специалиста.       Красная жидкость плавно колыхалась в бокале, отражая в себе чужое лицо. Уилл не любил красное вино, но теперь он проскользнул в чужой бокал снова.