Cat? What a joke...

В автобус входили сорванцы, а Иида из всех сил пытался заставить их слушать.  И где-то глубоко внутри ему стало жалко пацана, хотя и не настолько, чтобы помочь ему. Как только все студенты были в автобусе, они направились в USJ, и Шота не знал, должен ли он сказать им всем заткнуться или просто игнорировать их и попытаться вздремнуть.  И если шума было недостаточно, чтобы сделать его сварливым, рядом с ним сидел его бывший кот, который смотрел на все, кроме него. С одной стороны, он был очень рад, что они не разговаривали.  С другой стороны, он знал, что столь необходимый разговор был неизбежен, потому что они были коллегами и взрослыми.  Ну… Шота был взрослым, но он не знал, как насчет этого отродья.  Но до тех пор он был рад, что зеленоволосое дерьмо не отпускало никаких комментариев или шуток о том, сколько времени ушло на то, чтобы понять, что он все это время был человеком. Он вздохнул и закрыл глаза. Да… они будут говорить, но после того, как он избавится от необходимости бить его по лицу… снова… _________________________ Когда они прибыли, Тринадцатая приветствовала их, и группа вошла в здание.  Оказавшись внутри, глаза студентов заискрились от волнения. Шота проковылял ближе к космическому герою.  — Где Всемогущий?  Он должен был быть здесь. И его не удивил ответ героя, показывающего ему три пальца. Такой безответственный человек… Весьма раздраженный, он прислонился к стене, в то время как Тринадцатый начал свою обычную речь к подросткам о том, что причуды могут быть как полезными, так и опасными.  Шота был доволен тем, что этот класс, похоже, принял эти слова близко к сердцу, а если нет... ну, вы могли бы представить, что он будет делать. После этого важного урока они собирались начать спасательную тренировку, но прежде чем они успели начать, погас свет. Инстинкты Шоты кричали на него, он уже был на грани. К сожалению, его зеленоволосый коллега выругался: — Какого хрена? —  когда он посмотрел в центр здания. Шота посмотрел вниз, туда, где был фонтан, и его желудок сжался. Пурпурный туман начал формироваться, и изнутри толпа людей начала проходить сквозь него. Это плохо... — Тринадцатая, Мидория, защитите учеников! — приказал он немедленно. — Это часть тренировки?  — спросил Киришима, шагнув вперед, будто чтобы помочь. — Нет, это злодеи. — обратился Айзава к ученикам.  — Каминари, попробуй связаться со школой, а остальные убирайтесь отсюда! — Мидория нахмурился.  — А что насчет тебя?!  Ты не можешь противостоять им в одиночку!  Твой стиль боя для этого не подходит! Шота посмотрел в его сторону и ответил, опуская желтые очки.  — Ни один герой не может быть пони с одним трюком. Теперь иди. Он услышал тихое: «Это ерунда» позади себя, но не обратил внимания на того, кто это сказал.  У него был долг поддерживать, а студентов защищать. Повернувшись к ним спиной, он спрыгнул с лестницы.  Все еще находясь в воздухе, он активировал свою причуду и использовал свой импульс, чтобы уничтожить некоторых злодеев на передовой, он смог уничтожить еще одну небольшую группу, когда они попытались использовать свои причуды, которые были немедленно стерты.  Готовый сразиться с другим, он приготовил свое оружие для захвата, решив дать своим ученикам время убежать.  Но… вместо того, чтобы атаковать его, оставшиеся злодеи сосредоточили свои взгляды на точке позади и выше Шоты. Они не двинулись вперед, чтобы сражаться, как ожидалось, вместо этого они просто смотрели в замешательстве.  По логике вещей, Шота должен был воспользоваться этим отвлечением и уничтожить еще одну их группу, пока они не сосредоточили свое внимание на нем.  Но, к своему ужасу, он заметил, что некоторые из его глупых детишек не послушались и последовали за ним.  Неподвижные злодеи наконец заставили его оглянуться. И, конечно же, КОНЕЧНО был только ОДИН идиот, который последовал бы за ним, даже если бы он сказал обратное. — Что, черт возьми, ты делаешь?!  — закричал он на этого идиота. Мидория, кто еще, быстро бежал вниз.  — Ну, извини, но не каждый может сделать крутой выход.  Если бы мне повезло, я бы споткнулся посредине и скатился бы по этой адской лестнице! Вы должно быть шутите… — Нет, какого черта ты здесь делаешь?!  Я специально сказал тебе защищать учеников! — А я тебе специально сказал, что это бред!  Ты не гребаный Джон Уик, который может просто пойти и победить целую армию одними лишь кулаками! — У меня есть оружие! — возразил он, чувствуя, как закипает его кровь. — Ух ты!  Старый рулон изоленты на шее!  Я вижу даже отсюда, как твои враги дрожат! Это маленькое дерьмо! — И что, черт возьми, ты будешь делать?!  У меня нет времени присматривать за твоей задницей! — Хорошо, что я здесь, чтобы присмотреть за ВАШЕЙ задницей! Он серьезно?! — Делать что?!  Твоя причуда теперь бесполезна, или ты планируешь отвлечь их обнаженным?! К его ужасу, казалось, что он думал об этом.  — Это неплохая тактика… она работает для Тогаты-сан… но нет!  Я более чем способен сражаться! Он прищурил глаза. — У тебя даже оружия нет, идиот! — Это не правда! —  он остановился и вытащил из-под сапог два ножа.  — У меня есть это! — Еще раз двигаясь, он выглядел еще более глупо теперь, когда пытался не порезаться. И пока они спорили, как пожилая супружеская пара, все (злодеи, студенты и Тринадцатая) просто смотрели, не зная, стоит ли им нападать, бежать или просто оставить их в покое, все время думая: «Какого черта?» Мидория наконец сбежал по лестнице и появился рядом с ним.  Шота покачал головой, расстроенный действиями этого идиота.  — Ладно, делай что хочешь.  Но если ты умрешь, ответственность не на мне. — Не волнуйся, красавчик, от меня так просто не отделаешься. К сожалению. И, поддерживая друг друга, все снова начало двигаться. Студенты пытались убежать, но лиловый туман не пускал их.  Шота выругался про себя, когда пнул одного из низкоуровневых злодеев.  Объединив свое оружие со своей причудой, он смог сбить шестерых из них.  Никто не нападал на него сзади, что доказывало ему, что это подлое дерьмо способно защищаться.  Но, как он сказал, у него не было времени присматривать за ним, и поэтому он просто боролся с одним преступником за другим. Его глаза начали гореть, когда бой продолжался, но сейчас он не мог успокоиться.  Но из-за боли он был слишком медленным, чтобы заметить приближающегося злодея, чья рука тянулась к его лицу.  Благодаря рефлексам Шоты его тело было готово защищаться, но через миллисекунду нож пронзил руку.  Мидория появился перед ним и повалил злодея на пол, забрав при этом его окровавленное оружие. — Кажется, студенты разбросаны по всему району, и эта уродливая мозговитая штука вызывает у меня мурашки по коже, так что будь осторожен — сказал он в низкой стойке, готовый напасть на человека покрытого руками, как только тот встанет. Каким-то образом это вызвало у него дежавю, но сейчас было не время думать, почему это казалось таким знакомым.  Он кивнул.   — Позаботься об этом, а я тебя поддержу. Злодей, который, казалось, был тем, кто был причиной всей этой неразберихи, закатил настоящую истерику.  Он напал на Мидорию, который стремительно танцевал вокруг него и уворачивался, что заставило его много ругаться. Шота оказывал поддержку, сражаясь с любыми злодеями, которые пытались вмешаться, и когда у него была секунда, чтобы стереть причуду человека в руках, маленький засранец, который был чертовски быстр, не колеблясь атаковал и ранил своего врага.  А теперь дежавю было еще хуже. — Что ты за NPC?!  Здесь должен быть Всемогущий, а не ты!  Так почему твоя вечеринка все еще такая ОП?!  злодей кричал, когда безуспешно пытался прикоснуться к паршивцу. — Я ни хрена не понимаю, что такое NPC, но, черт возьми… Я думал, что являюсь определением ребенка-переростка, но вы берете цену победителя, мистер Хэнди! — Мидория насмехался и ударил его по лицу, из-за чего рука, закрывавшая его лицо, упала. — Как ты смеешь! — Кровожадные глаза убивали Мидорию наповал. — Как ты смеешь!  — повторил он, еще более разъяренный. — С меня достаточно!  Ному! И вот так, когда казалось, что хуже уже быть не может, мир доказал, что он ошибался… снова… Из ниоткуда рядом с Мидорией появился огромный монстр и ударил его так сильно, что тот отлетел в сторону. Шота с ужасом наблюдал, как он попал в фонтан.  Теперь он сгорбился весь в крови, не двигаясь. Он почувствовал улыбку садистского ублюдка, когда повернулся к Шоте.  — Теперь, Ному, ты можешь поиграть. Шота попытался стереть причуду монстра, но это не сработало, и он слишком быстро использовал свой шарф. Следующий момент был одним из самых болезненных в его жизни.  Эта штука ударила его, прижала к земле, сломала ему руки, как ни в чем не бывало.  Он взвыл от боли, а бледноволосый злодей засмеялся. У него закружилась голова, а густой железный привкус во рту усугубил ситуацию.  Шота был на грани потери сознания, но он не мог так подвести своих учеников.  Ярость и беспомощность кипели в нем.  А когда он закрыл глаза, то увидел картину окровавленного тела не так далеко. Худший момент наступил после того, как его голова была разбита о землю.  Все было нечетко, и он слышал звон в ушах.  Но он все еще был в сознании, когда появился туман и сказал главному злодею, Шигараки, как называл его злодей из тумана, что один из его учеников смог пройти и сбежать. Слава Богу. Но надежда сразу исчезла.  Сердце Шоты остановилось, когда он увидел Мидорию и Асуи не слишком далеко, и, к сожалению, он был не единственным, кто их заметил. — Может быть, несколько мертвых детей испортят улыбку Всемогущего. Злодей шевельнулся, и через секунду его рука коснулась лица юного Мидории.  Но когда ничего не произошло, Шигараки усмехнулся.  — Ты действительно крут, Сотриголова. Он не сводил глаз с испуганной девочки.  На глазах Шоты выступили слезы.  Он потерпел неудачу, он умрет, а его учеников убьют.  Он подвел их всех. Мне очень жаль, мне очень жаль. Когда он был готов умереть от руки монстра, все еще глядя на злодея, нечеловеческий крик эхом разнесся по USJ, и его голова упала. Шигараки уставился на Ному, и ученики воспользовались этой возможностью, чтобы отойти от опасного человека. Потому что, пока Шота сосредоточил свое внимание на своих учениках, он не видел Мидорию, который был на вершине этого существа, у которого глубоко в глазах были ножи.  Он не видел, как затем вонзил нож в открытый мозг.  Но он услышал ужасный звук сломанной шеи.  Когда Ному упал на землю, Мидория приземлился, как кошка, и встал между Шигараки и учениками на площади в качестве щита. По спине Шоты пробежали мурашки.  Мидория, с кинжалов которого сочилась свежая кровь, стоял в стойке для атаки, глядя на своего врага, готовый убить. Шота заметил, что монстр регенерировал и что Шигараки вдохнул, чтобы призвать своего питомца, чтобы защитить его.  Но все произошло так быстро, так быстро, что никто в здании не успел как следует это обработать или отреагировать. Когда Шигараки вдохнул, Мидория рванулся вперед.  Злодей только поднял правую руку в защиту, но мужчина, не задумываясь, отсек ее.  Быстро и стремительно.  Прежде чем злодей успел что-то сказать или закричать, Мидория прижал его к полу, приставив клинок к горлу и во второй раз ударив Шигараки по левой руке, чтобы не дать ему возможность использовать свою причуду. Все стихло, когда мужчина заговорил ровным голосом.  — Вы напали на моих учеников, поранили моего коллегу, мою любовь и пытались убить моего сына.  Сдвинься на дюйм, и я убью тебя. Это было обещание смерти, и никто не смел даже вздохнуть. Шигараки не кричал от боли, нет, он смотрел на него широко раскрытыми глазами и недоверием.   — Какой ты герой? Мидория сильнее надавил на его шею, так что был сделан тонкий порез и выступила кровь, явное предупреждение больше не говорить.  — Я не герой. — его ответ заставил всех вздрогнуть. Да, он не был героем, ничто не мешало ему убить того человека. Злодеи не осмелились пошевелиться.  Чудовище, теперь исцеленное, оставалось неподвижным.  Бакуго, застигший туман врасплох, держал в плену и другого злодея. Это был мат для Лиги Злодеев, как они себя называли. Но, конечно, все испортил некий белокурый шут.  Всемогущий забрал всех, ВСЕХ, включая Мидорию, который держал ситуацию под контролем, прочь, освободив ранее поверженных злодеев. Шота хотел накричать на этого ебаного идиота, но сил на это не осталось. Студенты отнесли его и уложили.  Он больше не знал, что происходит вокруг него. Последнее, что он увидел, были бирюзовые глаза, наполненные слезами. Последнее, что он услышал, было шепотом: «Извини» Последней мыслью Шоты перед тем, как в глазах потемнело, было «Извини».