Зов Пустоты

Холодные капли воды, просвечивающиеся из швов старых ржавых труб, падали на каменный пол, долгое время пробивая в нём дыру. Зелёная, словно мох плесень, расползалась по стенам и потолку, пуская отростки туда, куда могла дотянуться. Изогнутые, торчащие из бетонного низа прутья, под определённым углом смотрелись, будто изуродованные кем-то пальцы. Длинный коридор, который имел ответвления в другие части подземной заброшенной канализации, освещался холодным тусклым светом ламп, что время от времени погружали помещение в темноту. Человеческая рука облокотилась о неровную стену, помогая её хозяину удержаться в вертикальном состоянии. Когда-то белые волосы приобрели цвет грязи и пыли. Несколько свободно до этого свисающих прядей, облепило что-то красное и липкое, превращая красивые локоны в свисающие перед лицом сосульки. По контору лица сочилась кровь, переходя густыми каплями на подбородок и смешиваясь с потом, тяжело падали на пол, оставляя заметный след за собой. Парень зажмурил глаза с лопнушими в них сосудами и на ощупь продолжил идти, делая маленькие небрежные шажочки. Всё тело горело, со лба текли солённые белёсые капли, а сам организм сотрясался от невыносимого холода. Проведя здесь много часов времени, некоторые из которых были пробуждением от беспамятства, Кавински был полностью уверен, что слабое здоровье не выдержало сильных сквозняков, гуляющих в этом месте и саму сырость, от которой разрасталась новая жизнь, пуская по шарпанным стенам каких-то насекомых. Сквозняк в заброшенной канализации не был открытием. Как и все остальные первые появившиеся в своём роде ходы для грязной воды, выходили в океаны, сбрасывая отходы. Трубы из которых выходили отходы, были приподняты над уровнем воды, приблизительно на три метра. Поэтому, холодные ветра, часто гуляющие над океанами, просачивались в грязные трубы, разнося собой из улицы солённый бриз в перемешку с невыносимым запахом отходов. Но Кавински подсознательно понимал, что океаны, подставившиеся под издевательства людей, пересохли. Вода в мире, конечно, оставалась, но во много раз отличалась от того объёма, который был до появления пустоты за куполом. Парню было бы очень интересно повозиться внутри этой канализации с группой других Наблюдателей того же ранга, что и он. Но сейчас, Кавински, преодолевая свой же организм, ковылял за размывающимся перед глазами силуэтом, какой-то девушки. Благодаря модификации глаз, ранее плохое зрение, улавливало множество деталей. Хоть взгляд немного туманился и рябил, разглядеть стоящую тень было можно. Силуэт, явно, напоминал собой девушку, длинные тонкие ноги на, как понял Кавински, высоком каблуке, длинные локоны волос, развивающиеся в разные стороны, в зависимости от того, как поворачивался силуэт. Мягкие черты самого тела, где изящные плечи, переходили на грудную клетку, а дальше сужались к талии и расширялись к бёдрам, делая плавный переход, как у песочных часов. Летящие в разные стороны ленты одежды, напоминали летнее платье. Девушка была далеко впереди от парня, но терпеливо ждала, когда тот, будет на достаточном расстоянии от неё, чтобы продолжить путь. Она явно, куда-то вела Наблюдателя по длинным коридорам, отходя от него на приличное расстояние. Не зная и не понимая, даже для самого себя, парень шёл за расплывчатым силуэтом, как только заметил его. Почему-то, казалось, будто непонятная девчонка пытается вывести парня на свободу. Конечно с одной стороны это выглядело абсурдно, ведь откуда молодой девочке взяться в таком опасном и неприятном месте, если только, она не являлась помощником того злосчастного пса. С другой - он был на все возможные проценты уверен, что это была именно она, которая освободила его и ласково позвала за собой. Нет, Кавински не слышал её голоса, но зато прекрасно слышал её дыхание, лёгкий смех и совсем невесомый стук тонких шпилек о пол, что всё это, делало девушку самой настоящей. Боль охватившая всё тело, пришла не сразу. Парню потребовалось немного времени на обдумывание, пока он сам, словно загипнотизированный шёл за другим человеком. Лишь после долгой ходьбы, блондин начал уставать, а после небрежного мазка рукой по лицу, где тот случайно задел дорожку из крови, наконец понял, где находиться и что случилось. Осознание ворвалось в воспалённый разум, как гром среди ясного неба. Та боль, которая не сразу была ощутима, ударила по всему телу, заставляя парня содрогнуться и встать как вкопанный. Единственная, тогда страшная мысль была, что он потеряет из виду девушку, но на его удивление, та также остановилась в конце коридора, дожидаясь своего спутника. Опустившись, тогда на колени, парень с какой только на тот момент мог, силой провёл по волосам, зажмуривая глаза, ловя быстро пришедшее головокружение. По пути до этой точки, где Кавински снова облокотился на стену для передышки, его несколько раз вырвало и столько же раз он был на пороге от бессознательного состояния. Девушка, словно самый настоящий призрак или тень, тихо наблюдала за ним со стороны, едва улавливая его движения и повторяя за ним же. Для чего она это делала, было не ясно. Как может предположить Наблюдатель, таинственная леди, просто так развлекалась, но за всё время, она не исчезала из его поля зрения на долго. Когда начиналось новое ответвление, девушка заходила за угол, и Кавински в первое время нервничая, что упустил девчонку, пытался бежать за ней, но она повторяя его движения в точности, словно тень, стояла в конце коридора под мигающим светом, дожидаясь парня. Вот и сейчас, когда стало ощущение того, что идти больше нет сил, силуэт начал передразнивать своего преследователя. Она также облокотилась о стену, походила взад-вперёд от конца коридора, зашла куда-то за угол и также быстро вышла. Почему-то Кавински, наблюдая за незнакомкой, сравнил её с кошкой, которая, когда-то давно, точно также вела парня к своим котятам, которые застряли в трубах для слива лишней дождевой воды. Как они туда забрались, оставалось загадкой, но пройти мимо нуждающихся в помощи, на тот момент молодой стажёр, не мог. Пришлось вызывать аварийную службу и аккуратно распиливать трубы, чтобы вытащить оттуда маленьких непосед. Тогда Кавински ещё вместе с маленькой семьёй, ездил в ветеринарную клинику, чтобы убедиться, что маленькие искатели на свои пушистые хвостики в порядке и можно отпустить на волю. Парень помнил, как вынес их всех из клиники, поставил четырёх котят на лапки, погладил мягкую передевающуюся шёрстку их мамы и отпустил. Какое же было удивление, увидеть совсем рядом с собой большого кота, который потерявшись блестящим носиком с кошкой, обошёл её и котят, с каждым поцеловавшимся носиком. "Вот и папа пришёл", подумалось тогда парню и отпустил молодую семью, пошёл по делам. Светлое воспоминание, просто всплывшее из ниоткуда, принесла собой мягкую улыбку на губах. Ещё раз взглянув на девушку и увидев в ней сходство, Кавински пошёл дальше, не боясь того, что девушка скрылась за поворотом. Если она хочет что-то показать - покажет, любыми способами. *** В конце коридора с силой что-то ударилось о металл, а через мгновение удар повторился. Дальше прозвучал лязг, будто по металлу провели чем-то острым. Это сильно и неприятно ударило по ушам, заставив опущенные веки, снова подняться. Блондин сидел на полу, приводя чувства в норму. Он не заметил, как снова потерял сознание. Удар. Повернув головк в направлении звука, Кавински увидел девушку. Она рукой показывала куда-то в сторону, но при этом не двигалась сама. Парень опёрся пятернёй о мокрую стену и поднялся сначала на четвереньки, а потом на ноги. Мир быстро закружился, и чтобы не свалиться ещё раз, Наблюдатель, придерживаясь за стену поковылял за силуэтом. Удар. Чуть громче, но недостаточно близко. Кавински слегка ускорил шаг, когда женская тень ушла далеко вперёд. Плечо опалило острой болью, а затем неприятным теплом. Парень остановился, чтобы взглянуть, что произошло и увидел на руке кровавые подтёки. Когда-то белые строгий костюм разорвался в нескольких местах. Видимо Кавински, снова не заметил, как начал заваливаться на стену и опять разодрал кожу до крови. На спине, кожа прорезалась до мяса, но боли и жара, Кавински давно не чувствовал, как собственно и части тела. Из ноги хлытала кровь. Как-то образом блондин умудрился упасть на арматуру. Любой нормальный человек, давно погиб бы от потери крови или измождения, но каким-то боком, Кавински умудрялся выживать. Руки и ноги, были небрежно перевязаны чистыми тряпками - хотя сейчас, они были перепасканные кровью - было понятно, что девушка всё же подходит к парню, когда тот лежит без сознания, но по каким-то причинам не хочет этого делать, когда он видит. Возможно, это связано с тем, что девушка хочет остаться неизвестной для него. Удар. Парень поковылял дальше в сторону звуков. В другом конце коридора мигал свет и там явно кто-то находился. Но этот кто-то, видимо был заперт за толстыми металлическими прутьями. Теперь ясно, что это за звук был. Взгляд переместился на силуэт девушки, которая неотрывно смотрела на того, кто находился в камере. В камере? Этот коридор, явно напоминал чем-то тюрьму. Осторожно подойдя к решёткам, парень остановился и тупо глядя перед собой, пытался разглядеть размытым взглядом того, кто ходил по помещению. Прошло некоторое время, когда заключённый сам заметил подошедшего, а после сам полетел к прутьям, как самый настоящий психопат, больно ударившись о металл. Точно такой же звук, который слышался до прихода сюда, разлетелся по коридору и его ответвлениям. Этот некто, явно что-то кричал блондину, тряся толстые прутья. Крики доносились будто из-под воды. Сейчас Кавински чувствовал себя настоящим утопленником, который из последних сил, наблюдал за уходящим светом над его головой. Но в бессознательное состояние упасть ему не позволила сильная боль в затылке, в голову будто что-то вентили. Глаза чуть прояснились, а в уши ударил сильный мужской крик: - Посмотри на меня! Кавински, не теряй сознание! Она поможет. Поможет же? Этот некто, явно обращался к той девушке, что мягко и аккуратно положила руки на плечи парня. В груди что-то дёрнулось, а потом почувствовался приятный жар разрастающийся из неё по всему телу. Такое состояние было уже привычным, но блондин ощущал его, только в бессознательном состоянии. Дышать стало чуть легче, разум вылетел куда-то в другое место и наконец наступила долгожданная темнота. *** Оголённую спину, коснулось что-то холодное и мокрое, что ударило сильной болью по телу. Парень дёрнулся, но быстро успокоился, когда ощутил, что кто-то прижимает его к холодному столу. Попытавшись повернуть голову, блондин понял, что находится он в каком-то белом помещении, если оно когда-то было именно такого цвета. Быстро поймав расплывчатым взглядом вещи и приборы, стало ясно, где именно находился Наблюдатель. Операционная. Его сейчас не волновало откуда в заброшенной канализации взялась оборудованная операционная и уж тем более, откуда здесь аптечка и многое другое. Бродячих людей здесь нет и быть не должно. Да даже сам Кавински до определённого момента не знал о существовании этих ходов, что уж говорить об обычных людях. - Очнулся? Я рад. Мужской голос послышался откуда-то сверху. Видимо некто, всё-таки понял, что пленник очнулся. Да он бы и так понял, Кавински не пытался скрыть это. Но вот голос, видимо некто, тоже не пытался скрыть или как-то изменить. Слух немного прояснился, а осознание решило, наверное, навестить парня вовремя, просто из вежливости и жалости. Голос был знакомым. Осторожные касания исчезли и парню позволили аккуратно принять сидячее положение. Зрение довольно быстро прояснилось, когда под нос настойчиво совали что-то неприятное и резкое на запах, пииволя в чувства. Быстро промаргавшись, Кавински, вновь обвёл взглядом помещение, а после на того, кто, так осторожно обрабатывал его раны. - К-калеб? В горле явно першило. Перед взором возник немного размывающийся силуэт. Растрёпанные волосы, торчащие рожками в разные стороны, порванная одежда, большие и глубокие синяки под глазами, в общем приемник Инспектора выглядел, мягко говоря, не очень. - К-как ты здесь о-к-ка... - Так же, как и ты. В горле, точно першило. Калеб осторожно взял в руки ладонь Наблюдателя, а после с силой дёрнул в сторону. Послышался хруст. Осознание в этот раз, пока ещё не добежало. Боль прошлась по телу, только тогда, когда Секретарь - видимо уже бывший - разрывал одежду в том месте, где была открытая рана на плече. Крик раздался по нескольким коридорам сразу, постепенно угасая. На рану вылилась холодная вода, вымывая из неё частички грязи и ржавчины. - Кричи. Не бойся, всё равно мы здесь одни. Голос был слабым и тихим, но это не мешало ему, помочь другу в трудную минуту. Благо рана оказалась не глубокой, в отличии от спины, поэтому обработать её было проще. На плече и вдоль всей руки, лёг белый, чистый бинт. И именно этот бинт, Кавински заметил и на других частях тела. - Сможешь встать? Так будет проще перебинтовать всё остальное. Под "всё остальное", явно подразумевалась спина. Повиновавшись, блондин сполз со стола, встав в более-менее ровную позу и немного приподнял руки, чтобы не мешали бинтовке. На удивление много времени это не заняло. Через какое-то время, парень заметил, что в губы ему что-то суют мокрое и холодное. Опустив глаза, Кавински заметил флягу с водой и спокойный взгляд Секретаря. - Попей. Не волнуйся, мы найдём ещё. Отпив совсем немного, Наблюдатель всё же смог спросить. - Как мы здесь оказались? Калеб отошёл на несколько шагов назад, кладя на стол то, что использовал для оказания помощи. - Астра привела сюда. - Астра? - Силуэт девушки, что ты видел по дороге ко мне. Кавински подошёл ближе к Секретарю и остановился в шаге от него. - Пойдём. Я всё расскажу по дороге. Двое попавших сюда парней, вышли из небольшого помещения в бесконечные коридоры. Приятно было осознавать, что состояние, которое было до этого, наконец улучшилось и блондин почувствовал себя намного лучше, конечно не отдохнувшим, но явно лучше. - Вода. Всё дело в ней. Калеб остановился и обернулся. - Спасибо Довину. Знает, жук, что делать в таких моментах. Астра, Довин... Кто это? Что тут вообще происходит. Кавински поднял взгляд на Секретаря и отпил ещё совсем немного. - Я не понимаю. - Сказал он на уровне шёпота. - Идём. Расскажу всё с самого начала. Про Мироходцев когда-нибудь слышал? Брюнет бросил заинтересованный взгляд на спутника, будто это не у него спрашивают, а он. Отрицательно покачав головой, Калеб кивнул и продолжил. - В общем, если проще, то Мироходцы - это существа имеющие помимо обычных органов ещё один, под названием ОМП, Орган Межпространственного Перемещения. На их языке - Искра. Этот орган, позволяет таким существам перемещаться по Пустоте без единого урона. Каждый Мироходец, является неким хранителем для того или иного мира. Они, словно Ангелы Хранители для нас. Всё и про всех всё знают, могут помочь не заметно для обычных людей и спасти тот мир, который разрушает сам себя. - Он остановился, глядя на спутника. - Понятно, хоть что-нибудь? - Ответом ему было отрицательно пакачиваемый жест головой. - Понятно... Ладно. Если ещё проще, то девушку, которую ты видел в этих коридорах, и которая тебя вела ко мне, является хранительницей этого мира. И если она спасла тебя, то значит, ты являешься тем, кто должен приложить руку для спасения нашего мира. Ясно? - Ему в ответ отрицательно покачали головой. - Кавински, включай мозги! Сказки, которые нам рассказывали - правда! Сказки про Мироходцев существовали ещё давно, частенько их рассказывали детям ещё с самых древних времён, когда Пустоты за куполом ещё не существовало. И Кавински, также слышал эти истории, что есть какие-то существа, умевшие ходить сквозь Пустоту и даже общаться с ней. Парень, конечно, в это всё не верил и не верит до сих пор, но на подсознательном уровне начал проговаривать сказак в мыслях. Когда-то, очень давно, было принято считать, что всё, появившееся в мире и самой Вселенной - заслуга Матери Пустоты. Есть теории о Большом Взрыве, что породил за собой появление миллионов звёзд и планет. И сочинённая сказка про Свет, у которого были дочери Ала и Терра, то же появилось с этой теорией. Но в той сказке, не было и единого слова про Пустоту, просто фраза: "Ничего не было и всё стало...". В сказке же про Мироходцев были и Большой Взрыв, создание Миров, появление разумной жизни и многое другое. И сравнивать эти сказки было бессмысленно, ведь Пустота и всё появившееся из неё - полный бред. Но рассказать всё же стоит, хотя бы вспомнить, что там было. Пустота. Бескрайние просторы, не имеющие ни конца, ни начала. Абсолютно ничто. В ней нет ни жизни, ни смерти. Но Пустота действительно разумна. Она не живёт и не умирает, но может думать и рассуждать. Именно её решением было породить Свет. Она словно божественное существо, знала о том, через что ей нужно пройти. Она понимала, что именно её ребёнок свергнет её, заполонив всё пространство своим сиянием. Но как оказалось, Света было не достаточно и силы его стремительно начали таять. Там, где были самые яркие и большие звёзды, вскоре наступила тьма. Новые и совсем молодые, они стали Сверхновыми, а дальше в их центре образовалась Тьма, поглощая в себя все объекты и сам Свет. По научному, это Чёрные дыры, а по сказке - желание Пустоты жить. Да, она прекрасно понимала, что жить она не может, как и умереть, но она старалась сохранить разум, что и являлся для неё жизнью. Пока она этим владеет, то будет зваться Пустотой. Если потеряет, будет зваться Ничем. Созданные миры и Параллельные Вселенные, тоже её заслуга. Через ту жизнь, что она создала сама, могла почувствовать и себя. Её ребёнок, который правил во всех этих мирах, был сильно недоволен тем, что кто-то влезает в его личное пространство и потому, делал всё, чтобы миры принадлежали ему. Его старания были настолько яростными, что Свет был причиной разрушения миров. "Разрушая самого себя, он разрушал и ту, которая дала ему жизнь..." - строка из сказки. Чтобы спасти себя, Пустота забирала миры, окутывая их непроглядной тьмой, а после, поедая, без шанса оставить то, что породила. "Крики ужаса и последние слова были слышны повсюду, пока не утихли на совсем...". Ей было больно, очень больно слышать крики и мольбы о пощаде. И это, разрушало её ещё больше. От отчаяния и ужаса мысли о том, что жизнь умирает по её вине, она приняла решение впустить в миры существ, что всегда существовали с Пустотой и служили ей. Междумирцев. Но как выяснилось позже, Междумирцы были полностью пропитаны своей покровительницой, что их прибывание в мирах, было равно тому же, что и поедание их Пустотой. После долгого времени, что для Пустоты являлось всего мгновением, она поняла, что если смогла породить Свет и Тьму, то сможет породить что-то между ними. Что-то, что сможет спасти и её и всё её существование. Породить тех, кого с любовью и с нежностью сможет называть своими детьми. Тех, кого будет защищать и воспитывать. Скрестив энергию Междумирцев, которая для них являлась их частицами с энергией Пустоты, появилось маленькое создание. Совсем беззащитное и слабое, но с мощными энергиями Света и Тьмы. Тогда, Пустота в первый раз приняла форму, чем-то напоминающую человеческую и взяла дитя на руки. Её глаза, в которых отражались мириады звёзд ещё сильнее заблестели, а в из уголках собралась влага. Она впервые чувствовала себя настолько счастливой, что долгое время не могла отпустить своё дитя. Выкормив его своей энергией и дождавшись, пока ребёнок окрепнет, она передала его в руки Междумирцу на должное воспитание. Дитя Пустоты развивалось среди других существ, почти не контактируя со своими создателями, развиваясь с другими существами. Именно это и породило в них две личности: разумное, самостоятельное существо и Мироходец. Большое скопление двух энергий, было помещено в настоящую искру, расположенную возле самого сердца. Она билась с ним в такт, изредка посылая не большие выбросы энергии, что и создавало сильную ауру вокруг не обычного существа. Нет точной информации, правда это или нет, но говорят, что если уничтожиться сама Искра, то Мироходец сразу погибнет, не выдержав разрыв связи двух энергий. Так же, есть теория о том, что первые появившееся Мироходцы были на уровне Божества, которые могли сами создавать миры и управлять ими, как и их родительница. Но насколько это правда, тоже никто не знает. Мироходцы являются Хранителями миров и Вселенных, защищая не только их, но и Пустоту. Именно они могут спасти мир, а могут разрушить его до основания, окутав непроглядной Тьмой. Каждый Мироходец для выполнения того или иного задания, выбирает людей живущих в тех мирах для помощи и дальнейшего покоя жизни. Мироходцы перемещаются из одного мира в другой для защиты и помощи, а могут остаться в одном из них, живя как обычное разумное существо. Видимо ко второму типу и относилась, так называемая Астра. Несколько раз, проговорив сказку про себя, Кавински вновь обратил внимание на Калеба. - Не понимаю. Это просто детская сказка. В ней нет ничего серьёзного. Всем ясно, что это просто фантазия какого-то человека, которому делать было нечего. - Да неужели? Тогда почему ты так яростно следовал за незнакомой девушкой, верив, будто она тебя куда-то приведёт? Вопрос застал врасплох. А ведь и правда, Кавински шёл за силуэтом девушки, полностью ей доверившись. Хотя ни лица, ни внешнего вида парень не видел. - А ты откуда знаешь? - Астра рассказала. И вот опять. Астра показала, Астра рассказала. Почему с ним она вела себя, как застенчивый ребёнок, который хочет что-то показать. - Почему она с тобой так хорошо контактирует, а мне даже не показалась? Вопрос сам вырвался, а его хозяин даже не пытался его сдержать. - Потому, что с незнакомыми она не общается. Она хоть и Мироходец, но всё же девушка. Имей уважение. - С незнакомыми? Ты только что сказал, что я якобы являюсь тем, кто приложит руку для спасения мира. А меня даже в подробности не включили. Секретарь смерил друга непонятным взглядом, а потом что-то решав для себя со вздохом начал: - С Астрой мы давно знакомы. А точнее она и Инспектор. Ты наверное помнишь из его рассказов, что в детстве он был знаком с одной девочкой, в которую сам же был тайно влюблён. Он не описывал её внешности, но выражал огромное безразличие, когда упоминал её. Конечно, всё это было наигранно. Войд на самом деле говорил о ней с жалостью и скорбью. Если долго с ним общаешься, можно это заметить. Тогда мне было 12, когда я впервые заметил её. Она стояла под моим окном, не двигаясь и даже не моргая. Жуткая картина. Но страха у меня не было. Я хорошенько изучил её внешний вид и понял, что на тот момент ей было столько же, сколько и мне. Я хотел было спуститься к ней, как она шевельнулась и подняла голову, смотря мне прямо в глаза. Войд меня, тогда обучал меня чтению по губам, поэтому мне не составило труда прочесть, что она сказала. "Астра". Было и так понятно, что это имя, и немедля ни секунды, я побежал к Войду. Как же он орал на меня. Это были, наверное, самые яркие и сильные его эмоции за всю ту жизнь с ним, которую я помню. В первый раз он даже поднял на меня руку, а вечером, придя после работы, принёс мне торт и новый гаджет, который я давно хотел. Я понял, что это был жест извинения и не требовал от него большего. Он посадил меня за стол на кухне и спокойно начал свой рассказ. Как выяснилось, Астра тоже к нему приходила, почти сводя его с ума, и единственным способом спасти свой рассудок, это хоть кому-то рассказать о своей боли. Сейчас, конечно, от него ничего не узнаешь и чувств настоящих он давно лишился, но одну лишь фразу я запомнил надолго: "Ты сможешь найти её на той опушке, где когда-то всё началось и всё закончилось.". Не многие знают, но познакомились Астра и Войд именно там, где и погибла девушка. Я пришёл точно по координатам и увидел большое, чистое пространство, обрыв, где-то расположившийся вдалеке и могучее дерево, на ветке которого были старые, прогнившие качели. Там и ждала меня Астра, прислонившись спиной к стволу, смотря куда-то сквозь этот мир. Её волосы и одежда развивались так же, как и рассказывал Войд, от чего у меня холодок прошёлся по телу, вызвав мурашки. Я подошёл к ней ближе и поприветствовал, а она одарила меня нежным и ласковым взглядом. - Он приостановился на рассказе, снова пробегаясь тем же взглядом по Кавински. - А после мы познакомились и сдружились. Вот и всё. - Как-то не верится. - Только и сказал Кавински, как молодые люди услышали сильный удар в другой части канализации. Он был далеко, но слышался очень отчётливо. - И в это ты тоже не веришь? - С упрёком спросил Калеб, показательно махнув рукой в сторону звука. - Погоди. Разве там не находится... Парни бежали на звук, который изредка повторялся, чтобы молодые люди случайно не потерялись. Пока они бежали, света в коридорах становилось меньше, а сквозняка больше. В конце тёмного коридора, показался яркий свет и ускорившись ещё больше, парни почти вылетели из трубы. Немного промаргавшись и привыкнув к яркому свету, картина поразила обоих. Коридоры были совмещены с трубами, выполняя функции и того и того для безопасности, если вдруг основные трубы затопит и воде нужно будет куда-то выходить. Они как раз стояли внутри одной из этих труб, смотря на мир. Там, гдр когда-то был огромный океан, сейчас была сплошная пустыня, а там, где некогда было чёрное дно на тысячи и тысячи километров, находилась тёмная материя, неспеша поедая миллиметр земли за миллиметром, медленно и плавно поднимаясь из самого низа. Пустота уже начала уничтожать этот мир. - На это ты тоже скажешь, что это бред? - Поинтересовался Калеб с ужасом, глядя на Наблюдателя. - Нет. - Уверенно проговорил Кавински. - Теперь я уверен, что мы в плену.