Молох Ведьм

Специальный агент Аллан Брэдфорд прибыл на четыре минуты раньше назначенного. Это было неукоснительным правилом, его фирменной фишкой, которой Брэдфорд никогда не изменял. Он залюбовался приемной Эверетта Меддоуза, заместителя министра юстиции. Здесь было на что посмотреть, везде палисандр, антикварные кресла, герб министерства, вырезанный из редкого красного дерева. В помещении ожидали своей очереди несколько генералов, высокопоставленные сотрудники министерства и рыжий тип, которого он пару раз видел по телевизору на заседаниях конгресса. Секретарь Меддоуза в пиджаке, напоминавшем китель, поднялся ему навстречу и снял трубку телефона. Телефон был старый, дисковый, издалека казался мраморным. — Специальный агент Брэдфорд прибыл. Есть. Есть через семь минут. Он положил трубку. — Генерал, ваша очередь. Степенный седой мужчина с офицерской выправкой проследовал в кабинет. — Мистер Брэдфорд. Вы заходите через семь минут. Господа, — он назвал несколько фамилий, — ваши прошения удовлетворены. Документы будут готовы к трем часам пополудни. Сияющие, словно елочные игрушки, посетители покинули приемную. Брэдфорд остался один. Воздух в приемной был наэлектризован властью. Всего в нескольких ярдах, за дверью кабинета, обсуждались вопросы чрезвычайной важности. Сюда приходили решить то, что казалось нерешаемым. Мистер Меддоуз был кудесником, полубогом, способным свершить невозможное. Он разбирался в кадрах как никто другой. Все, кому посчастливилось работать на него, предпочитали оставаться в команде и уходили лишь по прямой указке. Так было и с Брэдфордом. Он всегда отзывался с теплом о своем бывшем шефе. Сколько крепких орешков они раскусили, пока Меддоуз еще работал в ФБР. Брэдфорд гордился тем, что шеф поручал ему весьма щекотливые вопросы. Он до сих пор удивлялся, как этому человеку удается объять столь обширный и разнообразный круг вопросов. И в глубине души немного сожалел, что Меддоуз не забрал его с собой в министерство. Но здесь Брэдфорд затерялся бы в рутине среди сотен чиновников, в то время как служба в ФБР давно стала всей его жизнью. Семьи у Брэдфорда не было. Из хобби — только книги и кинофильмы. Рассматривая орла на гербе, он пытался угадать, что же Меддоуз задумал на этот раз. Любая, самая пустяковая его просьба была для Брэдфорда чем-то вроде приказа чрезвычайной важности. Руководство нисколько не противилось таким внеплановым задачам. Наоборот, многие стремились помочь и выслужиться. Все знали, что мистер Меддоуз не забывает оказанной помощи. Открылась дверь кабинета, генерал вышел с улыбкой на устах. Секретарь привстал с ним попрощаться. Брэдфорд сдал оружие и потянул на себя тяжелую дубовую дверь. Сколько раз он был в этом огромном кабинете, сплошь заставленном книгами. У дальней стенки — рабочий стол. Ближе к окну еще один стол, овальный, вокруг которого стояли обитые бархатом стулья. Меддоуз, кормивший рыбок, немедленно повернулся к своему гостю. Пепельно-серые кудри. Темно-коричневая кожа с черными веснушками. Круглые, старомодные очки, бордовая кофта-безрукавка натянута на ослепительно белую рубашку со строгим галстуком. — Мистер Брэдфорд, простите, что снова побеспокоил приглашением. Сами знаете — без вас как без рук. Заварилась очень густая каша. Поверьте, я не хотел беспокоить, но пришел к выводу, что другим это дело не под силу. — Сэр, это большая честь для меня. Чем могу быть полезен? — Вы готовы взяться за одно запутанное дельце в Спенсервиле? Перевод временный, всего на пару месяцев. Подумав ровно пять секунд, Брэдфорд ответил: — Разумеется сэр, но мое руководство… Меддоуз галантно взял его под локоть и усадил во главу овального стола. Сам занял скромное место слева. — Большое спасибо, милый друг. Разумеется, я уже переговорил с вашим руководством и даже позвонил самому директору. Я знаю, что ФБР и без того завалено делами, поэтому направил туда нескольких ребят из своего ведомства. Знаю, знаю. Замена совершенно неполноценная, но я уже разлакомился. Может быть, когда-нибудь удастся заманить вас в министерство, но это лишь голубые мечты. — Вы же знаете, сэр, одно ваше слово — и я… — Знаю, мой друг. Все знаю. Позвольте мне на правах старшего высказать свое скромное мнение — в ФБР вы добьетесь гораздо большего. Брэдфорд заерзал на месте. — Сэр, мы уже об этом говорили. Мое восхищение вами как патроном настолько высоко, что я буду подчиняться без всяких формальностей. — Спасибо Брэдфорд. Не хочу попусту тратить время, перейдем к делу. Меддоуз позвонил секретарю и заказал кипяток для себя и стакан отменного виски для Брэдфорда. А потом вручил ему письмо. Письмо оказалось петицией, подписанной несколькими сотнями человек. Родственники, друзья, случайные волонтеры жаловались на волокиту в деле некоей Хелен Рэй, студентки ФБР, пропавшей более года назад в округе Спенсерхуд. Внимательно прочитав текст, Брэдфорд вернул бумаги Меддоузу. Тот аккуратно спрятал петицию обратно в конверт. — А вот копия дела. Посмотрите хотя бы самую малость. Когда Брэдфорд оторвался от стопки бумаг, Меддоуз глядел на него с мольбой. — Понимаете, какое дело. Там, — он показал пальцем на хрустальную люстру, — просят взять дело под личный контроль. — Под ваш контроль? Меддоуз печально улыбнулся. — Не удивляйтесь, мой друг. Давление общественности, жалобы генеральному прокурору, жалобы директору — в конце концов, девчонка из ФБР, но это не самое главное. Оппозиция искусно манипулирует этим кейсом, чтобы создать проблемы одному очень хорошему человеку. Догадайтесь кому? Брэдфорд лишь пожал плечами. Тогда Меддоуз написал что-то на обрывке бумаги и отправил его через стол Брэдфорду. Присвистнув, специальный агент посмотрел на Меддоуза. — Я все понял, сэр. Дело застряло в мертвой точке и, судя по действиям, а точнее бездействию местной полиции, там и останется. Мое присутствие вряд ли что-то изменит, но… — Но позволит старому пердуну Меддоузу на всех углах кричать, что задействованы лучшие силы. Брэдфорд слегка смутился, а Меддоуз громко и заразительно рассмеялся. Успокоившись, он серьезно посмотрел на Брэдфорда. — Мне не нравятся дела, где слишком много шума. Потушите искорку, пока она не спалила чьи-то брюки.