Молох Ведьм

Дом Эльвы Ано Джессике не понравился с первого взгляда. Он больше походил на собачью конуру. Кривой, весь в ржавой пыли, зеленая плесень снаружи. Матовые от грязи оконца не открывались со времен Колумба. Дом был арестован за долги. По закону его следовало вскрыть, оценить имущество и выставить на торги. Коробку из гнилого дерева, отсыревших кирпичей и арматуры снести бульдозером, участок продать. К сожалению, и здесь не обошлось без бюрократии. Какой-то умник из администрации ляпнул, что в доме могут находиться предметы, представляющие историческую ценность. Теперь перед сносом следовало провести ревизию с привлечением специалистов. Мелкая проблема на долгие годы засела крепкой занозой в заднице мэрии, у которой забот хватало и без этой чертовой развалюхи. Чиновники менялись, дом оставался нетронутым. Мэр зубами ухватился за предложение мисс Пирсон. Джессика — крупный ученый со всеми необходимыми дипломами и регалиями. К тому же она сама проявила инициативу. Ей, видите ли, понадобилась одна тухлая книжка, которую сперли из библиотеки бывшие жильцы дома. Мэр ликовал. Пусть забирает книжку хоть навсегда, с библиотекой как-нибудь решит. Он снесет дом, как только мисс Пирсон подпишет нужные бумажки. Джессика вспомнила беседу с мэром. — Знаете мисс Пирсон, ваша просьба весьма необычна. Не то чтобы мы не хотели помочь, но поймите, законы, правила… — Я могу получить официальное письмо из Вашингтона. Мэр, пошаркав по паркету носком бордовой туфли, с притворной застенчивостью заявил: — Вашингтон, несомненно, весомый аргумент, но все это займет время, бюрократическая суета… Видите ли, нам нужен специалист, который зайдет в дом, посмотрит на мебель и скажет, что этой рухляди давно пора на свалку. Джессика взорвалась от такого халатного подхода. — С чего вы взяли, что в доме не осталось ничего ценного? Мэр посмотрел на Джессику масляными глазами. — Мисс Пирсон. Дом на ладан дышит. Все мало-мальски ценное утащили много лет назад. — А замки, запоры, сигнализация? Мэр рассмеялся. — Заколотили ставни, заперли двери, на чердачный люк навесили замок. Вот и все. После стольких лет туда даже охотники за наживой не наведываются, а бездомные предпочитают селиться в других местах. Джессика смотрела на портрет Жаклин Кеннеди, любуясь красотой бывшей первой леди. Мэр хитро улыбался. — Итак, ждем письма из Вашингтона? Джессика понимала, к чему клонит этот человек. — Не нужно никакого письма. Я сама все сделаю, но уговор. Если я обнаружу там нужную книгу, библиотека… Договорить она не успела. Мэр понял, что пора раздать немного патоки. — Местная библиотека подарит ее вам за неоценимые услуги перед городом. — Но… — С мистером О’Нилом я договорюсь. Он будет рад помочь. И вот Джессика тут, пора приступать к поискам. Она посмотрела на чиновника, назначенного мэром в качестве сопровождающего. Судя по кислому взгляду, особого пиетета к дому он тоже не испытывал. — Мистер Попандопулос, как вы решили вопрос с библиотекой? Чиновник поправил воротничок накрахмаленной рубашки. — Точно не знаю. Была беседа, где мэр озвучил, что если Томас хочет новую канализацию в своей юдоли знаний — проживет без книги. Всяко-разно их там у него десятки тысяч. Джессика подошла к двери с табличкой «Муниципальная собственность. Не входить». Случайно забытый кем-то стул сиротливо торчал на веранде. Джессика присела. Стул хрустнул и разлетелся на части. Она даже не успела испугаться. Мистер Попандопулос помог подняться и предложил осмотреть дом изнутри. — Кто владелец? — Бизнесмены из Бостона. У них недвижимость по всей Америке. Сдавали в наем, сами тут не проживали. Запутались в спекулятивных сделках с недвижимостью, вляпались в какие-то аферы. В доме было темно. Блеклые, когда-то оранжевые шторы едва пропускали свет. Половицы скрипели. Мебель и утварь покрыты грязными рогожами. Вместо люстры — безобразный кусок проволоки. Джессика все время чихала. — В подвал будете спускаться? — Нет, спасибо. Мне казалось, это и есть подвал. Мистер Попандопулос юмора не понял. Он засуетился, снимая рогожу с огромного обеденного стола. Джессика осматривала рухлядь, тут не было ничего заслуживающего внимания. — Это ступени на второй этаж. — Спасибо, что сообщили. Я думала — лестница в рай. Мистер Попандопулос совсем не реагировал на ее шутки. Он бил по затухающему фонарику, пока Джессика поднималась наверх. Луч загорелся с новой силой, Джессика, посмотрев вниз, поняла, что фонарь светит ей прямо под юбку. Она возмущенно закричала: — Нашли что-то интересное?! — Не знаю, я же там не был. Джессика опешила. — Где там? — Наверху. «Все-таки он идиот», — подумала Джессика. На втором этаже располагались две комнаты, не считая ванной и кладовой. В одной из спален стояла огромная кровать, покрытая древним пледом. Джессика высветила шкаф и высокую этажерку. Во второй спальне луч отразился от тусклого зеркала. Поверхность была мутной, зеленоватой как застоявшаяся в пруду вода. Джессика шагнула внутрь. В болотном полумраке луч выцепил громоздкий, похожий на бегемота стол. Слева — узкие полки распахнутого стенного шкафа. Ни стульев, ни книг. Пустая, безжизненная комната. За спиной что-то зашевелилось. Она снова забыла испугаться. — Мисс Пирсон, чердак будете осматривать? Джессика не хотела лезть в сборище грязи и хлама. Она уже пожалела, что ввязалась в эту авантюру. Книги тут не было, зато пыли наглоталась на десять лет вперед. Пусть описью занимается мистер Попандопулос. Она лишь подпишет акт. — Здесь много старой одежды. Разве жильцы не забрали ее с собой? — Думаю, приставы просто вышвырнули незадачливых жильцов на улицу. Могу уточнить. — Уточнения оставим на потом. Это все? — Да. В подвале только ржавая лейка и дизельный генератор, который уже полвека не работает. Джессика взобралась по узкой лестнице на чердак. Там тоже не нашлось ничего интересного. В углу стоял сундук. Мистер Попандопулос долго и неумело сбивал замок. Джессика отобрала у него фомку и, просунув под дужку, с резким хрустом вырвала хлипкие пазы. Отодвинув заскорузлую рогожу, она заглянула в пахнущее пылью нутро. Вырезки из газет, записная книжка, завернутая в допотопный полиэтиленовый пакет, пачки пожелтевших документов, какие-то телеграммы. Сбоку лежал рюкзак, с консервами, фонариком, какими-то картами, ножом и ружейными патронами. На самом дне — брезентовая палатка. Судя по ремешкам, в свои лучшие годы она была темно-зеленой, но сейчас казалась серой. — Подробно изучим в муниципалитете. Вы не против? Они вышли на улицу грязные, пыльные, похожие на бомжей. Мелисса, ждавшая снаружи, едва сдерживала улыбку. Мистер Попандопулос подозрительно осматривал свою обувь. — Мисс Пирсон. Осмотрим задний двор. И поедем составлять акт. Джессика устала помахала пыльной рукой. — Нет, сэр. Приготовьте акт сами, я только поставлю свою закорючку. — Но ведь нужно же описать… Джессика злобно посмотрела на чиновника. — Опись сделаете вы. А я подпишусь под одной строчкой — «Предметы с исторической ценностью не обнаружены». Она пошла на задний двор лишь из привычки доводить любое дело до конца. На заросшем травой пятачке жили своей жизнью ржавые детские качели, огромная шина от трактора и ошметки деревянного забора. На стене висел темно-синий почтовый ящик. — Вы не знаете зачем он тут? Ведь есть же обычный. Мистер Попандопулос, нацепив очки, почти в упор рассмотрел жестяную коробку. — Знаете, в моем детстве часто воровали журналы и комиксы, поэтому кое-кто устанавливал еще один ящик на заднем дворе. Почтальон оставлял все ценное в нем, обычную почту бросал под дверь. Ящики у крыльца почти всегда оставались пустыми. Мальчишки подбрасывали в них собачьи какашки, когда хотели позлить соседей. Мистер Попандопулос рассмеялся неожиданно тонким голосом, словно это было самым смешным воспоминанием в его жизни. Джессика дернула ящик. Заржавевший от времени замочек не выдержал и выпустил наружу пачку пожелтевших писем. В основном это были счета, счета за воду, счета за электричество, счета за телефон и снова за воду. Вместе с пожелтевшими бланками попадались и красочные счета за просроченную страховку с прикрепленной к ним рекламой консервированной ветчины. Джессика подняла упавшие конверты. Повестки в суд, оповещения о важных событиях города, письма о намерении продать дом с аукциона. Стоп. Пара бумажек заинтересовала Джессику. Напоминание из библиотеки, что пора бы вернуть «CSI. Легенды и домыслы». Вторым документом был счет на оплату лечения мисс Эльвы Ано в клинике «Мармадьюк Асайлим». — Что за клиника «Мармадьюк Асайлим»? — Психиатрическая клиника. Прекратила работу в качестве лечебного учреждения, выкуплена в частные руки. Эльва Ано. Получается, ее упекли в психушку. Это многое объясняло, но нисколечко не приближало Джессику к заветной книге. Что ж — поедем в психушку. Может быть, Эльва захватила книгу с собой? Зачем сбрендившей книга? Но зато там наверняка удастся разузнать, где живут родные Эльвы. Мистер О’Нил разошлет им гневные письма от имени библиотеки.