Смысл жизни

      — А как они найдут девочку? — поинтересовалась Тринадцатая у Судьбы.       — Сердце подскажет, — задумчиво произнесла женщина. — Ну… Или я отвернусь, а одна маленькая шалунья поможет?       — Да! — запрыгала, чуть не рассыпав попкорн, маленькая девочка. — Отворачивайся!       — Хулиганка маленькая, — ласково проговорила Судьба, закрывая глаза. Не любить эту малышку было просто невозможно.

***

      Уходить из кафе не хотелось, в нем было так спокойно, поэтому Гарри заказал еще мороженого, а Гермиона понимающе улыбнулась. Она помнила… И эта память жгла девушку, прижимавшуюся сейчас к юноше. Она хотела его чувствовать, боясь разорвать тактильный контакт. Решив рассказать все, Гермиона не умолчала и о том, что произошло во время Турнира, со страхом ожидая реакции, но ее Гарри лишь прижал задрожавшую девушку к себе.       — Они заплатят, — мрачно пообещал юноша. — За каждую твою слезинку…       — А тебя, — решила сменить тему Гермиона, — после первого мороженого, ну, которое от Хагрида, тоже рвало?       — Ну ты сама подумай, — улыбнулся ее Гарри, поглаживая девушку по голове, что было приятно так — просто невозможно, как… — Пацан, прилично обедавший в последний раз в годовалом возрасте, а что-то вообще кушавший дня за два до этого — и тут ему жирное мороженое… Конечно, рвало, еще как… Хагрид знал, что так будет.       — Какая мерзость этот магический мир, — вздохнула Гермиона. — Уйти бы, да кому мы нужны в шестнадцать лет.       — От шестнадцати до восемнадцати срок небольшой, — проговорил юноша. — Можно через гоблинов сделать документы и уехать в Швейцарию, например.       — А почему в Швейцарию? — заинтересовалась девушка, пытаясь не тянуться за ладонью мужа.       — Люблю я Швейцарию, — признался Гарри, видя, как Гермиона старается сдержаться, и узнавая в ней себя. — Там я и жил…       — Прости меня, — попросила девушка, жалобно посмотрев на юношу. — Я такой дурой была…       — Я тебя люблю, — ответил ей Гарри на все вопросы сразу. Ему было очень комфортно сидеть с ней в этом маленьком уютном кафе и знать, что никто не покусится больше на его любовь. То, что Гермиона пережила в жизни Гарриет, еще наверняка не раз аукнется, юноша знал это, но сейчас был просто счастлив от того, что она рядом. Вот бы еще найти Лили…       — А что мы сейчас делать будем? — поинтересовалась девушка, держась за руку своего Гарри.       — Возьмем такси и поедем к твоим, раз ты говоришь, что в последний раз видела их прошлым летом, — ответил ей муж. — Интересно, зачем нужно было подменять рождественские воспоминания?       — Чтобы я не скучала по родителям? — наивно поинтересовалась Гермиона, чувствуя себя странно, как будто на экзамене, когда знала что-то, но не могла это вспомнить.       — Разберемся, — вздохнул юноша, предчувствия которого были не самыми радужными. Заплатив за мороженое, он попросил вызвать такси, благо гоблины ни о каких ограничениях не говорили, что позволило взять и обычных, и волшебных денег. Они уже собирались уходить, девушка доедала последнюю ложку, когда…

***

      Лили очнулась от боли. Она лежала в каком-то грязном углу, и у нее опять не было ножек, отчего девочка горько заплакала. Эту часть своей истории девочка уже не помнила, только иногда кошмары приходили в ее сны, но папочка прогонял их. «Папочка…» — подумала девочка, вытирая слезы. Нестерпимо хотелось есть, но кушать было нечего, и никого вокруг тоже не было. Оказалось еще вдобавок, что на ней нет одежды.       — О, игрушка вылезла! — раздался чей-то издевательский голос. Девочку схватили за культю, сделав очень больно, а затем стало еще больнее, отчего Лили плакала, прося отпустить, но все было бесполезно, пока она наконец не потеряла сознание. Очнувшись, девочка вспомнила, что ее мучили почти год, пока не появился добрый старик, отобравший Лили у малолетних бандитов. И теперь ей предстоит заново пройти все то же самое: и боль, и еду из миски, и все мучения… «Папа, папочка, где же ты?!», — в отчаянии думала малышка, стараясь не выдать себя неосторожным движением.       — Я помогу тебе! — возникшая перед Лили старшая девочка вся светилась, как будто была солнышком. Она хлопнула в ладоши, и улица изменилась — стала намного чище, по ней ездили машины, а совсем недалеко сидел… Папа! Папочка! Девочка почти подпрыгнула и, ранясь о камни и какие-то острые штуки, поползла к папочке… К тому, кто спас ее когда-то очень давно. По асфальту ползла маленькая неодетая девочка, оставляя за собой кровавый след, а ее не замечал никто из спешивших пешеходов, пару раз чувствительно пнув ногой. То, что на ней какие-то чары, Лили догадалась, и страшно боялась того, что папа тоже не увидит, но случилось чудо — голова юноши повернулась и…

***

      Что заставило его оглянуться, Гарри не понял, но в следующее мгновение он уже бежал к маленькой девочке, ползшей к нему по асфальту. Одним движением подняв малышку на руки, юноша, не обращая внимания ни на Статут, ни на людей вокруг, трансфигурировал ей платье, обряжая почему-то закрытую антимаггловскими чарами девочку в эту временную одежду. А Лили просто плакала. Так он и принес доченьку к застывшей на месте Гермионе.       — Познакомься с мамой, Лили, — нежно прижимавший к себе ребенка Гарри остановился рядом с девушкой. Гермиона обняла мужа, погладив малышку по голове, и произнесла те самые два слова, которые до слез, до истерики мечтала услышать, будучи Гарриет:       — Здравствуй, доченька, — погладив ребенка, девушка обнаружила кровь. — Гарри, она в крови!       — Сейчас мы полечим мою маленькую, — мгновенно стал купол антимаггловских чар, и в руках Гарри запорхала палочка, убирая повреждения, формируя более аккуратные культи, извлекая грязь из ранок. Хотя процедура была не самой приятной, малышка даже не шелохнулась. — А потом… Так, надо в банк, — решил Гарри, увлекая Гермиону за собой.       — А можно… — девушка говорила почти шепотом. — Можно я подержу нашу Лили?       — Мамочка… настоящая… — проговорила девочка, протянув руки к Гермионе. — Теперь все будет хорошо?       — Теперь все будет хорошо, — улыбнулся Гарри, обнимая обеих своих девочек.       Еще полчаса спустя девочка-сквиб была принята в семью Поттер в качестве дочери и наследницы. Гоблины были несколько шокированы: к тому, что маги выкидывают неодаренных детей, они привыкли, но вот чтобы наоборот — такое было впервые. И Гарри, и Гермионе было совершенно наплевать на то, маг доченька или нет. Улыбнувшись пожеланиям гоблинов, молодые люди покинули банк, чтобы в немагической части купить пару красивых платьев и, разумеется, белье.       — Мамочка, — проговорила Лили, чувствуя, что мама — это как папочка, только мама.       — Нужно ее покормить, — озабоченно сказала Гермиона, заставив Гарри грустно улыбнуться. Одной фразой девушка показала, какое у нее было детство в той жизни.       — Давай съездим к твоим, там и покормим, если примут, — предложил юноша. — А если нет — то в городе. Ей сейчас все равно можно только понемногу.       — Хорошо, — кивнула прижимавшая к себе доченьку Гермиона. Это было такое чудо — «доченька», просто невозможное. А малышка, получая сразу столько любви и ласки, только тихо всхлипывала.       Такси унесло молодую семью по названному адресу. Предчувствие стало острее, появилось ощущение беды, желание не ехать, поэтому Гарри попросил отвезти их в хороший отель. Стоило Гермионе поднять на него вопрошающий взгляд, как юноша коротко шепнул: «предчувствие», отчего взгляд сразу же стал тревожным, но девушка не возражала, с удивлением глядя, как Гарри быстро и эффективно заселил их в не самый дешевый номер отеля «Радиссон», попросив детское питание и ужин в номер. При этом у девушки самой возникало ощущение, что перед ней молодо выглядевший аристократ, а вовсе не подросток.       Пока Гермиона, решившаяся на минуту оставить Гарри, купала в ванной маленькую Лили, юноша поднял трубку телефона, попросив связать его с городом. Отлично зная, к кому нужно обратиться для справок, юноша был готов к любым новостям, очень уж неоднозначным было предчувствие.       — Роберт и Эльза Грейнджер? Адрес… — голос сотрудника справочной был довольно уставшим, что и было логично, учитывая время суток. — Нет, мы не можем дать вам их текущий телефон.       — Почему? — поинтересовался Гарри, чувствуя беду.       — Мистер и миссис Грейнджер погибли при невыясненных обстоятельствах двадцатого сентября прошлого года, — ответил неизвестный юноше мужчина. — Их дочь, Гермиона Джин Грейнджер, считается пропавшей без вести с первого сентября девяносто пятого года.