***
Раздумывая о том, как сказать Гермионе о гибели родителей, Гарри поймал за хвост неожиданную мысль: «Если есть статус пропавшей без вести, тогда есть и розыск», — порадовавшись в этот момент тому, что уступил паранойе, представляясь Ричардсоном и не давая разглядеть девушку и ребенка. Пытаясь сообразить, были ли уже в этих годах камеры, Гарри понял, что девочки в потенциальной опасности. О себе он, разумеется, не думал и вовсе не потому, что считал себя защищенным. — Любимая, Лили покушала? — поинтересовался Гарри, мучительно размышляя, что делать дальше и почему гоблин, проводивший процедуру оформления усыновления, так странно смотрел на доченьку. — Да, — кивнула почувствовавшая тревогу мужа девушка. — Можно уложить поспать, хотя мы еще не хотим, — нежно произнесла Гермиона, поцеловав лоб улыбавшегося ребенка. — Нет, — покачал головой юноша. — Сейчас мы с тобой собираемся и быстро отсюда уходим, — произнес он. — Все объяснения потом. Потерпишь? — Как скажешь, милый, — уже абсолютно доверявшая Гарри девушка просто начала одевать Лили. В ее восприятии слились образы Гарри и Германа, при этом Гермиона устала быть героиней, желая, чтобы все решалось само собой. В фойе гостиницы толпились полицейские, не обратившие никакого внимания на укрытых чарами молодых людей. Гарри понял, что ищут, похоже, и его тоже, судя по фотографии, которая была в руке полицейского. Они уже выходили из гостиницы, когда перед семьей с хлопком появился человек в белой маске пожирателя и сходу зарядил в юношу, успевшего закрыть собой девочек, каким-то заклинанием. Гарри увидел, что происходит в случае нападения на целителя — мужчина закричал, его рука вместе с палочкой рассыпалась пылью. Гермиона чувствовала, что происходит что-то необычное, возможно, опасное, но с ней был Гарри, точно знавший, что нужно делать, поэтому девушка просто следовала за ним. Увидев обилие полиции, Гермиона насторожилась, а нападение Пожирателя напугало девушку почти до непроизвольного мочеиспускания. Но в ее руках была сразу же задрожавшая и заплакавшая Лили, которую надо было успокоить и защитить любой ценой. Гарри добавил мощности чарам, уводя семью с оживленных улиц. Следовало найти возможность спрятаться и отсидеться, чтобы хотя бы понять, что происходит. Проходя мимо стенда с афишами, юноша увидел фотографии Гермионы и его самого, сопровожденные кричащими заголовками: «Пропали дети!». Вчитавшись, юноша понял, что в мире нормальных людей передвигаться можно только под чарами или обороткой. Значит, их выдавливали в Мир Магии. «Оперативно как», — грустно подумал Гарри, заводя семью в парк. — Значит так… — юноша помолчал, решив рассказать только самое необходимое. — Не маги нас ищут. Тебя и меня, Гермиона. Кто-то — хотя мы знаем, кто — объявил в розыск и тебя, и меня. При этом информация о нас отслеживается, как минимум, Пожирателями. — Значит… Не хочу-у-у-у! — неожиданно заплакала девушка, немедленно поддержанная дочкой. — Не хочу опять… — Я придумаю что-нибудь, — пообещал Поттер, успокаивая обеих. — Варианты есть, конечно, но они не самые простые. — Мы сделаем все, как наш папа скажет, да? — спросила Лили Гермиона, на что малышка закивала, улыбнувшись сквозь слезы. Девушка поняла, что с родителями что-то произошло, что-то такое, о чем муж не хочет пока говорить, и успокоилась, потому что Гарри лучше знает, как правильно. А вот юноша напряженно думал. С одной стороны, опасность в мире обычных людей была — на них могли напасть, пока он спит. А с другой — Магический Мир был, пожалуй, еще опаснее. Кроме того, такой розыск означал невозможность пересечения границы, кроме как с боем, потому что и в порту, и в аэропорту обязательно будут маги. То есть вариант был единственным — спрятать Лили с Гермионой хоть ненадолго и купить волшебную палатку, пользуясь тем, что на него нападать бесполезно. Как целитель, Гарри понимал, что оставлять Гермиону и доченьку одних — вариант гораздо более худший, не только из-за опасности, но и из-за психологического состояния, способного убить обеих. Выбора, на первый взгляд, не было, кроме как «на метле через пролив». Значит, в первую очередь следовало озаботиться жильем. Кроме того, взгляд гоблина на ребенка… Что же он означал?***
Утро в кабинете начальника контрразведки было довольно мрачным. Что-то такое витало в воздухе, что не давало сосредоточиться на обычной рутине, поэтому генерал Вильямс пил кофе с коньяком, думая об отпуске, до которого был еще целый месяц. Что именно беспокоило тучного мужчину, сидящего в большом кабинете, расположенном в Доме-на-Темзе, он сформулировать не мог, поэтому вызвал заместителя, полковника Роджерса, не замедлившего явиться пред начальственные очи. — Роджерс, что у нас происходит? — поинтересовался генерал, знавший, что заместитель отслеживает все странные случаи после гибели своей племянницы в конце семидесятых, пытаясь понять причину этой неожиданной смерти без видимых причин. — Из странного — только всебританский розыск двух подростков, сэр, — сообщил полковник. — Очень странный, я бы сказал. Кроме того… хм… — офицер замялся. — А что странного в розыске подростков? — не понял Вильямс. — Да все странно, сэр, — тяжело вздохнул Роджерс, открывая папку. — Гермиона Джин Грейнджер, считается пропавшей без вести с сентября, в розыск объявлена сутки назад. Гарри Джеймс Поттер, точно также объявлен в розыск сутки назад. Родители Грейнджер погибли при… невыясненных обстоятельствах чуть позже, чем девочка была объявлена пропавшей без вести. Опекунов не назначалось. — Как так, не назначалось? — прервал заместителя генерал. Сообщенное не укладывалось у него в голове — этого просто не могло быть. — А кто в розыск подал? — Пару минут, сэр, — неприятно усмехнулся Роджерс. — Гарри Джеймс Поттер, сирота, родственники его… мягко говоря, ненавидят и не скрывают издевательств над ребенком. Комната мальчика напоминает тюремную камеру — решетки на окнах, помойное ведро… койка без постельного белья, вещи… В общем, как в тюрьме строгого режима. Но при этом соседям, полиции, учителям в школе, где учился мальчик — все равно. Такого просто не бывает. — Совсем всем? — удивился Вильямс, понимая, что заместитель прав — такого не бывает, не могут десятки людей внезапно ослепнуть. — Что касается розыска… И девочку, и мальчика объявил в розыск офис премьер-министра, сэр, — Роджерс даже не знал, как бы сформулировать литературным языком то, что хотелось сказать. — А этого уж точно не бывает, даже теоретически, но, тем не менее, оно есть. — Что-то совсем странное, — задумчиво пробормотал генерал и замер, пораженный догадкой. — Может быть, это бастарды лорда какого-нибудь? — Нет, сэр, — покачал головой полковник. — Только вот на мальчика вообще никаких документов нет, кроме свидетельства об иммунизации. — Это как?! — Вильямс, только что думавший, что услышал самое странное сообщение вообще в жизни, поразился. — А если запросить? — А если запросить, то такой ребенок в Британии не рождался, сэр, — вздохнул офицер. В этот момент у него на поясе запиликал пейджер внутренней связи. — Прошу за мной в кинозал, — полковник выглядел очень напряженным. — Получены новые материалы. Недоумевающий генерал тем не менее проследовал за заместителем. Удобно устроившись в кресле, Вильямс думал о том, что если исключить внезапное сумасшествие премьера, то получится то, что при психиатре лучше не произносить. Наконец свет в небольшом зале погас, по экрану пробежали характерные полосы, открывая вид, видимо, с камеры наблюдения дорогого отеля, судя по качеству записи. — Прошу обратить внимание, сэр, — полковник показал на кучкующихся полицейских. — Консьерж узнал одного из разыскиваемых, известив полицию. — Это как? — Генерал видел, как оба разыскиваемых лица с ребенком-инвалидом на руках проходят мимо сотрудников полиции, не обращающих на них ровно никакого внимания. — Специалисты дали заключение, сэр, — Роджерс грустно смотрел на экран, на котором замерли разыскиваемые лица. — Деньги у них настоящие, не ворованные, насколько нам известно. Полицейские их просто почему-то не увидели, а ребенок вполне может быть родным. — Вот дерьмо, а? — Вильямс понимал, что дело просто смердит, ибо способные заплатить очень немалые деньги подростки — это проблемы. — Это все? — Смотрите, сэр, — устало произнес полковник. Камера переключилась, на ней появился мужчина в черном плаще и с закрытым маской лицом, который этих троих как раз видел. Неизвестный поднял что-то похожее на короткую розгу, и в следующий момент его рука просто рассыпалась. — Неизвестный задержан, сейчас его допрашивают. — А дети? — генерал, у которого уже были внуки, с грустью смотрел на подростков. — Что с ними? — Исчезли, сэр, — спокойно ответил Роджерс. — При этом офис премьера запрашивает ситуацию по разыскиваемым каждые шесть часов. Я считаю, что у нас ситуация «Тавро». — А до пенсии оставалось так немного… — тяжело вздохнул генерал, пригласив к себе глав департаментов. — Известите полицию, что вся информация по разыскиваемым должна попадать к нам, а премьера посылать... к нам же. — Да, сэр, — кивнул Роджерс, чувствуя, что раскрытие причины смерти племянницы все ближе.***
Прикинув все «за» и «против», укрыв Гермиону и Лили чарами, Гарри решил все-таки посетить еще раз Крюкохвата. Может быть, есть вариант купить или снять на время магический дом, в котором отсидеться, пока у не магов не пойми что происходит. Понимая, что Пожиратель оказался у гостиницы не просто так, целитель Поттер решил зайти в магический квартал с другой стороны. Когда-то очень давно он узнал о существовании прохода прямо в Лютный, которым пользовались контрабандисты и другие не самые честные члены общества. Для того, чтобы им воспользоваться, надо было пройти совсем немного от парка, где в данный момент семья устроилась. — Гермиона, держаться за мной, — попросил юноша. — Мы пойдем через Лютный. Что-то совсем непонятное происходит, а рисковать вами я не готов. — Как скажешь, любимый, — ответила ему девушка, стараясь не задумываться, почему он так решил. Понимая, что Гарри знает лучше, лишних вопросов девушка не задавала, стараясь не бояться, потому что доченька точно почувствует. — Лили, — Гарри погладил девочку, потянувшуюся за лаской. — Мы будем идти по опасному месту. Будь внимательна, не крутись и слушайся маму. — Хорошо, папочка, — кивнула Лили, слегка придушивая объятиями Гермиону. Юноша вдохнул, выдохнул, шагнув в неприметную калитку…