Так не бывает!

Антон тихо сполз по входной двери на пол. В голове было пусто, хотелось спать и кушать. В душ хотелось. Не хотелось только думать о происходящем. Стоя перед зеркалом в ванной, парень взглянул на себя. Лицо его почти сливалось с кипельно белым кафелем за спиной, ключицы выпирали, словно готовые рвать кожу изнутри. Антон присел на край пожелтевшей ванной и закурил, едва не уронив зажигалку на пол. Руки тряслись, но не от холода. Он снова поднял глаза на своё запылённое отражение. «Оставайся человеком, Антон. Что бы в твоей жизни не происходило, оставайся человеком.» Воспоминание о словах мамы, возникшее галлюцинацией в ушах, словно ударило парня током. По спине пробежали неприятные мурашки. Кулаки сжались до красных следов ногтей на ладонях. — Мерзость.. Ты ёбанная мерзость, - Антон прошипел самому себе, не прерывая зрительного контакта. Полное осознание происходящего ударило ему в голову только сейчас. Его вина перед собой, перед матерью и Евой неумолимо быстро превращалась в агрессию к себе. Он винил себя за свою безотказность и слабину. Шастун знал, что существует колоссальное количество других вариантов, пусть посложнее, пусть с ними и стоило заморочиться. Он знал, но покорно продолжал крепить свертки из изоленты под чужие подоконники за восемь тысяч рублей, уже лежащие на его счету, пусть и не приносящие никакого облегчения. Антон сделал последнюю, уже отдающую горечью затяжку, и резким, бездумным движением прижег бычок о голубое запястье. Раздалось тихое шипение. Парень, стиснув зубы, прижал окурок сильнее, прокрутил его и бросил в ведро. На месте ожога образовалось белое пятно с ярко малиновыми краями. Маму похоронили два дня назад. Эти два дня Антон не отходил от её кровати. Он засыпал, сидя на коленях и сложив руки у изголовья, и просыпался в том же положении. Он просыпался, но не возвращался в реальность. Здесь его уже не было. Парень винил себя за то, что его не было рядом в этот момент. Той ночью он работал, и эта «смена» должна была стать заключительной. Он заработал сумму, способную закрыть все его долги, но теперь это больше не имело никакого смысла. Словно загипнотизированный, парень поднялся с пола. Глухая боль в затёкших конечностях дала о себе знать, но он её проигнорировал. Тусклый лунный свет освещал старую кухню так, что едва можно было смутно различить силуэты мебели. Антон наощупь добрался до шкафчика и достал из него банку, издалека напоминавшую обыкновенный «Ревит». Он рассыпал содержимое на ладонь и стал по очереди выкладывать капсулы одну за другой на язык, растягивая момент. Таблетки неприятно застревали в горле, словно отказываясь выполнять своё предназначение, но Антон упрямо проталкивал их дальше, глотая воду из-под крана с привкусом металла и хлорки. В руках стремительно тлела сигарета. Парень сидел на подоконнике и взглядом прожигал контакт Евы. В голову отказывались лезть хоть какие-то мысли. Он не может уйти, не попрощавшись. Это, как минимум, некрасиво. Но прощальные письма всегда казались Антону детским лепетом, а завещать ему и вовсе было нечего.

Вы: Люблю тебя Спасибо

Парень поставил телефон на авиарежим, лёг на кровать и закрыл опухшие глаза. Его разум окутала кромешная темнота. — Антон, сука, очнись, очнись, сука, очнись! - девушка сидела на коленях перед безжизненным телом и судорожно трясла его за плечи, то и дело припадая ухом к груди. — Пожалуйста, не уходи, подожди немного, Антон, пожалуйста.. - её слёзы градом падали с подбородка, оставляя на лице парня влажные дорожки. Позади раздался тяжёлый грохот двери и быстрые, приближающиеся шаги. — Арсений Сергеевич?.. - девушка устремила взгляд, обделённый надеждой, в коридор. — Арсений Сергеевич. Дышит? - мужчина наспех скинул пальто с плеч и устремился прямиком к телу, лежащему на деревянном полу. — Вроде… как. — Скорую давно вызвала? - он ловко сжал запястье парня, прощупывая еле ощутимый пульс. — Живой. — Десять минут назад… Господи! - Ева всплеснула руками и с новой силой прижалась к груди Шастуна. Этот жест стал контрольным, и парень поднял тяжёлые веки, тут же их опуская. Его взгляд был пустым, словно стеклянным, устремлённым в никуда. — Знаешь, где аптечка? - мужчина устремил взгляд на девушку, и та закивала головой. — Разведи угля, или полисорба какого-нибудь… Что найдёшь. Бегом! Ева вылетела из комнаты, а Арсений осторожно поднял ватное тело на руки и уложил на кровать, аккуратно повернув его голову на бок. — Не спи. Слышишь? Только не засыпай, парень, - мужчина чётко твердил Антону, не давая вновь потерять сознание. Он вновь приоткрыл глаза и попробовал сфокусироваться. — Смотри на меня, слышишь? Спать нельзя. Не вздумай закрывать глаза, - Арсений смотрел юноше прямо в них, наблюдая за поведением зрачков. — Ева! Девушка подбежала к кровати и всучила мужчине в руки стакан с мутной жидкостью. — Ещё разведи. И таз захвати, - он осторожно поднёс сосуд к пересохшим губам парня. — Пить сможешь? Антон отрицательно мотнул головой, давая понять, что он в сознании. — Нужно. Немного, но нужно, - Арсений осторожно наклонил стакан, медленно заливая мутную жидкость парню в рот. С трудом стакан удалось опустошить. — Будет тошнить, ударь меня по плечу, - мужчина принял другой, полный стакан из рук Евы и закинул руку парня себе на плечо. — Давай ещё немного. — Скорая приехала, - девушка с облегчением сообщила Арсению, стоя в проходе и нервно перебирая пальцами. — Я пока соберу его вещи. — Спасибо вам, Арсений Сергеевич. Я должна вам посмертно.. Если бы не вы.. — Прекрати. Главное, что всё, вроде, обошлось, - мужчина устремил взгляд на чёрное, окутанное тяжелыми облаками небо. На лицо падали, заставляя прикрыть глаза, крохотные первые снежинки уходящего ноября. — За что он так с собой? Ева стиснула зубы и тяжело вздохнула. — Не вывез. Сломался. Столько тащить на своих плечах смог бы не каждый взрослый. А он ребёнок. Он даже.. школу не закончил. Арсений достал из пачки «Парламента» последнюю сигарету и прикурил. Рыжий огонёк заиграл в его голубых глазах, осветил густые ресницы и исчез. — Давно вы вместе? — Что? Нет.. - девушка растерянно замотала головой. — Мы не пара, он мне.. Как младший брат. Наверное, даже ближе. — Хочешь, я с ним поработаю? Боюсь, что бесплатный детский психиатр ему только навредит. — Это было бы просто прекрасно, но.. — Не поднимай вопрос о деньгах. Я по старой дружбе предлагаю. Глаза девушки засияли. Она виновато улыбнулась и протянула тихое «спасибо».