Танец лепестков розы

      Алые искры в камне спрятанного оружия отбрасывали бешено танцующий на окружающих стенах свет, руки девушки начинали подрагивать, а из горла вырвался рычащий шёпот: — Значит так, да?! — даже несмотря на поглощающую сознание ярость, кусок ткани, что скрывал и частично прикрывал тело она сняла мягко, тут же зарычав ещё сильнее. Даже в тех местах, где не было свежих ран, девочка была исполосована множеством шрамов от плетей, когтей и оружия, показывая, что пытали её далеко не первый месяц или даже год.       «Значит вот как здесь относятся к фавнам, да?» — за спиной девочки был виден белый кошачий хвостик, да и прижатые ушки было видно вблизи. Однако на тех не было следов повреждений. Однако это вызвало в Руби лишь ещё больший гнев. — «Ах, преемственность традиций, не так ли? Конечно, символы того, что она лишь грязное животное повреждать нельзя, ведь тогда она уподобится хозяевам»       Камень оружия уже ярко сиял, и девушка оторвалась от фавна, встав и взяв то в руки. Вид Полумесяца Розы постепенно менялся, превращая его в гротескное подобие её старого оружия: — Хорошо. Хорошо. Я покажу вам что бывает… — взгляд уже почти лишившейся разума девушки упал, где всё ещё лежало полумёртвое тельце, а с личика на неё смотрело два знакомых изумрудных глаза, только в этот раз пустых и безразличных, будто их владельцу не было дела до того, что единственный шанс выжить уходит, наоборот на губах девочки можно было заметить легкую улыбку.       Мгновение и… Внимание! Активация «Проклятой Серии» заблокирована внешним воздействием.       Серебряная вспышка в глазах Руби легко сняла пелену с разума с девушки, из-за чего она на мгновение недоуменно застыла, прежде чем с выкриком отбросить в сторону медленно превращающийся обратно Полумесяц, а самой припасть рядом с девочкой и не обращая внимания на кровь и гной, что сочились из ран, подхватить ту на руки, поспешив сторону центра города…

***

      Элхарт сидел за столом на втором этаже своей лавки и задумчиво смотрел на набросок доспеха для новой клиентки, раздумывая над тем, как выполнить необычный заказ правильно.       Всё же мало кто заказывал доспех под уже имеющуюся одежду, но мысли его быстро перескочили с самого доспеха на ту, что его заказала.       Одна из четырёх легендарных фигур призванных в их мир для защиты от волн. И единственная кого он мог назвать героем среди этой четвёрки. Остальные трое уже появлялись в его лавке и оставили у бывшего авантюриста отвратное впечатление.       Наглые, высокомерные и далеко не самые честные люди. И если последнее ещё можно было простить, всё же прямолинейные простаки отнюдь не те, на кого ты предпочтешь положиться, то вот первые два пункта…       Так что вошедшая в лавку девушка не вызвала никаких ассоциаций с предыдущими посетителями. Разве что странной одеждой, но в отличие от остальных, то, как она носилась по улице и магазину — ясно показывало, что двигаться ей она ни в малейшей степени не мешала. Да и оружие своё она держала уверенно, не зацепив ничего в магазине даже несмотря на громоздкость, в отличие от…       Эльхарт кинул недовольный взгляд на лежащий в углу обломок витрины, что придурок с копьём разбил, пока размахивал своим артефактом. А уж о характере и говорить не надо было.       Она была женским воплощением персонажей древних сказаний о героях, даже несмотря на то, что дальнейшая беседа об оружии и доспехах ясно показали что девушка прекрасно представляет, насколько смертоносной может быть её коса и, как он подозревал, несмотря на невинный вид, повидать крови ей уже пришлось.       «Хотя в некоторых вопросах ей будет… тяжело» — мужчина нахмурился, вспомнив отношение в стране к зверолюдям и представив реакцию девушки на это. Очень уж проблемный был вопрос, а если один из героев отвернётся от них из-за выходок безумного короля…       Однако из мыслей его выбил неожиданно настойчивый стук в дверь. После заката. Эльхарт знал только два типа людей, что могли так нагло вести себя с лучшим кузнецом страны и оба этих типа он не любил… — Какого демона вам надо?! — он встал из-за стола и спустился вниз, распахнув дверь.       Однако вместо ожидаемого рыцаря короля или священника церкви Трёх Героев, его взгляду предстала знакомая фигурка в ало-чёрном. Причём алого в этот раз явно было много больше, и большая его часть истекала из тельца на руках девушки.       «Зверочеловек, скорее всего раб. Кошка, лет восьми-девяти… И явно полумертвая. Почему я не удивлен?» — мужчина быстро отступил в сторону, пропуская девушку внутрь и отмечая, что глаза у той светятся еле заметным серебряным светом, а после пошёл внутрь, к аптечке. — Эльхарт, помоги ей! — девушка шагнула за ним, приказав ему ледяным голосом, на что кузнец просто закатил глаза. — Сейчас, — он открыл шкафчик на стенке, быстро вытаскивая оттуда зелье исцеления и привычным движением приоткрыл девочке рот, вливая половину внутрь, а вторую выливая сверху.       Находившаяся без сознания девочка застонала, когда зелье начало восстанавливать её тело, а удерживающая её тело Руби пошатнулась. Эльхарт удивленно вскинул брови, а затем шагнул к ней, на случай если она упадёт.       И это оказалось актуальным. Стоило ей восстановить равновесие и увидеть, что раны на кошке полностью затянулись, как её глаза ярко полыхнули серебряным, что эхом блеснул и в камне косы, а потом она упала без сознания…

***

— Просыпайся, Руби. Просыпайся, мелкая скоро очнется, — Руби открыла глаза, с удивлением увидев над собой фигуру Эльхарта и тут вскочив: — Отойди. Мне нужно кое-кого убить! — рука девочки потянулась к лежащей рядом косе, однако та ответила вспышкой алого, и девушка тут отдернула руку. — Гримм!       Теперь ей вспомнился не только образ девочки, но и то, что его сопровождало. Например, злость, что коса превратила в животную ярость. Руби не была уверенна, но, по её мнению, именно так воспринимали мир гримм. И это было ведром холодной воды на голову, легко сбивая настрой страхом. — Руби? — Эльхарт удивленно посмотрел на неё, а потом на косу, тут же нахмурившись, — проклятье?!       Девушке не нужна была высокая проницательность, чтобы понять, что ему известно, с чем она столкнулась: — Не знаешь, что произошло? Я помню, как нашла… — девушка сощурилась, — девочку, а потом свет и ярость, — девушка вздрогнула, вспомнив что именно собиралась сделать с теми, кто сделал подобное с малышкой. — Дальше — ничего. — Ты завалилась ко мне с еле живым получеловеком и светящимися серебром глазами, после чего приказала её вылечить, — он кивнул на лежащего на диване неподалёку девятилетнего фавна, что спокойно спал на диване, однако стоило ей увидеть её, как тут же перед её взором мелькнули пустые зелёные глаза, безразлично глядящие на неё. — Что с ней? — девочка лежала спокойно, а Руби была уверена, что при подобных… ранах, это невозможно. Да и следов самих ран не было. Эльхарт улыбнулся её волнению: — Зелье сна без сновидений. Ей стоит нормально отдохнуть хотя бы сейчас, — девушка кивнула, а затем вернулась к другой интересующей её теме: — Так что там с проклятьем?       А вот тут на лице Эльхарта возникла тень отвращения: — Редкий тип магии, рождаемый из тёмных чувств. Судя по цвету твоей — ненависть. Мне известно оружие что использует её… — У Легендарного оружия есть проклятая серия. И моя пыталась пробудиться… — пазл в голове девушки сложился. — Но мои глаза не дали, — она вывела перед глазами описание глаз, что прочитала предыдущим днём.       Особенность: Глаза Чистоты       Описание: Созданное древними магами оружие против порождений Тёмного Брата. Даже после падения их цивилизации, био-артефакты продолжили своё существование, являясь отличительной чертой клана Среброглазых.       Свойства: Врождённое заклинание «Очищающий свет»: Активируемое при критических психологических состояниях носителя заклинание, что уничтожает любые проявления тьмы в радиусе воздействия. Количество маны масштабируется в зависимости от цели.       Увеличенное количество маны: Являясь потомками искусственной расы, Среброглазые наделены увеличенным количеством магии для эффективного использования особенностей.       Хранители Света: Созданные для борьбы с тьмой в любых её проявлениях, с рождения Среброглазые обладают определёнными психотипами, что наиболее подходят для борьбы с воздействием Тьмы.       «Уничтожение проявлений тьмы в радиусе действия…» — девушка поняла, что ей очень повезло. Если бы у неё не было этих глаз, то сейчас её тело лежало бы посреди разрушенного дворца короля.       Руби тяжело вздохнула и сфокусировала взгляд на Эльхарте: — Спасибо за помощь, Эльхарт, — девушка встала, отряхивая платье и с удовольствием отметила, что крови на платье не осталось.       «Крови…» — злость вновь вспыхнула, в этот раз уже сдерживаемая, а ни лице Руби возникла злобная ухмылка — «Что же, думаю придется вспомнить рассказы Блейк о «Белом Клыке».»       Она не могла сказать, что угнетение фавнов было для неё новостью, но впервые она сталкивалась с такой жестокостью, так что это было для неё ударом. — А сейчас стоит всё же узнать кто это, — Эльхарт махнул рукой в сторону фавна и Руби кивнула, после чего приняла бутылёк, что один из освоенных навыков идентифицировал как антидот от зелья сна.       Роуз приблизилась к причине нынешнего переполоха и влила зелье в неё, заметив, что Эльхарт уже успел смыть с неё грязь, так что выглядела она вполне здоровой.       Несколько секунд и девочка открывает глаза, осматривая комнату. Взгляд абсолютно безразличный, тело замершее, будто она ожидает удара. Ещё мгновение, и в зелёных глазах мелькают страх и удивление, а через мгновение она подскакивает, осматривая себя.       И тут же отшатывается к углу дивана, сжимаясь там и замирая с закрытыми глазами. Руби просто стояла в ступоре, не зная, что это сделать, а Эльхарт наоборот отошёл ещё дальше, видя с каким ужасом девочка смотрела именно на него. — Я не собираюсь вредить тебе, — девушка обращается к фавну, просто надеясь, что та не испугается ещё сильнее. Однако та, к её удивлению, распахивает глаза и смотри на неё, а потом звучит тихий шёпот: — Я помню твой голос… — пустой зелёный взгляд сталкивается с полным волнения серебряным, прежде чем она продолжает. — И этот цвет, — девушка мгновенно сменила тему. — Кто ты? — имевший до этого хоть какие-то эмоции голос вновь вернулся к тому, что она слышала вечером. — Руби Роуз. Герой Косы… — Руби слышала, что Герои для местных были легендами, так что она понадеялась, что это… не успокоит, но настроит девочку более дружелюбно. Спокойствие той и так было неестественным. — Герой? — она вопросительно склонила голову и посмотрела на Руби. — Но разве герои не просто легенда? — Нет, — Руби покачала головой и потянулась за спину, заметив, что при этом жесте чуть расслабившееся тельце снова напряглось, но она всё же достала косу, решив ту не разворачивать. — Хорошо, — та, к её удивлению, просто кивнула и медленно села на диване, полностью кутаясь в плащ, что дал ей Эгиль. После десятка секунд молчания, во время которых девочка просто сверлила взглядом пол, так и не удосужившись представиться, Руби взяла инициативу в свои руки: — Как тебя зовут? — Алекс, — девочка сопроводила представление кивком и снова замерла, а Руби стало очевидно, что такая пассивность абсолютно не нормальна. У неё возникало подозрение, что после того, как она уверилась что её не собираются обижать, ей стало глубоко плевать на окружение и происходящее в целом.       Она уже видела такое поведение несколько раз. И оно было очень плохим знаком. Мгновение размышления и Руби предлагает: — Думаю ты будешь не против поесть? — Что мне нужно будет делать за еду? — Алекс оторвала взгляд от коленей, посмотрев на неё, а хватка на плаще стала крепче. — Ничего. Я просто тебя накормлю, — голос Руби звучал сочувственно-пришибленно. Она не столь наивна, чтобы не понимать, что именно должен делать ребёнок-раб со шрамами от оружия по всему телу, чтобы заработать на еду.       Алекс просто кивнула, аккуратно встав и последовав за ней. Запах завтра Руби уже уловила в комнате, попутно отметив, что Эгиль убрался подальше пока она пыталась разговорить фавна. Только когда они вошли в столовую и девочка села за стол, получив повторное разрешение есть что хочет, в её глазах впервые промелькнула радость.       Прежде чем она по-звериному накинулась на еду, не обращая внимания на лежащие столовые приборы. Несколько секунд беспорядочного поглощения и она, как и прошлые разы, замирает, кидая испуганный взгляд на Руби, однако увидев, что она никак не отреагировала, продолжила.       На самом деле в девушке кипела злость, но она понимала — стоит её проявить рядом с Алекс и та, скорее всего, окончательно уйдёт в себя. Заметить, что в реальность так возвращается только после прямого вопроса или когда думает, что сейчас её накажут было не сложно, но и расспрашивать её о том где именно она была, Руби не могла. Та явно была не в том состоянии.       Стоило Алекс закончить есть, как Руби сама отложила приборы и обратилась к ней: — Думаю ты можешь пожить тут столько, сколько посчитаешь нужным. Местный хозяин, — девочка опять дернулась при этом слову, — хороший человек.       Ей не хотелось оставлять малышку одну, но она также понимала, что если она не станет сильнее к волнам, то та просто умрёт от когтей монстров. Однако та вскинула голову, оторвав взгляд от стола и с испугом посмотрела на неё: — Но! — Руби впервые услышала, как голос той поднялся выше шёпота, однако стоило Алекс заметить её удивление, как она снова постаралась сжаться и поглубже закутаться в плащ, — но, Госпожа, — вот теперь пришла очередь Руби дергаться. Она ни за что не собиралась становиться чьим-то хозяином! — Руби. Просто Руби, — однако девочка, к её удивлению, покачала головой, воспротивившись просьбе. Это не соответствовало портрету. — Вы спасли меня и потратили на меня дорогое зелье. Вы госпожа. Служба — единственное, что у меня есть, чтобы отплатить, — во взгляде Алекс теперь отражалась неожиданная решимость.       Взгляд Руби метался. Она не знала, что ответить девочке, чтобы при этом не ранить ещё сильнее. Неожиданная смена страха и недоверия на верность была неожиданной и шокирующей, но если учесть состояние собеседницы, было удивительно что она вообще способна проявлять инициативу, даже если именно так. Даже если Руби была почти уверена, что причина этого с нормальной логикой имеет очень мало общего. — Хорошо-хорошо, я позволю тебе пойти со мной, — она знала, что с усилением от ауры, даже дети могут быть чертовски опасны, а держать маленького гладиатора подальше от боя будет не слишком сложно…