Чёрное сердце

      25 октября, 1981 год.       — Что есть жизнь мальчишки, когда речь идет о твоем здравии, Том?! — вспылила Миранда, пребывавшая в растерянном состоянии, — Почему ты медлишь?! — Я должен выждать момент… — Давай я отправлюсь домой к Поттерам и заберу у них ребенка, — предложила Розье, задумчиво взглянув на мужа. — Это рискованно. Я не отпущу тебя, — тоном, не принимающим возражений, ответил Лорд. — Я могу за себя постоять! — возразила женщина, окинув Воландеморта возмущенным взглядом. Тем же поздним вечером, Миранда тенью, спокойно и предельно осторожно проникла в дом Поттеров. Воспользовавшись своими навыками, она нашла пути обхода мер безопасности и проникла в спальню молодых супругов — Джеймса и Лили. Миранда работала бесшумно, как призрак, она огляделась, но в комнате никого не было. Розье перепроверила еще раз, использовала обнаруживающие чары. Никого. Пусто. Глаза Миранды упали на рядом стоящую кроватку, где нежно спал младенец Гарри Поттер, ребенок, чью судьбу должен был решить Лорд Воландеморт, раз и навсегда. Пока он спал, ощущая его невинность и беззащитность, сердце Миранды задрожало. Внезапно она пережила мгновение сомнения и отчаяния. Не могла ли она изменить предназначение этого ребенка, изменить его судьбу? Женщина осторожно взяла на руки Гарри, сделала пару шагов, но тут же осознала, что не может отнести его Лорду на погибель. Она всегда хотела детей, но сама не могла родить. Убить беззащитного ребенка. Нет… В конце концов, разве материнский инстинкт не должен быть в женщине главенствующим чувством, угнетающим своей природной силой всякие другие? Помявшись на месте, раздумывая, Миранда мучительно вздохнула, так не решившись свершить цель своего визита. Розье аккуратно положила малыша обратно в кроватку. Ей вдруг показалось, что его ресницы трепетно задрожали, и она ощутила, что несправедливо оценивает его возможности выжить и стать героем, противостоящим злу. — Розье! Стой где стоишь! — раздался за ее спиной строгий голос, звучавший полушепотом. Женщина резко развернулась на месте и воскликнула в том же приглушенном тоне: — Ба! Какие люди, Сириус Блэк собственной персоной… — Уходи отсюда, пока не вернулся Джеймс и не сделал непоправимое! — зашипел Блэк, грозно смотря на Пожирательницу. — А ты знаешь, что за такую выходку Темный Лорд навестит твою дражайшую матушку? — Мне глубоко наплевать, — небрежно бросил Сириус, — Она мне не мать. — Тебе никогда не понять, что такое быть членом семьи из «Священных двадцати восьми», — невозмутимо произнесла женщина и вихрем пронеслась мимо Блэка, задев его плечом, к выходу из дома. Сердце Миранды сжалось от странного потока чувств: раскаяния и неуверенности. В ее глазах застыла смесь различных эмоций — страха, жалости и надежды… Это был сложный выбор, который потребовал от нее силы воли. Трансгрессируя назад в поместье Малфоев, Миранда оставила дом Поттеров, смешавшись с тенями ночи. Мечты о начале новой жизни мусолили ее сознание, она уже приняла свое решение и была готова нести его последствия. Так завершилась еще одна глава в истории Миранды Розье — пожирательницы смерти, супруги Лорда Воландеморта, сомневающейся между тьмой и светом, между предназначением и свободой выбора. Будущее Гарри Поттера оставалось в неизвестности, а вернувшись домой, Поттеры продолжали свою жизнь в обычном ритме, ничего не подозревая о женщине, посетившей их дом и державшей их малыша в своих руках… Возможно, удача и помощь судьбы уже настигли их счастье и покой, но планы Лорда Воландеморта оставались непоколебимы. Такова сложная и противоречивая была Миранда Розье, позволявшая себе тихий протест против судьбы, чтобы увидеть, какие результаты принесет выбранный ею путь: сохранение жизни или гибель Гарри Поттера. Вовлеченная в свои мысли, Миранда погасила огонек на конце своей палочки и окуталась тьмой, делая свой последний шаг на этой стороне реальности, готовясь к новой главе своей трудной и загадочной жизни.

***

— Что ты наделала?! — вне себя от гнева гаркнул Воландеморт. Миранда промолчала, не удостоив взглядом своего мужа. Он сделал попытку проникнуть в ее сознание и увидеть картину своими глазами, но Миранда мгновенно выставила блок. — Не смей. Рыться. В моей. Голове. — сквозь зубы прорычала женщина. — Из-за тебя мне теперь не добраться до мальчишки! — ударив кулаком по стене снова гаркнул Лорд, — Тебе не пришло в голову, что Поттеры вновь воспользуются заклятием Доверия, только на этот раз сделают хранителем самого Дамблдора! — Зачем убивать невинного ребенка?! — в ответ крикнула разъяренная Миранда, — Уберем его родителей и заберем себе мальчишку. — Решила стать матерью?! — пребывая в стремительно прогрессирующем шоке вопросил Воландеморт, изумленно глядя на супругу. — Нет, ну такой вариант возможен! — воскликнула Розье, пожав плечами. — Ты испортила мой план! Мои многолетние труды! Испортила за один вечер! — в исступлении вопил мужчина. Миранда молчала, находясь в не ведомом ей самой состоянии. Ее переполняли чувства, и эта гремучая смесь, еще чуть-чуть и должна была взорваться. — Я ведь тебя убью, Миранда! — выплюнул Лорд, подходя к ней практически вплотную. — Давай, рискни! — вторила она в том же тоне, и раскинула руки в приглашающем жесте. Гнев пеленой застилал разум Воландеморта, окутывая каждую мысль, каждое до боли обостренное чувство. Лорд чувствовал, что его сердце готово вот-вот разорваться от ярости, а разум не в силах удержать возмущение, накопившееся внутри. Сквозь пелену гнева он видел мир, словно со стороны, окрашенный в яркие краски негодования и ненависти. Осколки его души кричали от беспокойства, от ярости, от боли. И в этот момент, будто вихрь, гнев завладел им полностью, лишив разума, возможности обдумать, понять, принять, сдержаться. Гневным порывом он махнул рукой на все, что было до этого важно, и словно бросился вперед, не оглядываясь, готовый разрушить все на своем пути. — Круцио! — безжалостно крикнул Воландеморт, без тени сожаления в своих багряных глазах. Миранда пошатнулась и рухнула на колени перед Темным Лордом. Она чувствовала огненную боль, пронзающую каждую клеточку ее тела, как будто каждая частица ее существа была подвергнута жгучему пламени. Сильное заклятие от Реддла оставило в ней след невыносимой агонии, пронизывая ее тело изнутри острым кинжалом боли. Каждый миг казался вечностью, каждый вздох превращался в молитву о конце этого кошмара. Но боль не утихала, она пронзала ее все глубже и глубже. Ее тело содрогалось под этой тяжестью, словно внутри нее огонь разгорался все сильнее. Розье закусила губу, чтобы не вырвать из себя крик, который, казалось, застрял в горле. Женщине уже казалось, что боль эта не имеет конца. Она чувствовала отчаяние, но в ее глазах все еще продолжал гореть огонь решимости. Она никогда не сдавалась, даже перед самым могущественным заклятием Лорда Воландеморта. Но вдруг пытка неожиданно прекратилась, так же, как и началась. — Думаю, тебе достаточно этого, чтобы понять, Миранда. Не стоит заходить слишком далеко и играть со мной во вседозволенность! — он презрительно глядел на женщину, лежащую у его ног, с высоты своего роста. Отойдя от шока, Розье тут же вскочила на ноги. Она уничтожительно посмотрела на Темного Лорда, собирая в единое целое весь свой гнев, огнем разлившийся по ее венам, разогревая еще сильнее ее и без того кипящую кровь. — Dolor in anima! — выкрикнула она, направив на него свою палочку, и выполнила едва уловимое короткое резкое движение. От неожиданного выпада Воландеморт сдавленно вздохнул, будто из него выпустили весь воздух, и схватился за горло, в попытках получить хоть малую частицу воздуха. Хлопок двери за Мирандой Розье прозвучал как выстрел магловского пистолета. Женщина вихрем вылетела из кабинета Воландеморта, она бегом бежала в свою комнату, чтобы взять оттуда необходимые вещи. На выходе из поместья к ней осторожно приблизилась Беллатриса. — Что произошло? — прищурившись глядя на Розье спросила она. — Неважно! — отрезала женщина и продолжила свой пути, толкая племянницу плечом. — Миранда! Что с Поттерами?! — снова вопрошала Лестрейндж и бросилась за своей тетей вдогонку. — Отвали, — бросила Розье и тут же наслала на Беллу обжигающее заклятие. — Да что с тобой такое?! — с непониманием крикнула ей в спину Лестрейндж, оставаясь на месте, будто вкопанная.

***

— Дело плохо, — констатировал Снегг минутами позднее, — Это фамильное проклятье Розье, из тех старых семейных, которыми за частую обладают чистокровные семьи, передавая из поколения в поколение. Оно из такого разряда, что за несколько часов высасывает из организма все жизненные силы… я не смогу помочь, здесь нужен более опытный маг. «Эта женщина никогда не отличалась сдержанностью, за что я ее и полюбил. Была неистовой и в жизни, и в постели… Ты ушла и не обернулась, даже не представляя сколько боли доставила в мою жизнь, сколько гнева захлестнуло меня в одну секунду, насколько мне хотелось убить тебя!» — думал про себя Том Реддл, полулежа раскинувшись в мягком кресле, глядя в потолок пустыми глазами, и ждал, когда его жизненные силы иссякнут, пока вокруг него сновали обеспокоенные Пожиратели смерти и пытались спасти своего хозяина от неминуемой гибели.

***

Через пару минут Миранда, так и не забрав своих вещей, трансгрессировала на лазурное побережье Франции. В Ницце у нее был небольшой коттедж, о котором никто не подозревал. Этот дом ей оставила в наследство сестра отца — Винда. Теперь Миранда обосновалась там. Грудь начало что-то тоскливо сжимать. Она очаровательно улыбнулась зеркалу и снова поникла. Спустя два дня, спокойная и размеренная жизнь ей наскучила. Розье вновь трансгрессировала в промозглый туманный Лондон. И оттуда направилась не куда-нибудь, а судьба вывела ее к тому, кого Миранда совершенно не ожидала наблюдать. Перед ней за большим письменным столом сидел никто иной, как Альбус Дамблдор, собственной персоной, и наблюдал за визитершей с неподдельным интересом из-под очков-полумесяцев. — Я совершила много… — женщина сделала театральную паузу и взглянула в глаза директора Хогвартса, — Как вы это называете? «Плохого». — Расскажите, вам станет легче, — добродушно разводя руками ответил он. — Исповедь? — усмехнулась Розье, покачав головой, — Но вы не священник. — Каждый увидит то, что захочет, — безмятежно произнес профессор, проницательно глядя на женщину. — Я любила его, Дамблдор, и слепо верила! — воскликнула Миранда с болью, заметной в глазах, — Пошла на службу к Темному Лорду ради идеалов чистоты крови, а когда разобралась чего стоят Пожиратели смерти, было слишком поздно… Я совершила так много ошибок! — сокрушенно прошептала Розье. — Любого человека можно оправдать. Придумать множество причин, которые побудили вершить темные дела, — спокойно ответил Дамблдор, сплетая пальцы домиком перед собой, — Все мы ошибались. И я, и вы, и Том Реддл. — Как проницательно, — с иронией бросила Розье и горько усмехнулась. — Люди не превращаются в злодеев просто так, Миранда. Всегда найдется причина и объяснение их поступкам, поведению… — он сделал паузу, и поднялся со своего кресла, неспешно прохаживаясь вдоль кабинета, — Практически всегда можно логически объяснить, почему они стремятся к уничтожению всех, к захвату власти или к мести личной. Однако, есть момент, когда злодей становится понятным, — продолжал он свой монолог, останавливаясь у окна, наблюдая за ночными огнями, трепещущими на ветру во внутреннем дворике Хогвартса, — В его глазах можно увидеть слезы, вызванные несправедливостью и недопониманием. Вывод таков, что важно слушать людей, потому что даже в их молчании можно разглядеть глубокие проблемы… Миранда глубоко вздохнула. — Время упущено. Пролитое зелье не соберешь, Дамблдор. — Верно, но можно искупить свои былые прегрешения… Дайте мне непреложный обет, Миранда. — твердо сказал директор, обращаясь взором к женщине. Розье вздрогнула, мысли судорожно проносились в ее разуме. Как лучше дать этот злосчастный обет, ведь она не хотела стать вечным заложником Альбуса Дамблдора… Где-то в глубине, женщина верила в то, что она помирится с мужем и все встанет на круги своя, но обида и гнев на Тома Реддла брали верх над ее остальными чувствами. — Я согласна, — с минуту поразмыслив, вынесла свой вердикт Миранда, — Заключим без третьих лиц? Директор коротко с готовностью кивнул и сделал шаг навстречу женщине. Они встали друг напротив друга и крепко взялись за руки, достали палочки, чтобы скрепить данное обещание. — Обещаете ли вы, Миранда Розье, с этого дня не служить Лорду Воландеморту и до самой его смерти? — Обещаю, — твердо произнесла женщина и тонкий сверкающий язык пламени вырвался из волшебной палочки Дамблдора. Изогнулся, словно окружив их сцепленные руки докрасна раскаленной проволокой. — Верой и правдой служить светлой стороне и помогать по моей просьбе в борьбе с Пожирателями смерти? — Обещаю, — второй язык пламени вылетел из волшебной палочки Миранды и обвился вокруг первого, так, что получилась тонкая сияющая цепь. — И если мне понадобится помощь в уничтожении Лорда Воландеморта вы окажете мне необходимую услугу. На мгновение Розье замолкла, но затем, поджав губы, быстро выпалила, прикрыв глаза: — Обещаю…

***

Двадцать девятого октября к ней, в тот самый, уединенный домик во Франции пришел Том Реддл. Говорил, что вспылил и наделал глупостей. Она его прогнала, а он не возражал… Розье проснулась от лучей яркого осеннего солнца, поднялась, скинув на пол невесомое мягкое одеяло, и села на кровать. Она откинула волосы назад и ей захотелось потянуться, выгнуться, словно кошечка, что Миранда и сделала. — Мне нравится, продолжай, — Том Реддл стоял у входа в спальню и уже несколько минут наблюдал за супругой. Услышав его голос, она вздрогнула, торопливо подняла с пола белоснежное одеяло и набросила его на плечи. Миранда опустила глаза, и оглядывалась по сторонам в поисках чего-то еще, чем можно было прикрыться, под багряным взглядом Темного Лорда ей вмиг стало неуютно и зябко. — Зачем ты пришел? — небрежно бросила она, не поднимая взгляда на неожиданного посетителя, — Видеть тебя тошно… Розье взмахнула палочкой и ей в руки подлетела хоть какая-то одежда. Она накинула пеньюар из синего шелка, который скорее соблазнительно подчеркивал прелести ее тела, нежели скрывал. — Извиниться, — с усмешкой, играющей на лице, произнес мужчина. — Извинения не приняты. Можете покинуть помещение, — махнула она рукой куда-то в сторону выхода. Женщина призвала свои любимые сигареты, которые вылетели к ней в руки из стоявшей на трюмо косметички, затем положила одну в рот и подожгла. Миранда знала как Том ненавидит их запах и едкий дым, поэтому и закурила. Назло ему. — Я пришел за тобой. — Убить? Mieux vaut tard que jamais. — Ну что ты, — насмешливо протянул Воландеморт, — Значит не собираешься возвращаться в Англию? — Нет. — грубо отрезала она. — А зря… — La vie est belle. Тут хорошо. Вдали от насилия, политики и туманного холодного Лондона, — скривившись произнесла женщина и выпустила кольцо дыма прямо в лицо Реддлу. — Надоест эта тихая, безмятежная жизнь — приходи. — L’esprit cherche et c’est le coeur qui trouve. — Буду ждать, — усмехнулся он, и помедлив, обернулся, — Кстати, ловко ты наложила на меня проклятие… Несгибаемая и неприступная — такой женщиной в его глазах она была всегда, и это стало заметно еще сильнее в свете последних событий. Королева… непоколебимая в своих убеждениях, она бросила вызов всему миру, в котором жила, и одержала победу… Она — хозяйка своего тела, своей жизни, своей судьбы, и никогда не просит прощения. И почему из всех женщин мира он обратил внимание на эту, самую упрямую и своевольную? На следующий день, поздним вечером, Миранда поглядела в распахнутое окно: лазурное море дарило чувство спокойствия и безмятежности. Она вышла на веранду, и облокотившись на ограду, наслаждалась приятным легким ветром, что обволакивал ее своим теплом, и дарил чувство спокойствия и безмятежности. Краем глаза уловив чужое присутствие, Розье тут же выхватила палочку и направила его в лицо неожиданного гостя — Антонин Долохов, собственной персоной. — Ну ты просто вездесущий, Долохов! — прорычала Миранда и резким движением засунула палочку обратно в карман, — Как только у Розье проблемы этот черт тут как тут! Чем обязана? — закатив глаза поинтересовалась она. — Возвращайся, Миранда, мы всем составом этой ночью готовимся с размахом праздновать победу Темного Лорда! — «Праздновать с размахом» это как? — ехидно уточнила Розье, — Выжечь деревню магглов до тла или же устроить рейд на Орденовцев и пытать их семьи до потери пульса?! — со злостью выплюнула она. — Раньше тебя это не останавливало, — парировал мужчина, — С каких это пор Розье печется о нравственности?! — искренне рассмеялся Долохов. — Я сказала Лорду, что не вернусь! Так ему и передай. Разве здесь что-то не ясно?! — разгорячилась женщина. — Знаешь, перед тем как отправиться к Поттерам, Милорд сказал мне: «был бы тут Лестрейндж, он бы мигом уговорил ее вернуться». Миранда горько усмехнулась, скрывая дикую боль, что не проходила до сих пор, в своих глазах. Время шло, но легче не становилось. — Сомневаюсь… — солгала она.

***

— Ты действуешь мне на нервы, женщина! — холодно и грубо сказал Рабастан, пока его невестка мерила гостиную шагами. На часах было пять утра, Беллатрису хватил озноб, — Прижми свою задницу! Милорд сказал, что вернется, значит, вернется. Это всего лишь посредственные маги и нечего переживать. Темный Лорд должен был вернуться не позже того, как забрезжит рассвет. Он сообщил, что прикончит обоих детей и вернется. Белла нервно ждала, рассвет занимался уже как час, солнце медленно всплывало на небо. Милорд не возвращался, тревога бешеным ураганом закипала в груди и Лестрейндж не могла найти себе места в этом душном доме. Девушка не отходила от окна, наблюдая за внутренним двориком сквозь изумрудные портьеры и постоянно оглядывалась на напольные часы. Время тянулось медленно, сллвно резиновое, но все же тянулось — уже шесть утра… минуты ожидания казались пыткой. Напряжение явственно чувствовалось по всему поместью. Когда Беллатриса вновь открыла глаза, случайно задремав, то краем глаза успела увидеть, как Нарцисса без чувств грохнулась на руки Люциуса, а потом вдруг настала звенящая тишина, нарушаемая лишь треском камина и тиканьем часов. Все было как в тумане. Нотт держал в руках письмо и беззвучно открыл рот в гримасе ужаса, а Долохов впервые потерял лицо, у него задрожали губы и заслезились глаза. Внутри у Беллатрисы обрывается какая-то нить. Болезненно и безвозвратно. — Где Милорд? — спросила она и услышала собственный голос будто бы издалека, хриплый и дрожащий. Молчание в ответ оглушило ее. Родольфус выхватил помятое письмо из застывших пальцев Мальсибера, к которому уже перекочевал кусок пергамента, и швырнул его в камин с таким презрением, будто это что-то могло изменить… — Не верю, — прошипел Лестрейндж с ненавистью, но взгляд у него был обреченный, как уловила Белла. Она расплескала остывший кофе себе на грудь, потому что теперь чувствовала, как внутри с хрустом обрывается в пропасть ее душа. Темного Лорда больше нет… И в какой-то момент Беллатриса осознала, что давно не стоит на ногах, а медленно сползла по стене вниз, сотрясаясь от едва сдерживаемых беззвучных рыданий.

***

Ранним утром первого ноября заголовки всех волшебных газет пестрели заголовками: «ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ НАКОНЕЦ-ТО ПОБЕЖДЕН!» Вести о смерти Тома отозвались гулкой пустотой в сердце Миранды. Сначала ей казалось, будто она во сне. С каждой секундой тревога нарастала, и едва сдерживая слезы, Миранда попыталась встать, но пошатнулась и осела на пол. «Ты посмел меня оставить? Ту женщину, которая несмотря ни на что любила тебя до безумия. Та, которой жизнь без тебя не нужна. Я просто была готова умереть за тебя… Потому, жизни моей без тебя больше не существует. Ее нет, только пустота… Ты — мое сердце, а с вырванным сердцем я не смогу больше жить. Существовать будет лишь блеклая и бесчувственная оболочка…» Миранда ощущала, что Том далеко. Дальше, чем она способна дотянуться. Розье не знала, спасут ли его крестражи? Какую роль сыграют эти кусочки души? Правильно ли они их создали? Женщина сжала горло бутылки до белых костяшек, почувствовав, как из груди поднимается надрывный смех. Она смеялась, а из глаз ручьями лились слезы. Она снова теряла любимых людей. Опять. «У него есть кресстражи…» — с гулом раздавалось у нее в голове. Неизвестно, каким человеком станет Том после возрождения, да и человеком ли? Будет ли любить ее как прежде или забудет, словно далекое прошлое. На возрождение телесной оболочки потребуется с десяток лет, если не больше. Так или иначе Дамблдор связал ей руки непреложным обетом и она ничего не сможет сделать… Предчувствие грядущих перемен давно поселилось в сердце Миранды, словно тяжелый камень, тревожно ворочающийся в груди. Она знала — Лорд Воландеморт не оставит свои планы, не отступится от своих замыслов. Его жажда власти неутолима, а жестокость не знает границ. Как бы она не желала мириться с этим, что ни говори, а совесть мучила ее по ночам. Сейчас Розье встанет на путь исправления, а что будет потом, одному богу известно. Но Темный Лорд вернется, в этом она твердо уверена. Это лишь вопрос времени…