Чёрное сердце

      Май 1990 года.       Глубоким вечером Миранда Розье стояла у окна своей спальни в Хогвартсе, наблюдая, как последние лучи заката растворяются в водах Черного озера. В ее пальцах медленно вращалось кольцо. Золотое, массивное, с темным камнем, в котором, казалось, пульсировала чужая жизнь. Она улыбнулась про себя: «Ровно восемь лет…» Ни один преподаватель до нее не продержался так долго. Все они друг за другом уходили и приходили по различным причинам, но Миранда оставалась. В дверь постучали и она тут же скрипнула, отворившись. — Вы все еще здесь, Розье? — в проеме стоял Северус Снегг, его черные глаза скользнули по ее руке, задержавшись чуть дольше, чем того требовалось, на кольце. — А вы все еще следите за мной, Северус? — женщина не стала прятать украшение. Пусть он видит. Пусть догадывается. Пусть доложит, если посмеет. — Дамблдор просил убедиться, что вы… в порядке, — произнес он с легкой язвительностью. — Как мило, — Миранда повернула кольцо, и в глубине камня мелькнул алый отсвет, — Но мне не нужна опека. Снегг напрягся. — Что это за вещь? — с недоверием спросил он. — Мой оберег, — женщина подняла руку, позволив свету свечи упасть на темную поверхность, — Оно защищает меня. Тишина повисла между ними, густая, как предгрозовой воздух. Наконец Снегг нарушил это молчание и пробормотал: — Проклятие на должность… не действует на вас. Дамблдор изложил мне свои догадки… — Оно не действует на Него, — прошептала Миранда, прижимая кольцо к груди, — А я ношу часть его души. Камень под пальцами дрогнул, будто отвечая. Северус отступил на шаг, в его глазах читалось понимание и холодный ужас. Розье с неподдельным весельем наблюдала за ним. — Ты играешь с огнем, Миранда. — Побежишь докладывать Директору? — усмехнулась она. — Предлагаешь мне молчать? — голос Снегга был тихим, но в нем дрожала скрытая угроза, — Закрыть глаза на то, что ты носишь крестраж Темного Лорда в стенах Хогвартса? Миранда медленно вздохнула, барабаня пальцем по подоконнику. — Я предлагаю тебе не лезть туда, куда тебя не звали. Кольцо жгло кожу, но это было приятное тепло. «Ты со мной… и потому я непобедима» — скользнула мысль в голове Миранды.

***

Не прошло и недели, как Дамблдор пригласил Миранду в своей кабинет для некого важного разговора. Это было вполне ожидаемо для нее. Получив весточку на клочке пергамента, женщина лишь усмехнулась. Альбус Дамблдор сидел за столом, его пальцы медленно гладили бороду, а взгляд был устремлен в пустоту. Дверь открылась без стука. — Вы звали меня, директор? — Миранда Розье вошла, ее плавные шаги почти не издавали звука. На ее пальце поблескивало кольцо с темным камнем, будто капля ночного неба, застывшая в золоте. Дамблдор поднял взгляд. Его голубые глаза, обычно теплые, сейчас казались прозрачными и холодными, как лед. — Да, профессор Розье. Присаживайтесь, прошу. Она опустилась в кресло, изящно скрестив руки. Кольцо мерцало тусклым блеском. — Северус высказал мне обеспокоенность, — начал Дамблдор, отодвигая чашку недопитого кофе перед собой. — Вот как? — Миранда склонила голову, делая вид, что рассматривает феникса на жердочке, — И что же он такого увидел, что потребовало столь срочного визита? — Он считает, что вы защищены. Необычайно защищены. Наступила тишина. Фоукс взмахнул крыльями, и перо медленно опустилось между ними. — Все мы ищем защиты в этом мире, директор, — наконец нарушила молчание Миранда, поднимая руку и разглядывая кольцо, — Разве не так? — Но не все выбирают для этого крестражи, — тихо ответил Дамблдор. Глаза Миранды сузились. — О, — она рассмеялась, но смех был холодным, как морозный ветер, — Так вот в чем дело. Вы думаете, это… оно? Дамблдор продолжал испытующе глядеть на Миранду. — Я думаю, что вы носите на пальце не обручальное кольцо, а нечто, что не должно принадлежать никому из живых. Тишина вновь повисла между ними, густая, как дым. Миранда медленно сняла кольцо и положила его на стол между собой и Дамблдором. — Если оно вас беспокоит, — сказала она спокойно, — Я могу отдать его прямо сейчас. Лично вам. Дамблдор посмотрел на кольцо, в его взгляде промелькнул неподдельный интерес, но он не тронул его. — Интересное предложение, Миранда. — Я не шучу, — ее голос был тихим, но твердым, — Вы знаете, что это. И знаете, что оно значит. Если хотите, то возьмите. Фоукс на жердочке встревожено переступил с лапы на лапу. Дамблдор наклонился вперед, сложив пальцы перед собой. — Почему вы готовы отдать его так легко? — Потому что я не боюсь, — ответила Миранда, — Ни вас, ни Его. Они смотрели друг на друга через стол, служивший преградой между ними. В глазах Розье горел холодный, уверенный огонь. Наконец, Дамблдор прекратил это мысленное противостояние и откинулся в кресле. — Нет, — сказал он мягко, — Пусть оно пока остается у вас. На хранение. Миранда улыбнулась, но не торжествующе, а скорее с легким любопытством. — Вы удивляете меня, директор. — Всему свое время, профессор Розье, — он поднял чашку, и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое, — Всему свое время. Она взяла кольцо и снова надела его обратно, на то место, где оно и должно быть. Камень на мгновение вспыхнул тусклым алым светом, будто что-то внутри него обрадовалось. — Тогда, если позволите, я вернусь к своим обязанностям, — она поднялась, и ее тень на секунду показалась больше, чем должна была быть. — Конечно, — Дамблдор кивнул, — Всего вам доброго. Когда дверь закрылась, феникс издал тихий, печальный звук. Дамблдор вздохнул и посмотрел в окно, где луна висела над Запретным лесом. — Да, я знаю, Фоукс, — прошептал он, — Но некоторые вещи… должны случиться в свой час.

***

Тьма в кабинете была густой и лишь тусклый свет зеленоватых ламп выхватывал из мрака полки, уставленные склянками с мутными жидкостями. Северус Снегг сидел за массивным дубовым столом, испещренным пятнами от реактивов для его зелий. Его пальцы медленно перебирали страницы потрепанной книги. Воздух был пропитан терпким ароматом сушеных трав и чем-то горьким. Даже тени на стенах от свечей казались осторожными, словно боялись потревожить его размышления. Дверь скрипнула и на пороге возникла Миранда Розье со словами: — Ну конечно, подземелье. Ты выбрал самое мрачное место в замке для нашей беседы, — ее голос прозвучал из темноты, прежде чем она сама возникла в помещении. — Если тебе нужна была гостиная с камином, следовало уточнить, — процедил Снегг, не глядя на нее, продолжая вчитываться в страницы книги, пожелтевшие от времени. Она громко рассмеялась: — Нет, здесь идеально. Розье опустилась напротив, протянула руку, в которой материализовался бокал и бутылка с огненным виски, что сама поднялась в воздух, наливая жидкость. Напиток пылал в бокале, отражаясь в ее глазах, а гнетущую тишину нарушал только шелест перелистываемых страниц. — Ты рассказал Дамблдору про кольцо, — наконец сказала она, сделав глоток. — Я сделал то, что должен был. — Ах да, конечно. Твой долг, — женщина склонила голову, — Только вот интересно… чей именно? Снегг медленно поднял на нее глаза. — Ты хочешь сказать, что я предатель? — Я хочу сказать, что ты — изворотливый мастер выживания, — она холодно улыбнулась, — Сначала ты шпионил для Милорда. Потом для Дамблдора. Кто знает, для кого ты работаешь на самом деле? Снегг не ответил. Только сжал книгу в руках так, что костяшки побелели. — Моя клятва Дамблдору… — Ах, да, твоя клятва, — Розье перебила его, и в ее голосе зазвучала язвительная насмешка, — Клятва защищать мальчика, который даже не подозревает, чем обязан твоему «великодушию». Как трогательно. Снегг резко вдохнул, он отбросил книгу и его пальцы сжались в кулаки. Он грубо бросил: — Ты ничего не смыслишь в этом. — О, еще как, — она наклонилась вперед, и свет свечи отразился в ее глазах, — Ты поклялся защищать Гарри Поттера, потому что Дамблдор выжал из тебя эту клятву, как последнюю каплю раскаяния. Но скажи мне, Северус… если бы не Лили, стал бы ты вообще колебаться между Дамблдором и верностью Темному Лорду? Наконец, обдумав свои слова, холодно, с едва заметной усмешкой Снегг произнес: — Ты обвиняешь меня в предательстве, Миранда? Забавно... А твой Непреложный Обет. Он что, внезапно перестал существовать? — Откуда ты…? — потеряв напускное спокойствие, сверкнув глазами прошептала Розье. — Неужели ты всерьез полагаешь, что Дамблдор не откровенен со мной? Он доверяет мне. Куда больше, чем кому-либо в этих стенах. — Допустим, я сама выбрала свой путь. Я сделала это не из трусости. Я не боюсь Темного Лорда, я знаю его всю свою жизнь. Я его жена. Но ты, Северус, — продолжила она, и ее взгляд стал острым, как лезвие, — Ты, умолял Милорда пощадить ее. Именно ты бежал к Дамблдору, чтобы просить об этом и его. И потом, чтобы искупить вину. — Заткнись, Миранда, — вспылил он. Голос Снегга прозвучал как удар хлыста, но Розье лишь отпила еще глоток. — Но ты не спас ее. Ты лишь сделал так, чтобы ее смерть мучила тебя вечно. Он вскочил, опрокинув стул и прошипел: — Ты не имеешь права так говорить. — Я имею, — она оставалась сидеть, спокойная, с легкой усмешкой, — Потому что я не притворяюсь, Северус. Я не играю в раскаяние. Он замер и тяжело дышал, будто бежал через весь замок. — Зачем мы это обсуждаем? — вернув контроль над собой спросил он. — Я хочу, чтобы ты перестал копаться в моих делах и доносить это Директору, — она со стуком поставила бокал на стол, — И… я предлагаю союз. — Союз? — он рассмеялся, — С тобой? С Его женой? — С тем, кто понимает, что мир не черно-белый. Снегг медленно поднял стул и опустился на него. — Если… — она сделала паузу, — Если Он когда-нибудь вернется… что будешь делать ты? Тишина повисла между ними. Северус молчал. Его черные глаза, всегда скрывавшие мысли, теперь казались особенно непроницаемыми. — Этот вопрос не имеет смысла. — Почему же? — Миранда наклонила голову, — Разве ты не думал об этом? — Он мертв. — Предположим, что нет. Дамблдор так не считает. — К чему тебе это? — раздраженно бросил Снегг и сверкнул глазами в сторону Розье. — Потому что я хочу знать, — ее голос стал мягче, почти заговорщическим, — Кем ты станешь, если однажды твои клятвы столкнутся? Снегг не ответил. Его лицо оставалось каменным, но во взгляде что-то дрогнуло. — Ты поклялся Дамблдору защищать Поттера, — продолжила она, — Но если тот, кому ты когда-то служил, вдруг вернется, что перевесит? Новая клятва? Или старая верность? Он поднялся, сделал шаг вперед, потом вернулся, будто раздумывая, и наконец ответил: — Ты говоришь о вещах, которые не понимаешь. — Или понимаю слишком хорошо, — она подняла бокал, наблюдая за коллегой через золотистую жидкость, — Я просто предлагаю тебе задуматься. Когда этот день настанет, то тебе придется выбирать… Они смотрели друг на друга через пламя свечей. — Мы не так уж разные, Северус. — Мы полные противоположности. — Нет. Мы оба знаем, каково это, жить с тем, что нельзя исправить. Розье выпила огневиски залпом. — Дамблдор верит в тебя, — пробормотал он, — Не обмани его доверие. — А ты веришь в Дамблдора? — она подняла бокал, — Или просто прячешься за его спиной, потому что боишься смотреть правде в глаза? Снегг встал и твердо сказал: — Разговор окончен. — Как скажешь. Миранда допила остатки своего огневиски, ее бокал тут же исчез в воздухе. Она плавно поднялась со своего места и прошла мимо Снегга. На пороге остановилась, и, подумав, бросила: — Одно предупреждение, Северус, — она не обернулась, — Если ты снова полезешь не в свое дело… я напомню Дамблдору, что ты сыграл немаловажную роль в том, что навел Милорда на Поттеров. Он замер. — Ты не посмеешь. — Увидим. Дверь захлопнулась за ней.

***

      1 сентября 1991 года.       Сегодняшним утром Миранда выглядела как никогда уверенно. Каждое начало дня она проводила часами перед зеркалом, изучая свою кожу в поисках доказательств времени, оставившего на ней свои следы. В этот раз она заметила небольшую морщинку около уголка глаза, которую, как ей казалось, никто не должен был увидеть. С легким вздохом она произнесла заклинание, а затем ее пальцы ловко скользнули по коже золотистым порошком, рассыпая его по лицу. Подмигнув своему отражению, она с удовольствием наблюдала, как морщинка исчезает, растворяясь в овале ее фарфорового лица. — Брось вызов времени… — прошептала она, обращаясь к своему отражению. Затем она выбрала крохотный флакончик зелья, стоявший на поверхности трюмо, которое однажды она купила в Лютном переулке. При ежедневном приеме, зелье обещало сохранить молодость на долгие годы. Чашка, куда она опрокинула капли содержимого, с искрящимся клубами сиреневого дыма, тут же была осушена до дна. Каждая капля вселяла в эту женщину уверенность. Блондинка взмахом палочки уложила волосы в прическу, ловко собрав их в элегантный пучок, который подчеркивал очертания ее безупречной формы лица. Мягкий блеск прядей отражался в свете утреннего солнца, проникающего через окно. Миранда снова мягко улыбнулась своему отражению и, открыв шкаф, принялась выбирать мантию для предстоящего рабочего дня. На вешалках аккуратно висели разнообразные мантии: от строгих черных до атласных парадных разнообразных цветов. Взгляд Розье остановился на глубокого винного оттенка мантии. Это было именно то, что ей нужно. Что-то, что привнесет немного разнообразия в рутинный день. Аккуратно снимая ее с вешалки, она расправила ткань, наслаждаясь шуршанием легкого материала. Надев мантию, Розье взглянула в зеркало, проверяя, как красиво она сидит на ее фигуре. Миранда, несмотря на возраст, казалась воплощением утонченной уверенности. Жасминовый чай в аккуратной фарфоровой кружке дымился горячими клубами на маленьком столике, солнечные лучи, пробивающиеся через окна падали, озаряя комнату. Играла плавная музыка для начала дня, даря атмосферу спокойствия и умиротворения. Миранда Розье наконец-то ощущала себя дома. Женщина сделала глоток горячего чая и почувствовала, как по ее телу разливается тепло. Она уже знала, что сегодняшний день будет принадлежать ей. Собравшись с мыслями, Миранда направилась к выходу, готовая встретить новый день в мире волшебства, каждый миг которого, был полон судьбоносных событий.

***

— Так нравлюсь, что ты все глаз от меня отвести не можешь? — с ухмылкой спросила Миранда у стоявшей напротив нее Минервы. Макгонагалл была на восемь лет младше самой Розье, но выглядела так, как и положено в ее уже немолодом возрасте. Миранда же, казалось, застряла где-то на сорока пяти годах и не торопилась стареть дальше. Минерва недовольно поджала губы и вскинула подбородок, показывая всем своим видом недоверие к коллеге. Теперь же мадам Розье сидела за преподавательским столом в большом зале школы чародейства и волшебства Хогвартс, ожидая прибытия учеников. Величественный зал, напоминал о старинных традициях знании, которые переплетались с каждым уголком пространства этого древнего замка. Женщина скучающе подняла свой взгляд наверх: потолок оказался пасмурным, в облаках, и позволял лишь проблескам света проникать в атмосферу таинства и ожидания. Глубокие тени сгущались в углах, создавая волнительную атмосферу. Рядом с ней сидел Северус Снегг, а по левую руку от него Квирелл — новый молодой профессор, которого Дамблдор пригласил на должность преподавателя защиты от темных искусств, в той же должности работала и Миранда, уже почти десять лет. В этом году поступило много учеников, изучающих этот предмет, потому новый профессор должен был взять на себя несколько курсов. Золотистый свет тысячи парящих свечей отражался в позолоченных тарелках и бокалах, наполняя большой зал теплым сиянием. Преподаватели сидели за высоким столом, наблюдая, как первокурсники робко подходили к Распределяющей Шляпе. Миранда непринужденно сидела за столом, попивая вино. Ее взгляд скользил по залу, отмечая взволнованные лица детей, но мысли были далеко. Пока Шляпа затягивала очередную песню, она почувствовала холод, резкий, пронизывающий, будто кто-то провел ледяным пальцем по ее шее. Она почувствовала Его. Не запах, не звук, просто внезапное, необъяснимое знание, пронзившее ее, как лезвие ножа. У Миранды перехватило дыхание, будто ее бросили в морозную прорубь. Она медленно повернула голову, ее взгляд мгновенно нашел Квиррелла. Он нервно перебирал край своего пурпурного тюрбана и избегал смотреть в ее сторону. Но дело было не в нем… Дело было в тени за его плечом. Она была гуще, чем должна… Будто само пространство вокруг Квиррелла слегка искривлялось, как в жаркий день над раскаленными камнями. Миранда опустила взгляд на свою руку. Ее кольцо вдруг стало теплым. Не просто теплым, а словно живым. Оно слабо пульсировало у нее на пальце, будто второе сердце, забившееся после долгого сна. Так вот где ты прячешься… Миранда не шевельнулась. Лишь ее глаза, холодные и оценивающие, скользнули по Квирреллу. — Интересный новый преподаватель, не находите? — шепнула Миранда, ее голос, тихий и бархатистый, заставил Снегга слегка повернуть голову. — Квиррелл? — он флегматично поднял бровь, — Заурядный невротик. Миранда усмехнулась, позволив свету упасть на ее кольцо. — А мне кажется, в нем есть что-то особенное. Камень вспыхнул, невидимо для всех, кроме нее. В тот же миг Квиррелл резко вдохнул и схватился за край стола. Его лицо побелело. Кольцо с черным камнем слегка дрогнуло. Будто что-то внутри него проснулось. Миранда не подала виду, лишь подняла бокал, сделав глоток вина. — Профессор Квиррелл, — окликнула Розье, перегибаясь через Снегга. Ее голос прозвучал легко, почти дружелюбно, — Как вам новый набор? Кажется, в этом году особенно много дрожащих первокурсников. Квиррелл вздрогнул так сильно, что чуть не уронил нож. — Я-я… да, п-похоже на то, — он закашлялся, и его пальцы судорожно сжали салфетку. Миранда улыбнулась, но ее глаза оставались холодными. — Надеюсь, ваши лекции по защите от темных искусств не напугают их еще больше. Квиррелл что-то пробормотал в ответ, но его голос дрожал. В этот момент Шляпа громко объявила: — ГРИФФИНДОР! Зал взорвался аплодисментами. Рыжий мальчишка радостно побежал к своему столу, а Миранда воспользовалась моментом. Она медленно подняла руку, будто поправляя волосы, и позволила свету упасть на кольцо. Камень на мгновение вспыхнул тусклым алым светом. Квиррелл резко втянул воздух, будто его ударили. — Вы выглядите бледным, профессор, — сказала она, притворяясь обеспокоенной, — Не хотите ли выйти подышать? — Н-нет, я… я в порядке, — он попытался улыбнуться, но это вышло жалко. Дамблдор повернул голову, его взгляд скользнул между ними. Миранда кивнула и вернулась к наблюдению за церемонией. Но внутри нее бушевал торжествующий смех. «Он здесь» Не призрак, не память — Он. И теперь они оба это знали. Кольцо на ее пальце излучало тепло, почти болезненное, будто обжигающее изнутри. «Скоро, мой Лорд… — подумала она, наблюдая, как Квиррелл судорожно глотает воду, — Очень скоро». А в глубине души, там, где когда-то жил страх, теперь расцветала странная, почти нежная радость. Как у жены, наконец нашедшей потерянного мужа. Минерва Макгонагалл вызывала по списку прибывших учеников, которые должны сесть на табурет и, надев шляпу, ждать огласки своего факультета. — Поттер Гарри, — объявила Минерва и мальчик подошел к шляпе. — Вот и он, — протянула Миранда, — Совсем недавно на руках его держала… — Вылитый Джеймс, — с презрением бросил Снегг. Розье усмехнулась и продолжила наблюдать. После раздумий шляпа вынесла вердикт: — Гриффиндор! — Как ожидаемо. Нужно познакомиться с ним поближе, верно, Северус? — ехидно сказала Миранда. — Не разделяю твоего оптимизма… После того, как все первокурсники были распределены, директор Хогвартса Альбус Дамблдор поднялся со своего золотого кресла. Его длинные серебряные волосы и борода переливались в свете свечей, а полумесяцевые очки скрывали проницательный взгляд. — Добро пожаловать! — его голос, теплый и звучный, наполнил зал, словно объятия старого друга, —Добро пожаловать в новый учебный год в Хогвартсе! Аплодисменты прокатились по залу, но Дамблдор мягко поднял руку, призывая к тишине.

***

Кабинет Защиты от Темных Искусств наполнился взволнованным шепотом первокурсников, когда дверь плавно распахнулась. В класс вошла высокая женщина в черной мантии с поблескивающей вышивкой на груди. Ее платиновые волосы были собраны в элегантную косу, а холодные голубые глаза медленно обводили аудиторию. На губах играла мягкая улыбка. Чувствовалось, что она была строгой, но одновременно доброй и понимающей. Миранда окинула класс взглядом и начала: — Добрый день, дорогие первокурсники, меня зовут профессор Розье. И да, прежде чем кто-то спросит — мне действительно больше шестидесяти, — заговорщическим тоном прошептала она и подмигнула классу. Легкий смешок пробежал по аудитории. — С вами мы познакомимся чуть позже. В этом семестре я буду преподавать вам защиту от темных искусств. В списке учебников я рекомендовала вам книгу Темные силы: пособие по самозащите. Она грациозно подошла к столу и легко присела на его край, выпрямив спину. — Откройте, пожалуйста, ваши книги. У всех она есть? Поднялась одна дрожащая рука. — Да, мистер…? — Д-Долгопупс, профессор. Извините, профессор, я забыл книгу дома, но моя бабушка пришлет ее с совой… — пробормотал мальчишка и сконфуженно опустил взгляд. — Вот пустоголовый! Даже учебник забыл! — громко фыркнул Драко Малфой, слизеринцы тут же поддержали его смешками. Голубые глаза профессора Розье сузились. — Мистер Малфой, — ее голос внезапно стал сладким, как мед с ядом, — В Слизерине ценят остроумие, но прежде всего, умение его демонстрировать в подходящий момент. Минус пять баллов с вашего факультета. Гарри Поттер неожиданно для себя ухмыльнулся, он с одобрительным восхищением посмотрел на Розье и не сдержал улыбки. — Мистер Долгопупс, сегодня ваш сосед поделится учебником с вами. А теперь: содержание. Она щелкнула пальцами, и на доске золотыми буквами проступили семь пунктов. — За этот учебный семестр мы освоим семь базовых защитных заклинаний, которые пригодятся вам в дальнейшей жизни. Также изучим самых известных представителей темных сил. Есть вопросы? — все ученики притихли, — Значит вопросы есть у меня. Кто-нибудь слышал о проклятии призраков? — она выжидающе уставилась на испуганных студентов. В их головах было пусто — это Миранда заметила при помощи легилименции еще с самого начала урока. Рука взметнулась в воздух. — Да, как вас зовут? — Грейнджер. Гермиона Грейнджер, профессор. Проклятие призраков — это проклятие, вызывающее сильный насморк и озноб. — Прекрасно, пять очков Гриффиндору. Малфой в недоумении уставился на Миранду. — Может быть вы, мисс Грейнджер, знаете как оно произносится? — Да, профессор. Мукус Ад Нозем. — Десять очков Гриффиндору, — Миранда одобрительно кивнула, — Хотя правильнее было бы сказать — «Мью-кос эйд Но-зэм». Акцент на первый слог. Превосходно! Вы очень способная волшебница, вас ждет успешное будущее. — Спасибо! — покраснела от смущения Гермиона. Взгляд Миранды скользнул к задним партам, где Рон Уизли увлеченно что-то шептал Гарри Поттеру. — Мистер Уизли, — Розье внезапно оказалась прямо перед ними, возникнув бесшумно, как призрак, — Ваши братья-близнецы уже подарили мне три седых волоса в прошлом году. Не собираетесь побить их рекорд? Рон покраснел, как маковый цвет. — Н-нет, профессор! — Рон сконфуженно замолк и опустил взгляд. — Рада слышать. А рядом… Она повернулась к Гарри, и ее глаза странным образом изменили оттенок, с голубого на почти зеленый. — Гарри Поттер, — пробормотал он. — Очень приятно, — ее губы растянулись в улыбке, но глаза оставались холодными, — Кстати, мистер Поттер, вы случайно не левша? Гарри растерялся: — Нет… — Жаль. Левосторонняя стойка дает преимущество в дуэлях. Она легко оттолкнулась от парты и поплыла к доске, мантия развевалсь за ней, как тень. — А теперь, — голос Миранды внезапно стал зловеще тихим, — Кто-нибудь знает, почему это заклинание называется «Проклятием призраков»? В классе повисла мертвая тишина. — Есть такое поверие, — она обвела их взглядом, — Если произнести его перед зеркалом в полнолуние, то можно увидеть тень последнего, кто умер в этом помещении... Где-то в углу упала книга. — Но об этом, на следующем уроке. Домашнее задание: первые две главы. Всем спасибо за урок.

***

      Июнь, 1992 год.       Дверь кабинета директора Хогвартса распахнулась без стука. В проеме стояла Миранда Розье. Ее платиновые волосы были растрепаны, но в глазах горел холодный, неумолимый огонь. — Дамблдор! Дайте мне ответы, прошу! — на выдохе промолвила она и рванула к креслу напротив директора. — Я вас слушаю, Миранда. — Он был здесь. Из ее уст это прозвучало скорее, не как вопрос, а как констатация факта. Дамблдор отложил перо и медленно поднял на нее свой взгляд. Альбус медленно кивнул. — И он не связался со мной. В голосе Розье не было ни боли, ни обиды, только ледяное непонимание. Дамблдор снял очки и отложил их на стол перед собой, затем скрестил пальцы и вздохнул. — Он слаб. Он боится. — Том Реддл ничего не боится, — усмехнулась Розье и качнула головой. — Том Реддл мертв, — тихо сказал директор, — Остался только Воландеморт. А он, он боится вас, Миранда. Потому что вы знаете его лучше, чем кто-либо. Она замерла. Кольцо на ее пальце, черный камень в золотой оправе, слабо дрогнуло, будто в ответ. — Вы подвергли мальчишку смертельной опасности, — наконец произнесла она укоризненно глядя на Альбуса, — Он мог погибнуть. — Он выжил, — парировал директор Хогвартса. — Мальчик который выжил не может выживать вечно, Дамблдор! Старик тяжело вздохнул и поднялся. — Поэтому я и вынужден просить вашей помощи, Миранда, — спокойно произнес Альбус, — Сейчас Воландеморт снова в изгнании. Но это ненадолго. Он будет пытаться убить Гарри Поттера столько раз, сколько потребуется. Миранда замерла, губы ее искривились в недовольной усмешке. Она ненавидела это чувство, эту железную хватку Непреложного Обета, сжимавшего ее волю. — Я не нянька для мальчишки, — прошептала она сквозь зубы, — Оставьте это Снеггу. — Миранда, — его голос звучал тихо, но с неумолимой силой, — Вспомните о Непреложном Обете. Ее пальцы сжались. Розье ненавидела, когда он напоминал ей об этом. — Я не ваша слуга… Чертов Обет, — прошептала она, чувствуя, как магия сжимает ее горло, оставляя лишь один возможный ответ. — Но вы слуга Обета, Миранда. В кабинете стояла тишина. Кольцо на ее руке пульсировало, будто второе сердце. — Хорошо, я буду наблюдать за Поттером, — наконец сквозь зубы произнесла она, — Но не потому, что вы просите. Дамблдор кивнул. — Этого более чем достаточно. Разозленная Миранда развернулась и выбежала, не попрощавшись. Дверь за ней с силой захлопнулась, а Феникс Фоукс встревожено расправил крылья, щелкнув клювом.