Чёрное сердце

      Октябрь, 1995 год.       Пятничный вечер в особняке Розье обещал быть полон новых вестей. Дождь стучал по витражным стеклам, когда Нарцисса Малфой переступила порог дома своей тети. Женщина сбросила с плеч мокрый плащ и поймала оценивающий взгляд Миранды. — Выглядишь ужасно, — заметила Розье, которая сидела в мягком кресле у потрескивающего камина и подала племяннице бокал вина. — Спасибо, дорогая, — усмехнулась Нарцисса, и сделав глоток, перешла на полушепот, — Люциус не спит уже третью ночь. Слишком много наших собралось в Малфой-мэноре… Малфой замолчала, испытующе глядя на Миранду, ожидая от нее шквал предсказуемых вопросов. — Что происходит? Где Милорд? Он спрашивал про меня? Кто из его псов прибежал на первый зов?! Нарцисса со стуком поставила бокал на столик перед собой. — Много вопросов для женщины, которая четырнадцать лет делала вид, что Его не существует, — криво улыбнулась женщина и прищурившись взглянула на Миранду. Розье сжала кулаки, острые ногти впились в ее ладони, оставляя отметины. Она строго произнесла: — Отвечай, Цисса. — Он знает, — резко выдохнула леди Малфой, — Знает, что ты преподаешь в Хогвартсе. Снегг проболтался. Северус явился к Милорду чуть позже, чем остальные… В зале повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь стуком капель дождя за окном. Где-то на улице пролетела сова, шелестя крыльями. — Акцио! В воздухе материализовалась пачка магловских сигарет и упала в руку Миранды. Дешевых, крепких, именно таких, какими она баловалась во время учебы в Хогвартсе. Она ловко выдернула одну и зажала между пальцев. — Инсендио, — бросила Розье, поднеся кончик палочки к сигарете. Язычок пламени на секунду осветил ее напряженное лицо. Женщина глубоко затянулась, ощущая, как едкий дым заполняет легкие, и медленно выпустила дым. Горечь на губах и легкое головокружение. Глупое, бесполезное, но такое знакомое успокоение. — И что Милорд сказал? — голос Миранды звучал неестественно ровно. Нарцисса поднялась с места, подойдя ближе к камину и вытянула перед собой ладони, зябко потирая их. — Сказал, что ждал этого. Что четырнадцать лет — это достаточный срок, чтобы… Она замолкла и обернулась, взглянув на Розье. — Чтобы простить? — язвительно закончила Миранда, нервно выпуская струйку дыма. — Чтобы придумать для тебя особую казнь. — Но я ведь его жена. Может быть он… Нарцисса резко перебила свою тетю, не позволив той закончить мысль: — Он приказал пытать детей, Миранда! Детей! Тех, чьи родители отказались вновь к нему присоединиться, — ее голос сорвался на мгновение, но Малфой тут же взяла себя в руки и продолжила, — Ты действительно думаешь, что брачные узы что-то значат для того, кто разорвал собственную душу на части? Миранда отвернулась к окну. В отражении стекла она увидела бледное лицо с тенью мрачных мыслей. — Тогда зачем он хочет встречи? — едко спросила Миранда, пренебрежительно хмыкнув. Нарцисса сделала глоток вина, оставляя кроваво-красный след на бледных губах. — Не для воссоединения, дорогая. Он сказал… — она сглотнула ком в горле, — Что хочет лично забрать ту часть своей души, что принадлежит тебе. Гром грянул прямо над особняком, заставив вздрогнуть хрустальные бокалы. Дождь усилился. — Когда? Нарцисса сделала шаг вперед. — Беги, Мира. Пока не поздно. Миранда медленно повернулась лицом к племяннице. В ее глазах загорелся опасный огонек и она прошептала: — Я тоже ждала этого четырнадцать лет… Розье подняла бокал и неожиданно громко и твердо воскликнула: — За встречу бывших супругов! Нарцисса не стала чокаться, ведь она знала, что этот тост был не к добру.

***

      Январь 1996 года. Большой зал школы Хогвартс был залит золотистым светом раннего морозного утра. Профессор Розье неспешно развернула свежий выпуск Ежедневного пророка, который только что опустился перед ней на стол. Когда первый заголовок крупными буквами бросился в глаза, то ее сердце пропустило удар. «МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА» Пальцы Миранды слегка сжали газету, а глаза спешно бегали по строчкам: Антонин Долохов, Беллатриса Лестрейндж, Рабастан Лестрейндж, Родольфус Лестрейндж, Август Руквуд, Джагсон, Трэверс, Мальсибер… Миранда подняла голову и встретилась взглядом со Снеггом, который только что отложил Ежедневный пророк на стол перед собой. В его глазах читалось то же понимание ситуации. Вернулись не просто Пожиратели смерти, под знамена Темного Лорда вернулась сама элита. После неудавшегося завтрака, Розье, которой после новостей кусок в горло не лез, быстрым шагом отправилась в свой кабинет готовиться к предстоящим занятиям. — Любопытные новости с утра, — сухо заметил Снегг, догоняя ее в пустынном коридоре. Миранда замедлила шаг и прошептала: — Особенно для тех, кто думал, что эти имена навсегда останутся в прошлом. — Руквуд… Его связи и информация всегда была бесценна для Милорда. А Долохов… — Лучший дуэлянт после самого Милорда, — закончила Миранда, — Теперь к нему вернулось настоящее войско. Снегг склонил голову и произнес вполголоса: — Ты беспокоишься? Миранда усмехнулась. — За себя? Вряд ли, но, — женщина вздохнула и покачала головой, — Это меняет баланс сил. Он вернул костяк Пожирателей, самых преданных и самых опасных. — И самых фанатичных, — с усмешкой добавил Снегг, — Беллатриса не простит тебе твоего… отсутствия все эти годы. — Пусть попробует что-то выкинуть, — холодно ответила Розье, но пальцы непроизвольно сжались. Они дошли до поворота, где их пути расходились. — Будь осторожна, — бросил Снегг на прощание, — Даже если они не придут за тобой… теперь в Хогвартсе будет на что оглядываться. Миранда продолжила путь одна, погруженная в вихрь собственных мыслей. Возвращение старых друзей меняло все.

***

      18 июня, 1996 год. Миранда сидела на краю большого дубового стола в своем кабинете, перебирая стопку увесистых фолиантов по темным искусствам. Вдруг в пламени камина вспыхнули изумрудные языки, и из огня вырвался сверток пергамента, упав к ее ногам с легким шуршанием. Розье развернула послание одним резким движением, где уже знакомый почерк Дамблдора гласил: «Гарри Поттер направляется в Отдел Тайн. Пожиратели ждут. Ваше присутствие необходимо, Миранда. Обет обязывает.» Пергамент мгновенно вспыхнул синим пламенем и рассыпался пеплом. Розье замерла, сжимая кулаки от бессильной злости. «Обет обязывает.» Два слова, перечеркивающие ее волю. Два слова, которые снова делали ее пешкой в чужой игре. Женщина резко встала, смахнув пепел с колен. В зеркале напротив мелькнуло ее отражение: бледное лицо, поджатые губы, глаза, наполненные яростью и еще чем-то неуловимым… Миранда схватила мантию и вышла, хлопнув дверью так, что с полок слетело несколько книг. «Вдруг посреди зала распахнулась одна дверь, затем другая — и в комнату вбежали еще пять человек. Это были Сириус, Люпин, Грозный Глаз, Тонкс и Кингсли. За ними следом скользнула и Миранда Розье в капюшоне, скрывающем лицо. Малфой обернулся и поднял палочку, но Тонкс уже послала Оглушающее заклятие прямо в него. Гарри не стал дожидаться и смотреть, попадет ли оно в цель; он сразу бросился с платформы вниз, чтобы не мешать. Пожирателей смерти ошеломило внезапное появление членов Ордена феникса, которые, прыгая со ступени на ступень, принялись осыпать их заклятиями.» В неразберихе ярких вспышек и падающих тел, Миранда с боем продвигалась дальше. Она сражалась с Пожирателем, не видя его лица, скрытого под маской, но узнавала Долохова в его привычной манере ведения боя. В пылу битвы они случайно оказались в другой комнате. Гул сражения доносился сквозь толстые стены, приглушенный, словно из другого мира. — Розье?! — голос Долохова прозвучал резко, вырываясь из его груди скорее с изумлением, чем со злостью. Он скинул маску. Миранда сглотнула, разминая пальцы, их кончики предательски задрожали. Лицо, которое Розье запомнила много лет тому назад, харизматичное и гладко выбритое, сейчас было покрыто глубокими морщинами. Годы в Азкабане оставили свои отметины. Глаза, слишком блестящие, с тем безумным огоньком, что появлялся у тех, кто слишком долго смотрел в лицо Дементорам. Но невольно, у Миранды вызвало дрожь движение его пальцев. Старый Пожиратель все так же изящно перебирал палочку в руках. В точности так, когда он объяснял ей тонкости темных искусств у камина в гостиной Слизерна в их общем далеком прошлом… — Она самая, — ответила женщина ровно, не опуская палочку, — Азкабан не сломал тебя, — наконец продолжила она. Он рассмеялся хрипло и как-то болезненно. — Разве можно сломать то, что уже мертво? В его глазах горела та же одержимость, что и тогда в прошлом. Только теперь без тени человечности. Неожиданно Долохов резко схватил Розье за рукав мантии и рывком втащил в соседний проход, хлопнув дверью за ее спиной. Миранда пошатнулась, но не упала. Ее палочка мгновенно оказалась направленной прямо в лицо Антонину. — Брось, мы же друзья! — он развел руками, но не отошел ни на шаг. — Очень сомневаюсь в нынешних обстоятельствах, — ее голос был холоден, но палочка в руке дрогнула. Долохов внезапно вскинул руки и вцепился ей в плечи, встряхнув так, что зубы стукнули друг о друга. — Что происходит?! Ты с ними теперь?! С Дамблдором?! Пальцы Пожирателя впились в мантию Розье, будто он хотел вытрясти из нее всю правду. Миранда не отступила и твердо произнесла: — Я там, где должна быть. — Предательница! — Выжившая! — она резко вырвалась, отбросив его заклинанием. Долохов отлетел к стене, но тут же поднялся на ноги и сделал несколько шагов навстречу бывшей подруге. — Он искал тебя! Все эти годы! — И нашел, — Миранда выпрямилась, гордо вскинув голову, — Вот только я больше не та, кого он помнит. За дверью грянул оглушительный взрыв. Долохов рукой вытер выступившую кровь с лица. — Он убьет тебя за это. — Пусть попробует, — женщина развернулась к выходу, оставляя бывшему другу свою спину, будто вызов, — Но сначала тебе придется пройти через меня, Антонин. Его смех раздался за ее спиной, горький и до боли знакомый. — Прежняя Миранда. Всегда драматизируешь. Она не обернулась. За дверью ее ждала битва, но Миранда разрывалась. Розье не могла понять, чего хочет она сама. Вернуться к мужу, простить ему все. Или остаться? Продолжать эту жалкую пародию на сопротивление, защищать того, кто рушит все, что они строили с мужем с самого начала? Долохов заметил ее колебания. — Он скучает по тебе, знаешь ли, — прошептал он, приближаясь, — Все эти годы… ты была единственной, кого он действительно хотел вернуть. Ее рука дрогнула, а глаза защипало от выступающих слез. Где-то за спиной раздался крик Гарри Поттера. Непреложный Обет жег грудь огнем, а сердце разрывалось на части. Долохов криво усмехнулся, видя ее мучения. — Выбирай, Мира. Пока не стало поздно. Бой продолжился с новой силой. «Долохов снова поднял палочку: — Акцио, проро… Внезапно на него налетел Сириус и сшиб плечом на пол. Пророчество снова скользнуло к самым кончикам пальцев Гарри, но он сумел удержать его. Между Сириусом и Долоховым завязалась битва, их палочки мелькали, как шпаги, из них сыпались искры… Долохов отвел назад палочку, готовясь применить то же заклятие, которым он поразил Гермиону. Вскочив с пола, Гарри выкрикнул: — Петрификус тоталус! Долохову вновь свело руки и ноги, и он, отвердев, грохнулся на спину. — Отлично! — восхитился Сириус, уклоняясь от парочки Оглушающих заклятий. — А теперь давай-ка беги отсю… Они разом пригнулись: луч зеленого света чуть не угодил в Сириуса. Гарри увидел, как Тонкс по другую сторону комнаты упала посреди амфитеатра; ее обмякшее тело стало сползать вниз по каменным ступеням, а торжествующая Беллатриса, развернувшись, кинулась в самую гущу схватки. Гарри обернулся вслед за взглядом Невилла. Прямо над ними, на пороге двери стоял Альбус Дамблдор, палочка его была поднята, лицо побелело от гнева. Словно электрический ток пробежал по всему телу Гарри — они спасены! Сириус увернулся от красного луча, посланного Беллатрисой. Он смеялся над ней… — Ну же, давай! Посмотрим, на что ты способна! — воскликнул он, и его голос раскатился эхом по огромной комнате. Второй красный луч поразил его прямо в грудь. Улыбка еще не сошла с его уст, но глаза расширились от изумления. Сам того не заметив, Гарри отпустил Невилла. Он снова спрыгнул на ступень ниже, вынимая палочку. Дамблдор тоже обернулся к платформе. Казалось, Сириусу понадобилась целая вечность, чтобы упасть: его тело выгнулось изящной дугой, прежде чем утонуть в рваном занавесе, закрывающем арку. Раздался торжествующий клич Беллатрисы Лестрейндж. — СИРИУС! — закричал Гарри. — СИРИУС! Из-за платформы раздался громкий треск и вопль. Гарри увидел, как Кингсли с криком боли рухнул на пол; Беллатриса Лестрейндж тут же пустилась бежать. Дамблдор мгновенно повернулся и послал ей вслед заклятие, но она отклонила его; вот она уже на середине амфитеатра… — Гарри, стой! — воскликнул Люпин, но Гарри воспользовался тем, что он ослабил хватку, и успел вырвать руку. — ОНА УБИЛА СИРИУСА! — закричал Гарри. — ОНА УБИЛА ЕГО! А Я УБЬЮ ЕЕ!» Миранда кинулась вслед за Поттером, который несся за Беллатрисой не разбирая дороги. — Остановись, мальчишка! Ты ничего не сможешь сделать! — пыталась достучаться до парня Розье. — Профессор Розье, не мешайте мне! Лестрейндж рассмеялась: — Послушай старших, Гарри. Темные коридоры Министерства мелькали перед глазами Поттера, его сердце бешено колотилось в груди. Беллатриса скользила впереди, ее смех эхом разносился по мрачным залам. — Круцио! Беллатриса вскрикнула. Заклятие Гарри сбило ее с ног, но она не стала извиваться и корчиться от боли, она мигом вновь вскочила на ноги. — Ты никогда раньше не применял непростительных заклятий, правда, мальчик? — ее голос звучал сладко, но ядовито, — Ты должен по-настоящему хотеть, чтобы они подействовали, Поттер! Надо хотеть причинить боль и получить от этого удовольствие! Гарри сжал палочку так, что его пальцы побелели. — КРУ… — Остановись! — нетерпеливо прорычала Миранда. Поттер почувствовал резкий рывок за плечо. Розье встала между ним и Беллатрисой, ее глаза горели в полумраке. — Ты ничего не сможешь сделать! Гарри попытался оттолкнуть ее. — Вы не сможете мне помешать! Сделав пару шагов, Беллатриса обернулась. Ее губы растянулись в улыбке. — Послушай ее, Гарри, — Лестрейндж покачала головой, будто жалея его, — Она же знает, на что ты способен… или нет? Миранда не отводя взгляда от Гарри, прошептала: — Она хочет, чтобы ты сорвался. Не дай ей этого. Ее пальцы сжали запястье мальчика нежно, но твердо. — Ты должен быть выше этого. Где-то вдали грянул взрыв. Беллатриса скривилась, будто что-то почувствовала, и исчезла, спрятавшись за мраморной колонной. Гарри дрожал от ярости. — Она убила Сириуса! Миранда не отпускала его. — И ты думаешь, убийство Лестрейндж сделает Блэка живым? Ее голос звучал тихо, но каждое слово попадало точно в цель. — Это только превратит тебя в них, — добавила женщина. Где-то в глубине коридора раздались шаги, пришло подкрепление Ордена. Но в этот момент Гарри видел только пустоту там, где секунду назад была Беллатриса и руку на своем плече, которая не давала ему упасть в пропасть. И тут появился Он. Высокий, худой, в черной мантии с капюшоном, жуткое змеиное лицо, бледное и иссохшее, багровые глаза с щелями зрачков. Лорд Воландеморт стоял посреди зала, направив на него палочку, и Гарри застыл на месте, не в силах шелохнуться. Темный зал Министерства, воздух которого дрожал от магии, тяжелой и густой, казалось, застыл. Воландеморт повернул голову. Его алые глаза остановились на Миранде. Они не виделись почти пятнадцать лет. Черты лица Темного Лорда исказились, став еще острее. У Миранды перехватило дыхание, а его безгубый рот растянулся в знакомой усмешке. С той же усмешкой он когда-то давно целовал ее, шепотом говоря о своих чувствах, в полутемных коридорах школы Хогвартс… Том Реддл — это имя ударило в висках, пробуждаясь, после долгого сна. Пятьдесят лет назад он был совсем другим. Высоким, статным юношей, с горящими темными глазами. Тогда он был просто Томом, единственным, кто понимал Миранду, кто шептал ей, что они созданы друг для друга… Между ними вдруг возникла пропасть, такая глубокая и холодная, от которой, казалось, кости сводило и горло сжимала судорога. — Миранда… — его голос прошипел, как змея, гулко разносясь по атриуму Министерства. Она не ответила, стоя на месте как вкопанная и не сводила взгляда со своего мужа. Неожиданно Розье ослепила вспышка света. — Глупо было приходить сюда сегодня, Том, — спокойно произнес Дамблдор. — Сейчас подоспеют мракоборцы… — К этому времени меня здесь не будет, а ты будешь мертв! — рявкнул Воландеморт. Дамблдор появился, как буря, его мантия взметнулась, и зал ослепило золотым сиянием. — Прочь, Миранда! — бросил ей Дамблдор, готовясь к битве с Темным Лордом. Она не заставила себя ждать, сделав шаг назад, женщина зашла в камин и крикнула: — Хогвартс! Зеленое пламя охватило ее, унося далеко от суеты сражения. Последнее, что Розье увидела перед тем, как исчезнуть — багровые зрачки, неотрывно следящие за ней. И улыбку, больше походившую на оскал, но все ту же, как тогда, в сорок третьем…

***

Кабинет Дамблдора тонул в предрассветных сумерках. В очередной раз Миранда стояла перед массивным дубовым столом. Женщина крепко сжимала пальцы в замок, чтобы скрыть дрожь. — Мне необходимо встретиться с Ним, — голос Розье звучал твердо, но в ее взгляде читалось волнение и капля страха. Дамблдор отложил перо, стекла его очков вспыхнули в тусклом свете. Старик устало прикрыл глаза и глубоко вздохнул. — Северус уже находится там, среди наших врагов. Два агента — это… — Слишком опасно? — Миранда нетерпеливо перебила директора, — Опаснее, чем Его подозрения? Он чувствует, Дамблдор. Чувствует, что я скрываюсь, избегаю его. Альбус медленно поднялся, его мантия прошелестела по каменному полу, он сделал несколько шагов. — Он будет рыться в ваших мыслях, Миранда, — устало произнес старик, — Без малейшего снисхождения, вы должны это понимать. — Полагаете я не умею защищаться? Умею. Даже от Него. За окном первые птицы начали щебетать, а Дамблдор снова вздохнул, находясь в раздумьях. — Северус будет рядом, — на мгновение голос директора приобрел стальные нотки, — Но если вы почувствуете, что теряете контроль… — Я знаю как мне действовать! — Миранда закончила за него, и вихрем вылетела из кабинета, не дожидаясь окончательного ответа Дамблдора.

***

Тьма, в одной из зал дома Розье сгустилась, будто испугавшись его появления. Он стоял на пороге. Высокий, бледный, с алыми сверкающими глазами. Его новое тело дышало темной магией, безудержной мощью и обжигающим холодом, а пальцы крепко сжимали палочку. Миранда сидела в кресле у камина, небрежно вытянув длинные ноги. В руках она держала наполненный бокал вина, и не отрываясь смотрела на потрескивающий огонь. Женщина даже не пошевелилась, когда он вошел. — Даже не поприветствуешь? Розье медленно поднялась и встала перед ним, не склонив головы. Ее глаза все те же, слишком смелые, дерзко скользнули по его новому облику. Новое тело, новый облик, не человек, уже нет. — Нравится? — насмешливо спросил он. Миранда не ответила. Ее молчание взорвалось ответной яростью Воландеморта, направленной на нее. — Ты должна была умереть, — его пальцы сжали палочку еще сильнее, — Лежать в земле и гнить, но ты здесь, ты дышишь. Темный Лорд медленно обошел вокруг своей жены и остановился перед ее лицом. — Ты смеешь стоять передо мной так спокойно? — его голос был тихим, но нагонял леденящий страх, — Ты не пала ниц, не зарыдала, не убежала. Его левая рука взметнулась резко и без предупреждения. Пощечина оглушила Розье, заставив отшатнуться, кровь выступила на губе, ее глаза задрожали, но слез не было, ни капли. Женщина медленно подняла голову, в ее взгляде не было страха. — Я ждала, — после долгой паузы твердо ответила она. Тень пробежала по лицу Воландеморта, и он повернулся к Розье спиной. — Ждала? — он усмехнулся, — Пока я гнил в небытии, скитался по лесам Албании, существовал в чужих телах. Ты жила, дышала, смеялась. С кем? Миранда не отвечала. — Сколько их было? — он развернулся и шагнул ближе, высокая тень Темного Лорда накрыла ее, — Сколько рук касались тебя, пока я не вернулся? Воландеморт резко поднял руку с палочкой и выкрикнул: — Круцио! Боль пронзила Миранду и согнула пополам, вызвав хриплый стон, она упала на колени, но не закричала от боли, а рассмеялась. — Ты… всегда… торопишься… Она глядела на него снизу вверх, стоя на коленях, но в ее взгляде по прежнему читалось превосходство. Темный Лорд злобно прорычал и поднял ее за волосы, поставив на ноги. Глаза Милорда пожирали ее. Перехватив Миранду за горло, Воландеморт прижал женщину к стене. Его дыхание обжигало, словно яд. — Сколько? — Ревнуешь? — выплюнула она, с вызовом глядя в алые глаза мужа. Его пальцы сжались сильнее. — Я не повторяю вопросов, Миранда. Она кашлянула, но в глазах не было страха, ужаса, раскаяния, что так желал увидеть Темный Лорд. Лишь только легкая надменность и искра насмешки. — Хочешь список? — ее голос был хриплым, но язвительным, — Проверишь в моих воспоминаниях? — она провела языком по верхней губе, убирая выступившую кровь, — Или боишься увидеть, как твои верные змейки заползали между моих ног? Он взревел, швырнув Миранду на пол. Темная магия клубилась вокруг него, готовая разорвать эту женщину на части. — Лги! Лги, чтобы спасти свое положение. — Конечно, я вру, — Миранда усмехнулась, утирая остатки крови с лица, — Но разве не прекрасно было видеть, как ты бесишься? Воландеморт замер. — Никто? — Никто, — она плюхнулась в кресло, будто они обсуждали погоду, — Они все были слишком жалки. Даже думать о них скука. Миранда пожала плечами и буднично принялась поправлять себе прическу, будто между ними ничего не произошло. Вскоре наступила тишина, а потом Темный Лорд рассмеялся резко и почти безумно. Розье подняла бокал в тосте и прошептала, взглянув на мужа с былой нежностью: — Я ждала только тебя. Его рука со сжатой палочкой, еще минуту назад, жаждущая убить эту женщину, дрогнула. Тут же он вспомнил их свидание на астрономической башне, поездку в Литтл-Хенглтон. Ее смех. Ее пальцы, вцепившиеся в его мантию перед тем, как он исчез во тьме. Ее глаза, что были единственными, где он всегда видел правду. — Глупая женщина. — Твой крест, — она потянулась к нему, пробежавшись рукой по его плечу, — Прими его и неси. Воландеморт приблизился к ней вперед, Миранда не отпрянула. Его прикосновение было обжигающе холодным. Когда его губы впились в ее шею, это было не прощение, то была ледяная, властная метка собственности. — Перейдем к следующей теме, что интересует меня, — после долгого молчания произнес Темный Лорд. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая кровавые блики на стены. Лорд Воландеморт стоял у окна, его длинные пальцы сжимали подоконник так, что мрамор треснул. — Ты ушла, — его голос был тихим, с нотками угрозы, — Исчезла на целых четырнадцать лет. А теперь возвращаешься с пустыми руками и просишь прощения? Миранда сидела в кресле, ее ноги были изящно скрещены, она сделала еще глоток из хрустального бокала и невозмутимо ответила: — Я не прошу прощения. Я объясняюсь с тобой. Он резко обернулся и его черная мантия взметнулась. — Тогда объясни. Почему ты связала себя с Дамблдором? Миранда сделала глубокий вдох, как перед тяжелым признанием, и начала: — После нашей ссоры… перед твоим падением, я так была зла на тебя, Том, что наделала глупостей. За это я каюсь до сих пор. Признаю свою ошибку, — тяжело вздохнула Розье и с грустью взглянула на мужа, — А после твоего падения… я была слаба, одинока, сломлена. Дамблдор предложил защиту, но ценой стала моя свобода. — Непреложный Обет? — его глаза вспыхнули гневом. — Да. Наступила тишина, которую нарушил Воландеморт. Он взревел, темная магия исходила от него волнами, разбивая вазы, срывая портреты со стен. — Ты предала меня! — Нет! — она вскочила, не боясь его ярости, — Я шпионила за ним все эти годы! Я видела каждый его шаг, слышала каждое слово! Но если я передам тебе хоть что-то, то умру. Темный Лорд замер, и помедлив, спросил: — Ты наблюдала? — Всегда. Его пальцы сжали ее подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Докажи. Миранда не моргнула, разрешая мужу беспрепятственно войти в ее сознание и посмотреть нужные воспоминания. Багровые зрачки Воландеморта сузились и он не стал этого делать. Воландеморт провел пальцем по ее ключице, но это не было не лаской, то была проверка на ложь. — Ты говоришь, что не в силах передать мне что-либо, но наблюдала… — его голос был мягок, но с нотками угрозы, — Как же тогда я должен верить, что ты не орудие Альбуса Дамблдора? Миранда наклонила голову, позволяя его ногтю оставить красную черту на ее коже. — Я не говорила, что ничего не узнала. Я не могу передать прямым текстом. Но если ты догадаешься сам… Миранда подошла ко книжной полке. Ее пальцы скользнули по корешкам книг и остановились на старинной книге «Тайны наитемнейшего искусства». — Любопытное чтение, — прошептал Лорд, замечая, как глаза его жены прищурились на секунду. Миранда стояла перед ним, медленно стягивая перчатку с руки. Шелк соскользнул вниз, обнажив бледную кожу и круглый шрам на безымянном пальце правой руки. Идеальной формы, будто кто-то вдавил раскаленный металл кольца в ее плоть и оставил это клеймо навсегда. Лорд Воландеморт на секунду замер, обдумывая увиденное, и спросил: — Что это? — его голос был тише змеиного шепота. Женщина провела пальцем по рубцу, и кожа вокруг побелела, будто все еще горела. — Сувенир. — От кого? — От одного… фамильного украшения, — ее губы дрогнули в подобии улыбки, — Ты бы его оценил. Его пальцы впились в руку жены, перекрывая шрам, словно пытаясь стереть его. Взгляд Воландеморта тут же переместился на левую руку, где должен был покоиться его кресстраж, кольцо Марволо Мракса. Он бесцеремонно схватил ее руку, тщательно осматривая. На безымянном пальце было пусто. — Где оно сейчас? — В надежных руках, — она намеренно посмотрела в сторону, где на стене висел портрет старого алхимика с длинной седой бородой. «Дамблдор» — с раздражением подумал Реддл. — Ты отдала его? — магия снова вскипела вокруг него, заставив дрожать стекла в окнах. — Я выбрала свою новую сторону почти пятнадцать лет назад, — Миранда резко вдохнула, когда его ногти вонзились ей в кожу, — Но даже он не смог его носить… не заплатив цену. «Старый дурак уничтожил его, но пострадал» — вновь подумал Темный Лорд, кривясь от злости. — Я не в силах помогать тебе, — она наконец посмотрела ему в глаза, — Обет… он сожжет меня, если я скажу больше или начну действовать. Его хватка на запястье Миранды ослабла. — Значит… — протянул он, — Старик действительно близок к истине. — Ближе, чем ты думаешь, — она потянулась к нему, прижимая его руку к своей груди, — Но у него нет остальных… сокровищ. «Остальные крестражи целы» — мелькнула мысль в голове у Лорда Воландеморта. — Ты знаешь как разрушать Непреложные Обеты, — сдержанно произнесла Миранда, опустив взгляд. — Кто станет исполнителем? — Снегг наносит тебе регулярные визиты, насколько я знаю… — пробормотала Розье. Его рука резко сжала ее запястье. Реддл кивнул, давая знать, что понял о чем идет речь. — Где? — О, — она потянулась к карте, специально провернув ее так, чтобы Хогвартс оказался в тени, — Если бы кто-то хотел попасть куда-то высоко… без лишних свидетелей… Ее бокал случайно наклонился, и вино растеклось по карте ровным кругом вокруг замка, не задевая территории астрономической башни. — И как же мои люди попадут туда? — заинтересованно спросил Реддл. Миранда медленно провела пальцем по корешкам книг на полке, остановившись на «Трактате о перемещении материи». — Ходят слухи, в Горбин и Беркс появилась любопытная антикварная вещица. Такая… парная, — вдруг Миранда потянулась к пустой чашке чая, что стояла на столике, специально задев ложку. Она упала, изобразив стрелку, указывая прямо в сторону старого гардеробного шкафа в углу, — Жаль, одна половина потерялась… но вторая все еще ждет. Воландеморт замер и усмехнулся. После недолгого молчания он произнес: — Исчезательный шкаф. — Какая догадливость, — подмигнула Розье. Его дыхание участилось. — Он ищет их. Мои… кресстражи. — О, он ищет многое, но некоторые двери требуют посредника. — Ты действительно не могла сказать. — Но теперь ты знаешь, что он охотится за тобой. — Значит… Дамблдор должен умереть. И тогда Обет разорвется, — задумчиво произнес Воландеморт, а его пальцы впились в ее бедра, — Если я прикажу убить его… — Тогда ничто не будет держать меня… — губы Миранды коснулись его уха, — …от того, чтобы говорить вслух. Наступила тишина, затем он рассмеялся низко, почти ласково. — Ты все та же. Хитра и опасна. — А ты все тот же, — улыбнулась Миранда, — Но теперь у тебя есть я. Он протянул руку, и она приняла ее, не колеблясь. — Прощаю. В этом слове не было слабости, только обещание.