blâmer l'océan…

— Ма ви, как я скучал по тебе! — Карим присел на корточки и раскинул руки в стороны. -Я тоже, папА! — в его объятия нырнула красивая, румяная девочка. -Ну, как ты? Как твоя мама, братик? — они пошли за руку по тротуару. -Уже разговаривает! Только непонятно что… когда мы наконец сможем брать его с собой? Я жду не дождусь каникул! Карим притворно задумался. Это не совсем входило в его планы. -Что ж, давай дождемся зимы, полетим вместе на Сен-Барт, договорились? -Мерси, папА! Ты самый лучший, честно-честно! — Мелия радостно побежала в сторону детской площадки, Карим натянув панаму поплотнее, поправил очки, пригладил бороду, пошел следом за ней. Сколько ему было, когда они съехали отсюда? Он уже играл за основную команду ‘Олямпик Льонэ’ или вовсе уже был в ‘Реале’ и жил в Мадриде? Карим вспомнил, как фанаты начали допекать его родителей, младших братьев и сестру, как им приходилось скрываться от любопытных глаз, прячась, возвращаться домой, задворками в сумерках пробираться в магазин за едой… ‘Бедная Мали! ’ вдруг подумалось ему и его взгляд упал на площадку, на которой они гоняли мяч все его детство и юность вплоть до переезда. Вечно орущий Эммануэль, дружелюбный Эльяс, драчун Халил… Ясмина! Глаза, цвета спелой вишни, дерзкая, смелая хохотушка… и ее молчаливая сестра с кудрявой копной! Боже мой!!! Карим замер… перед глазами встала картинка набирающей воду из родника Малики, непослушная копна кудрявых волос, темные, цвета спелой вишни, глаза… Сколько лет своей жизни он искал эти глаза! Сколько лет жизни он был в них влюблён!.. … -Маман, ну что за нужда заставляет тебя это делать? — уже в сотый раз обратилась к матери Малика. -Труд облагораживает! — бесцеремонным тоном констатировала она в ответ и продолжила высаживать астибы, — лучше принеси мне воды. -Уи, маман, — кивнула Мали и побрела на другой конец участка с ведром, — сажали бы, как все, пару-тройку оливок, ну какую-нибудь мимозу, раз уж так приспичило ковыряться в земле, но астибы! Кто их будет поливать? Здесь дождь идёт раз в год! -Вот ты и будешь поливать, — маман поправила шляпу, снова надела перчатки, — заодно научишься это делать. Знаешь, вырощенное что-то самостоятельно заставляет тебя любить это и беречь куда больше, чем… куда это ты, мадмуазель? -Проедусь в город, я ненадолго. -Господи! Не влипни снова никуда, я тебя прошу! — засуетившись, она пошла в ее сторону. -Уи, маман. Не беспокойся так, — Малика уже бежала в гараж. Она достала припрятанные там заранее парик и очки. Открыла ворота, на ходу натягивая на себя огромное мешковатое худи. Выкатила свой байк, завела, посидела с минуту под рокот двигателя в раздумьях, как лучше убрать волосы и прикрыть лицо, уехала, так и забыв закрыть ворота. Дорога шла серпантином по холмистой местности вдоль моря. Малика обожала это место, оно было ей отчим домом, она видела его во снах, мечтательно прикрыв глаза, представляла, как она едет здесь на любимом байке, когда становилось грустно и тоскливо в жаркой, сухой, припыленной красной, глинистой землей Америке. Зелень буйно росла вдоль шоссе, аромат свежескошенной травы и поздноцветущих растений заставлял глубоко вдыхать их аромат. Запах соленой воды, едва доносившийся с залива, напоминал об океане, встречи с которым она ждала последние дни. Когда небольшой чёрный байк остановился у ворот и его рычавший мотор переглушил музыку в наушниках, Айя Хакими выглянула в окно. Водитель, приветственно махнув рукой, позвал ее присоединится к нему. Косясь по сторонам, она сошла со своего крыльца и несмело подошла поближе. -Что? Малика Аму, это ты? -Да-да, не ори ты так. И поторапливайся. Я ехала к тебе с самого Кассиса! Они обнялись. -Но… почему твои волосы… что с тобой? -Ну синие и синие, что с того, со всяким случается. Давай поехали, а то на нас уже люди таращатся! -Валлах, я прямо-таки не знаю, что тебе сказать, — Айя пристроилась сзади и они тронулись, — надеюсь, это парик. Иначе тебя по ошибке подберёт бродячий цирк! -Да лучше ничего не говори, ей-Богу! Хоть уши отдохнут! -Маман? -Да. Кажется, она год копила слова, чтобы высыпать их все мне на голову! -И все же, не могу удержаться, чтобы не спросить, как твои дела, тебя уже можно звать мадам Бензема? — и Айя засмеялась, прижимаясь к плечу Малики, когда они круто вошли в поворот. -Ооо, тебе весело, да, сыпать мне пуд соли на кровоточащую рану? Хватит читать всякую желтуху, это не более, чем сплетни! -Ох, мадмуазель! Не так-то ты и проста! Но и я тоже не пальцем деланная! Думаешь, я не отличу человека, с которым делила горшок все детство, от других? Ты была на тех фото у океана, и кстати, очень здорово на них получилась. -О, Боже! Этот чертов океан разбередил мне душу! Я, признаться, до последнего надеялась, что для местных он просто очередной богатый бородач из какой-нибудь Саудовской Аравии… -Какой он в жизни? -Очень добрый на самом деле и страшно боится, что об этом все узнают, — Малика улыбнулась от воспоминаний о Кариме, — любит свой Брон, обожает своих детей… -Ну ведь и ты любишь свой Ноай! — Айя ущипнула Мали за нос, — аж с Кассиса сюда приехала! Они остановились на углу у маленького магазинчика, купили себе напитки. Припарковавшись, устроились прямо на газоне. -Бесконечно скучаю, — в голосе Малики зазвучала грустинка. -По Кариму? — вдруг ошарашила ее Айя. -По этому месту, вот ты балда! -Ааа, блин! Да ты живешь в огромном мегаполисе в стране возможностей! И скучаешь по своему ветхому райончику? -Да, — она взгрустнула, — маман никогда не поймёт, если я вдруг вернусь сюда. -Даже не думай! Я уже влипла в пару историй наперёд и растрезвонила всем, что у меня лучший в мире адвокат! Так что учись, как следует, и не подведи меня, Малика Самира Аму! -Слушай, тут больше нет того здания, все перестроили, — растерянно огляделся по сторонам Халил. -Примерно тут, но где конкретно? — Карим тоже оглядывался, он никогда не был в Марселе. -Черт, если б Эльяс не решил вздернуться тогда, мы бы сейчас так не маялись! Эти его родственники могли переехать или вообще…. того, — он дернул головой в бок. -Не болтай, это произошло случайно. Парень расстроился и перепил, ты же знаешь каким он был всегда сентиментальным, — Карим улыбнулся, — не то, что ты! — ткнул его плечом в плечо. -Пошли, чего зря стоять, ещё узнаёт кто, привяжется! -Может можно сделать запрос в муниципалитет по фамилии? Аму не так распрост…- Карим поздно прикусил язык. -Что? Ты знаешь их фамилию? Но откуда? — Халил подозрительно глянул на Карима, — в любом случае, те родственники Эльяса со стороны матери, фамилии не совпадают с его скорее всего… Да и зачем они тебе вообще? Ты что одолжил у них денег сто лет назад, а теперь они просят назад с процентами? Или ты подарил кольцо своей бабули этой темноглазой, а она с ним слиняла? — Халил заржал, запрокинув голову. -Больше похоже на второе, — Карим тоже засмеялся, — только что-то поценнее. Халил стал серьёзным. -Ты же шутишь? Она отшила тебя в первый же вечер! -Давай спросим у кого-нибудь? — Бензема поспешил перевести разговор с неприятной ему темы, — вон там люди на траве в парке… -Слушай, ну не пойдешь же ты в самом деле к ним! -Так ты пойдешь! Тебя они точно не знают! -Ну спасибо, что напомнил мне, что я — никто, — Халил снова засмеялся. -Да не ржи ты так, напугаешь их ещё! -Давай, сматываем удочки, — Айя приподнялась на локтях, — какая-то бородатая гопота сюда идёт, не хватало ещё нарваться на неприятности на ровном месте! Быстрей-быстрей… …