Чур ты первый

      Чего Джуничиро не мог понять, так это сочувствия к врагу. Для него Портовая Мафия состояла из плохих парней: убийц, воров, мошенников, похитителей людей; из тех, кто причиняет боль другим и получает от этого удовольствие.       Он знал, что Тачихаре нравилось насилие; это было очевидно из того, что сказал Кенджи, когда вошел в агентство с Черными Ящерицами. Джуничиро был в лазарете, когда это случилось, но события звучали как какая-то безумная вечеринка с кучей насилия в офисе.       Если подумать, Джуничиро не был знаком с Тачихарой, пока не увиделся с тем на автобусной остановке. Он знал о нем из-за того ужасного инцидента и по фотографиям, которые показал им Дазай. Танизаки также помнил рыжего по попытке Фукудзавы заключить что-то вроде союза с Портовой Мафией, но на этом было все.       И это было отлично — этого ему хватало.       А теперь он знал, что Тачихара потерял кого-то дорогого ему, и что он принадлежал еще какому-то месту, кроме мафии.       Когда Джуничиро поинтересовался у Дазая о Дзено, тот проявил свою редкую серьезность и спросил его о том, откуда он знает об этом неприятном, как бывший мафиози сам описал его, парне. Танизаки объяснил, что заметил человека, который, по его мнению, являлся членом Портовой Мафии, и что он просто услышал это имя — и ему стало любопытно, потому что в файлах, которые Дазай передал агентству, не было никого похожего. — Сейчас мафия в беде, — старший детектив прошептал сам себе довольным тоном. Джуничиро задумался, должен ли был вообще это услышать. — Ищейки гонятся за ними.       Дазай сказал, что им не стоит беспокоиться об этом и нужно просто позволить надоедливым псам делать свое дело. Кроме того, он посоветовал ему забыть о том, что произошло, и поблагодарить то божество-хранителя, которое присматривало за ним, за то, что Танизаки вовремя использовал свою способность при встрече с Дзено.       По какой-то причине Джуничиро почувствовал беспокойство из-за своего разговора с Дазаем, но только на середине занятий смог понять почему.       Если размышлять обо всем с холодной головой: либо Дзено — бывший парень Тачихары, склонный к собственничеству, либо последний — пятый член Ищеек.       Им не было много известно о них. Дазай однажды сказал ему, что они были группой монстров, которые похищали детей со способностями, если они плохо себя вели. Тогда Куникида отругал его и добавил, что они были теми, кто захватывал пользователей с опасными способностями.       В общем — то, что сказал бывший мафиози, но с более трезвой точки зрения.       Бывший учитель посоветовал им вести себя тихо, иначе даже агентство не сможет их защитить. Ацуши дулся в углу в течение двадцати минут, бормоча что-то о том, что он уже разыскиваемый преступник. Кека, являясь еще одним эспером, отмеченным как враг для общества, утешала его.       Наконец, прежде чем уйти, Дазай сказал им, что их пятый член был загадкой, и ходили слухи, что они бродили по улицам в поисках эсперов, которых можно было бы взять к себе. Куникида ударил его блокнотом и потащил работать.       Исходя из того, что узнал, Джуничиро пришел к выводу, что существует высокая вероятность того, что Тачихара был двойным агентом.       Танизаки не касалось, кто кого предал в Портовой Мафии, но это вызвало у него болезненное любопытство к другому парню. Миллион вопросов заполонили его разум; самым частым из них мелькал о том, а верны ли его выводы. Было бы довольно неловко полагать, что мафиози — праведный человек во время секретной миссии, а потом оказаться неправым.       Джуничиро начал собирать свои вещи, когда их учитель сказал, что они могут уходить. Он не торопился складывать все в портфель; знал, что это бесполезно, в конце дня они оба сядут на последний автобус, ведь он слишком устал, чтобы идти домой пешком.       Это было довольно контрпродуктивно.       Разбитый, Джуничиро подошел к остановке, где его поприветствовал Тачихара. Тот сидел на скамейке, скрестив ноги и положив руки на бортик: — Приятно встретить тебя здесь, Джуничиро.       Пошел уже четвертый день. Он задавался вопросом, чья смерть тяготила парня; кто был достаточно важен, чтобы беспокоить Портовую Мафию.       У молодого детектива не было сил грубить другому: — Вечер, Тачихара.       Он не успел сесть, как подъехал автобус.       Тачихара вскочил со своего места и зашел перед Джуничиро. Рыжий сел посередине, как и в первый раз, когда они увидели друг друга, но ногу на сиденье не положил. Детектив истолковал это как приглашение сесть рядом.       Он взвесил возможные варианты; можно было сесть рядом с Тачихарой или куда-нибудь в другое место, тем самым заставив мафиози сменить свое собственное. Они сидели вместе в обоих сценариях, но только в одном Джуничиро мог уйти, когда ему заблагорассудится, без необходимости просить Тачихару сдвинуться.       Он позволил себе упасть рядом с парнем. — Ты останешься без денег, если будешь тратить все на гёдзы.       Они оба знали, что член мафии солгал. Место, о котором он упоминал, скорее всего, существовало, но его точно не было там последние четыре дня. Хотя Джуничиро и не мог раскрыть, что знал, где Тачихара проводил свое время.       Он испытывал чувство вины всякий раз, когда ему казалось, что он подслушал два довольно важных разговора. Танизаки не был уверен, зачем это сделал. В первый раз это произошло из-за обороны; во второй же...       А что во второй? Почему именно он остался? Выяснить, куда Тачихара направлялся, чтобы добыть информацию о Портовой Мафии, — вот что ему хотелось бы сказать, но дело было не в этом. Он не думал о Дзено, когда использовал свою способность; это было не для того, чтобы выяснить, в чем заключается чужая преданность. Можно ли объяснить причину простым любопытством? Но это будто было нечто большее.       В общем, какой бы она ни была, для Тачихары оказалось бы справедливым знать, что он здесь делал. — О, мне было интересно, — начал мафиози, прежде чем Джуничиро смог собраться с духом и самому завести разговор. — Почему ты всегда выходишь на разных остановках? Боишься, что я выясню, где ты живешь? Это не совсем секрет, но даже если ты обладаешь способностью, гулять ночью в одиночестве опасно, особенно с таким лицом, как у тебя, и мне было бы плохо, если бы с тобой что-нибудь случилось, потому что ты не вышел на своей остановке из-за меня.       Это было неожиданно мило, но в устах преступника мало что значило. — То есть ты имеешь ввиду, что мне следует выходить на моей реальной остановке, потому что ты ничего не сделаешь с этой информацией? — Именно, — он кивнул и улыбнулся. — Если только все это время ты не хотел узнать обо мне побольше и не остался бы еще немного.       Джуничиро не знал, какое сделал лицо после того, как Тачихара сказал это, но обиженный взгляд, который тот бросил на него, примерно мог подтолкнуть к ответу.       Сама по себе эта идея не вызывала у него отвращения. Мафиози все понял правильно, и это его беспокоило. Возможно, в первый раз это и было из любопытства, но он попал в точку со вторым случаем.       Ему хотелось узнать больше о Тачихаре. Это не было легким любопытством; он жаждал знать больше о нем, о человеке, который, казалось, жил не одной жизнью. Но почему? Танизаки не хотел верить, что был влюблен; в этом не было никакого смысла — возможно, это что-то другое, и он не должен делать поспешных романтических выводов, не изучив все досконально. — Джуничиро, твоя остановка.       Это не его остановка. Тачихара об этом знал. Сам Джуничиро об этом знал; даже водитель был об этом осведомлен.       Танизаки не двинулся.       Когда они проехали уже вторую остановку, которую он сделал, на две раньше, чем обычно, парень повернулся лицом к другому: — Где же твоя собственная остановка, мистер Всезнайка?       В этих янтарных глазах блеснуло что-то, что Джуничиро не понравилось: — О, неужели хочется узнать? — Ну и что, если так? — Ты останешься со мной до конца? — придвинулся ближе Тачихара.       Джуничиро отвернулся, не в силах выдержать мафиози, находящегося так близко к себе. Вот и все; он не выйдет из этого чертового автобуса, пока этого не сделает Тачихара. — Эй, ребятки, — автобус замер, — Где вы собирались выходить? — На конечной, — Тачихара посмотрел на водителя. — Ну, это она и есть.       Ой.       Джуничиро и Тачихара посмотрели друг на друга, не зная, что делать. Детектив встал и схватил свой портфель, подошел к открытой двери автобуса и вышел. Мафиози последовал прямо за ним.       В ту секунду, когда Тачихара сошел, автобус отъехал от них.       Джуничиро никогда не доезжал до конечной остановки.       Они находились в заброшенном жилом районе: плохо освещенном, с лаем собак вдалеке и вездесущим звуком полицейских сирен.       Танизаки подошел ближе к другому парню; он чувствовал себя в большей безопасности рядом с этим более-менее безобидным преступником. — Ты живешь здесь? — Не совсем, моя остановка там, где ты садишься на автобус.       Джуничиро буквально мог услышать, как разрушились все его надежды. — И что же, тогда получается, что ты просто следил за мной все это время? — Ч-что? — щеки Тачихары окрасились в нежно-розовый цвет, и это заставило его усмехнуться. — Конечно же, нет.       Молодой детектив подавил фырканье, думая о том, какое милое заикание у мафиози. — И какова же другая причина, по которой ты сел в автобус, когда уже был на своей остановке? — Говоря прямо, это не твое дело, — скрестил руки на груди Тачихара, — Рыжий.       Переход на прозвища. Танизаки глубоко вдохнул.       Он позвонил бы Куникиде, если бы только мог зарядить свой телефон.       В его портфеле лежало зарядное устройство, но оно не имело значения, если ему некуда было его подключить, и были явные сомнения насчет того, что жители данного района откроют свои двери так поздно ночью.       Джуничиро сделал еще один глубокий вдох и начал размышлять. В незнакомом месте, без телефона и с членом Портовой Мафии, следящим за каждым его шагом, он не знал, есть ли поблизости какие-нибудь интернет-кафе, или McDonald's, или какое-либо другое тороговое предъприятие, где он мог бы воспользоваться розеткой.       Он мог попрощаться, а затем уйти к ближайшему бульвару, ориентируясь на шум. В жизни в оживленном городе, где люди не спят, были свои преимущества. Он мог спросить дорогу к своему дому и зайти в первое попавшееся кафе, чтобы зарядить телефон. Если он ничего не найдет, то попросит доброго гражданского одолжить ему свой мобильник. Наконец, если общественность засомневается в нем из-за темноты ночи и откажется довериться, он просто уйдет домой и все объяснит агентству, но уже на следующий день. — Ну, не могу сказать, что это было очень приятным временем, — парню нужно было сохранять хладнокровие, если он хотел, чтобы другой оставил его в покое. — Но мне нужно вернуться домой к своей сестре. — Джуничиро, не утруждайся, я помогу тебе добраться домой.       Ему в это не верилось. Детектив крепче сжал свой портфель. Все его планы рухнули из-за одной-единственной фразы. — Все хорошо, — Тачихара поднял руки в знак отступления. — Я знаю, что отчасти это моя вина, ведь именно я дразнил тебя, поэтому я позабочусь о том, чтобы ты благополучно добрался домой. Но у меня нет с собой телефона, так что мы воспользуемся твоим, чтобы вызвать такси или что-то в этом роде. — Слишком далеко; оплата будет очень высокой. — Как ты думаешь, где я работаю? — усмехнулся Тачихара. — Это другое; мне не нужны твои грязные деньги.       Парень, казалось, проглотил остроумный ответ. Может быть, замечание о том, что не все деньги, которые у него были, поступали от подпольного бизнеса. Например, некоторые — от группы эсперов, работающей с правительством. — Что же тогда тебе нужно? — Место, где я смогу просто зарядить свой телефон.       Тачихара улыбнулся. Джуничиро эта усмешка совсем не понравилась: — Вас понял, босс.       Они стояли перед местом, куда он никогда бы не подумал заходить. Отель любви.       Танизаки чувствовал себя так, словно попал в плохую романтическую комедию. Ситуация была слишком нелепой, чтобы беспокоиться из-за нее и пытаться отрицать, что это в принципе происходит с ним. С ними, решил он. — Мы могли бы пойти в кафе или бар. — Это единственное место, которое я знаю поблизости, а еще мне хочется вздремнуть перед возвращением.       Значит, Тачихара был знаком с этим местом. Джуничиро не судил о других людях, но что-то в том, что он теперь знал конкретно эту информацию, раздражало его.       Член мафии решил сам позаботиться обо всем, в то время как молодой детектив неловко стоял позади него, пытаясь слиться со стеной. Тачихара смотрел на большой экран, чтобы выбрать комнату. Это было очаровательное место, с хорошим освещением и блестящими стенами, да и вокруг никого не было. Джуничиро был рад уединению; он знал, что это нормально, но он умрет от унижения, если кто-нибудь увидит его с Тачихарой в подобном месте. — Как насчет этой?       Танизаки подошел к экрану, и его уши вспыхнули. Комната была той, в которую Джуничиро никогда бы не зашел; честно говоря, он не вошел бы ни в одну при обычных обстоятельствах.       У него было два варианта: ударить мафиози и сказать, чтобы тот был серьезнее, или сделать что-нибудь более веселое. — Не знал, что тебе нравится быть связанным, но если это то, чего ты действительно хочешь, думаю, я могу и согласиться, Мичизо.       Тачихара оттащил его от экрана. — Хорошо, я это заслужил.       Мафиози казался достаточно собранным, но Танизаки не мог не заметить оттенок красного на кончиках его ушей.       Он захихикал. Как мило. — Ах, здесь же есть комнаты с двухспальными кроватями, да?       Вопрос остался без ответа. Одним движением Тачихара показал ему все доступные комнаты. Они проносились мимо слишком быстро, чтобы он успевал их как следует разглядеть. — Скажи, когда мне остановиться.       Член мафии продолжал двигать пальцем, прокручивая ряд комнат. Джуничиро досчитал до трех: — Стоп.       Комната, выигравшая в их маленькой игре, была скромной. Она больше походила на номер в самом стандартном отеле. Ну, походила бы, если убрать ассортимент игрушек, которые висели на стенах, и цепи.       Конечно, там была только одна кровать. Джуничиро знал это; он сам выбрал эту комнату. Но, тем не менее, это было шокирующе, особенно учитывая цепи, свисающие с потолка. Они напугали его. — Чур я справа, — объявил Тачихара.       Детектив чувствовал себя слишком тревожно рядом с мафиози, поэтому решил сначала умыться, чтобы попытаться расслабиться.       Когда он вышел из ванной, Тачихара уже дремал на кровати, откинув с себя все покрывала. Он прижимал к себе подушку, занимая меньше половины кровати.       Джуничиро решил, что никого не убьет, если он разделит постель с этим парнем на всего одну ночь.       Детектив снял олимпийку с бедер и положил ее на массажное кресло в углу. Он осторожно лег рядом с Мичизо, укрывшись одеялом.       Его внимание привлекло чужое спящее лицо. Рот слегка приоткрылся, а обычного пластыря на носу не было. Джуничиро не мог поверить, что этот парень показался ему симпатичным во второй раз менее чем за десять минут, и ему пришлось подавить порыв ткнуть его в щеку. — Дзено был прав, — прошептал Тачихара. По коже прошлись мурашки; инстинкт подсказывал ему бежать прочь. — Ты действительно пахнешь довольно приятно, Джуничиро.       Что бы ни собирался, он не стал этого делать. Тачихара, как минимум, знал о Дзено, но, как Джуничиро думал, не о случае с Гин. Несмотря на то, что голос, похожий на голос Наоми, велел ему бежать, Танизаки совсем не чувствовал, что находится в опасности.       Тачихара открыл свои глаза, и Джуничиро обнаружил, что не в состоянии смотреть куда-либо еще. — Я верю, что ты сможешь сохранить мой секрет. — Почему? — выпалил детектив.       Почему бы просто не избавиться от него? Это то, что сделал бы сам Джуничиро.       Мичизо провел пальцами по его щеке. Прикосновение легкое, как перышко, такое нежное, какое можно использовать к тонкому фарфору. Оно заставило сердце детектива учащенно забиться — он не был уверен, случилось ли это из-за ярости или у него уже начинала ехать крыша. Дыхание мафиози успокоилось, и он опустил руку на кровать: — Потому что тебе нужно вернуться домой к своей сестренке.       А после заснул.       Джуничиро изучал его лицо, пытаясь понять, притворяется парень или нет. После маленькой выходки Тачихары сердце детектива никак не могло успокоиться. Он не знал, что чувствует в данный момент, да и не собирался больше здесь находиться и выяснять ответ.       Он не знал, долго ли оставался неподвижным, как скала. Но когда дождался чувства, которое говорило, что он теперь не должен разбудить Тачихару своими действиями, Танизаки все же встал с кровати и укрыл того одеялом.       Он отключил свой телефон, взял портфель и вышел.       Лучший план, который смог прийти на ум, состоял в том, чтобы немного пройтись пешком, увеличивая расстояние между ним и отелем, а затем позвонить Куникиде и попросить того забрать его.