Чур ты первый

      Джуничиро получил самый жесткий нагоняй в своей жизни.        Чистое сочетание беспокойства и гнева.       Он не мог быть настолько глупым, чтобы заснуть в автобусе, а потом бродить по округе, пытаясь найти место, где можно зарядить свой телефон. Такое могло случиться только из-за плохих привычек; а детектив агентства должен соблюдать регулярный график сна, чтобы выполнять свои обязанности с максимальной энергией и обеспечивать безопасность и удовлетворение своих клиентов и любых других граждан.       Наоми рассказала им, что ее старший братик уходит куда-то после работы, и это ее беспокоило. Он возвращался поздно вечером и чаще пропускал ужин. Она была уверена, что он не делает ничего плохого и что у него должно быть объяснение своим ночным уходам. Это не означало, что девушка не волновалась за него, поэтому та решилась рассказать Куникиде о своей беде.       Будущий директор не думал, что Джуничиро будет тем, кто вмешается в его идеальный план. Звонок младшего заставил его говорить раньше, чем было записано.       То, что Дазай тоже присутствовал, было сюрпризом.       Он уже знал о курсах Джуничиро, из чего рыжеволосый пришел к выводу, что мужчина был там просто, чтобы увидеть, как ему сделают выговор.       Чтобы стереть дразнящую улыбку старшего детектива, он сказал, что забинтованный человек знал обо всем все это время. Куникида повернулся к партнеру и отчитал его за то, что он не объяснился сразу. Брюнет заскулил и посмотрел на Танизаки, пообещав этим взглядом, что отомстит ему позже.       Джуничиро объяснил свою ситуацию и узнал, что именно Дазай являлся тем, из-за кого По и Люси считали, что он знает английский. Это не было чем-то шокирующим; почему-то в большинстве происшествий в агентстве виноватым оказывался бывший мафиози.       Услышав трагическую историю парня, Куникида был впечатлен. Тот факт, что Джуничиро пошел бы так далеко ради людей, которые раньше были его врагами; ради, Доппо удивился, девушки, которая подвергла Наоми опасности.       Сам Танизаки не знал, почему это сделал. Но Люси извинилась за все те вещи, что сотворила. Она просто выполняла приказы, и в конце концов все обернулось хорошо.       У него не было ни одной причины не делать этого.       Несмотря на очевидную усталость, Куникида сказал ему, что больше не потерпит опозданий.       На следующий день он заметил, что забыл свою олимпийку в отеле.       Наоми указала на это и заставила всю краску сойти с лица Джуничиро, что ее тут же напугало.       Мысль о том, что придется встретиться с Тачихарой после прошлой ночи, прошла мимо Танизаки. Он избежал темы насчет олимпийки как смог и заснул, игнорируя все свои проблемы.       Ему еще предстояло объяснить Наоми о том, что случилось; отредактированная версия реальных фактов, конечно. Частью сохранения секрета Тачихары было отрицание какой-либо его причастности. Кроме того, он не хотел никому рассказывать, что отправился в отель любви с членом Портовой Мафии, и тем более своей сестре.       С обещанием о чашке кофе, Наоми оставила его в покое на ночь, а сам Джуничиро заснул в тот же момент, когда его голова коснулась подушки.       Из-за пропавшей олимпийки Наоми проигнорировала их планы к чертям и потребовала ответов. В конце концов, это был ее подарок брату, и тот поклялся ей, что всегда будет носить его.       Чтобы успокоить сестру, он дал ей краткую версию всего, исключая Тачихару, и сказал, что, скорее всего, оставил ее в здании, где учился, и заберет позже.       У него не было возможности связаться с Мичизо, поэтому ему приходилось ждать и смотреть, встретятся ли они вновь. Танизаки надеялся, что так оно и случится, иначе сестра придет в ярость.       Когда он открыл дверь для Наоми, девушка вошла, и Джуничиро последовал за ней. Они делали это каждый день, за исключением того, что на этот раз Наоми остановилась как вкопанная и заставила брата врезаться в себя.       Наоми ошеломленно смотрела на место, где они принимали клиентов. Джуничиро взглянул налево.       Внезапно перспектива смерти перестала казаться такой уж плохой; он не хотел этого, ясно?       Тачихара сидел на диване так, будто это место принадлежало ему. Скрестив ноги, он прихлебывал чай, предложенный явно из вежливости; олимпийка старшего Танизаки лежала на его коленях.       Внимание мафиози привлекла открывшаяся дверь. — Йо, Джуничиро.       Все в офисе повернулись к нему, кроме Ранпо. Парень не был уверен, потому ли это, что он уже знал, или потому, что он был слишком разочарован, чтобы в принципе смотреть в его сторону.       Именно мрачное выражение лица Наоми заставляло его хотеть броситься на пол и просить прощения. Технически он не сделал ничего плохого. За исключением лжи, конечно же, но он мог не игнорировать этот момент, потому что у него было взаимное соглашение с Тачихарой, которое требовало от Джуничиро опускать определенные истины и искажать повествование о событиях в соответствии с собственными намерениями.       А теперь пришел этот идиот и все испортил. — Какого черта? — рявкнул Джуничиро. — Ах, как хорошо, что ты здесь, — сказал он, вставая.       Агентство следило за каждым его шагом, но Тачихара вел себя так, как будто он не находился совершенно один на вражеской территории. Кенджи, будучи ангелом, не смотрел кинжалами ни на одного из рыжеволосых.       Ацуши ерзал за спиной Дазая, который мрачно смотрел на Тачихару; Кёка спрятала руку в кимоно, готовая атаковать; силуэт Йосано мрачно напоминал о себе у двери лазарета.       Работал только Куникида, но и он печатал на клавиатуре со злостью, не сводя глаз с мафиози.       Мичизо бросил красную олимпийку в Джуничиро. Наоми поймала ее и начала осматривать. — Не волнуйся, сестричка; с ней все нормально. — Почему у тебя вещь моего брата? — Он оставил ее в отеле, я здесь только для того, чтобы вернуть забытое, — объяснил Тачихара. Он подошел к двери, где стоял Джуничиро, и подмигнул ему, проходя мимо. — Увидимся, Рыжий.       Мафиози ушел, дружелюбно помахав рукой членам агентства. Танизаки закрыл дверь и повернулся к своим коллегам: — Я могу объяснить.       Подавленную атмосферу агентства разорвал звук закрывающегося ноутбука Куникиды. — В нашем расписании есть двадцать свободных минут, поэтому предлагаю отправиться в зал для собраний.       Он подвел мужчину. И от этой мысли у него свело желудок.       Йосано вышла из лазарета, а Куникида повел членов агентства в зал заседаний, где они все сели. Джуничиро продолжал стоять, изо всех сил стараясь ни с кем не встречаться взглядами. Кенджи закрыл дверь, и все внимание было сосредоточено на одном из Танизаки. — Я не совсем врал вчера, — он посмотрел на бывшего учителя, — И действительно хожу на курсы английского каждый день после работы, — Ацуши озадаченно взглянул на него. — На самом деле я действительно не знал английского, Дазай сказал это По, потому что не хотел слушать его разглагольствования о Ранпо, а тот потом рассказал об этом Люси.       Йосано подняла бровь и неодобрительно посмотрела на упомянутого мужчину: — Значит ты выучил английский за такое короткое время только лишь для того, чтобы оправдать ложь Дазая? — До вчерашнего дня я не знал, что это его вина, — пояснил Джуничиро. — Мне нужно сесть на автобус, чтобы добраться до нужного места, и на остановке, возвращаясь домой, я пару раз столкнулся с Тачихарой, а вчера мы доехали с ним до конечной. Мой телефон разрядился, и он предложил помочь мне добраться домой, но я не собирался позволять ему платить за такси, поэтому мы пошли в отель, чтобы зарядить мой мобильник. Я был против, но он хотел вздремнуть, и я не мог не согласиться, ведь именно у него были деньги. А потом резко запаниковал, потому что был с ним в одной комнате, из-за чего ушел, пока он спал, и позвонил Куникиде, чтобы тот помог мне. Вот и все, мне правда очень жаль. — Почему ты не выходил до самой конечной остановки? — фыркнула Наоми вопросительно. — Потому что этот мафиози меня раздражал, и я должен был доказывать ему, что прав. — Прав в чем? — спросил Кенджи со сверкающими глазами. Если он хотел услышать, что Джуничиро выиграл спор, то точно бы разочаровался.       Парень открыл рот, чтобы ответить. Он тут же захлопнул его; лучше сказать правду: — Не помню, но я определенно злился, а потому совсем не думал.       Дазай застонал и потянулся, устраиваясь поудобнее на своем месте: — Ну, не то чтобы ты смог бы донести до него; наверное, он ушел бы до того, как тебе смогли бы дозвониться, и думаю, этот парень не сделал ничего плохого, если ты нам ничего не сказал. Он дразнил тебя, так сказать, потому что знал, что ты его не выдашь.       Джуничиро бросил на Дазая отчаянный взгляд. «Не упоминай Дзено», — повторял он про себя, молясь, чтобы эта мысль дошла до того. — Дело закрыто, — Ранпо вскочил со своего места, — Джуничиро сожалеет о своей лжи, и у него не было злых намерений, так что оставим это без внимания. — Я извиняюсь за то, что сказал неправду, — молодой детектив опустил голову, — Но вынужден попросить вас не говорить о моих курсах По и Люси.       Куникида отмахнулся от него, слишком поглощенный своим расписанием, чтобы продолжать обращать на парня внимание: — Ага, только не дай этому повториться.       Все ушли, но Дазай не шевелился, и Танизаки прекрасно знал, что ему тоже стоит остаться. — Мне плевать, кто собирается нанести Мори удар в спину, я всем сердцем поддерживаю этих людей, — неожиданно заявил старший. — Но тебе следует держаться от него подальше.       Джуничиро не хотел этого. — Я постараюсь, — солгал он.