Щенок

      Вторая волна приближалась неумолимо, а рейтинговые списки всё не менялись. Лёша как был первым из семи, таким и оставался, но по прошлому опыту парень понимал, что это всё может быть обманом. Говорят что негативный опыт — тоже опыт. И в случае Макарова с этим нельзя было не согласиться. Благодаря знаниям, полученным из первой волны, он теперь стал меньше волноваться. Волнение подступило в тот день, когда должны были объявить последние списки.       Напряжение в квартире чувствовалось в каждом вздохе. Даже всегда спокойный Коля, был молчаливее обычного, что говорило о том, что парень нервничает. Антон стоял у плиты и готовил ужин. Оказалось, что парень с этим справляется не хуже, чем Кирилл. За пять лет обучения в академии и холостой жизни, парень научился многому. Несмотря на обилие милых мальчиков в его жизни, его кулинарный талант только развился.       Коля молча сидел и читал какую-то найденную у Кирилла книгу по анатомии, как будто бы он чего-то там мог не знать, но видимо чтение его успокаивало. Илья монотонно листал ленту в какой-то сети, даже не вдумываясь в содержание контента лепил лайки на все записи. Кирилл почти каждые десять минут отвечал на телефонные звонки. Он взял два дня за свой счёт, чтобы поддержать Лёшу, но, из-за того, что он занимал высокую должность, отвлечься никак не получалось. Ему вечно звонил секретарь, работники или партнёры. Под конец дня Гречкин уже начинал срываться на крик при каждом звонке.       — Девять, — вдруг ни с того ни с сего бросил Илья, меланхолично пролистывая ленту в социальной сети. Его пальцы крепче впились в телефон, будто бы он боялся, что тот может выпасть из рук.       На миг всё буквально замерло. Лёша тут же обновил страницу сайта. На экране телефона закрутился кружок, знаменую о том, что загрузка длится. Макаров был готов поспорить, что перестал дышать. Пальцы тряслись от напряжения. Наконец-то на экране выскочила информация с документами о зачислении. Лёша быстро нажал на только что загруженный. На экране появилась длинная полоса загрузки с отсчетом. 42%. 58%. 76%. 98%. 100%. Стоило документу загрузить, как Лёша тут же увидел свою фамилию. Он был вторым. Всё же кто-то успел до закрытия приемной комиссии подать оригинал аттестата.       — Ну, что там?! — первый не выдержал Кирилл, сбрасывая нервно очередной звонок. Лёша повернулся в его сторону и поднял голову. Не слыша себя самого, произнёс: «Прошёл». Наступила гробовая тишина. Даже масло в сковородке перестало шкваркать.       — Ура! — первым вскрикнул Илья, спрыгивая с дивана, подпрыгивая на месте. Казалось, что поступил не Лёша, а он.       — Поздравляю, — обнял Макарова Кирилл, облегченно выдохнув.       — Отлично! — протянул руку вперед Антон, получив в ответ от Лёши удар по ладони.       — Ну, слава Богу, — выдохнул наконец-то Коля, закрывая книгу, откладывая её в сторону.       — Так, вы как хотите, а мне нужно выпить. Я так не могу, — тяжело выдохнул Илья, направляясь в сторону стола, на котором стояла его борсетка с кошельком. Коля согласно кивнул и молча пошел к выходу.       — Поддерживаю! — выключая плиту, согласился Антон. — К рыбе больше подойдет белое вино или коньяк. Думаю бутылок трех хватит.       — Тогда мы за горячительным, а вы придите тут в себя пока, — улыбнулся широко Илья, вдруг переводя взгляд на Лёшу, подмигивая. Макаров немного стушевался.       Когда за ребятами закрылась дверь, Лёша и Кирилл остались одни. Впервые за долгое время. И впервые за долгое время Макаров стал чувствовать себя слегка неуютно.       — Счастлив теперь? — сев рядом с Лёшей на стул, спросил Кирилл.       — Наверно да, — улыбнулся нежно парень, — я просто так уже изнервничался, что внутри какая-то пустота.       — Это осознание ещё не пришло, — потрепал парня по голове Гречкин. Вдруг телефон Лёши завибрировал. Он разблокировал экран, слегка удивился, но извинившись принял вызов и, выйдя из-за стола пошёл на балкон. Кирилл недовольно задвигал челюстью. Лёше звонил Тимофей. Что ему понадобилось и когда он успел взять Лёшин номер было неясно. Но почему-то этот парень очень сильно не нравился Гречкину.       Через минут семь Лёша вышел с балкона какой-то окрыленный. Счастливый. Кириллу стало противнее вдвойне.       — Кто звонил? — наигранно с интересом спросил Кирилл, будто бы не зная ответ.       — Тима, — спокойно ответил Лёша. Это чёртово сокращенное имя, чертовски резало слух.       — Поздравил меня с поступлением. Он же в первую волну попал. Так что мы теперь с ним официально одногруппники, — заулыбался счастливо Лёша. Кирилл понимал, что он должен был быть счастлив за то, что вокруг Макарова стали появляться люди помимо него, но почему-то тот факт, что первым из них стал парень, не обделенный красивой внешностью, сильно раздражало его. Не мог что ли девчонку найти себе? Хотя, от этого бы легче Кириллу не стало.       — Ну всё? Теперь точно доволен? Светишься, как медный таз, — усмехнулся Кирилл, стараясь не подавать виду, что новый друг Лёши его напрягал.       — Нет ещё, — вдруг серьезно сказал Макаров. Кирилл удивленно поднял брови. Лицо Лёши было каким-то слишком решительным, будто бы он готовился к прыжку с высоты.       Лёша не спеша приблизился к Кириллу, а тот так и застыл, смотря на парня не отрываясь. Гречкин почувствовал как сильно забилось в груди сердце. Когда Лёша поравнялся с ним, Кирилл чувствовал как руки стало покалывать. Хотелось резко схватить Макарова за домашнюю футболку и притянуть к себе, но парень не позволял себе этого. Он останавливал себя, сжимая левой рукой собственное бедро, чтобы хоть как-то контролировать порыв к действию. Ему важно было, чтобы Лёша сделал всё сам.       Макаров чуть-чуть наклонился и едва дотронулся губами до губ Кирилла. Это был такой детский, нежный поцелуй, на который Кирилл повелся. Стоило Лёши чуть-чуть отстраниться, как Кирилл потянулся за ним, не желая прекращать.       — А теперь? — поджимая губы, пытаясь сохранить спокойствие спросил Кирилл, ещё сильнее вцепляясь пальцами в собственное бедро.       — Нет, — выдохнул Лёша, обхватывая чужое лицо ладонями, снова припадая к губам. Кирилл почувствовал, как резко у него снесло голову. Он точно почувствовал этот миг, когда его контроль полностью улетучился.       Кирилл резко схватил Лёшу за руку и потянул на себя. Неумело, едва не запутавшись в ногах, мальчишка рухнул к нему на колени. Кирилл рукой прошелся по чужой щеке, углубляя поцелуй, медленно перемещаясь на затылок, чтобы взять контроль над ситуацией.       — А теперь? — тяжело дыша, разорвав поцелуй, прошептал в губы Кирилл, смотря прямо в эти помутневшие голубые глаза.       — Мало, — выдохнул в губы Лёша, снова припадая к ним. Кирилл чувствовал, как внизу живота у него зародился приятный теплый комок, который заставлял двигаться дальше. Парень медленно перешёл с губ на шею Лёши, оставляя на ней горячие поцелуи. Чувствую, как чужая горячая кожа покрывается мурашками, а дыхание становится всё тяжелее и сбивчивее.       — Лёш, всё, — уперевшись парню в грудь, смотря вниз, где уже на штанах обоих стали виднеться выпуклости, прошептал Кирилл.       — Кирилл, — поднял голову парня обхватив его лицо ладонями, как-то слегка испуганно, посмотрел в серо-голубые глаза Лёша.       — Лёш, я не могу, — тяжело выдохнул Кирилл, пытаясь отстраниться, но Макаров настойчиво снова поцеловал, выбивая почву из-под его ног. — Лёш, прекрати! — резко осёк мальчишку Гречкин, выпрямив руки, уперевшись Лёше в плечи, тем самым отстраняя его от себя.       — Кирилл, — снова как-то немного напуганно произнёс Лёша. Кирилл смотрел в эти голубые глаза и понимал, что его поведение пугает Макарова. Гречкин был уверен, что тот просто не понимал, как сильно его поцелуй влияет на него. Одного первого поцелуя хватило для того, чтобы тело Кирилла отреагировало. Такого не было никогда, даже в его первый раз. У него никогда так болезненно не стояло. И никогда желаемое не было так близко и так далеко одновременно.       — Лёш, ты слишком сильно меня возбуждаешь, — смотря в голубые глаза, тяжело дыша, сказал Кирилл. Лёш, расфокусированным взглядом уставился на него. Было понятно, что он не понимает, к чему клонит Гречкин.       — Лёх, я сейчас трахну тебя, если мы продолжим! — без подбора слов вывалил всё, как есть Кирилл. Сердце снова пропустило удар, когда Лёша потянулся к нему за поцелуем.       — Макаров, — протянул обреченно Кирилл, опуская руки, позволяя Лёше приблизиться к себе и поцеловать в очередной раз, — ты меня с ума сведёшь, — тяжело выдохнул Гречкин, стоило поцелую снова прекратиться.       Резко подхватив Лёшу под бедра, Кирилл встал на ноги и уложил Макарова на стол. Лёш раскрыл широко глаза, больше от удивления, чем от испуга. Не успел парень и что-то сказать, как Кирилл тут же припал к его шее. Видимо для него это было самым сексуальным местом на теле парня. Лёша запрокинул голову назад, чувствуя, как приятное тепло разливается от живота вниз.       Длинные пальцы Кирилла подлезли под домашнюю серую футболку, оглаживая бока, поднимаясь всё выше. Руки Гречкина были горячими. Обжигающими, словно огонь. От каждого касания Макаров рвано выдыхал, не понимая, что ему приносит возбуждение больше руки или губы. Парень совсем не сопротивлялся, когда его футболку потянули наверх, оголив живот, а через пару мгновений она оказалась на полу.       Кирилл медленно спускался поцелуями от шеи к груди, продолжая по-хозяйски исследовать руками податливое тело. Лёша чувствовал, как его лицо и шея покраснели от смущения, но он даже не пытался закрыться или хоть как-то замяться. Ему всё нравилось. И всё казалось таким правильным. Эти сильные руки на его теле, горячие ладони на груди, мокрые и жадные поцелуи на шее. Однако, когда Кирилл перешел на живот, оставляя горячие отметины на ребрах и спускаясь всё ниже, там где уже начиналась поросль редких темных волосков, Лёша напрягся. Парень резко поднял голову и попытался опереться на локти, но рука Гречкина, упертая резко ему в грудь, не дала этому случиться.       — Лёша, ляг, — выдохнул горячо Кирилл, пальцами поддевая домашние шорты, быстро их спуская с ног Лёши. Макаров прикусил губу. Становилось очень некомфортно. Нет, он не первый раз был обнажён перед кем-то. В приюте раздевалки и ванные были как в бассейне. А при условии того, что замки в дверях часто ломались — любой мог зайти к тебе в ванную. В средней школе такое ещё практиковалось, но чем старше ребята становились, тем меньше можно было обнаружить кого-то, кто мог без стука зайти в ванную. Но сейчас была совершенно другая ситуация. Лёша оказался совершенно обнаженным перед Кириллом. Перед тем, кто, как он сам говорил, любит его. Перед тем, кто смотрит на него совершенно другим взглядом, нежели его одноклассники и ребятам по комнате. Кирилл смотрел жадно и властно. В серо-голубых глазах буквально читалась бегущая строка с фразой «это всё моё!»       Закрыв лицо ладонями, Лёша замер, почти переставая дышать. Горячее дыхание Кирилла обожгло бедро. Мурашки тут же пробежались от копчика вверх, заставляя покрыться ноги и руки гусиной кожей. Когда губы Кирилла коснулись нежной кожи на тыльной стороне бедра, Лёша почувствовал, как вся кровь прилилась резко вниз. Стало стыдно вдвойне. Макаров надавил ладонями на глаза и непроизвольно издал задушенный писк.       — Лёшк, всё хорошо? — настороженно спросил Кирилл, продолжая медленно целовать тыльную часть чужого бедра, наблюдая за тем, как Макаров сильнее пытается закрыться руками, одновременно кивая, в знак согласия. Это было так мило. Кирилл и поверить не мог, что кто-то может быть настолько милым, как Лёша сейчас.       Медленно приблизившись к чужому члену, Кирилл поцеловал кожу совсем близко к основанию и остановился, поднимая хитрый взгляд на Лёшу. Парень был уверен, что тот не сдержится и посмотрит. И Макаров повёлся. Руки едва подрагивая еле заметно развелись в сторону, а на Кирилла непонимающе и расфокусировано уставились два голубых глаза. Стоило их взглядам пересечься, как Гречкин тут же расплылся в хитрой улыбке и взял член Лёши в рот. Макаров попытался остановить его, но лишь оторвав руки от лица, вскрикнул и запрокинул резко голову назад.       — По-до… гхм, — захлебнулся собственным стоном Лёша, стоило Кириллу вытащить его член изо рта и насадиться до половины ещё раз. Для Лёши это был первый минет. Он не знал, каким он должен быть, но чувствовал, что ему уже это нравилось. Для Гречкина этот минет тоже был первый, но благодаря обилию опыта с девушками, парень быстро сориентировался. Несмотря на это челюсть все равно начинала поднывать, а взять целиком всё не получалось. В голове Кирилла невольно скользнула мысль о том, как девчонки могли так эротично заглатывать его член целиком. Не давились и даже не закашливались. Сам же Гречкин мог взять член Лёши лишь на половину, дальше дело шло тяжело. Однако Кирилл компенсировал свою неопытность в этом деле языком. Он у него не только был хорошо подвешен. Лёша тяжело дышал. Его грудь то и дело сбивалась с ритма. Кожа на бедрах, под руками Кирилла горела огнём. Парень начинал путаться в ощущениях чувствуя, как начинает подкатывать оргазм.       — С-сахастой… ха-а-ах! — заелозил руками по столу Лёша, едва выдавливая из себя слово, вперемешку со стонами. Кирилл бросил взгляд на парня. Тот был красным как помидор, от лба до груди. Снова встретившись взглядами, Кирилл медленно выпустил чужой член из плена своего рта. Лёша задышал ровнее.       — Какие же у тебя охуенные ноги, Лёшка, — протянул сладко Кирилл, проходясь тыльной стороной ладони от бедра до коленки парня, щекоча. Лёша слегка вздрогнул, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но заметив это Кирилл резко схватил его за лодыжки и потянул на себя, закидывая длинные и стройные ноги парня себе на плечи.       Лёша никогда не занимался профессионально спортом. Вся его физическая активность заканчивалась на физкультуре в школе и редких играх весной и летом с ребятами на площадке. Однако ноги у него были нереально красивыми. Длинные, изящные и подтянутые. Даже поросль темных коротких волосков не портила эстетический вид его ног.       — Лёшка, я тебя очень люблю, — прижавшись виском к лодыжке парня, опьяненно произнёс Кирилл, замечая, как Макаров снова пытается скрыться за руками.       — Лёш, не прячься, — игриво произнёс Кирилл, медленно выцеловывал дорожку мокрых поцелуев от стопы до коленки парня. Но на парня это никак не действовало.       — Вынуждаешь, Макаров, — усмехнулся Кирилл, резко скидывая чужие ноги, наклоняясь вниз, упираясь руками по обе стороны от головы парня. В следующую секунду Гречкин схватил руки Лёши за запястья и развел их в стороны. Но это не помогло. Лёша лишь сильнее зажмурился. Кирилла это даже позабавило. Такое поведение он видел впервые. Это было даже мило.       — Лёш, открой глаза, — прошептал нежно на ухо парню Кирилл, сам понизив голос, насколько мог в тот момент. У него у самого сердце ходило ходуном, а внизу так крепко стояло, что казалось, положи на его член кирпич, он и его выдержит. Лёша отрицательно замотал головой, сжимая кулаки, напрягая руки.       — Лёш, пожалуйста, — опалил горячим дыханием чужую шею, оставляя на ней невесомые поцелуи. Тяжело задышав, Макаров снова зажмурился, но вдруг резко открыл глаза. Видимо всё это время собираясь с силами. Ярко-голубые глаза уставились шокировано на Кирилла. Ресницы Лёши слегка слиплись из-за выступающих от желания слез, от чего глаза стали ещё более притягательно и выразительнее. Кирилл смотрел в них и никак не мог оторваться.       — К-кирилл, — позвал каким-то тихим, нерешительным голосом Лёша, выводя Гречкина из ступора.       — У тебя очень красивые глаза, — легко улыбнулся Кирилл, наблюдая за тем, как щеки Макарова снова наливаются краской, на его лице появляется едва заметная улыбка. Воспользовавшись моментом расслабления и не чувствуя напряжения в чужих руках, Кирилл завел руки Лёши над головой и одной своей рукой стал удерживать их за запястья. Скрещенные руки над головой, с аккуратными длинными пальцами и маленькими ногтями, так сильно контрастировали с его лапищей, что Кирилл снова почувствовал прилив возбуждения. Он всегда знал, что ему нравилось доминировать, но чтобы вот так, обездвиживать человека и получать от этого удовольствие… такое было впервые, но Кириллу нравилось. Ему хотелось узнать что ещё сможет открыть в нём Лёша.       Стоило Кириллу потянуться к своим штанам и стянуть их, обнажая свой член, Лёша тут же затрепыхался в руках, с испугом смотря на Гречкина. До этого Лёша ни разу не видел Кирилла голым. До трусов да, но не без них. Член Кирилла, налитый кровью, с красной головкой был чуть длиннее его собственного, но толще. Лёша готов был поспорить, что в обхвате он был таким же, как его запястье. Холодный, липкий страх, тут же вцепился в сердце. Лёша испуганно смотрел на чужой член и не понимал, как он может куда-то поместиться. Макаров был не идиотом, и ещё давно, сидя в приюте, читал о том, как происходит секс между двумя мужчинами. Он прекрасно знал, куда должен был сейчас поместиться член Гречкина, но одновременно с этой мыслью, парень и представить себе не мог, как он мог туда влезть.       — Он не поместится! — тут же запаниковал Лёша, резко переводя испуганный взгляд с члена на лицо Кирилла. В ответ Гречкин издал еле сдерживаемой смешок.       — Так ты у нас не такой невинный, Лёш, — протянул последнюю согласную имени Кирилл, приблизившись к маленькому ушку Макарова, опаляя его своим дыханием. — Конечно же поместится, — заговорчески прошептал парень, пройдясь языком по ушной раковине Лёши, вызывая у него очередной приступ дрожи, — но не сегодня. Слегка отстранившись, Кирилл приподнялся, уставившись на лицо Лёши. Оно снова покраснело, а в глазах читался непередаваемый шок.       — Сожми бедра посильнее, Лёш, — выдохнул в искусанные чужие губы Кирилл.       — Что?! — испуганно вскрикнул Макаров. Но не успел он задать все остальные вопросы, которые его волновали, как Кирилл резко схватил свободной рукой его ноги, закидывая обе себе на плечо, обхватывая их сгибом локтя поперек, стараясь посильнее сжать. А в следующую секунду Гречкин толкнулся бедрами навстречу, проходясь своим членом по члену Лёши. Макарова тут же пробрал разряд тока. Кирилл сделал ещё толчок и ещё, медленно ускоряясь, сильнее сжимая чужие ноги рукой.       — Сожми бедра, — процедил сквозь зубы Кирилл, прикусывая нижнюю губу, от наслаждения. Ощущение движения члена о член приносило новые, неизведанные ощущения. Это была не просто дрочка в туалете своей собственной рукой. Каждый раз, когда Кирилл прижимался своими бедрами к заднице Лёши, Макаров не мог сдержать стона. Это было слишком приятно.       — Слишах-х… ахахха… к-к-ком, — выстанывал срываясь на высокий тембр Лёша, пытаясь хоть как-то сказать Кириллу о своих ощущениях, но Гречкину этого было и не надо. Всю палитру эмоций Лёши парень видел на его красном лице, по его зажмуривающимся от наслаждения глазам, по запрокиданной от каждого толчка голове и срывающемуся на стон голосу.       — Ахах… стоахха! — вскрикнул резко Лёша, пытаясь подняться и вырвать руки из захвата Кирилл, но получилось лишь выгнуться, гортанно простонать и запрокинуть голову назад, кончая себе на живот. Грудь Лёши бешено вздымалась, как после марафона. Ноги были тяжелыми, как будто бы были сделаны из стали, из-за этого, когда Кирилл их отпустил, они небрежно разъехались в стороны.       Отстранившись немного от Лёши, Кирилл обхватил свой член ладонью, продолжая двигать её в подходящем ему темпе. Картина, которая предстала перед ним с затраханным Лёшей была возбуждающе самого горячего порно. Парень лежал на столе, с заведенными за голову руками и скрещенными запястьями, с тяжело вздымающейся грудью, прикрытыми глазами и расставленными в стороны ногами, показывая все самые аппетитные места точно так, как хотелось это Гречкину. Чувствуя, как оргазм накатывает, Кирилл не переставая работать рукой, обхватил Лёшино лицо за подбородок и впился в искусанные и опухшие губы. Макаров лениво отвечал на поцелуй, позволяя Кириллу полностью пользоваться ситуацией. Двинув ладонью ещё пару раз, Кирилл прорычал Лёше в губы, гортанно простонал и излился мальчишке на живот. Только спустя пару минут Гречкин смог прийти в себя. У него давно не было такого сильного оргазма. Ноги тряслись от перенапряжения, а в голове была пустота.       — Лёшка, я так люблю тебя, — выдохнул Кирилл, целуя парня в шею, прямо под челюстью.       — Я, мгх, тоже, — выдохнул едва слышно Макаров. Подняв голову, Кирилл по-доброму сдержанно засмеялся. Лёше видимо настолько был эмоционально истощён, что отрубился сразу же, стоило ему кончить.       — А ещё секса настоящего хотел, — усмехнулся Кирилл, убирая прилипшие, влажные от пота пряди, со лба парня. — Спи, соблазнитель, — поцеловал в мокрый висок.       После того как Кирилл смог отдышаться и прийти в себя, парень взял бумажные полотенца и вытер остатки их веселого вечера с Лёшиного живота. После чего надел на мальчишку трусы. Макаров безвольной куклой повис в его руках, стоило Гречкину взять его под колени и закинуть на руки. Грудь парня неспешно вздымалась. Уложив Лёшу на кровать, Кирилл накрыл его одеялом. Непослушные каштановые пряди спускались Лёше на прикрытые веки. Нежно проведя рукой по овалу мальчишеского лица, Кирилл аккуратно зачесал назад мешающиеся волосы. Лёша поморщил нос и что-то неразборчивое пробормотал. Гречкин в ответ лишь усмехнулся. Картина, которая представала перед его глазами слишком сильно напоминал какую-то нереальную подростковую историю. Кирилл смотрел на эти маленькие ладони, худые, выделяющиеся ключицы, острый подбородок, курносый нос и россыпь веснушек по всему лицу, и чувствовал какое-то странное чувство восторга и умиления.       Телефон Лёши, который Кирилл взял из его шорт, завибрировал в его кармане. Достав его, Гречкин хотел просто отключить смартфон и положить его на прикроватную тумбочку, но у него загорелся экран. Пришло сообщение с неизвестного номера. Кирилл цокнул и провел пальцем по экрану. Парень думал, что это очередной спам. Открыв сообщение, Гречкин недовольно скривил губы, а начав вчитываться в слова, сжал челюсть. Это была не одна эсэмэска, а целая переписка. По тексту Кирилл понял, что это был кто-то из управления в ВУЗе Лёши.       — «Здравствуйте, Алексей! Вы подавали заявку на место в общежитие университета М***. Ваша заявка удовлетворена. Есть два места, на третьем и на четвертых этажах. Просим вас приехать на неделе, для заключения договора об оплате».       — «Спасибо!»       — «Для заключения договора вам понадобится паспорт и опекун, если вам нет 18, а также подтверждение о льготах, если таковые имеются».       Чем больше Кирилл читал незамысловатую переписку, тем больше раздражения он испытывал. Конечно же он прекрасно знал, что Лёша подавал заявку на пребывание в общежитии, но парень был уверен, что после такого долгого проживания вместе, Макаров уже изменил свое решение и отказался. Но это его «спасибо», только подтверждало опасение Гречкина о том, что Лёша хотел от него съехать. А самое раздражающее было ещё и то, что они чуть не переспали сейчас. Кирилл впервые чувствовал себя какой-то проституткой. Его реально попользовали, почти трахнули и теперь собирались свалить в закат.       Сжимая телефон в руке, Кирилл собирался уже разбудить Лёшу и разобраться окончательно в их отношения, но вдруг в квартире послышались перебивающие друг друга голоса. Ребятам вернулись с алкогольными трофеями. Выйдя из комнаты, Кирилл не спеша её закрыл, стараясь не шуметь, и увидев друзей, тут же шикнул на них, призывая к тишине. Парни озадаченно уставились на него.       — Лёша спит, — прошептал Кирилл, подходя к друзьям.       — Чего это он так рано? — удивленно спросил Антон, доставая из пакета бутылку белого вина.       — Перенервничал, — слегка обеспокоенно сказал Коля, снимая кожаную куртку, вешая на крючок в прихожей.       — Видимо, — нехотя ответил Кирилл, забирая из рук друга пакет с алкоголем, придерживая его снизу, чтобы бутылки, ударяясь друг о друга, не издавали характерный тренькающий звук.       Стараясь лишний раз не шуметь, ребята прошмыгнули на кухню, запирая дверь. Теперь им можно было разговаривать чуть громче, однако Кирилл жёстко контролировал уровень шума. Стоило парня чуть-чуть превысить допустимую норму, как парень тут же начинал на них шипеть как змей.       — Кирюх, ты в Питер теперь на выходных поедешь или как? — спросил вдруг Антон, допивая уже третий бокал вина.       — Нет, — как-то слегка удивленно ответил Гречкин, не понимая с чего друг решил задать подобный вопрос.       — Ну, Лёшка же поступил, тебе здесь делать нечего, — закидывая в рот фиолетовые, большие виноградинки, продолжил диалог Антон.       — Я тебя умоляю. Теперь то как раз Кирилл тут на ПМЖ, — прыснул еле сдерживая себя, чтобы не рассмеяться в голос Илья.       — Подожди, вы чего серьезно? — как будто бы открывая для себя какую-то невероятную истину, воскликнул Антон, тут же получая шиканье от Кирилла и Коли. — Ты правда трахаешь малолетку? — усмехнулся парень, откидываясь на спинку стула.       — За словами следи! — резко осек друга Кирилл.       — Они пока только встречаются, — попытался сгладить углы Илья, обнимая Кирилла за плечи, подставляя ему бокал с вином поближе.       — Я думал, вы просто шутили так, — цокнул ошарашенно Антон, не веря самому себя, качая головой в разные стороны. — Ты же не гей.       — А у тебя в жопе пеленгатор стоит что ли? Своих сразу отличаешь? — усмехнулся Илья, интуитивно начиная вставать на сторону Кирилла.       — Как бы это смешно не звучало, но своих, — сделал акцент на этом слове парень, — я отличу из сотни. Кирилл не гей.       — Ты прав, — вдруг рассудительно ответил Кирилл, — я просто люблю Лёшу, а почему и как, я разбираться не собираюсь.       От услышанного Антон довольно присвистнул. Он всегда был уверен, что Кирилл полный гетеро, но оказывается, что в жизни всё бывает очень неожиданно.       На следующий день парни стали собирать вещи. Их поезд должен был отправиться в три часа. На поезде настоял Антон, так как он терпеть не мог самолеты. Везде, где он мог добраться не на летающем чуде, парень выбирал наземный транспорт. Илье такое не очень нравилось. Он предпочитал комфорт и скорость.       Когда Лёша встал с кровати, то было уже около двенадцати. Впервые за долгое время парень чувствовал себя таким спокойным и выспавшимся, но спокойствие длилось недолго. Стоило Макарову увидеть Кирилла, стоявшего у плиты, без футболки из-за аномальной жары, как воспоминания о вчерашнем вечере накинулись на парня, словно стая собак. Лёша весь зарделся и стремглав унёсся в ванную, ловя на себе удивленный взгляд Антона.       — Так всё же Тоха был вчера прав, — подколол Кирилла Илья, проходя мимо него, толкая в бок локтем.       — Не лезь, — пригрозил Гречкин, даже не поводя бровью, продолжая перемешивать пасту на сковородке.       — И когда успели? — не унимался Илья, включив воду, начиная намывать посуду, оставшуюся от готовки. — Боже, только не говори, что, когда мы вышли, — продолжал догадываться парень, намыливая глубокую миску, неотрывно смотря на друга.       — Серьезно?! Твою мать… — протянул Илья. — Где? — закрутил головой, пытаясь найти место преступления.       — Нет, — протянул недовольно Илья, закрывая глаза, передёргивая плечами. — Я больше за стол этот не сяду!       Кирилл раздраженно поджал губы, стараясь не реагировать на провокации друга. Если он ничего не подтверждал, то тот мог только догадываться, а то, что не доказано, не является правдой.       — Ну ты и скорострел, Гречкин, — цокнул недовольно Илья. Видимо это стало последней каплей для Кирилла. Не удержавшись, парень швырнул в друга лопаткой, которой только что перемешивал пасту. Небольшое количество спагетти, сыра и соуса, прилипшие к лопатке, теперь красовались на плече и спине Ильи.       — Блядь, Гречкин! Ну, твою мать! — начал ругаться Илья, пытаясь снять с одежды остатки еды. Кирилл даже не отреагировал на его возмущения, взяв вторую лопатку из ящика под столешницей.       На перроне уже во всю бегали и суетились люди. Поезд отбывал через пять минут. Закинув вещи в свой вагон, парни стояли у его выхода, прощаясь. Эти три недели прошли очень живо и интересно для каждого из них.       — Ну, что ж… до скорой встречи, — пожал руку Кириллу Антон.       — Заезжайте. Всегда рады, — улыбнулся легко Гречкин, отвечая на рукопожатие.       — Ну, всё! Всё! Давайте без слюней, соплей, — недовольно забурчал Илья, быстро обнимая Кирилла, а затем, и стоявшего рядом с ним Лёшу. После чего стал подгонять парней, чтобы те пошли скорее в вагон.       — Он просто боится, что расчувствуется, — прокомментировал сухо поведение друга Коля.       — Ой, молча стоял всё время, а сейчас рот открыл, — фыркнул недовольно Илья, подталкивая друга в вагон.       — Илюха, мы знаем, какой ты у нас чувственный, — подколол друга Кирилл, ещё помня о его утреннем раздражающем поведение.       — Греча, не бузи сильно, переваришься! — съязвил в ответ Илья, — Лёш, если он будет бузить, ты звони мне. Я быстро ему мозги вставлю на место! — пригрозил парень, но в следующую секунду резко пропал в вагоне, благодаря Антону, который затянул его туда за руки.       Поезд тронулся, а Лёша с Кириллом пошли в сторону машины. На улице стояла аномальная жара. Даже дышать было тяжело. Включив кондиционер в машине, Кирилл вздохнул от наслаждения.       — Кирилл, а мы можем заехать в одно место по дороге? — спросил Лёша, пряча глаза в телефон, что-то активно набирая.       — Нет, — холодно и резко ответил Кирилл, блокируя двери для выхода. Макаров тут же поднял глаза на него, непонимающе уставившись.       — Если ты собираешься заключать договор с общежитием, то можешь сразу об этом забыть. У тебя есть уже где жить, — всё также холодно сказал Кирилл, переведя взгляд на собеседника.       — Ты лазил в моём телефоне?! — возмутился тут же Макаров, приближаясь к Кириллу, смотря на него строго, как умели делать это учителя.       — Остановимся на том, что это была случайность, — включив поворотник, парень нажал на газ, выезжая с парковки. Кирилл намеренно поехал, чтобы у Лёши не было возможности сбежать.       — Ты офигел?! — вскрикнул Лёша, тут же начиная елозить на сидении, пытаясь открыть дверь, пока машина не набрала скорость и не выехала с парковки. — Дай мне выйти!       — Мы едем домой! — строго произнёс Кирилл, не давая даже возможности противоречить.       — Гречкин, ты с ума сошел?! Выпусти немедленно! Мне нужно туда! — крикнул Лёша, смотря испытывающее на Кирилла.       — Да, блядь! — резко ударил по тормозам Гречкин, от чего Лёша упёрся руками в торпеду, чудом ничем больше не ударившись. — Да что мне ещё сделать, Макаров?! Я задолбался уже! Мне казалось, что мы уже все обсудили. Сука, да я был уверен, что ты останешься со мной! Мы же даже почти переспали, а потом я вижу эту херню про общагу! Ты хоть знаешь, как я себя чувствовал?! Это типа прощальный секс? Спасибо вам, Кирилл Всеволодович, за вашу помощь, ну, а теперь пойдите-ка вы на хуй. Я буду жить один, жрать дошики и тусить с новыми друзьями, а ваши чувства — ваша проблема. Ебитесь с ними сами! Кирилла буквально разрывало от эмоций. Он возмущался, размахивал руками, но не смотрел в сторону Лёши, будто бы его здесь и не было. Уперевшись руками в руль, сложив на него голову, Кирилл замолчал.       — Лёш, — вдруг как-то опустошённо и вымученно позвал парня Кирилл, — я серьезно тебе не нравлюсь? — перевернул голову в сторону Макарова, уставившись на него пустыми серыми глазами. Лёша смотрел в ответ и молчал. Нижняя губа стала подрагивать. Вокруг стал чувствоваться какой-то холод, и он был точно не от кондиционера. Лёше было страшно и очень стыдно.       — Я боюсь, — сдерживая готовые вот-вот политься слёзы, прошептал Лёша.       — Да, чего, блин?! Чего ты боишься?! — не выдержал Кирилл, резко отталкиваясь руками от руля, хватая Лёшу за плечи, встряхнув пару раз. Лёша смотрел в серые и глаза и уже не мог сдержать слезы.       — Блядь, ну Лёш, — сильнее сжал пальцы на хрупких плечах Гречкин, отворачиваясь в сторону. Он только недавно понял, какие сумбурные эмоции вызывали у него слезы Макарова. Сердце тут же сжималось и начинало ныть, как окровавленная мозоль на пятке, которую никак не можешь заклеить пластырем, надевая всё более неудобную и неудобную обувь.       — Я боюсь, что это всё закончится, — заскулил Лёша, даже не пытаясь уже унять слезы. — Боюсь, что ты уйдешь и оставишь меня. Боюсь, что ты захочешь детей. Я боюсь, что снова останусь один. Я не хочу, — завывал уже как побитая собака Лёша, хлюпая носом. — Я не хочу снова оставаться один.       В мгновение Кирилл резко прижал Лёшу к себе. Мальчишка уперся ему в плечо, продолжая скулить и рыдать.       — Лёшка, — обнял, скрестив руки на спине мальчишки, Кирилл. — Я не уйду. Не уйду!       — Не обещай, — завывал Лёша, вздрагивая всем телом.       — Лёша! — жестко отстранил от себя парня Кирилл, обхватив его лицо ладонями. — Что я должен сделать, чтобы ты чувствовал себя со мной уверенно?       Лёша открыл заплаканные глаза, молча уставившись на Кирилла. Его всего снова трясло. Лёгкие обдавало огнём при каждом вздохе. Парень отрицательно крутил головой из стороны в стороны, не зная, что ответить.       — Я не знаю-ю-ю, — протяжно провыл Лёша, руками пытаясь вытереть непослушные слёзы.       — Лёш, мне никто, кроме тебя не нужен. Ребенка усыновим, с работой разберемся, с учебой тоже. Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив, — нежно стал выцеловывать узоры на щеках и лбу парня Кирилл. Лёша продолжал поскуливать, прижимаясь правой щекой к тёплой ладони:       — Я-я-я не х-х-хотел у-у-уезжать, — заикаясь, выдавил из себя Лёша. — Я х-хо-хотел о-о-отказаться.       Кирилл резко перестал целовать. Отстранился и уставился недоверчиво на парня. Он не мог поверить своим ушам. То, что он услышал, казалось чем-то нереальным. Тем, на что Кирилл и надеяться не мог.       — Ты серьёзно?! — решительно уставился на Лёшу Кирилл, сверля взглядом. Макаров в ответ замотал утвердительно головой.       Запрокинув голову вверх, Кирилл иронично выдохнул. А в следующий миг, он резко поддался вперед, целуя Лёшу. Макаров выпучил глаза, напрягся и на несколько секунд перестал дышать, но осознав, что происходит, стал отвечать. Он позволял Кириллу по-свойски целовать себя, то и дело углубляя поцелуй. Руки Лёши медленно поднялись по рукам Кирилла к плечам, а потом и ухватились за шею Гречкина, тем самым сближая их тела. Если бы не коробка передач, с разной утварью, которая разделяла парней, то вряд ли бы всё сейчас закончилось поцелуем.       — Я люблю тебя, Лёш. Очень сильно люблю, — зашептал в губы Лёше Кирилл, прислоняясь лбом к его лбу.       На улице стоял звук сигналящих машин. Кто-то раздраженно уже кричал в сторону черного «гелентвагена», который встал посреди дороги, не позволяя хоть как-то себя объехать. Но весь этот шум был где-то там, далеко, за пределами мира двух влюбленных сердец.