Красная нить судьбы. Часть 4. Рамантишеские пиключения!

             — Это уже десятая, — протянула хозяйка.       — А время только двенадцатый, — отозвался оборотень.       — Мне же это не снится?       — Тогда это очень яркий сон.       — О, в одиннадцатую убежал.       — Может, мы его в рабство возьмём? Он нам за неделю все поля соберёт! — весело рассмеялся оборотень и тут же этим же смехом подавился, когда огненный Дух навис над ним, хмуря брови. — Приношу свои извинения, это была глупейшая шутка в моей жизни, — нервно сглотнул оборотень, вытягиваясь по струнке, как и рядом стоящая хозяйка. Оглядев обоих эльфов, Дух вернулся обратно.       — Это страшно! — пискнула хозяйка, выпучив глаза.       Оборотень на это только закивал — опасался, что если скажет что-то не то, Дух вернётся и как даст по башке!       Не сложно догадаться, но эта парочка, и далеко не только она, наблюдала за Лаиммом. Не замечая толпы собратьев, тот носился по теплицам, размахивая руками, точно взлететь пытался. Командуя Духами-помощниками, он заливисто хохотал, носясь туда-сюда и выполняя порученное хозяйкой: срезал ботву, полол, поливал, собирал урожай. И нет, всё это Лаимм не свалил целиком и полностью на Духов, а ещё и сам делал. Честно, собратья пытались помочь, но когда столкнулись с двойным торнадо, разошлись по углам, опасаясь, что их подхватит потусторонним вихрем и куда-нибудь утащит.       А Лаиммка! Просто наслаждался тем, что делал. Работал же! На благо всего Первого Купола! Он молодец! Периодами он вставал перед готовой теплицей, упирал кулачки в бока и с мега важнецким видом кивал, типа он всё сделал, он реально молодец. Народ на это каждый раз аплодировал, Лаимм им театрально то кланялся, то приседал в реверансах и всё как на повторе: с громким смехом убегал в теплицу и наводил там порядок.       Хозяйка, как ни пыталась, так разогнать никого не смогла. Вроде разойдутся, а потом смотришь: бездельников в разы больше стало, и все за новеньким большими глазами следят. А как тут не последить, если такие странности творятся? Лаимм в команде с Духами одиннадцать теплиц за половину дня обработал!       — Давай его в рабство возьмём? — посмеиваясь предложил оборотень.       — Ты с ума сошёл?       — Сама посуди, с такой командой он нам все поля за неделю соберёт.       — Не говори ерунды, — вздохнула хозяйка. — Его демон и так на нас всех смотрит с желанием убить, а ты ещё вон чего удумал. Тут даже не демон, тут Духи против будут. Но скорость поражает. И ведь всё нормально делает! Такого работника упустили! — прохныкала она, сжимая кулачки. — Почему он к нам не попал?! Мы бы ему тут нормального мужа нашли!       — Кого-нибудь бы заставили? — рассмеялся оборотень.       — Да ты погляди на него! — хозяйка обеими руками указала на споро семенящего к ним Лаимма.       — Пити-пити хатю! — шепнул тот и мило потупился.       — Ща всё будет! — оборотень отошёл к столу под навесом с напитками и налил в большой стакан клюквенного морса. — Держи, да не торопись, а то подавишься.       Просияв солнышком, отчего парочка перед ним начала улыбаться в ответ, Лаимм с благодарностью принялся стакан и шумно захлюпал. А за его спиной, оставшиеся без присмотра Духи затеяли непонятно что, пугая лесных эльфов.       — А ну-ка прекратили! — гаркнул Лаимм, и народ замер с круглыми глазами. Что странно, Духи его послушались. — Тё устроили?! Попить не дают! Што за хулиганьё?! Кулачок! — и он продемонстрировал оный, на что огненный Дух с хмурым видом навис над ним. — Быра пикащай, а то оставлю без кусняшек! — пригрозил Лаимм и продолжил хлюпать морсиком. — Кусната, — выдохнул Лаимм. — Тё зыркаешь? — он снова уставился на огненного Духа, а тот в ответ скрестил руки на груди, выказывая своё недовольство.       — Лаимм, что происходит? — шёпотом спросила хозяйка, опасливо косясь на полыхающую огненную мужскую фигуру.       — Капизничают! — всплеснул тот руками. — Робят! — Лаимм довольно улыбнулся. — Кушенькать хотят!       — А чем их кормить-то? — не понял оборотень, с опаской косясь на Духа.       — Кусняшками! — важно ответил Лаимм. — Вот собрали с одной типлички помидоришки, по маханькой в каждую чашечку покладите. А то они, бедные, больше десятка собрали вам, а вы жопитесь!       — Не жопимся мы! — возмутилась хозяйка. — Я же не знала!       — Вот, терь знаешь! — Лаимм улыбнулся от уха до уха. — Пусть там покладают им по одной большой тады. Раз уж они так помогают! Вот так с ними и надо — уверенно! И подкармливать! Дя? — Лаимм протянул всё тому же огненному Духу стакан с остатками морса, и тот, удивляя всех кроме Лаимма, забрал стакан и допил. Вернув посудинку, Дух упарил к своим. — Ишь какие капризульки, — вздохнул Лаимм, а потом взгляд зацепился за одну эльфийку, которая усердно делала вид, что работает, поедала фиг знает какую по счёту помидорину. Переполненный праведного негодования, Лаимм сдёрнул с плеча полотенце, усеменил к девчонке и как давай дубасить её полотенцем, да орать, что работать надо, а не жрать.       — Я от него в восторге, — еле слышно пробормотала хозяйка.       — Киська! — завопил Лаимм, заметив идущего к ним широко зевающего Хестана с котом на руках.       — Утра! Ёбаный вас в рот, — просипел Хестан, потирая заспанные глаза. — Ты тут чё как?       — Роблю! — горделиво выпятив грудь, сказал Лаимм. — Работы-то вон сколько! Робить не переробить! А ты тё встал? Сопелкал бы ещё!       — Ващет ссать захотел. А потом смотрю на часы, а там половина двенадцатого. Как-то не до сна уже. Пожрать бы, но сначала кофе, — Хестан красноречиво уставился на внимающего каждому его слову Пиражуню.       — Ти выспался? — сцапав мужа за руку, Лаимм утянул его к столам, с одного из которых взял термос, наливая горячего кофе в крышку и подавая.       — Перевыспался, — проворчал Хестан. — Башка дубовая, — вдохнув приятный кофейный запах, он от удовольствия закатил глаза и так поспешил отпить, что подавился и закашлялся, чуть не расплескав остальное.       — Ты тиво торопися? — пожурил его Лаимм, помогая откашляться, постучав по спинке, а после вытер ему моську салфеточкой. — Не отбирают жи! Пей спокойно.       — У меня тут тебя отбирают! Так что мне на кофе ваще насрать, — проворчал Хестан. — И не делай такое лицо, будто не понимаешь, о чём я!       — Ни ругайся! — шикнул Лаимм и сделался скромняжкой, когда муж уставился злюкой. — Никто не отбирает!       — Я вижу! Када дальше-то? — прихлебнув кофе, Хестан вопросительно уставился на супружика, а тот глаза округлил, губы трубочкой вытянул и, развернувшись, посеменил обратно к теплицам.       Тихо матерясь, Хестан схватил термос с кофе, на ходу допивая то, что было в крышке. Чуть не грохнулся, когда запнулся о Жируню. Помянул все тёмные силы и всё-таки добрался до Пиражуньки.       — Так всё-таки?       — Работы-то тут скока! — запричитал Лаимм. — Робить не переробить! Да исё и ленивки ленятся! — зарычал он, огрев ту же девчонку полотенцем по заднице. — Ты заколебала! Пшла вонь отседава! Линивка!       Дождавшись, пока Лаимм, делая вид, что весь такой занятой и с мужем-то ему поговорить некогда, перестал гонять девчонку, Хестан перехватил его перед входом в очередную теплицу и утащил в другую сторону. Поставив делающего ангельскую моську супружика на ножки, Хестан красноречиво на него уставился, скрестив руки на груди.       — Давай тут поселимся! — шепнул Лаимм и сделался скромняжкой-милашкой.       — А по жопе тебе не прописать? — предложил Хестан, нисколько не удивляясь, что любимка отрицательно замотал головой. — А то давай. За вредность. Ремнём. Раз десять. М?       — Ты шо изверг такой?! — завопил Лаимм, прижимая ладошки к попке. — Низя миня обижать!       — Так я не обижать буду, а по жопе за вредность бить.       — Я нитиво ни ведный! Тут вон! — развернувшись к теплицам, Лаимм раскинул руки, охватывая их все и намекая, что работы полно.       — А то, что нам дальше ехать надо, м?       — А куда? А шо там, в этом дальше?       — Ну, судя по всему, ты об этом никогда не узнаешь, и ожидающий тебя в конце супер приз уйдёт непонятно куда. Как вариант: будет сдан обратно в магазин, — Хестан пожал плечами, сделав вид, что ему насрать, а внутри от страдальческой мордахи супружика всё скалилось в довольном оскале.       — Тё там дальши-та?! — слезливо заголосил Лаимм, вцепившись в футболку мужа и трясся за неё.       — Очень шикарный приз! — демоном-искусителем зашептал Хестан. — Да прекрати ты меня так дёргать, а то порвёшь.       — Как порву, так и зашью, — отмахнулся Лаимм и тут же надулся недовольным пузыриком. — Тё там дальше?! — завопил он.       — А вот поедешь — узнаешь, не поедешь — не узнаешь. Отпуск у меня закончится, домой вернёмся, а ты так ничего и не получишь. А та-а-ам тако-о-ое! — Хестан закатил глаза, а потом как припечатал: — Или я просто обижусь и не буду с тобой больше разговаривать. Ваще никогда не буду разговаривать.       Лаимм сначала его слушал, а после последней фразы кулачок под нос сунул.       — Капец, чем воняет-то? — поморщившись, Хестан отошёл в сторону. — Ты ими в удобрении ковырялся? Фуфуфуфу.       — Сам ты в удобрении ковырялся, — Лаимм похлопал себя по лбу, намекая на умственные способности мужа. — Это помидоркина листва так пахнет, — он сам понюхал руки и пожал плечами: — намана фаняет! Вкусно!       — Ни хрена не вкусно, — не согласился Хестан, смотря, как Духи Ветра переносят срезанные ветки из теплицы на улицу, где лесные эльфы шустро распихивали всё по мешкам. Стоило хоть чему-то наполниться, не важно: мешку или ящику с помидорами, они перетаскивали их к небольшому фургончику, закидывая в кузов. А когда и машина наполнялась, кто-то садился за руль и собранное увозили к складам.       — Робят, — с благоговейным трепетом прошептал Лаимм, прижимая руки к щёчкам. Заметив, что Духи стали помогать активнее, сразу понял, что его слова не прошли мимо ушей: кто-то положил еду на алтарь и Духи успели насытиться. Вот она, гармония Высших Сил и смертных! — Касата! — Лаимм даже прослезился.       — А чего плачешь-то? — опешил Хестан.       — Киськ, — сжав его руку, Лаимм встал поближе. — Тиво там дальше?       — Маленький шантажист, — проворчал Хестан и сделал страдальческую морду, когда любимка слезливо шмыгнул носом.       — Тё там? А?       — Очень большой торговый. Это следующая остановка. Причём тоже длительная. Торговый реально огромный.       — Зачем мне магазины? — надулся Лаимм. — Фермочка!       — Ну, я там нашёл вон чего, — найдя нужный сайт, Хестан показал его Пиражуне.       А там! У Лаимма чуть сердчишко не остановилось! На первой фотке сидели три девчонки, с очень красивыми куклами в руках. Дальше небольшой блок информации о том, что своими руками они делают всё и вся. Лаимм на это толком не обратил внимания и даже хотел на мужа поворчать, как на какой-то там по счёту фотке появился красивый массивный, чуточку мультяшный розовый единорог с синими цветами в длинной гриве. Лаимм чуть глаза не потерял, когда подряд три фотки оказались с лошадками — на каждой стояло по нескольку копытных. А там такая красота! Разноцветные, разных размеров и всё такое.       Прижав телефончик к груди, Лаимм вылупился на теплицы. Внутри разгоралась битва по типу «Ангел против Демона». Первый говорил, что ферма, она поважнее статуэток и игрушек, что здесь много полезного и важного. Что труд у лесных эльфов в крови. Что они себя реализовывают на фермах. У Демона же одна фраза: «лошади-то красивые». И всё. Лаимм завис, а Хестан начал переживать, что у него любимка загрузился по полной программе.       — Изверг, — без эмоций выдал Лаимм и снова уставился на фотку.       — Они их продают как раз в том торговом. Я же продумывал план, — Хестан пожал плечами.       — Сам? — Лаимм с подозрением покосился на мужа.       — Кое-чего от других подцепил, — сознался Хестан. — А если бы домашние про этот отдел не сказали, то я бы о нём и не знал. В любом случае торговый-то в планах был, потому что он нереально огромен. Найдёшь себе там всякого разного. А чтобы успеть всё рассмотреть и везде сходить, при нём есть отель. Места я, конечно, не забронировал, потому что непонятно было, когда доедем. А с учётом того, что мы кое-где застряли, — эту фразу Хестан произнёс нарочито растянуто, — то даже хорошо, что не бронировал. Да? — он с любовью глянул на ангелочком хлопающего ресничками любимку. — Да! К тому же, — продолжил Хестан, после того как сделал большой глоток кофе, — у нас ещё одна ферма после магазинов. Правда, придётся сделать небольшой крюк, но оно того будет стоить, — он задумчиво почесал подбородок. — И как раз один товарищ вернёт мне долг. Совместим приятное с полезным! А то я этого возврата от него до конца дней не дождусь.       — А что за долг? — Лаимм сделал круглые глаза.       — Да помог я одному типу много лет назад. Он мне такой: буду должен! Я к нему пару раз обращался, что долг-то возвращать надо, а он всё в отказную, то ему некогда, то ему нечем и бла-бла-бла. А теперь он не отвертится. С процентами своё возьму. Вот он как раз на ферме сейчас и сидит. Всё лучше, чем в тюряге, — гоготнув, Хестан отпил кофе.       — Ты что, преступника отмазал?! — опешил Лаимм.       — Да не преступник он, — поморщился Хестан, прислушиваясь к голодным ноткам в желудке: благодаря кофе организм быстро пробуждался, требуя чего-то более существенного, нежели это горькое пойло. — Просто сунул нос, куда не надо, и его чуть не загребли. А раз я знал, что и как, поднапрягся и готово. Зато теперь именно тебе с этого жирный плюс!       — Патиму? — любопытство в глазах Лаимма заплескалось набегающим на берег цунами…       — Чем быстрее мы закончим здесь, тем быстрее выдвинемся дальше. Тогда и узнаешь, — хитро подмигнув, Хестан потянул любимку в сторону столовой: жрать же захотелось!