Руны

      На следующий же день после визита Гарри и Рона, Джордж отправился в Нору. Вернулся он далеко за полночь, кое-как удерживая в руках небольшую сумку, которую явно расширили заклятием. Предположение подтвердилось, когда из этой самой сумки он принялся доставать, одно за другим, множество хорошо упакованных блюд. — Я ещё не говорил маме о том, что ты жив, — растирая красные от недосыпа глаза, он сел напротив близнеца и Гермионы. — Но мне кажется, что они все обо всём догадались. Ничего не спрашивали, но и отпускать не хотели.       Они всё это время смиренно ждали рассказа Джорджа и теперь с небывалой внимательностью слушали его. Гермиона, не без раздражения, заметила, как сильно Уизли трясут ногами. Хотя сама только спустя время поняла, что отбивала пальцами по столу так, что уже перестала чувствовать кончики.       На душе у девушки скребли кошки: Уизли могут вернуться домой, а она? Сглупила, поторопилась, даже не додумалась сначала вернуть память родителям, а уже потом навсегда прощаться с магией. Она всегда предпочитала продумать несколько раз пути отступления, в случае неудачи, и взвесить все «за» и «против». Но в этот раз поступила так сумасбродно, как не поступала даже во время поисков крестражей. Попытки отвлечься от мрачных мыслей срабатывали ненадолго.       Время полетело так быстро, будто кто-то подкручивал стрелки часов. Май сменился июнем, и летняя погода выдалась такой дождливой и холодной, будто само небо оплакивало погибших и покалеченных. По радио передавали новости о пойманных пожирателях смерти, а от Поттера не было ни слуха. В прочем, близнецов это будто ни капли не интересовало. В какой-то момент Гермиона просто поняла, что они заперлись в своей старой комнате и что-то мастерили днями напролёт. Периодически, из-за закрытой двери доносились возмущённые переругивания, негромкие хлопки или веяло запахом гари, но девушка уже не обращала на это внимания.       Кикимер, совершенно загадочным для бывшей ведьмы образом, успевал поддерживать чистоту во всём доме и как-то обеспечивать их вкусной едой: по утрам на кухне их ждал завтрак, днём манил запах горячего обеда и уже ужин все ждали с нетерпением. За то время, пока Гермиона была предана своим долгим исследовательским прогулкам по родовому гнезду Блэков, она успела несколько раз обойти каждый коридор, заглянуть во все комнаты, найти семейную библиотеку и даже разобраться в родословной хозяев дома, раскинувшейся на гобелене. Занимать себя с каждым днём становилось всё труднее и труднее, и даже редкие шутки близнецов не были способны украсить серые дни.       Раз в неделю, обычно в среду, Джордж покидал дом на площади Гриммо, чтобы навестить Уизли или проверить магазинчик. Такие дни становились ещё скучнее, потому что ленность и тоска овладевали теперь не только Гермионой, но и Фредом. Обычно, он выплывал из комнаты с видом глубоко задумавшегося человека, с трудом удерживая в руках коробку с недоработанными изобретениями. Садился на пол у камина, разбрасывал вокруг детали и мастерил до победного, не отвлекаясь ни на обед, ни на ужин, разве что изредка разговариваясь в процессе с подругой. — Знаешь, ты чем-то похож на безумного шляпника, — отвлекаясь от очередной книги, говорила Гермиона. — На кого?.. И чем это? — Фред, до этого с энтузиазмом выкручивающий что-то маленькое из своего кулака, отвлекался и поднимал на неё голову. — Очень уж ты увлечён. И бубнишь иногда себе что-то под нос, улыбаясь, — парень не мог не расплыться в улыбке. — Вот, даже сейчас!       За такими диалогами вечер проходил быстрее и намного приятнее. День уже не казался таким серым: комнату наполнял запах смолы, треск горящих дров, диалоги без смысла. Замёрзшие руки отогревались теплом камина, корешок книги оказывался не просто тёмным, а с глубокими синими бликами, и стрелки часов откручивали своё намного быстрее.

***

      В порыве унять скуку, Гермиона решила порыскать в кухонных ящиках, и какого же было её удивление, когда она нашла готовую смесь для кексов. Кто её сюда принёс и зачем — она даже не догадывалась, но была очень благодарна этому человеку. Последний раз она сама стояла у плиты, наверное, лет в десять, когда мама учила её готовить. Да, это была всего лишь глазунья и после она больше не возвращалась к готовке магловским способом, но, тем не менее, твёрдо для себя решила, что стоит обновить воспоминания. «Какой же из меня получится магл, если я умею готовить только с волшебной палочкой?»       Девушка с энтузиазмом собрала хвост и принялась изучать рецепт кексов, написанный прямо на обороте. Подметила для себя, что ей понадобиться лишь вода и снова застучала дверцами ящиков, в поисках подходящей посуды. Совершенно увлечённая поисками, Гермиона даже не заметила, как на кухню, вразвалочку, вошла заводная игрушка. Кошка скрипнула механизмами, потёрла лапой мордочку, будто умывается, и оглушительно звонко мяукнула. Одним движением вскочила на стол.       Не без опаски, она повернулась. В глаза бросился голый механизм, чуть сверкающий в свете солнца. Игрушка была настолько мала, что наверняка поместилась бы на ладони у девушки. Гермиона удивлённо улыбнулась, а кошка отреагировала: изящным движением запрыгнула на стол напротив и потянулась, махнув хвостом. Как только ладонь девушки оказалась у кошки над головой, она тут же ловко юрнула ей под локоть и оказалась прямиком на столешнице.       От неожиданности, Гермиона вздрогнула, а когда обернулась — не успела даже хоть что-то спасти! Кошка принялась буйствовать на столешнице: пронеслась туда и обратно, скинула немногочисленную посуду, царапнула упаковку готовой смеси и отправила её в свободный полёт прямиком на пол. Битая посуда и клубы затхлого наполнения пакета создали за миг такую грязь, какую девушка не организовывала за весь период её обучения в Хогвартсе. Штаны были по колено испачканы, обувь слилась цветом с полом, потому что смесь покрыла её толстым слоем, и запах залежавшейся муки, ударяющий в ноздри — ей уже всего этого было достаточно!       Но кошка решила иначе. Она ещё раз звонко мяукнула, резко подпрыгнула и разлетелась блестящим конфетти, добавляя бардака и заставляя Гермиону в тихом ужасе прикрыть рот рукой. — Ну как тебе?! — в проём заглянули две рыжие головы, с восторгом оценивая ущерб кухне Блэков. — Я собрал игрушку, а Джордж придумал эту штуку с рассыпанием конфетти! Классно, да? Мы ещё хотим добавить ей возможность записывать голо…       Один только взгляд заставил Фреда прикусить язык и смущённо улыбнуться. Джордж даже не решался вступать в диалог с девушкой, которая сильно и очень явно негодовала — в такие моменты, самую малость, он даже радовался, что она не может его заколдовать. — Великолепная работа. Я передам Кикимеру, что сегодня на кухне убираетесь вы, — огромных усилий ей потребовалось, чтобы сохранить спокойный тон. Она аккуратно перешагнула чашку, чуть не потеряв равновесие, и вышла из комнаты, огибая Уизли.       По полу за ней тянулись грязные следы до самой ванной. Когда-то съедобная штука от контакта с водой и мылом почему-то стала камнем сковывать джинсы. Пропыхтев над ними ещё с пятнадцать минут, Гермиона, не без печали, поставила на джинсах крест и обескураженно села на корзину с грязным бельём. Спасать обувь она не решилась, заранее предугадывая исход этой битвы.       Прикрыв глаза ладонью, девушка тихо захихикала: совершенно дурацкая ситуация.

***

— Смотри и повторяй за мной, — Гермиона заученным движением ножа отрезала слайс гриба. Подняла взгляд на Фреда и кивнула на свою доску. — Всё очень просто, представь, что ты на зельеварении. «Кто бы мог предположить, что он правда начнёт рубить грибы?.. Нужно будет точнее давать указания, » — пронеслось у бывшей ведьмы в голове.       Понимая, что без навыков готовки новоиспечённый магл Фред Уизли вряд-ли выживет, девушка с энтузиазмом вызвалась научить его. В конце концов, научила же она Рона правильному произношению заклинаний ещё на первом курсе!       Уизли, как старательный ученик, зеркально повторял каждое действие девушки, но ему никогда не удавалось получить у Снейпа высоких баллов. Поэтому, если у Гермионы выходили аккуратные слайсы, то у него это скорее были обрубки грибов. Как бы он старался резать ровно, нож жил своей жизнью и уходил в сторону, выдавая неаккуратные куски. Парень хмурился, старался, пыхтел, но в итоге не выдержал и фыркнул, откладывая нож. — Зачем их вообще резать, если можно просто так кинуть? — между бровей залегла глубокая морщина. — Это основы кулинарии! — возмущённо проговорила девушка. — Чем меньше будут кусочки, тем вкуснее получится суп. — Что-то я не помню таких правил, — Фред подвинул стул и сел, уставившись на Гермиону, — А это правда, что ты на четвёртом курсе была влюблена в меня? — хитрая улыбка расползлась по его лицу и на секунду девушке показалось, что кухня наполнилась духом озорства. — Только не говори мне, что миссис Уизли постоянно попадалась на такой способ перевода темы, — она отложила нож и повернулась к Фреду. — Да, ты мне нравился. Но это был четвёртый курс, много что тогда было. Почему ты… И откуда?..       Встретившись с взглядом голубых глаз, Гермиона не могла не начать краснеть и запинаться. Она и сама не понимала почему: на кухне стало слишком жарко или это неловкость? Тем не менее, глядя на это невероятно довольное лицо, встречаясь с озорными искрами в глазах, она не могла не ответить тем же. Стоило ей улыбнуться, как парня захлестнули забавные метаморфозы — он порозовел, начало бровей дрогнуло вверх, а глаза забегали, разрывая зрительный контакт. До этого раскачивающийся, он внезапно покачнулся сильнее обычного, чудом удержал равновесие, подскочил со стула и пробурчал что-то нечленораздельное. Только Гермиона моргнула, как его не оказалось на кухне — он ретировался так быстро, что трансгрессия и не нужна была. «Кто вообще мог рассказать ему о моей симпатии в тот год?»       Хмыкнув, она вернулась к многострадальным грибам. Улыбка всё никак не хотела покидать лицо, но Гермиона особо и не старалась её прогнать. Немного горели уши, но никакого дискомфорта она уже не испытывала, с удивлением замечая, что прокручивает только что состоявшийся диалог раз за разом, будто заевшая кассета. Шипящая кастрюля с картошкой вывела её из мыслей, отвлекая своим побегом.       За спиной тихо хлопнуло и комната наполнилась карамельным запахом. — Привет, ты сегодня был в магазинчике? — не отвлекаясь от плиты, девушка поздоровалась с Джорджем. — Да, проверил, как там дела. А где Фред? — шорох одежды заставил поёжиться — не смотря на июнь, за окном властвовал холод.       Топот ног со второго этажа быстро переместился на первый и в проёме показался близнец. Чуть взъерошенный, с дурацкой улыбкой. Джордж оглядел ребят, но решив не задавать вопросов, уселся за стол. — А мне показалось, я слышал тебя наверху.       Бывшая ведьма хихикнула себе под нос, отправляя все ингредиенты супа в кастрюлю. — Сейчас тихо, но не заставляйте меня больше трансгрессировать. Министерство магии определённо поставило нас на мушку, — парень отряхнулся от капель воды.       Фред кивнул, задумчиво ковыряя косяк, а Гермиона поджала губы, садясь рядом с Джорджем. — В Министерстве совсем дел нет, раз они преследуют героев войны! — злость так сильно вскипала внутри неё, что Гермиона чуть было не начала скалиться. Уизли вздохнул и похлопал её по плечу. — Нам ничего не остаётся, если мы не хотим последствий. — Вау, да от меня проблем стало как от Рона, — близнец засмеялся и вздрогнул, когда из-под крышки что-то плюхнуло. — Гермиона, а ты всегда выбираешь себе в спутники людей, от которых веет опасностью? — Ну, знаешь, за нами хотя бы министерство сейчас охотиться, а не Волан-де-Морт. Не дотягиваешь.       Парень понимающе закивал. Он с интересом вдруг поглядел на часы и на духовку, а затем перевёл выжидающий взгляд на Гермиону. Она спокойно мотнула головой и подвинула к себе тарелку с овсяным печеньем. Джордж достал было палочку, чтобы помочь чем-нибудь, но остановился. Справились и без него.       По стеклу кухонного окна тихонько забили капли. Дождь начал расходиться, превращаясь в ливень. Лампа уставше мигнула, но не отключилась, зато девушка прочувствовала всю усталость, навалившуюся на неё за день. Поведя плечами, она немного размялась и поднялась. — Надеюсь, в неравном бою с супом, вы одержите победу. Но если нет, то через пятнадцать минут можно отключать плитку, а ещё через пять — духовку. Доброй ночи, мальчики. — Ты даже не поешь? — удивлённым тоном выдал Фред. — Я не голодна, — девушка вышла их кухни и направилась к себе.