frantic (3)

Анна

      — Еще немного и я закончу свой завтрак…             — Ахахаха….Тимоти, прошу, перестань, мне щекотно.             — А вот и нет, я люблю, когда ты так смеешься.             Тимоти переворачивает меня на живот и начинает покрывать мою спину горячими поцелуями. Я закусываю нижнюю губу от возбуждения и продолжаю издавать тихие стоны.             — Я люблю тебя, люблю, — шепчет он между поцелуями. — Обожаю твою упругую задницу, — шлепок… — Люблю делать так, — его пальцы касаются моей горячей плоти. — Люблю в тебе все….абсолютно все, каждую мелочь, каждый изъян, все в тебе-мое.             — Тимоти!             — Шшшш…я никогда тебя не отпущу, никогда…             Просыпаюсь от слез, начинаю оглядываться, нет, это был лишь мой сон из прошлой жизни…мои воспоминания…я лежала на жесткой кровати в темной комнате без окон. Я дрожала от страха, от боли…от слез…             — Тимоти, найди меня, умоляю тебя, спаси меня.             Я начинаю рыдать, заглатывая свои слезы, сопли. Я снова и снова шепчу себе эти слова, призываю Тимоти спасти меня, найти меня…я умру здесь, без него, без его присутствия, без его голоса и нежных прикосновений.             Толчок в живот выводит меня из рыданий.             — Тише…тише, все хорошо, — я глажу свой живот и заставляю себя успокоиться. — Я справлюсь, я справлюсь.             Но я не камень, у меня есть чувства, я хрупкая и каждую минуту становлюсь слабей…             Слышу стук в дверь, затем вижу женщину с подносом в руках.             — Госпожа, вам нужно поесть, вы два дня ничего не ели…хотя бы ради ребенка, поешьте!             Моя голодовка не пройдет даром, я должна есть, набираться сил, ради своих детей.             — Господин ждет вас в зале, он хочет поговорить с вами.             Служанка кладет на край кровати новую одежду и принадлежности для принятия ванны. От меня дурно пахло, все эти два дня я не вставала, тупо лежала и ждала своего часа. Где сейчас Тимоти? что с моим сыном? Боже…я не должна быть здесь, я должна быть рядом со своими родными людьми.             Я привожу себя в порядок, этот ГОСПОДИН не должен видеть меня сломленной. Я сильная и я справляюсь с тем, что меня ждет впереди.              Меня сопроводили в огромный зал, где на ковре сидели женщины, гарем Мухаммеда огромен, девушки были поистине красивы, такие молодые и такие…счастливые! Каждая говорила на ломаном английском, они знали кто я…они знали, для чего я здесь. Когда они заметили мой живот, то стали перешептываться и сплетничать.             Падшая женщина.             — Подойди.             Мухаммед сидел на своем пьедестале и ел фрукты. По обе его стороны стояла охрана в строгих костюмах.             — Ты игнорировала меня эти дни, я не хочу знать причины, мне все равно, но ты должна знать, сегодня к ужину прибудет мой сын и ты должна подготовиться.             — Подготовиться?             — Этот наряд не подходит для невесты, тебя облачат в золото, так как ты беременна и носишь наследника, танцевать тебе не придется.             Ношу наследника? Он что…издевается надо мной?             — Я не хочу…участвовать в твоем спектакле.             — Хочешь оказаться в тюрьме? Хочешь сгинуть там? — я молчу, этот человек был способен на многое. — Вот и славно, прикуси язык, женщина, если хочешь жить, слушайся меня…а теперь сгинь.             Сгинь!             Будто это так просто сделать.             Меня окружили его наложницы, передали тарелку с закусками. Каждая девушка хотела и мечтала обратить на себя внимание господина, каждая бросала свой взгляд в его сторону, танцевала перед ним, ласкала его…             Боже, куда я попала?             — Вот, прими это от нас…скромный подарок невесте на свадьбу.             Девушка с огненными волосами передает мне самодельную цепочку из бисера.             — Я не…             — Мы все понимаем, — присоединяется другая. — Но ты привыкнешь…тебе нечего бояться, Аслан хороший парень, жаль, что Кира не увидела этого в нем.             — Да, очень, он добрый, красивый, не такой как мой муж…             Я глотаю образовавшийся ком в горле и принимаю подарок, лишь бы они прекратили напоминать мне о том, что я скоро выйду замуж.              За этого Аслана.             Обо мне заботились, со мной говорили как с равными. Разве они не видят, что я чужая здесь? Возможно, они боялись Мухаммеда, и знали, что он следит за всеми…что он владыка всего.             Ближе к вечеру меня увели в просторную комнату, раздели, помыли, стали готовить к ужину. На моих коленях лежали шелка разных оттенков, меня красили, моя кожа блестела от нанесенных аромамасел.              — Это не перебор? — спрашиваю служанку.             — Вы особенная…             — В каком смысле?             — Вы выходите замуж за наследника, вы должны быть лучше…даже лучше наложниц господина.             Я начинаю фыркать, меня это забавляло, но я покорно слушалась служанок. Мне принесли новое белье, собрали волосы в пучок, сняли все мои украшения и надели свои…когда пальцы служанки коснулись моего безымянного пальца, я отпрянула.             — Нет, не смей.             Я костьми лягу, но никогда в жизни не сниму обручальное кольцо Тимоти.             — Но…             — Нет.             — Хорошо.             Руки стали украшать хной, рисуя узоры, цветы.              — После свадьбы вам придется принять ислам и…             — Что?             — Прошу вас…это необходимо…             Необходимо? Мне нужно валить отсюда, вот, что необходимо.             Я была готова и меня вывели в коридор. Я шла, прикрывшись платком. Ужин не был скромным, собрались приближенные Мухаммеда…все смотрели на меня. Меня подвели к центру и моя охрана тут же рассыпалась. Я стояла одна, никто ко мне не подходил. Я стала нервничать, я была похожа на чертов экспонат. И тут я слышу позади себя шаги.             Перед глазами встает образ высокого мужчины. Поднимаю голову. Его пальцы снимают платок с моего лица и я вижу молодого Мухаммеда перед собой.             — Здравствуй, Анна, меня зовут Аслан!             Он берет мою руку и отставляет поцелуй на внутренней стороне ладони.      

Тимоти

      Я носился как ураган, я не спал, не ел, не мылся. Я уничтожал все свои мысли. Я готовился к самому худшему, ведь мою любовь, мою жизнь похитили и мое сердце разбилось….в одночасье.             — Папа, — слышу голос Тимми.             Он сжимал плюшевого мишку и потирал сонные глаза.             — Почему ты еще не спишь, малыш?             Я поднимаю его и несу обратно в комнату. Укладываю его на кровать и накрываю одеялом.             — Я не могу уснуть.             — Тебя что-то тревожит?             — Где мама?             Тихий голос мальчика ранил меня. Передо мной предстал тот образ на площади у магазина, заплаканный и напуганный Тимми стоял один и смотрел, как его мать увозят. А я…а я ничего не мог поделать. Я метался из стороны в сторону, расспрашивал всех, но никто меня не понимал. Приехал Логан и забрал меня…этот день запомнится навсегда.             — Она уехала, дорогой, но она скоро вернется.             — Правда?             — Правда, а теперь засыпай, тебе нужно отдохнуть.             Но а я занялся поисками. Я поднял всех на уши… Логан помогал мне с поисками, он находился в участке вместе с американской делегацией. Когда он вернулся, я набросился на него с расспросами.             — Ну и? Есть что-нибудь?             — Ничего, на камерах видеонаблюдения ничего нет, но мы засекли машину, которая двигалась в сторону аэропорта.             — И?             — Машину мы не нашли, но нам удалось узнать некоторые сведения. Грузовой самолет приземлился неподалеку от трассы, это была несанкционированная посадка, никто не знал. Либо они подкупили компанию, либо это свои.             — Твою мать.             — Успокойся, Тимоти.             — Я не могу…она же…она же там одна, хрен знает где, беременная… Боже.             — Анна сильная, не забывай.             — Но она слаба и беспомощна.              Я налил себе стакан виски и выпил все до капли. Логан держал меня в курсе всех новостей. Но и у меня были свои связи. В полицию меня идти было нельзя, но я пошел, мне было наплевать на то, узнают меня или нет.             Я сидел в кабинете Логана и рассматривал все камеры, пытался засечь лица похитителей.             — Нет, нет, не трогайте ее, нет.             Слышу голоса в коридоре. Я выключаю компьютер и выбегаю. Логан склонился над девушкой, которая лежала на полу и тяжело дышала.             — Поднимите ее.             Я помогаю и мы сажаем девушку на стул. Я подаю ей воды и она жадно начинает пить. Никаких увечий и ран на ней не было.             — Мисс, с вами все хорошо? Можете говорить? — спрашивает Логан.             Девушка кивает и смотрит то на меня, то на мужчин, что столпились вокруг нее.             — Меня…меня зовут Кира, я сбежала от…от Мухаммеда, — она делает глоток воды. — Я знаю…куда увезли беременную девушку.             Я отпрянул и схватился за эту нить, за крошечную надежду, что разгорелась внутри меня.