There is no Shepard without Vakarian

      Пламя плясало тонкой нитью, то взвиваясь вверх, то вытягиваясь в едва различимую струну замершего в воздухе локона, среди расцветающих маковыми лепестками алых пятен. Они укрывали пёстрым ковром всё, к чему тянулись: перчатки, рукава халатов, пол и бесчисленное количество бинтов, которые едва успевали собирать в стальные лотки.       Тридцать восемь часов. Четыре бригады, включая трансплантологов, лучшая из сохранившихся больниц столицы и абсолютная неизвестность.       Каждый раз сердце останавливалось одновременно с её.       Уже трижды.       За незакрытым, как того требовал протокол, окном операционной одни хирурги сменяли других. Ни одна минута не прошла спокойно. Только непрекращающаяся попытка сделать невозможное и сигналящие приборы.       Надежда, за которую можно было отдать всё, если бы только это помогло.       Неестественно выгнутые руки. Собранные толстым слоем гипса ноги. Посиневшая вздутая кожа, искромсанная грубыми швами. Закреплённая между обожжённых губ трубка аппарата ИВЛ. Грубый компресс-повязка, скрывающая большую часть повреждённого лица. Заплатка из биопластика на раскроенном взрывом черепе. Всё это едва можно было различить под плотно наложенными полосами бинтов.       Но добавь к этому всего один огненный росчерк и это изменит всё. Тот же рост, та же ширина плеч, тот же вздёрнутый вверх подбородок, в этот раз жёстко зафиксированный усиленным воротником.       Два месяца.       Она продержалась два месяца.       И тридцать восемь часов.       Если это не было чудом после всего произошедшего, то что тогда это слово вообще могло значить?       Холод толстого стекла болезненно колол надглазные и лобную пластины, помогая держать пересохшие глаза открытыми всё это время.       Он с трудом мог заставить себя моргнуть, хотя за напряжёнными спинами, мечущегося по операционной медперсонала едва ли теперь можно было разглядеть хоть что-то.       - …предъявлено обвинение. Покушение на жизнь. Нанесение тяжких телесных повреждений сотруднику объединённых сил Альянса при исполнении… Офицер, при всём уважении, - Кайден прервался, опираясь спиной на выступ бетонной стены. Увесистая папка с зафиксированными обвинениями почти выскользнула из его пальцев. - Ты же должен был следить за ним, - обречённо пробормотал Аленко, поворачиваясь к пожимающему плечами Веге. Левая загипсованная рука многозначительно покоилась в бандаже. – Офицер, произошло недоразумение.       Каждое слово давалось ему с трудом. Если бы не акустика больничного холла, возможно его бы не расслышали.       - Недоразумение? Двое моих ребят лежат в лазарете с черепно-мозговыми, - офицер в полном боевом облачении был, вероятно, в бешенстве, раз тряс снятым шлемом прямо перед посеревшим лицом майора. Целый взвод вооружённых солдат тоже намекал на весомость претензий.       - Сказали бы спасибо, что они живы, - хриплый голос сидевшего в углу Джокера подорвал и без того шаткое равновесие раскалившегося воздуха.       Раскат переключаемых на оружии предохранителей взрезал вязкую тишину, в которой они сидели до появления представителей Альянса.       - Простите, а куда мне… - робкий голос заставил офицера обернуться. Но Лиара уже загородила собой невысокую женщину средних лет, неловко сжимающую больничный лист с характерным значком в углу. Солдаты же неохотно попятились, опуская стволы ниже.       - Кабинет для доноров дальше, я провожу, - мягкий голос обволакивал и почти гипнотизировал, в то время как короткий взгляд, брошенный в сторону офицера, мог бы убить, примени она хоть каплю биотики.       - Ради всех святых, что вы тут устроили?!       Выбежавшая из разъехавшихся в стороны дверей Карин, на ходу стягивала маску. В нос ударил узнаваемый металлический запах. По ровной белёсой полосе операционного халата было видно до куда были натянуты снятые ещё в предоперационном помещении перчатки, но это не делало зрелище менее ужасным.       - Офицер, вы с ума сошли? Кто вас пустил сюда с оружием?! – не достающая ему даже до плеча врач теснила замешкавшегося офицера вместе с замешкавшимися подчинёнными. – Если вы сейчас же не уберётесь отсюда, вас всех посадят. Каждого, - процедила разъярённая Карин, под чьим взглядом любому захотелось бы провалиться сквозь землю. Впрочем, команда Нормандии, почти в полном составе выстроившаяся за её спиной, добавила веса словам.       - Когда заседание? – уточнил у него Кайден, незаметно коснувшись спины Чаквас.       - Завтра. И не опаздывайте, - сжав зубы всё же ответил офицер и отдал своим приказ покинуть этаж.       К счастью, никто из них не увидел жеста, которым их проводил Джефф с мрачной мстительной ухмылкой.       - Аленко, почему на ногах? Вы должны быть в палате! С вашей кровопотерей после процедуры Вам нужно лежать, - резко обернувшись набросилась на него Карин, вынуждая снова отступить к стене и осесть на железную скамью рядом с Джокером.       - Вы же сами знаете, - устало ответил он, наблюдая как она стягивает халат. – Старший по званию офицер в отсутствии капитана корабля, - он не нашёл в себе сил даже пожать плечами и опёрся затылком о стену в надежде, что комната перестанет вертеться перед глазами словно приклеенная на вентилятор.       Врач всплеснула руками, раздражённо пробормотав чрезвычайно длинное и витиеватое ругательство.       - Его надо отвести в ординаторскую, пусть поспит, - Чаквас напряжённо посмотрела на сидящего вплотную к стеклу турианца. Тали поспешно кивнула.       - Нет, - скрежещущим голосом ответил Гаррус и пошатываясь поднялся на ноги.       Карин удивлённо приподняла брови и заметила, почти восхищённо:       - Двойная доза седативных. Как ты на ногах стоишь?       - С трудом, очевидно, - подпирая рукой пошатывающегося турианца пожаловалась Тали. Возможно он и был против такой помощи, но координация страдала от введённых препаратов и его рука каждый раз хватала лишь воздух, а не без труда уворачивающуюся кварианку, которая поддерживала его баланс на вытянутых пальцах рук.       Вернувшаяся незаметно Лиара протянула Чаквас маленький бумажный стакан с кофе. Единственный аромат хоть немного перебивающий присущие больнице запахи.       - Есть какие-то новости? – уточнила она, мягко подталкивая натянутую от напряжения как струну женщину к свободной скамье.       Чаквас благодарно кивнула и позволила себе несколько секунд заслуженной тишины с закрытыми глазами, прежде чем жестом подозвала остальных.       - Отказали все импланты, - бесцветным голосом объявила Чаквас, даже не поворачивая головы заметив, как возвышающиеся справа от неё плечи замерли стальной скалой. – А их было немало. Соединяющие позвоночник, по два на сердце и печени, другие органы, железы, головной мозг… - продолжила перечислять она, бросив тоскливый взгляд на происходящее за стеклом. – Её в прошлый раз собирали по кускам, и всё это отказало. Не говоря о том, что в этот раз ещё и придавило обломками. Плюс ожоги от луча… - женщина замолкла, давая присутствующим свыкнуться со сказанным. Ей не обязательно было смотреть в глаза каждого, чтобы знать с какой надеждой они ловят каждое сказанное слово. - Не знаю, чем накачал её «Цербер», но это спасло ей жизнь. Пока что. Даже после отказа имплантов у неё в организме оказалось достаточно химии для того, чтобы регенерация продолжалась в усиленном режиме ещё какое-то время. Не вижу других причин, почему за два месяца в таком состоянии у неё не начался некроз тканей.       Кайден тяжело выдохнул, закрывая бледное лицо руками.       Настенные часы отбивали вырванные у судьбы секунды.       - И какой прогноз? – заставил себя произнести Вега, рассматривая сбитые мысы своих ботинок.       - Не знаю, - на грани слышимости призналась Карин. – Или мы сможем что-то сделать, или… нет.       В повисшую тишину можно было вбивать гвозди.       - Значит… ничего нового, - подытожила Лиара, прогуливаясь медленным шагом вдоль стены и приобнимая себя за плечи.       - Донорской крови пока хватает, мы нашли лучшее оборудование, лучших врачей из тех, что остались и… она – молодец, - договорила Карин, хотя голос и сломался в конце фразы, а пар из стаканчика взвивался неровными волнами от дрожи в пальцах.       - Но у нас нет тех технологий, которые были у «Цербера», - Кайден, заставил себя выпрямиться и посмотреть на Карин, которая теперь казалось была совершенно опустошена.       - И тех знаний, - осторожно заметила Тали, помогая с трудом удерживающемуся на ногах Гаррусу сесть обратно. – Кто-то ещё пытался связаться с Мирандой?       - Я постоянно посылаю сигналы с Нормандии, если ты об этом, - отозвался Джокер, ковыряя пяткой ботинка стык между плитками. – Но сигнал с трудом проходит даже до соседних планет. Обещали помочь распространить на всех возможных территориях. Может что-то получится.       - Неужели мы больше ничего не можем сделать? – выдохнула Лиара, оборачиваясь к Карин.       - Доктор Браун предложил несколько альтернатив, но я в них не уверена, - помолчав ответила Чаквас. – Можете попробовать поискать экспериментальные образцы, я составлю список.       Лиара смотрела на спины медиков, активно засуетившихся из-за резко изменившихся показателей, пляшущих рваными линиями на экранах приборов. Каждый из присутствующих невольно замер, устремив взгляды в одну точку.       Четвёртый раз.       Размокшая от горячей жидкости бумага глухо шлёпнулась на пол, расплёскивая остатки кофе.       Секундная стрелка часов замерла.

***

      Бесконечный лес, в котором она всё-таки заблудилась, вёл её всё теми же петляющими тропами. Звучал шелестящими голосами тех, кого она не смогла спасти и тех, за кого боролась. Казалось, что достаточно лишь протянуть руку и всё кончится.       Она бежала, не разбирая дороги, стремясь коснуться кончиками пальцев единственной движущейся тени. Всего чуть-чуть и….       Серые пятна плыли перед глазами до тех пор, пока наконец не приобрели различимые очертания.       Она видела.       И даже вспомнила кого.       Мышцы тела среагировали быстрее мысли, напрягаясь тяжёлыми канатами будто налитых свинцом волокон.       - Сейчас-сейчас, - успокоила Чаквас, поспешно вынимая трубку из горла, после чего так же оперативно провела фонариком перед глазами, проверяя реакцию зрачков. – С возвращением, Коммандер, - улыбнулась она как всегда тепло. Как каждый раз до этого, когда приводила её в себя после очередных не самых удачных вылазок.       - Где…       Кажется, её почти не было слышно, а может и вовсе. В уши словно набили ваты, а горло то и дело сводило спазмами.       Или Карин научилась читать по губам, или всё-таки смогла что-то разобрать. Достаточно, чтобы задать все необходимые вопросы, проверяя её состояние. Хотя, кажется, даже от любой мысли голова раскалывалась, как после сильного удара прикладом.       - Вы справились, - ещё одна трепетная улыбка, совсем не шедшая лечащему врачу, но так подходящая давней подруге. – Вы на Нормандии, сейчас ночь, экипаж отдыхает. Утром здесь будет целая очередь тех, кто будет рад Вас снова видеть, - успокаивала её Карин, стараясь оставаться в поле зрения, хотя для этого, очевидно, приходилось стоять в не самой удобной позе. – Вы, должно быть, устали от постоянного сна, но нужно ещё немного отдохнуть, - сжав её руку пояснила она.       Сознание стремительно заволокло туманом, утаскивая в глубину где не было ни цвета, ни света, ни запахов, ни гравитации.

***

      Она проснулась с резким вдохом, будто рыба, выброшенная на берег.       - Доброе утро, - тихие вибрации голоса растеклись по коже приятным теплом. – Не пытайся… не… двигайся, - заметив, как она нахмурилась остановил Гаррус, склоняясь к ней.       И одного этого было достаточно, чтобы она рванулась навстречу, ближе к его глазам, казавшимся теперь льдисто-серыми. Если бы только могла.       Внутри всё замерло. Она по-прежнему почти ничего не чувствовала. И не могла пошевелиться.       Шепард медленно опустила взгляд вниз насколько это возможно и судорожно выдохнула, увидев, как Гаррус держит её ладонь.       - Тебя… собрали, - подбирая слова медленно произнёс он, почти не контролируя скачущий по тональностям голос и не прекращая осторожно касаться её щёки. – Всё на месте, кроме разве что имплантов, но толку от них теперь… - он тяжело сглотнул, всего на мгновение отводя бегающий взгляд и тут же возвращая, словно разрываясь от невыносимого желания смотреть только на неё и одновременно необходимости скрыть захлёстывающие эмоции.       Потому что она бы поняла. Она бы слишком много поняла.       Он всё ещё смотрел на неё почти как тогда, когда они прощались, вжавшись скулой в её раскрытую ладонь, которую он сам же и держал.       - С тебя… виски… - с трудом прошептала Шепард, попытавшись изобразить улыбку.       Его мандибулы дёрнулись, почти щёлкнув о подбородок. Он не выдержал, спрятав глаза за её рукой, вжимаясь лбом в кожу, пока лёгкие со свистом втягивали воздух через сжатые острые зубы.       Она почти ничего не чувствовала, но визуально могла различить, как дрожат его пальцы без перчаток и плечи под бронёй.       Единственный оставшийся послушным палец неловко соскользнул по шершавому виску, обводя края клановой метки, которая когда-то была синей.       - Да хоть весь алкоголь мира, - срывающимся голосом шепнул Гаррус и тут же замолк, давясь собственными словами.       - Мы столько… не выпьем, - с трудом выговорила она, не чувствуя скапливающейся прохлады на веках, хотя взгляд плыл из-за преломления света.       Из груди Вакариана вырвалось что-то больше напоминающее аллергический кашель, чем смешок.       - Ну не за раз же, - криво улыбнулся он после долгой паузы, вновь посмотрев на неё.       Слишком. Произошло слишком много всего. Того, к чему едва ли найдутся подходящие слова.       - И не за два, - добавила Карин, приближаясь к койке. Она бегло проверила показатели приборов, записала что-то в электронный планшет и вернула всё своё внимание Шепард, методично осматривая с самой макушки и до кончиков ногтей. – Как себя чувствуете?       - Я… - она с трудом моргнула. – Почему я не чувствую… ничего?       Гаррус отвёл взгляд, тяжело выдохнув, а Карин замерла, возвращая покрывало на место.       - Неудивительно, - вернув голосу привычную невозмутимость, ответила она. - У Вас в венах больше обезболивающих, чем крови. Но дозировку придётся начать снижать, так что, возможно, Вы будете чувствовать многое из того, что не хотелось бы, - она продолжила осмотр. И это было почти похоже на правду, если бы не подскочивший в конце фразы голос.       Ей врали. Они оба.       - Карин… Вы не знаете или не хотите говорить? – Шепард едва смогла договорить последнее слово, даже это требовало каких-то непомерно больших усилий.       Чаквас повернула голову к Гаррусу и тот всё же кивнул, так и продолжая поглаживать бесчувственную кожу на тыльной стороне ладони.       - Пока неизвестно, насколько наши вмешательства… успешны.       Она смотрела как всегда прямо. Решительность врача, готового сообщить своему пациенту любую правду. Та же решительность, с которой палец Шепард нажимал на спусковой крючок столько раз, сколько требовалось.       - Спасибо, - шепнула Шепард одними губами и закрыла глаза, переводя дыхание.       Карин продолжила осмотр, шурша тканью:       - По понятным причинам прошу сообщать о любых изменениях и дискомфорте.       - Всё серое, - выдохнула Шепард.       Руки над ней вновь замерли. Через полуприкрытые веки было видно как Гаррус переглянулся с нахмурившейся Чаквас.       - Видимо повреждены рецепторы или проективные участки коры... То, что вы видите уже хорошо, с остальным поработаем позже, - решительно заявила она, возвращая голосу привычную лёгкость и уверенность.       - Как скажете, док, - пробормотала Шепард.       Процедура проверки изрядно затянулась, зато она немного отдохнула, да и сознание было уже не так затуманено.       - Для шуток про зеркало ещё рано? – скосила она взгляд на поперхнувшегося от её слов Вакариана. – Ладно, - она с особым удовольствием вдохнула знакомый воздух медотсека родного корабля, рассматривая сочленение пластов обшивки над своей головой. – Если что попрошу у Тали костюм, может он мне пойдёт даже больше, чем ей, - попыталась пошутить Шепард, но наткнулась на совершенно непроницаемый взгляд застывшего рядом с ней Гарруса. – На меня нельзя злиться, я сейчас на больничной койке, - смутившись пробормотала она, почувствовав укол вины.       - Я смотрю, у кого-то появились силы на разговоры, - фыркнул он, склонив голову на бок, и сел на край её койки, склоняясь настолько близко, насколько это было возможно, чтобы не задеть её. – Ты жива. Это всё, что имеет значение, - его пальцы поправили съехавшую на глаза прядь волос, едва касаясь кожи.       Его взгляд смягчился, хотя пляшущая грозовым штормом тревога никуда не делась.       Но это уже было гораздо больше чем то, на что она могла рассчитывать.       Они справились. Они живы. Они рядом.       - Помоги мне, - попросила она, переводя взгляд выше уровня его глаз.       Гаррус стянул визор, откладывая его в сторону, и медленно коснулся её лба своим.