Вторжение

      — Мы прилетели издалека, — начала свой рассказ Света. — Наша родная планета находилась за миллионы световых лет отсюда.       — Стоп-стоп! — прервала Диана. — Что значит «прилетели»? Ты у меня этот… как его? Пришелец, типа? — заржала Арбенина.       — Не типа, а так и есть. Мы — представители другой расы и пришли, чтобы научить вас гармонии и добр…       — Стой, Сурганова! Ну, хорош прикалываться! — замахала руками Диана. — Я же серьёзно спрашиваю! Про музыку, про то, как мы теперь живём после твоего возвращения, а ты…       — Ты просила правду, а сама не готова её услышать, — пожала плечом Светлана. — И самое удивительное, среди вас большинство таких, как ты. Сначала мы хотели прийти и открыто рассказать о своих целях, договориться, вы ведь тоже гуманоиды, как и мы раньше были, но увы, это не принесло нам взаимопонимания. Что не удивительно — вы слишком сильно отстаёте от нас в развитии. Наша планета попала под удар метеоритного потока при взрыве сверхновой два с половиной миллиона лет назад. И тогда наши корабли уже летали в космос, а вы… — Сурганова скривилась. — Вы жили в пещерах и охотились на мамонтов. Поэтому нет ничего странного, что вы не понимаете нас.       — Угу, и что же мы должны понять? — устав спорить и просить Светку о правде, Диана решила подыграть, приняв серьёзное выражение лица. — Давай, вещай. Я готова слушать.       — Нет, ты обманываешь себя и меня, но раз так сильно просишь, а я уже пообещала — изволь. По всем параметрам Эрнада была очень похожа на вашу Землю: ласковое и комфортное солнце, атмосферный слой, океаны и материки — всё, как у вас. Да и развитие нашей цивилизации шло примерно так же: мы тоже прошли и дикие времена, и тёмное средневековье и, так называемую, эру прогресса, едва не загубившую Эрнаду. Но мы вовремя опомнились и наряду с наукой и техникой стали восстанавливать уже почти потраченные или изгаженные природные богатства нашей родины. Постепенно мы пришли к высокоорганизованному, практически идеальному общественному строю на процветающей красавице планете, вот только это не помогло спасти Эрнаду — сверхновая в соседней галактике взорвалась слишком неожиданно даже для наших продвинутых учёных. На нас обрушился метеоритный поток из разлетевшихся во все стороны обломков, и миллиарды душ разом остались без дома…       — Не поняла, ваша планета погибла, а вы? — нахмурились Арбенина. — Как же вы уцелели? Вы кто вообще?       — М-да, всё ещё хуже, чем я думала… — вздохнула Света. — Необразованные создание, ты хоть что-то слышала про души?       — Ну да, а как же! У всех кроме физического тела есть душа.       — И? Что это за душа?       — Ну как… Тонкая субстанция и прочее. После смерти душа грешника попадает в ад, а праведника — в рай. По крайней мере, так утверждают священники, но лично я в это не верю. Мне кажется, нет никакого ада и рая, просто священникам выгодно держать пипл в страхе и повиновении, — повела плечом Арбенина. — Кстати, Светка, а ведь мы с тобой раньше на такие темы не говорили почему-то.       — Не говорили, да, и это плохо, — кивнула Светлана. — Ну, ладно, допустим, ада и рая нет, а что тогда происходит с душой? Куда она девается?       — О, блин! Да откуда же я знаю, я ж не господь бог! — выпучила глаза Диана.       — Ну, а думаешь что?       — Да не знаю я! Мне нравится учение про реинкарнацию…       — Это то, где про отработку кармы и перерождение души в новом теле, пока она не очистится? — с видом профессора уточнила Сурганова.       — Угу, оно.       — Ну, да, у нас такое тоже было.       — Ха! То есть, это тоже сказка, как про рай и ад? — вскинулась Диана чуть более заинтересовано.       — Не совсем. Души действительно перерождаются, если считают, что недостаточно готовы, чтобы пойти дальше. А когда бывают готовы, они путешествуют, сливаясь со своим бессмертным Духом.       — То есть, готовность к таким путешествиям душа определяет сама? — скептически скривила губы Диана. — Но это… глупо как-то. Эдак каждая решит, что она готова. Нафига ей лишний раз срок мотать?       — Ты говоришь так, потому что тебе кажется, что жизнь на планете трудна, но ты никогда не была в космосе, — Светлана на миг закатила глаза. — Ты даже не понимаешь, как там страшно и одиноко маленькой душе…       — Можно подумать, ты была! — фыркнула Арбенина и тут же по взгляду напротив поняла — Светка, ну или кто это тут сидит вместо неё, была! Она действительно знает, как там ужасно!       И Сурганова подтвердила:       — Да. Я была. И миллионы таких же как я — брошенных своими Духами.       Диана помолчала немного, почесала переносицу и выпалила вдруг:       — Боже! Я совсем запуталась. Тогда почему же души туда всё-таки уходят?       — Их забирает Дух. А сама по себе душа никогда не отправится туда по доброй воле… — вздохнула Светлана.       — Постой, я кажется, начала понимать, — неожиданно вскинулась Диана. — У вас погибла эта ваша Эрнада, так? — получив кивок, быстро продолжила: — Ваши тела все разом погибли вместе с планетой, а вас, то есть ваши души вышибло в открытый космос, да? — и снова утвердительный наклон головы. — А ваши эти самые Духи? Они что, не забрали вас? Почему?       — Не забрали, и мы не знаем почему. Мы звали их, очень долго звали… Беспрестанно молили о помощи, но всё было тщетно — никто не откликнулся на наш зов. Тогда мы разделились: часть из нас осталась сторожить пространство в районе нашей Эрнады на случай, если Духи всё же появятся, а остальные решили искать спасения сами…       — О, Боже! И таким образом вы оказались здесь, на Земле? — в шоке открыла рот Диана. — Вы… Вам нужны наши телесные оболочки?! Но тогда… Да вы же… агрессоры! Захватчики! Вот вы кто!       — Тише-тише, успокойся! Трагедия с Эрнадой случилась миллионы лет назад, и, поверь, Земля — далеко не первый наш дом. Многие уже нашли себе пристанище на других планетах, — усмехнулась Сурганова. — Хотя, буду честной, более подходящей, чем Земля, мы ещё не встречали. Вы даже изгадить её слишком сильно не успели и…       «Не успеете уже!» — мысленно закончила за неё Диана, передёрнулась скорее от отвращения, нежели от страха и отважно спросила:       — Если вам нужна наша планета, вы истребите нас всех, да?       — Не знаю, это решаю не я, — равнодушно пожала плечом Света. — Быть может, это станет лучшим выходом в итоге, потому что вы слишком злы и агрессивны, слишком эгоистичны и слишком погрязли в своих мелких и крупных грехах. И да, ты права, вы слишком не хотите идти на сотрудничество и делиться телами. Поэтому, быть может, вас и правда будет проще всех заменить…       Диана нервно сглотнула. Разговор уже давно перестал казаться тупой шуткой или какой-нибудь забавой, хотя в происходящее всё ещё верилось с трудом. Уж слишком фантастично звучал рассказ и как-то подозрительно тихо было везде. Хотя… Шумиха-то начала подниматься тогда, полгода назад, вот только многих уже наверное заменили, вот всё и стихло.       — А чего вы ждёте? Почему во мне, например, ещё никого нет? — с вызовом вздёрнула она подбородок, быстренько решив, что оказалась, видимо, для захватчиков не такой доступной, как Светка, но ответ мигом сбил спесь.       — Ты бесполезна.       — Ш…што? — заикаясь, выдавила Диана. — А… ты… То есть, она?       — Твоя подруга была врачом, эта профессия востребована всегда и везде.       — А я? Я переводчик…ком буду и… — скептически поднятая бровь Сургановой дала понять, что им срать на какой-то там английский и профессию переводчика в целом. — Я… петь умею! И на гитаре играть ещё…       — Как Образцова споёшь? Или ты Джимми Хендрикс или Эрик Клэптон, может быть?       — Так и Сурганова чай не Склифосовский! — вспылила Диана и сама не понимая, зачем спорит и что пытается доказать? Неужели она хочет, чтобы и в неё вселился кто-то?! Вот уж и правда бред!       — Нет конечно, — ни один мускул не дрогнул на лице Сургановой-неСургановой. — Но у неё хорошие руки — целительные, как мы их называем, и сильная база знаний. Хоть сейчас отправляйся на любую планету, нигде не пропадёшь.       — Какая ещё база? Да она даже не закончила институт и вечные академки брала!       — Ваше образование — фигня. Оно совершенно не отражает готовности в профессии.       — Блин, вот значит как… И что тогда? Что со мной будет, раз я такая… никчёмная? — заметно побледнела Диана.       — Наверное, ничего. Чтобы взять под контроль Землю, не обязательно вселяться в каждого, достаточно занять самые важные тела. Ну и тех, кто может пригодится, — ответила вторженка.       — И что? Что потом? — уставилась на неё Арбенина.       — Мы приведём Землю к миру и процветанию, живя бок о бок с вами, аборигенами. Ваша задача — не мешать нам, тебе ясно?       — Д-да… Но…       — Ну, что ещё? — вздохнула та, что больше не была Светланой.       — Я люблю тебя!.. — Диана смутилась под равнодушным взглядом. — То есть, её…       — Нет, ты ошибаешься. То, что вы называете любовью, на самом деле не имеет с этим прекрасным чувством ничего общего. У вас это, возможно, физиологическое желание, чрезмерная страсть или вообще банальный эгоизм, перемешанный с собственничеством, но только не любовь, — покачала головой Светлана.       — Когда любят ничего не требуют взамен, не ставят штампов, не дают обещаний. Просто любят. Безусловно и свободно. Вы не умеете так, не доросли ещё, поэтому не говори мне об этом чувстве… — Сурганова помолчала. — Ладно, хватит. У меня много дел, а тебе пора в институт, получать свою ненужную профессию. Давай закончим на этом разговор, и хочу сразу предупредить: живи, как жила, но если ты станешь мне мешать, я тебя уничтожу, поняла?       Слова из уст некогда любимой женщины звучали так просто и так… жестоко! На глаза Дианы помимо воли выползли слёзы. Стараясь не показать свою слабость и не заплакать, она посильнее прикусила губу, уставилась в пол и сидела молча, пока Сурганова не собралась уже уходить.       — Постой, можно ещё один вопрос? — вскинула голову Диана.       — Один! — закатила глаза инопланетная пришелица.       — Она… ещё жива? Ну, душа Светы?..       — А что тебе от этого? — хмыкнула лже-Сурганова, но всё же ответила: — Да. Она во мне, только подавлена. И предупреждая твой следующий вопрос, скажу: она не сможет освободиться. Со мной ей не справиться, я сильнее. Что? Не смотри так. Мы не звери и не убийцы, мы никогда не уничтожаем чужие души, а лишь временно лишаем их воли.       — Временно?       — Да. После износа оболочки, ну, или смерти, как вы называете этот процесс, она будет вправе отправиться куда угодно, — спокойно объяснила эта самая «оболочка» бывшей любимой женщины. — Всё. Пока. Придёшь рано, приготовь что-нибудь поесть, а то мне надоело делать всю работу за нас обеих! — проговорила она и скрылась за дверью как ни в чём ни бывало…

***

      Сознание возвращалось медленно, будто из-под палки. С чего интересно? Вроде бы, её не ранили, или она просто не помнит?       Динка была права — мобилизация и впрямь оказалась странной. Их перебросили куда-то в Сибирь, на один из секретных аэродромов. Там на огромном складе выдали обмундирование, оружие и снаряжение, чтобы тем же вечером отправить дальше — снова неизвестно куда —теперь на вертолётах.       Мальчишки были собраны и молчаливы — ещё бы, такая секретность не пришлась по душе никому! Одно дело открыто и честно защищать свою родину от врага, а другое… Куда летят? Зачем?..       Девочки из медбатальона, к которому определили Светлану, пытались разрядить обстановку шутками и улыбками, но суровый врач цыкнул на них, и все присмирели.       В кабине вертолёта воцарилась полнейшая тишина. Про такую обычно говорят — мёртвая. Наконец, через полчаса лёту дали команду десантироваться. О том, что придётся прыгать с парашютом, Светлана узнала уже в Сибири и отказываться было поздно.       Заметно побледнев, она зажмурилась и шагнула в открытый люк одной из последних. Открыть глаз во время полёта Света так и не отважилась, кнопку раскрытия парашюта тоже нажала на ощупь. Почувствовала, как её дёрнуло, и падение резко замедлилось. Кажется, кто-то что-то кричал ей, она ничего толком не слышала, не соображала от ужаса.       В груди от страха бешено долбилось о рёбра сердце, норовя выскочить ко всем херам. Время тянулось безумно медленно. Распахнула веки она, лишь когда ноги стали цепляться за верхушки деревьев.       Кое-как удалось приземлиться, и даже почти не зацепиться за ветки. Повисла Светлана буквально в метре над землёй. Отстегнув парашютные лямки, она приземлилась и огляделась. Слева доносились сдержанные голоса, скорее всего там был её отряд, а она приземлилась в стороне из-за того, что не смогла заставить себя открыть глаз и скорректировать полёт и посадку.       Надо было спешить и догнать их, пока отряд не двинулся дальше в тайгу, ведь карта с маршрутом была лишь у командира!       Пока она шла, загрохотали выстрелы. Сурганова появилась на краю поляны уже в самый разгар боя. Вернее, даже не боя, а…       Света не поняла, что происходит, видела только, как бойцы с безумным выражением на лицах палят во все стороны без разбора и… падают один за другим, как подкошенные, хотя ни одного чужого выстрела не прозвучало.       Сперва Светлана замерла в кустах, вглядываясь и вслушиваясь, но понять хоть что-то с такого расстояния не получалось. Плюхнувшись на живот, она осторожно поползла ближе.       К тому времени, как она достигла центра поляны, пальба стихла, воцарилась странная тишина. Странная, потому что в лесу, а особенно, наверное, в тайге, тишины не бывает в принципе. Бабушка и мама часто брали её с собой в лес за грибами и ягодами, почти каждые выходные они бывали раньше в парке. И даже там, в городе, всегда кто-то чирикал, пел, стрекотал или как-то шебуршился. Лес — живой! Он всегда наполнен звуками, а здесь — почему-то царила тишина. Полнейшая!       Света осторожно приподнялась на локтях, никого не обнаружила в густой траве и поползла снова, пока не наткнулась на тело. Мёртвое. Света всмотрелась внимательнее в лицо парня. Совсем молоденький ещё! Даже вместо двухдневной щетины, что появилась на щеках у других бойцов за время их перелётов, на лице лишь светлый пушок… И да, она мельком видела его, правда сюда он летел в другом вертолёте.       На всякий случай Сурганова пощупала пульс, чтобы убедиться. Пульса не было…       В этот момент взгляд зацепился за ботинок тёмного армейского берца чуть впереди, и Света поползла туда. И снова перед ней предстал мёртвый боец. Чуть в стороне, справа, она обнаружила ещё два тела, потом ещё и ещё…       Поляна, как братская могила, была усыпана телами несчастных, так и не успевших ничего понять мальчишек, которых тупые генералы отправили на верную смерть, даже толком не разобравшись: а враг-то вообще кто?!       И самое страшное — на телах не было ни одной царапины! Будто они просто уснули…       Ошалев от такого зрелища, Сурганова вскочила на ноги и тут же на другом конце поляны увидела… девчонок медсестёр и с ними врача. Причём, вели себя они очень странно: не жались по кустам, не лежали, прикрыв голову, как при обстрелах или бомбёжках. Они спокойно ходили, о чём-то переговаривались, не обращая ни малейшего внимания на гору трупов совсем рядом.       — Эй! — крикнула им Светлана и, замахав руками, широким шагом поспешила туда, в надежде прояснить хоть что-то.       — Что здесь произошло? — ещё на подходе стала она задавать вопросы. — Они все мертвы! Почему?!       Вместо ответа её обступили со всех сторон, взяв в круг. Молча и… равнодушно! Ни один мускул не дрогнул на красивых и не очень лицах медсестричек. Бездумные, пустые взгляды и слегка заторможенные движения сразу бросились в глаза. Иррациональный страх стремительно окутал тело и заставил попятиться.       — В…вы чего? Эй! — испуганно озиралась Света, пока не врезалась в кого-то из девочек спиной.       Вскрикнув, она попыталась отпрыгнуть и проскользнуть мимо, но в этот момент шею в районе сонной артерии обожгла острая боль.       — Что… — договорить она не успела, в глазах стремительно потемнело…       …Сознание возвращалось медленно, будто из-под палки…