Разобранный

Стивен

Часть 1.

Локи одевался – хотя втискивание в греховно тесные брюки и новую рубашку едва ли можно было назвать "одеванием" - и было очевидно, что он собирался уходить. Я был так чертовски не готов отпустить его. Мне хотелось швырнуть его обратно на кровать и сделать все возможное, чтобы заставить его умолять. Чего бы это ни стоило, чтобы поставить больше засосов на его элегантной шее. Учитывая, как быстро он регенерировал, крошечные синяки сойдут через несколько часов, но пока они там были.… да, мой член снова подергивался. Я не должен был позволить этому случиться. Я знал это. Но в наших действиях была неизбежность, как будто каждый тайный минет был прелюдией к этому. И это было слишком чертовски хорошо, чтобы позволить сожалениям затуманить мой разум. — Уже убегаешь? - спросил я, ища что-нибудь, что заставило бы его остаться еще на пару минут. Я вспомнил, каково это - обнимать его. Тепло его тела. Его запах. Мои мысли были запутанным клубком фантазий – одновременно осуществленных и свежих – смешанных с тяжелой рукой долга. Локи замер, держа руки на ширинке. Он выглядел как воплощение эротической мечты: влажные от пота волосы спутались вокруг его лица, а шея и верхняя часть груди залились ярким румянцем. Если бы ему не повезло встретить кого-нибудь в коридоре, не было бы никаких сомнений в том, чем он только что занимался. — Я просто следую твоему примеру, - ответил он. У меня возникло ощущение, что он тщательно подбирал слова, - Наша... деятельность завершена. И если ты завтра отправляешься к Иггдрасилю, тебе нужен отдых. Деятельность. Черт. Это было холодное слово для того, что мы только что делали. Но чего я ожидал? Мы просто трахались. Даже когда у меня была эта мысль, она казалась неправильной. С Локи никогда не было "просто". Я схватил свои шорты для сна и натянул их быстрыми, отрывистыми движениями. Что-то изменилось в его глазах. Было ли это сожалением? Невозможно сказать, пока оно не исчезло, заставляя меня задуматься, видел ли я вообще что-нибудь. — До следующего раза, Стрэндж, - он направился к двери. Я не был уверен, что напугало меня больше – то, что он уходил, или то, что он перестал называть меня по имени. Я даже не мог сказать, почему это меня напугало. Только то, что это так. — Создай свой дубликат, - выпалил я. Он остановился, держа руку на дверной ручке, и обернулся, чтобы посмотреть через плечо. — Прошу прощения? — Создай свой дубликат, - повторил я. Я даже не думал об этом, это было неосознанно. Просто одна из многих фантазий, которые хомячьим мячом носятся в моей голове, - Ты можешь видеть его глазами, верно? Слышать то, что слышит он? — Действительно. Но он не более чем иллюзия, - предостерег он, - Я могу вложить в него свои чувства, контролировать то, что он говорит, но он не может прикоснуться или быть осязаемым, - он отступил от двери, глаза его заблестели, - Ты хочешь, чтобы я... смотрел? Я представил себе картину, которая получилась бы – Локи, прижатый к матрасу, когда я вонзаюсь в него, издающий те чертовски невероятные звуки, которые сводили меня с ума... и другой Локи, сидящий на краю кровати. — Может ли он прикоснуться к себе? Блеск в его глазах превратился в вспышку. — Он может, - он облизнул губы, просто быстрым движением языка, - Мне нравится эта идея. Но... в тот первый раз на кухне ты был непреклонен, чтобы я не использовал магию в наших... встречах. Почему мы были такими вежливыми сейчас? Когда мой член был погружен глубоко в него, когда он требовал, чтобы я его трахнул? — Ты застал меня врасплох, - я надеялся, что выражение моего лица ничего не выдало, но оно исказилось, когда я вспомнил тот момент, - И ты использовал Кристину. — Хм. Может быть, что-нибудь немного другое...? - он поморщился, - С твоего разрешения, конечно. О… Я пригрозил убить его, если он снова обратится кем-то. Это казалось чудовищной угрозой - удерживать кого-то, с кем у меня только что был секс, но в то время… Ты терся членом об его задницу, пока не кончил. Не пытайся оправдать свое собственное дерьмовое поведение, осуждая его. — Я разрешаю, - неохотно сказал я, самое близкое, что я мог придумать для извинения прямо сейчас, - Просто не используй Кристину. Или кого-либо здесь. Или... знаешь что? Просто спрашивай меня каждый раз. — Как пожелаешь, - его тон был вежливым, но я не ошибался в насмешке в его глазах, - Могу я сейчас обратиться? — Да, - без колебаний, без раздумий. Даже паузы на раздумья. Что бы это ни была за хуйня, мне это не понравилось. Он сделал еще несколько шагов ко мне, меняясь по ходу движения. Его бедра плавно изогнулись, натягивая брюки. Плечи сузились. Нежная выпуклость маленьких идеальных грудей прижалась к его рубашке. Когда мне наконец удалось поднять глаза на его лицо, это все еще был он, но... не он. Его подбородок стал уже, скулы шире и выше. Его губы были полнее. Это был не Локи, одетый в чье-то другое лицо; это был Локи, каким он выглядел бы в женском обличье, и полу-эрекция, которую я пытался игнорировать с тех пор, как он оделся, с ревом ожила. — Да, - прохрипел я, - Что-то вроде этого. — Принято к сведению, - его мягкий смешок вывел меня из себя, вызвав желание прижать его спиной к стене и поцеловать–.. Нет. Я бы трахнул его, отсосал его член, заставил его кончить. Но поцелуи? Слишком личное. Предстоит выбор. Отдать его ООН… отпустить его ... или убить. Нет. Нет. И НЕТ. — Вся эта штука с "быть женщиной", - сказал я, больше для того, чтобы отвлечься от собственных мыслей, чем по какой-либо другой причине, - Как это работает? Я имею в виду, биологически? — Вечный ученый, - казалось, его это забавляло. — Определенные вещи нужно принимать во внимание, - я продолжал пялиться на его –ее?– груди, перемещаясь между ними и ее лицом. Не было никаких сомнений в том, что женщина Локи была красива, - О вещах, которые мне действительно следовало уже обдумать. Например, о том факте, что мы только что занимались сексом, не предохраняясь. Его лицо снова залилось краской. Мое, наверное, тоже. Я никогда раньше не ходил без защиты; Я всегда был осторожен, но с Локи такая мысль даже не приходила мне в голову. Я был чертовски пьян от похоти. Мы оба были чисты – я уже знал, что чист, и мое диагностическое заклинание во время его выздоровления показало, что он тоже чист, – но… он мог превратиться в женщину. Это вызвало другие соображения. — Все меняется, - его женские черты исчезли так же быстро, как и появились, и я снова уставился на мужчину, сплошь жесткие углы и острые плоскости. Моя эрекция яростно пульсировала. В голове у меня все пошатнулось. Вопросы так и бурлили. Я отбросил их, но одно осталось – изображение беременного Локи, живот слегка припухает на средней стадии беременности, грудь увеличена. Я никогда не питал слабости к беременным женщинам. Но, черт меня побери, теперь я питал. Тихое открытие и закрытие двери отвлекло мое внимание от собственных мыслей. Когда я поднял глаза, он ушел.

~~~

Несмотря на то, что голова гудела от вопросов, я крепко спал и проснулся отдохнувшим. Как волшебник, я научился разделять все на части, но прямо сейчас каждая часть моих дел – профессиональных и личных – казалось, вращалась вокруг Локи. Сегодняшняя экскурсия к Мировому Древу была, в конце концов, для него. Нет. Что-то холодное и твердое внутри проснулось, не соглашаясь с моими мыслями. Это не для него. Это для того, чтобы выяснить, почему он здесь. И как от него избавиться. Я все ещё хотел, чтобы он ушел… верно? Потому что, когда он уйдет, все это – что бы, черт возьми, у нас ни было – прекратится. Это просто секс… Черт возьми. Я проснулся рано. Я сходил в душ и сменил повязку, изучая уродливые царапины на бедре. Они заживали – медленно – и швы почти рассосались. Царапины были тяжелыми и бугрились. Следы укусов на моей руке ужасно чесались, но я мог не обращать на это внимания. Зная, что, вероятно, в конечном итоге я разорву эти струпья (и буду страдать еще сильнее до конца дня), я наложил свежие повязки. Я натянул джинсы и толстый свитер, прежде чем открыть портал в библиотеку в Камар-Тадже. Там было поздно, но не так уж и необщительно. Библиотека была убежищем в мои первые дни в качестве волшебника, и это все еще было своего рода убежищем сейчас; там было тепло, свет приглушенный, место, где можно свернуться калачиком в углу с наколдованным ведьминым огоньком и кружкой чая. Я бродил среди стеллажей, кивая в знак приветствия паре студентов, когда они проходили мимо, и отвешивая более официальный полупоклон одному из старших волшебников. Я нашел Вонга наверху высокой лестницы, за стеллажами с книгами. — На некоторых недавно возвращенных томах пятна от мороженого, - проворчал Вонг, спускаясь по лестнице, - Знаешь что-нибудь об этом? — Без понятия, - ответил я, сразу подумав о Ванде, - Почему ты думаешь, что это мороженое? Одно пятно похоже на любое другое, верно? Его глаза были пустыми и враждебными. — Пахнет клубникой, Стивен. В книгах о космических пророчествах. — О, ну, ты знаешь... - черт возьми, Ванда. Я мог защитить ее от очень многого, - Популярный предмет. Должно быть, полно студентов, которые берут подобные книги. — Угу, - он задвинул лестницу в укромный уголок, затем махнул рукой на другую стопку книг. Они поднялись в воздух. Он направил их к полупустой тележке, - Чего ты хочешь? Я сжал его плечо. — Я тоже люблю тебя, приятель.

~~~

Мы пили чай в его маленьком тесном кабинете. Я хотел кофе – день обещал быть долгим, – но я хотел свой кофе, а не то дерьмо с молоком, которое подавали в Камар-Тадже. — Как идут дела с Локи? - спросил он. — Настолько хорошо, насколько можно было ожидать, я полагаю, - за исключением того, что я никогда не ожидал, что он будет в моей постели. Это был разговор, которым я бы ни с кем не поделился, - Пока не пытался никого убить или предать, так что, думаю, у нас все в порядке. Его бессловесное ворчание было единственным комментарием, который ему нужно было сделать. Очевидно, он доверял Локи меньше, чем я. Я не мог винить его за это. — Есть какой-нибудь прогресс в выяснении того, кто вернул его обратно? — Я нашел связь. Магия, использованная для воскрешения Локи, магия в барьере, даже его проклятый кот... все они связаны. Возможно, в этом замешаны норны. Я немного покопался. — Так вот откуда у тебя это? - он указал на повязку на моей руке, обнажившуюся, когда я поднял кружку. Черт. Я не собирался втягивать Куина в разговор. Я мог бы отмахнуться от этого, но Вонг заслуживал правды. Или той части правды, которой я был готов поделиться. — Ты помнишь Куина? Он нахмурился. — Демонический заяц. Тайная сущность, - его хмурость усилилась, - Если он ответственен за эту травму, ты, должно быть, освободил его, - он наклонился вперед над своим столом, - Мне нужно напомнить тебе, насколько опасно–.. — Конечно, я знаю, насколько это было чертовски опасно, - прорычал я, - И я позаботился об этом. Сделка заключалась в том, чтобы освободить его, но там ничего не говорилось о том, чтобы снова связать его. Вонг напугал меня заливистым смехом. — Это похоже на тебя, ты бы так и поступил. — Что ж, спасибо, - протянул я, - Но, похоже, у него тоже есть связь с Норнами. Руны на его ошейнике... это все тот же вид магии. Его юмор испарился. — Когда все дороги ведут в Рим... — Я знаю, я знаю, пришло время пойти и найти мне римлянина. Именно поэтому мы с Тором отправляемся сегодня к Мировому Древу–.. — Отставить, - Вонг ущипнул себя за нос, - Послушай, я знаю, что мы волшебники и у нас есть секреты, но я думаю, что ты просто плохо умеешь общаться. Настала моя очередь рассмеяться. — Секреты - это валюта. Ты это знаешь. — Так подбрось мне немного долларов! — Ладно, ЛАДНО... значит, Мировое Древо - это миф, верно? За исключением того, что Локи убежден, что оно реально. И если я хочу поговорить с Норнами, которые, как я также верю, реальны, а не просто легенда Асгарда, тогда я должен добраться до Древа. Он бросил на меня тяжелый взгляд. — И Тор пойдет с тобой. — Ага. — Так это был корабль Тора, который я почувствовал входящим в нашу атмосферу около десяти дней назад? — О. Да. Хотел рассказать тебе об этом, - я поморщился, - Извини. — Что-нибудь еще вылетело у тебя из головы? - он наклонился и щелкнул меня по лбу. Я покачнулся вне его досягаемости, прямо на пути книги, которую он левитировал другой рукой. Я потер висок. — Нет, это все, - все остальное – странная игра в доминирование и подчинение, в которую играли мы с Локи, – были секретами, которыми я не был готов поделиться ни с кем. Он вздохнул. — Как Тор воспринял известие о том, что его брат жив? — Не очень хорошо, - и чем меньше об этом будет сказано, тем лучше, - Они кое-что наверстали. Он налил себе еще чашку чая. — И ты рассказываешь мне все это на случай, если не вернешься с Древа? — Святилище нуждается в защите, - сказал я, - Любой ценой. Он отхлебнул из чашки. — А люди внутри? Воин-волшебник, ведьма и шпион? — Они могут сами о себе позаботиться.

~~~

Я открыл портал прямо на кухню Санктума. После этого разговора я почувствовал себя нехорошо (хотя, возможно, это было связано с чаем; я был почти уверен, что они снова перешли на использование молока яка). Из всех волшебников Камар-Таджа я больше всего доверял Вонгу. Он был моим другом - или, по крайней мере, не активным врагом – с первых дней моего пребывания там, и я делился с ним почти всем. Осознание того, что у меня были секреты от него, пусть и непреднамеренные, не очень-то меня устраивало. И даже сейчас он знал не все. Никому не нужно знать, что ты делаешь с Локи. Это было приватно. И это было личное. Но это также ощущалось как… тайное. Крадущееся за спинами людей. Это просто секс. Сколько раз эта мысль эхом отдавалась в моей голове? Ни хрена себе отношения. Нет необходимости объявлять об этом всему миру. — Доброе утро, - сказал я Наташе, когда портал закрылся за мной. Я не хотел, чтобы она что-то увидела на моем лице. Она начала бы задавать вопросы, на которые я не был готов отвечать. Она кивнула в знак приветствия, едва оторвав взгляд от кофеварки. Она нащупала пустую кружку. Она выскользнула у нее из пальцев и разбилась об пол, керамические осколки разлетелись по плиткам. — Гребаный, черт возьми! - она стукнула кулаком по сушилке. Ментальная вмятина. У нее были лучшие рефлексы, которые я когда-либо видел. Она также была самой уравновешенной женщиной, которую я знал; ее прошлое, навыки и тренировка - все это позволяло ей контролировать свои эмоции. Если она уронила кружку – потеряла самообладание - и ударила неодушевленный предмет... что-то было не так. — Хочешь поговорить? - мягко спросил я, открывая шкаф, чтобы достать совок и щетку. — Нет. Я мог сказать, что это неправда. Я настаивал. Когда она хотела что–то узнать – или когда она хотела, чтобы вы узнали что-то о себе - она не сдавалась. Я ценил ее советы, но больше этого? Я ценил ее дружбу. — Давай я приготовлю нам кофе, - мягко сказал я, сметая осколки в кастрюлю. Я ожидал, что она будет спорить - отклонит и оттолкнет меня, – но она просто подошла к столу и села. Это больше, чем разбитая кружка, дало мне представление о ее душевном состоянии. Я закончил убирать, приготовил наши напитки и поставил их на стол. — Итак, - сказал я, усаживаясь напротив, - что тебя беспокоит? - в ответ на ее забавную улыбку я добавил: — Кроме всего этого "Я умерла и вернулась к жизни", конечно. — Я умерла. И вернулась к жизни, - её улыбка стала шире, но под поверхностью плавали несчастье и неуверенность. Для женщины, чья работа заключалась в том, чтобы контролировать выражение лица, которое она изображала, увидеть проблеск своей истинной сущности было редкостью, - Почти все вращается вокруг этого. — Дай угадаю, - сказал я, - Присутствие Тора усложняет тебе жизнь. Я знаю, что он поклялся не разглашать твое существование, но у меня складывается впечатление, что он не силен в хранении секретов, - я колебался, - Я… Мне жаль, что Локи поставил тебя в такое положение. Твое воскрешение было не его заслугой, чтобы раскрывать. — Не вини его. Я сама решила поставить себя в такую ситуацию, - ее тяжелый вздох был красноречивым, - Рано или поздно Тор оступится. Я могу либо приступить к этому, либо подождать, пока это произойдет. — Ты не готова ни к одному из этих вариантов. — Я также не готова к тому, что ты отправишься в какое-то мистическое приключение, - добавила она, - Я знаю, ты пытаешься преуменьшить опасность, но я знаю, что ты можешь не вернуться. Всё меняется, и я... - она поиграла ручкой своей кружки, - Мне это не нравится. — Всё всегда меняется, - сказал я, пытаясь найти правильные слова, чтобы утешить ее. Я не был силен в такого рода вещах, - Такова природа жизни. — Я знаю, - её взгляд посуровел, - Но жизнь с тобой — всё, это был такой маленький… пузырь. Я счастлива здесь. Я потеряла одну семью... - она прочистила горло, - ...или они потеряли меня... но я здесь, с другой. Я изумленно уставился на нее. — Ничего не должно измениться, - сказал я так искренне, как только мог, - Даже если Тор ускользнет и люди узнают, что ты вернулась, Святилище всегда будет для тебя безопасным местом. Никто не войдет и не выйдет без моего разрешения, - если только ты не оказалась кошкой-ведьмой по имени Вейда, - Можешь оставаться здесь, сколько захочешь, - я подмигнул, надеясь разрядить обстановку, - Кроме того, когда вас здесь трое, мне приходится выполнять меньше работы по дому. Она улыбнулась. За этим не было настоящего веселья. — У меня были месяцы, чтобы подумать о том, чем я хочу заниматься, - сказала она, играя с краем своей кружки, - Месяцы, чтобы решить, кем я хочу быть. И знаешь, к чему я пришла? Я покачал головой. — Ни к чему. Все эти возможности... - она рассмеялась, но это был дрожащий звук, - Я могла бы быть кем угодно. Делать что угодно. Но я не знаю, кто я такая! — Да, - просто сказал я, наклоняясь вперед, - Ты талантлива. Ты предана делу. Тебе не все равно. Ты можешь быть только самой собой, потому что ты такая, какая есть. Она засмеялась. — Мне это нравится. Тебе следует написать это в печенье с предсказанием судьбы. — Как ты думаешь, откуда я это взял?

~~~

Один за другим остальные спустились на завтрак. Я помог Наташе готовить. Мы еще немного поболтали, но было ясно, что она закончила рассказывать о себе. Я старался не обращать на Локи больше внимания, чем обычно. Наши приветствия были прохладными, но я не мог перестать украдкой бросать на него взгляды, когда думал, что больше никто не смотрит. Неудивительно, что засосы, которые я оставил у него на шее, исчезли. Я хотел получить возможность сделать больше. Я хотел… Боже, я понятия не имел. Иметь возможность поговорить о том, что мы делали прошлой ночью? Иметь возможность повторить то, что мы делали прошлой ночью? И пока я смотрел на Локи, Наташа смотрела на меня. И на него. Она ничего не сказала... но когда она посмотрела в мою сторону, ее улыбка была понимающей. Иногда ее навыки общения с людьми были занозой в заднице.

~~~

— Стой там, - сказал я Тору после завтрака. Я переоделся в обычную темно-синюю тунику и брюки, которые надевал для официальных мероприятий, Плащ левитации плотно облегал мои плечи, - Не двигайся. Если ты выйдешь за пределы круга, ты затеряешься среди плоскостей вселенной. — В последний раз, когда это случилось, я оказался на Сакааре, - проворчал он, - Не тот опыт, который я хотел бы повторить, поверь мне. Все хотели прийти и проводить нас. Я настоял на своем. Наше путешествие началось в моей мастерской; я не хотел впускать сюда никого, кроме Тора. Это было мое рабочее место – личная зона, где я проводил эксперименты, проводил исследования и размышлял над тайными истинами. Тор владел собственной магией, но совершенно не разбирался в тайнах. — Это произошло потому, что твоя сестра-психопатка сбила тебя с курса, - сухо сказал я, - На этот раз этого не случится, поверь мне. — Ну, конечно, нет. Потому что она мертва. — Это не то, что... - я покачал головой, - Неважно, - я забыл, насколько раздражающе буквальным мог быть бывший принц Асгарда. Однажды я приведу Ванду в свою мастерскую. Это продвинуло бы ее понимание и образование. Локи...? Нет. Никто не мог сказать, что он мог здесь сделать. Ты пускаешь его в свою спальню и кабинет, но мастерская — это слишком? Ты трахался с ним на своей кровати, но позволять ему прикасаться к твоему волшебному дерьму — это слишком личное? Ты даже не позволяешь ему поцеловать себя? Противоречие не ускользнуло от меня. Но это было нечто большее, чем та странная ситуация, в которую мы попали. Теперь это было мое дело. Локи стал твоим делом. И если это не противоречие, то я не знаю, что это такое. С несколькими незначительными изменениями (включая слюну, редкие травы и достаточное количество нарисованных мелом глифов, от которых у меня сводило руки судорогой) я изменил назначение своего круга призыва, чтобы отправить нас, а не призывать что-то внутрь. Поскольку магия портала была быстрой и легкой, волшебники редко использовали круги таким образом, даже если порталы зависели от того, что вам нужно было сначала увидеть, куда вы хотите попасть. Я в последний раз проверил, что Тор находится четко внутри круга. Я прочистил горло, закрыл глаза и начал заклинание. Уровни энергии росли по мере того, как я собирал силу вокруг себя. Я вложил ее в руны по кругу, затем в новые символы, которые я отметил на полу. По мере того, как каждый погружался в мистический узор, который я создавал вокруг себя, поток энергии менялся. Этого было недостаточно. Мне нужно было больше силы. Я потянулся глубоко внутрь, зная, что просто произносить это заклинание опасно. Решив продолжать в любом случае. Там я почувствовал, когда узор был завершен, когда я, наконец, установил связь из своего мира с первым из девяти уровней Гетина. Пот стекал с моего лба и пропитал ткань под мышками. Я отбросил незначительный дискомфорт, продолжая сосредотачиваться на заклинании. Я открыл глаза. Нас окружала стена мерцающего грязно-белого света, который постоянно переливался всеми цветами радуги, отражаясь от пустоты и всего. Знакомая сила потянула за собой мой фронт. Жребий другого мира. Тор стоял твердо, положив руки на Гром-секиру, искры молний мерцали в его бороде и волосах. Свет вокруг нас стал таким ярким, что ослеплял; затем – внезапно – он исчез. Я моргал, пока мое зрение не прояснилось. Я проложил путь через плоскости к первому из Девяти Уровней Гетина, обширной травянистой равнине, простиравшейся далеко вдаль. Трава была сочной и зеленой, роса быстро пропитала штанины моих брюк до колен. Небо – чуть более зеленое, чем голубое, – было безоблачным. Здесь вкусно пахло. Воздух был холодным, но свежим, в нос ударил аромат травы, более насыщенный, чем любой другой, который я ощущал на Земле. Под этим было что-то более нежное, но почему-то более дикое, аромат, с которым я сталкивался всего несколько раз с тех пор, как стал волшебником: сырой запах неукротимой магии. Несмотря на внешний вид альпийского луга, это было опасное место. — Что там за цитата из фильма, который Ванда заставила нас слушать несколько ночей назад? - пробормотал Тор, оглядываясь вокруг, - "Мы больше не в Канзасе”? — Перетягиваешь одеяло на себя, Тотошка.