High Teen Society

Мне казалось, что я вижу лихорадочный сон. Что он имеет в виду? Хотел бы я знать, каково это – чувствовать себя любимым им? Но по тому, как он пристально смотрел на меня, как его стояк жадно прижимался к моему, я не знаю, почему я задавался вопросом, может ли он подразумевать что-то ещё. У меня болела голова, шея горела без причины, я почти ничего не чувствовал ниже пояса, но запах… горько-сладкий аромат вина изо рта Джея, наполнявший воздух между нами, завораживал меня. Моё сердце начало бешено колотиться, когда я слабо скользнул рукой по его шее и медленно поднял голову. Наши носы соприкоснулись, и не успел я опомниться, как мой рот распахнулся по собственной воле, стремясь встретить его язык. — Чёрт. Я не могу. Ты слишком пьян, — сказал Джей, отворачивая своё лицо в сторону, чтобы мои губы не могли дотянуться до его. — Мы не должны этого делать. В этот момент мы услышали, как дверь из гостиной распахнулась, а затем последовали быстрые шаги, приближающиеся к комнате Джея, не оставившие нам времени сменить позу. — Эй, Чонсон, почему Чонвон настаивает, чтобы он спал в моей… — Джей и я одновременно повернули головы. В дверях стоял Пак Сонхун, голова Джея находилась всего в нескольких сантиметрах от моей, а нижняя часть его тела была плотно прижата между моими ногами. Бледный парень разинул рот, его глаза расширились от шока, не желая верить в то, что он видит. — Что за… — произнёс он, не в силах закончить фразу. — Да, да, я слезаю с него. Только что на меня снизошло озарение, — сказал Джей, неуклюже вылезая из постели. — В какой момент до тебя дошло? Когда ты забрался на него сверху или когда раздвинул его ноги? — яростно спросил Сонхун, торопливо подходя ко мне и накрывая нижнюю часть тела одеялом. — Ты кажешься обеспокоенным, Сонхун-щи, — насмехался Джей над очень раздражённым парнем. — Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что ты его парень. — Он мой друг! — закричал Сонхун, и я впервые услышал, как он повысил голос, в отличие от его обычной холодной, протяжной речи. — Я вижу, как он раскинулся на кровати с красным лицом, явно пьяный в стельку под тобой, и ты хочешь, чтобы я держал тебя за руку и пел кумбайю? — Ну, я думаю, ты уже достаточно сделал для своего друга сегодня вечером, мой приятель, — твёрдо сказал Джей, не сводя глаз с него. — Он был бы благодарен, если бы ты оставил его в покое. Сонхун тяжело сглотнул. — Ты хочешь, чтобы я ушёл, Сону? — кратко спросил он меня, не сводя глаз с Джея. Я сел и начал тереть глаза. — Да, — смог сказать я, моя голова раскалывалась. Сонхун не выглядел так, будто хотел оставлять нас одних. Но как только он повернулся, чтобы встретиться с моими глазами, он увидел в них тоскливое минутное одиночество, и сильное чувство раскаяния накрыло его. Он резко опустил глаза, чтобы избежать моего взгляда. — Я клянусь тебе, Джей, если ты хоть пальцем до него дотронешься… — Ты знаешь, с кем ты разговариваешь? — перебил его Джей, его голос звучал резко и уверенно. Сонхун наморщил нос, глубоко вздохнув в знак согласия. Он бросил последний быстрый взгляд на меня, прежде чем повернуться к Джею и с недовольством прошептать: — Протрезви его. Сейчас же, — он молча вышел из номера, захлопнув дверь слишком громко, на мой взгляд. Ситуация начала проясняться. — Он просто волновался за меня, понимаешь? — сказал я, пытаясь оправдать его поведение. — Почему тебя волнует, что он думает? — возразил Джей. — Ему явно всё равно, чем ты занимаешься. — Ты бы сказал то же самое, если бы Чонвон стоял у двери? — многозначительно спросил я. Джей открыл рот, чтобы заговорить, но слова подвели его. — Именно, — сказал я, вставая. — Теперь осторожнее, — сурово сказал Джей, наблюдая за мной, пока я неуверенно шёл к дивану. — Я принесу нам воды. Кстати, тебя должно вырвать. Сонхун убьёт меня, если я позволю тебе спать с алкоголем в организме, — добавил он, вставая. — Нет, не хочу. — Нет, хочешь. Если ты не сделаешь это сейчас, то обязательно сделаешь посреди ночи, когда на тебе будет твоя драгоценная атласная пижама, — сказал Джей, его голос постепенно становился мягче, когда он исчез в другой комнате. Когда он вернулся, его руки были заняты не только двумя стаканами воды, как он и сказал, но и холодными мокрыми полотенцами. Сначала он велел мне допить весь стакан, сказав, что это поможет вывести токсины. Затем он сел передо мной на кровать, скрестив ноги, и начал протирать моё лицо мокрым полотенцем. Вскоре ощущение наполнения водой в моём кислом желудке начало вызывать у меня рвотные позывы. — Тебе нужно выйти? — мягко спросил Джей, присев, чтобы быть со мной на одном уровне. — Да, мне нужно… Мне нужно… — прохрипел я. Джей поспешно положил полотенце и стакан с водой на стол и обнял меня за талию, помогая встать. Я уже привык к ощущению рвоты. В детстве меня очень сильно укачивало, и каждый раз, когда я ехал в любом движущемся транспорте, мне приходилось держать наготове полиэтиленовый пакет, чтобы вынести в него всё содержимое моего последнего приёма пищи. Поэтому я всегда лучше справлялся с рвотой. Тем не менее, Джей был рядом, чтобы нежно погладить меня по спине, когда меня с силой рвало на унитаз. Я вытер рот тыльной стороной ладони, безжизненно опустившись на пол и уставившись на полностью стеклянное незанавешенное окно, из которого открывался вид на яркий и живой ночной пейзаж острова Чеджу. — Красиво, — пробормотал я, любуясь. — Хм? — Ночной вид. Огни. Красиво. — Это… не так ли? — Джей согласился, и его голос звучал так, будто в его голове только что вспыхнула лампочка. — Слушай, ты не хочешь выбраться отсюда ненадолго? — И куда ты меня отвезёшь? — спросил я. — Ко мне домой. Мои глаза сузились. — Мы в сотнях миль от твоего дома. — Нет, глупыш. В мой дом здесь, на Чеджу, — ответил Джей, доставая телефон. Естественно. У него, вероятно, семь особняков только в Южной Корее. — Зачем ещё нам часто бывать в Хэвичи, когда мы можем легко посещать пляжи за пределами страны? — Потому что это может быть любимый пляж твоей семьи? Откуда мне знать? — рявкнул я на него. — Дети богачей… — Ну что? Это значит да? Я поджал губы и пожал плечами. — Не вижу причин для отказа. — Отлично. Я хочу тебе кое-что показать, — он усмехнулся, набрал какой-то номер и вышел в гостиную, чтобы я не мог слышать весь разговор. Пока он занимался своими делами, я взял себя в руки и поднялся, чтобы почистить зубы. Временами я мог разобрать несколько фраз, таких как «Я знаю, что уже поздно» и «Я заплачу тебе за это втрое больше». Я смотрел, как он вернулся в комнату с огромной улыбкой на лице. Он выпил половину своей воды и вылил остатки себе на голову. Почистив зубы, я забрался на кровать и облокотился на подушку, пока Джей в произвольном порядке начал делать прыжки и несколько отжиманий от пола. После этого он лёг рядом со мной, вздымая и опуская грудь, сохраняя между нами почтительное расстояние. — Хён, разве мы не собираемся поговорить о том, что только что произошло? — тихо спросил я, глядя в потолок. — Ты хочешь поговорить об этом? — Джей ответил на вопрос, взглянув на меня краем глаза. — Нет. — И я не хочу, — ответил он, перекатываясь, чтобы преодолеть это почтительное расстояние, обхватывая рукой мой живот и упираясь подбородком в моё правое плечо. Мы лежали в этой позе довольно долго, не слыша ничего, кроме звуков собственного ритмичного дыхания и жужжания кондиционера. Мои веки начали тяжелеть, мирная тишина почти погрузила меня в сон, когда я почувствовал, что телефон Джея завибрировал на краю кровати. Это заставило его тоже проснуться, сесть и потянуться за телефоном. — Да? — хрипло сказал он, нахмурившись. — Он уже на крыше? Понятно. Спасибо, Сан. Джей быстро встал и разгладил свою одежду, хотя это была всего лишь майка и шорты. — Почему мы идём на крышу, хён? — озадаченно спросил я, тоже слезая с кровати. — Увидишь. [♪ Taylor Swift – Style ♪] Как только мы с Джеем вышли из запасного выхода на крышу, мимо нас пронёсся ослепительный свет и чрезвычайно мощный порыв ветра, заставивший меня на мгновение отступить назад и прикрыть глаза предплечьем. В конце концов, я медленно открыл правый глаз. Мурашки пробежали по моим рукам и ногам. В этот момент мне показалось, что я нахожусь в сцене из голливудского фильма. Блестящий белый вертолет с надписью «SINAR TOURS» на боковой двери стоял прямо посреди крыши. У двери нас ждал лысый мужчина в солнцезащитных очках. — Добрый вечер, господин Пак. Добрый вечер, господин Ким, — вежливо поприветствовал он, открывая для меня пассажирскую дверь. — Что? Прямо сейчас? — заикаясь, произнёс я. Сказать, что я не испытывал сильного страха, было бы ложью. Полёт утром на самолёте и полёт ночью на компактном летательном аппарате, таком как вертолёт, – две совершенно разные вещи. Джей наклонил голову набок и улыбнулся, протягивая мне руку. — Тебе это понравится, — сказал он, его чёрные волосы развевались на ветру. Вместо того чтобы выглядеть нелепо, Джей казался таким, словно он снимался в рекламе Тома Форда. — Доверся мне. Мои глаза заблестели от восторга, когда я взял его за руку. Он помог мне подняться по ступенькам на пассажирское сиденье. Как только я устроился, он сделал круг и вернулся на другую сторону, где должен был сидеть пилот. — Подожди, подожди, подожди, подожди. Ты будешь управлять этим? — нервно спросил я. — Я немного оскорблён отсутствием доверия в твоём тоне, — поддразнил Джей, притворяясь сердитым, когда закрывал за собой дверь. Лысый мужчина по имени Сан забрался в заднюю часть вертолёта. — Хорошо. Вау. Это действительно происходит. Джей наклонился, чтобы пристегнуть мои ремни безопасности (да, во множественном числе, потому что у вертолётов четыре ремня, которые соединяются друг с другом). Он был так близко, что его шея почти касалась моих губ. Я откинулся на подголовник настолько далеко, насколько мог, чтобы избежать этого. Он затянул ремни на моей талии, заставив меня резко вдохнуть. Затем настала его очередь. Он пристегнул свои ремни и стал надевать наушники. Он жестом показал, чтобы я надел те, что лежали передо мной. Джей начал нажимать на различные кнопки и щёлкать переключателями, в результате чего запустился двигатель, и внутри вертолёта зажглись огни. У него должна быть какая-то лицензия, чтобы управлять этой штукой, верно? — Готов? — спросил он, потянув рычаг к себе. — Нет, — пискнул я и закрыл глаза, услышав смех Джея, после чего почувствовал, как вертолёт потерял гравитацию и поплыл по воздуху. Моя грудь вздымалась и опускалась от волнения, я чувствовал ветер на своём лице. — Сону, теперь ты можешь открыть глаза, — голос Джея прозвучал у меня над ухом. Я открыл глаза. Медленно. И от увиденного у меня перехватило дыхание. Хаевичи казался маленьким под нами, постепенно исчезая по мере того, как мы поднимались всё выше и выше в воздух. Городские огни уменьшились до размеров мерцающих шариков в темноте. Как будто я наблюдал за звёздами, но сверху. Я оглянулся на Джея и увидел, что его лицо, как обычно, было сосредоточенно, что я всегда находил восхитительным. Между нами не было много разговоров. Джей позволил мне любоваться видом в своё удовольствие. Он знал, что я люблю смотреть на небо, широкие пейзажи и другие красивые вещи, связанные с этим. Время от времени он поглядывал на меня, слабо улыбаясь моему полному восхищению – глаза блестели, рот был широко открыт. Мы летели среди высоких-высоких зданий и небоскрёбов, пока не достигли какого-то района, заполненного только деревьями и землёй. Впереди был особняк, меньше, чем поместье Пака в Сеуле, но, несомненно, аналогичной архитектуры. Он также был намного больше, чем дом Шимов. Внизу, в саду особняка, было что-то вроде поля с огромным кругом и буквой H, нарисованной на голой земле. — Мы дома, — сказал мне Джей, когда вертолёт сбавил скорость и начал опускаться на букву Н. Как только я почувствовал, что вертолёт уверенно приземлился, я выдохнул с облегчением. Джей хмыкнул, выключая вертолёт, снял наушники и отстегнул ремни. Я начал делать то же самое, всё ещё переваривая то, что только что пролетел через весь остров Чеджу вместе со своим другом. Мы оба вышли из вертолёта. Джей приобнял Сана и сказал ему, чтобы он вернулся с вертолётом завтра в 11 утра. Значит… он намерен остаться на ночь? Старший взял мою руку в свою и начал подниматься по высокой лестнице на крыльцо. В доме не было света, не говоря уже о каких-либо признаках жизни, населяющей это место. Как же мы попадём внутрь? — подумал я. — Ты же не собираешься взламывать дверь? — нервно спросил я, косясь на него. — Не будь глупым. Мы храним здесь запасной ключ, — сказал мне Джей, подойдя к белой скульптуре ангела рядом с дверью. — И даже если бы я взломал дверь, это не было бы проникновением, потому что это мой дом. Он осторожно начал крутить руку ангела, которая оказалась съёмной. Внутри руки находился маленький золотой ключик, который подходил к замку входной двери. Одним движением Джея дверь с щелчком открылась. Он вернул руку ангела на место и осторожно шагнул внутрь. — Это совсем не жутко, — саркастически пробормотал я, следуя за ним. На первый взгляд зал, встретивший меня, напоминал аттракцион «дом с привидениями» в Диснейленде. Но как только Джей включил свет, весь дом ожил. Белые блестящие полы сверкали так же ярко, как и огромная люстра на потолке. Я тут же подбежал к арочному окну, выходящему в палисадник, и стал смотреть на небо. Джей тоже подошёл к окну, скрестив руки на груди. — Я бы предложил тебе освежающие напитки, но сейчас здесь ничего нет, — сказал он. Я покачал головой, а мои глаза восторженно уставились в стеклянное окно. — Мне ничего не нужно. Мы немного помолчали, просто стояли и бесцельно смотрели на звёздное небо. Луна была ярко освещена и имела желтоватый оттенок с полумесяцем вместо полного круга. — Посмотри на луну, хён, — вздохнул я, наклонив голову и вставая на цыпочки. — Под таким углом она выглядит действительно великолепно. — Да, это так, — согласился Джей. Я удивлённо повернулся к нему и понял, что он даже не смотрит на окно. Его угольно-чёрные глаза, казалось, не видели ничего, кроме меня. — Хотя в эти дни… я начинаю чувствовать, что солнце мне нравится немного больше. Тишина снова наполнила комнату, но на этот раз она была напряжённой, а не спокойной. — Почему ты привел меня сюда, хён? — спросил я, наконец, обращая внимание на этот вопрос. — Я уже говорил тебе… — тихо начал он, глядя на меня сверху вниз. — Чтобы мы могли убежать от всех них. Чтобы мы могли забыть о Сонхуне и Чонвоне на некоторое время. Я не буду делать ничего, что причинит тебе дискомфорт. — Я в замешательстве, — сказал я ему, моё сердце громко стучало в груди, я почти слышал его. Мои карие глаза блуждали по его тёмным, и я чувствовал, как меня засасывает внутрь. — Я уже протрезвел, но… почему я всё ещё хочу тебя поцеловать? При упоминании слова «поцелуй» ухмылка угрожала пробиться на губы Джея, когда его глаза метнулись вниз, к моим губам. Он сделал шаг вперёд, чтобы сократить расстояние между нами. — Сону, у нас обоих была очень непростая ночь. Но это был поучительный опыт, и я чувствую, что… не только для меня, но и для тебя. Мой отец учил меня, что всё лёгкое того не стоит, и что всё стоящее не будет лёгким. Именно поэтому я оставался здесь, чтобы посмотреть, не передумает ли парень, который мне нравится. Но теперь я начинаю понимать, что, возможно, то, что действительно стоит внимания, не обязательно должно быть так далеко от того, что видят глаза. Возможно, представление о «настоящей любви», кропотливо созданное в результате тяжёлой работы, – это просто извращённый способ убедить себя в том, что любовь должна быть «наградой» в некотором смысле. Я кивнул. — Я полностью понимаю, что ты имеешь в виду, хотя и не могу объяснить это так же хорошо, как ты. Я всегда думал, что чем больше ты прогибаешься под кого-то и причиняешь себе боль, тем больше это говорит о том, как сильно ты любишь этого человека. Но, может быть, любовь не обязательно должна быть такой сложной, понимаешь? — я улыбнулся ему, удерживая его взгляд. — Может быть, она не должна измеряться тем, как долго ты знаешь кого-то и как долго ты за ним бегаешь. Может быть, любовь просто должна быть рядом, когда она тебе нужна. Старший помолчал немного, а затем протянул руку, чтобы убрать волосы с моих глаз. — Лучше и не скажешь. — Хён, ты должен пообещать мне, что с этого момента ты будешь делать то, что считаешь правильным для себя. Неважно, что говорят люди. Профиль Джея был красивым и мужественным, с точёной линией челюсти и густыми нахмуренными бровями. — Обещаю. — Хорошо. Потому что прямо сейчас я собираюсь сделать то, что считаю правильным для себя, — я дёрнул Джея за рубашку, заставив его удивлённо податься вперёд, когда я впился губами в его губы. Глаза Джея на мгновение расширились, а затем смягчились. Он схватил левой рукой мою шею, а другой обхватил мою талию, заставляя меня дрожать от его прикосновений. Мы жадно тянули и посасывали губы друг друга, когда моё колено случайно задело его промежность. Джей отстранился, с обожанием рассматривая мои красные набухшие губы, а затем снова наклонился, чтобы поглотить мой рот. На этот раз без остановки на глоток воздуха. Я начал издавать небольшие хныкающие звуки, когда он позволил своему языку свободно исследовать мой рот. Хисын не целовал меня так, — подумал я. Это совсем другое. Это… возбуждает меня. Я медленно потянулся вниз, к его выпуклости, заставив его вздрогнуть. — Подожди… подожди… нет, — Джей сурово убрал мою руку, покачав головой. — Ты не хочешь? — Сону. Ты девственник, я так понимаю? Я кивнул. — И? — И я отказываюсь забирать её у тебя. — сказал мне многозначительно Джей. — Не сейчас, когда мы ещё не уверены в своих чувствах. Твой первый раз должен быть с твоим парнем или, по крайней мере, с тем, с кем ты будешь в отношениях. Я рассмеялся, отдергивая руку. — Ты не понимаешь, хён. Я не хочу, чтобы мой первый раз был потрачен впустую на кого-то, кто мне нравится в данный момент моей жизни. Я хочу, чтобы мой первый раз был с человеком, с которым у меня есть особая связь, с которым я чувствую себя на сто процентов в безопасности, платонически или как-то иначе. Тогда я буду знать, что никогда не пожалею об этом, что бы ни случилось между нами. Сейчас этот человек – ты. Так что, хён, не окажешь ли ты мне одну услугу? Джей глубоко вздохнул, глядя в мои глаза с тёплой привязанностью. Его ответом было то, как он наклонился ещё раз и приподнял мой подбородок, чтобы лучше рассмотреть моё лицо. Его ответом было то, как он взял мою руку и переместил её обратно вниз, к твёрдости в своих брюках. Его ответом было то, как он хотел, чтобы я почувствовал его, увидел, как сильно он хочет меня. Его ответом было то, как он просунул свой язык обратно в мой рот, двигаясь синхронно с моим. Его ответом было то, как наши губы сцеплялись, давили, тянули и сосали друг друга в течение нескольких минут без перерыва. Когда наши рты по-прежнему были соединены, обе руки Джея спустились к моим ногам и подтянули их вверх, в результате чего он держал меня на своём животе. Так он нёс меня всю лестницу, время от времени отстраняясь только для того, чтобы проверить, правильно ли и безопасно ли он делает каждый шаг. В конце лестницы он резко повернул налево и, пошатываясь, направился к ближайшей комнате. Я открыл дверь свободной рукой, а другой зарылся глубоко в его волосы. Я плавился под его поцелуями, пока он нёс меня к постели. Положив меня на кровать, он начал задирать мою рубашку и покрывать мягкими воздушными поцелуями мою челюсть, подбородок и уголки рта. Он переместился к моей шее и начал страстно сосать, оставляя крошечные красные следы и заставляя мой член начать подёргиваться от желания внутри моих боксеров. — Сону, у меня с собой нет презерватива, — пробормотал Джей между поцелуями. — Я могу принять тебя и так, хён. — прошептал я ему на ухо. — Я хочу чувствовать тебя. Кожа к коже. Джей застонал от моих слов и двинулся дальше на юг, к моей груди, целуя каждый кусочек. А затем, не отрывая от меня глаз, схватил мои бёдра обеими руками и развратно провёл языком по моему пупку. — Это тебя возбуждает? — спросил Джей, лаская меня через тонкий слой ткани, заставляя меня тихонько поскуливать. Блять. Не там. Медленно он снял с меня шорты с цветочным рисунком и боксеры и позволил им упасть на пол, наблюдая, как моя пульсирующая эрекция продолжает подёргиваться и извиваться. Моё лицо снова начало краснеть, но на этот раз не от опьянения. Я чувствовал себя слишком открытым и уязвимым, когда моё обнажённое тело лежало под старшим. Одна капля пота скатилась по лбу Джея, который пристально смотрел на меня, слегка приоткрыв рот. — Странно… Я чувствую себя странно, хён. — захныкал я, моя нога внезапно дёрнулась, когда предэякулят вытек из моей головки. — Здесь? — мягко спросил Джей, поглаживая мою мокрую эрекцию указательным и большим пальцами. Я заскулил громче. Джей склонил голову набок, с удовлетворением наблюдая за моей реакцией. Без предупреждения он обхватил рукой мой член, медленно надавливая на него. В моей голове сработал сигнал тревоги. — Тебе нравится это? — Странное ощущение… — успел сказать я, прежде чем очередной всхлип вырвался из моего рта, когда Джей наклонился к моей груди и начал сосать мой правый сосок, лаская влажность между моих ног. — Ты когда-нибудь мастурбировал, Сону? — Мммхмм, — хмыкнул я, тяжело дыша. — Как? — Прямо так, хён. — Только это? Ты больше ничего не делал? — А что ещё можно делать? Джей резко остановился и сел между моих ног, глядя на меня в недоумении. На секунду он выглядел несколько испуганным. Как будто ему совершенно не хотелось продолжать. Но вместо этого он с трудом сглотнул и сделал глубокий вдох, прежде чем сказать: — Хорошо. Послушай. Для тебя это будет очень ново. Но это необходимо пройти перед тем, как всё произойдёт на самом деле. Ты мне доверяешь? — спросил он. Я тяжело сглотнул и, дрожа, кивнул. Джей опустил голову между моих ног и начал раздвигать их ещё больше. — Что ты…?! — судорожно спросил я, прежде чем откинуть голову на подушку и застонать громче всего за эту ночь, когда я почувствовал очень влажный язык, скользящий внутри моего сладкого чувствительного места. Я запустил руку в волосы Джея, закрыл глаза и сосредоточился на ощущении его языка, вылизывающего мои внутренности. Я мог бы кончить только от этого. Я мог бы кончить от одного его языка. Джей убрал язык. — Блять. Ты такой вкусный, Сону. — отметил он, задыхаясь, а затем провёл языком вверх и вниз по складкам мышц, застонав так, словно не мог насытиться. — Меня так возбуждает то, как ты хорош на вкус. Это делает меня таким твёрдым. Это не должно быть так охуительно приятно на вкус. Я редко слышал, чтобы старший использовал ненормативную лексику. На самом деле, я не был уверен, что вообще когда-либо слышал это раньше. Услышав, как он так грубо ругается под нос из-за меня, у меня скрутило живот. В этот момент моё лицо было красным от смущения, а грудь поднималась и опускалась, пока старший продолжал осквернять меня. Внезапно заиграл мой рингтон «Good Day» в исполнении IU, выведя нас с Джеем из нашего нечестивого состояния. — Это кто? — резко спросил он, наблюдая за мной, пока я дрожащей рукой пытался нащупать свой телефон на прикроватном столике. Моё сердце дрогнуло. Это был номер Ни-ки. — Почему ты медлишь? Я сразу же нажал кнопку «Отклонить» и рухнул обратно на кровать. — Прости. Я просто пытался понять, чей это номер. Не знаю, кто это, — сказал я, солгав сквозь зубы. Как раз, когда Джей снова склонился между моих ног, фальцет IU вновь разнёсся по всей комнате. Он вздохнул. — Может, тебе стоит спросить у них, чего они хотят, и покончить с этим. — О-одну секунду, хён, — заикаясь, пробормотал я, снова потянувшись за телефоном. На этот раз я нажал на кнопку «Принять» и прижал телефон к уху, задыхаясь; моё сердце громко стучало в груди. Я думал о Ни-ки уже несколько дней. Но я никогда не мог предположить, что в следующий раз я смогу поговорить с ним в такой опасной ситуации. — Кто ты, чёрт возьми, такой? — послышалось на другом конце. Вот оно. Низкий и хрипловатый голос Ни-ки. По моей спине разлилось тёплое чувство. Казалось, что прошло слишком много времени с тех пор, как я слышал его в последний раз. Он звучал раздражённо, но это всё равно заставило меня улыбнуться. Потому что так он обычно и говорил. — Это я, Сону, — ответил я. На другом конце линии послышались колебания. Он попытался сохранить свою манеру поведения, но безуспешно. Его голос немного смягчился, когда он спросил: — Что тебе нужно? — Вообще-то, Ни-ки, мы можем поговорить об этом утром… — я громко вздохнул и почти выпустил телефон из рук, когда почувствовал, как влажный язык снова без предупреждения скользит в мою дырочку. Я в панике схватил Джея за волосы и попытался оттянуть его лицо, но терпение и самообладание старшего закончились. — В чём дело? — обеспокоенно спросил Ни-ки, а затем последовал другой вопрос. — Где ты сейчас? — Я… я… я в… аааахх… — пробормотал я, чувствуя, как Джей вертит и делает большие круговые движения своим языком, энергично растягивая меня. — Я на пляже. С… с моими друзьями. — Ты не звучишь нормально. Джей крепко обхватил оба моих бедра, выпрямив свой язык так сильно, как только мог, и начал вводить и выводить его из меня быстрыми последовательными движениями. — Пожалуйста, Ни-ки… — простонал его имя я, не желая этого, мой голос невольно скривился в конце фразы, когда по моему животу начало распространяться скручивающее чувство. — Давай поговорим в другой раз… ааахх… — мои ноги стали раздвигаться всё шире и шире, пока Джей продолжал трахать меня языком. Ощущение влажной мышцы, трущейся в нужном месте, когда Ни-ки разговаривал со мной тихим обеспокоенным тоном, каким бы хреновым это ни было, этого было достаточно, чтобы довести меня до крайности. — Сону…? Я сбросил вызов, не дожидаясь, пока он закончит, когда мои ноги начали трястись, а бёдра сами по себе подались назад, чтобы встретить восхитительный язык Джея. — Хён… я собираюсь… я собираюсь… Джей безжалостно вырвал свой язык и отступил назад, чтобы полюбоваться тем, что он сотворил. Молодой, краснолицый, потный, извивающийся, уязвимый парень. — Ты такой злой, — произнёс я, рефлекторно дёрнувшись от внезапной пустоты внутри меня. Я больше не мог этого выносить. Я почти кончил от одного его языка, и это было бы абсолютным унижением с моей стороны. Нельзя было терять время. — Пожалуйста, трахни меня, хён. — умолял я, задыхаясь, проводя рукой по своей эрекции с большим желанием. — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? — Ммммхмм, — захныкал я. — Насколько сильно ты этого хочешь? Я широко раздвинул ноги и раскрыл свою дырочку для его обозрения, предэякулят из моей головки снова вытек. — Настолько. Джей глубоко вздохнул, глядя прямо на него, — Блять. Старший стянул боксеры, его тёмный, покрытый жилами член вырвался на свободу и ударился о низ живота. Его член был толщиной с моё запястье и длиной в шесть дюймов, с набухшими венами, идущей снизу и выступающей сверху. Внезапно мне захотелось убежать. Он не поместится во мне, — проскочила мысль в моей голове. Но прежде чем я успел придумать отговорку, чтобы не проходить через это, Джей схватил и грубо сжал мою талию, расположив кончик своего члена на моём влажном входе. — Сону? — Ммм? — Хён сейчас тебя трахнет, — сказал он, а затем толкнулся в меня бёдрами. Я вскрикнул, открыв рот от внезапного растяжения. Острая щемящая боль пронзила мои внутренности. — Подожди, подожди. Хорошо. Не двигайся пока. — судорожно сказал я, вцепившись ногтями в его спину. Было чувство, что его член проникал в меня целую вечность и чувствовался совершенно чужим в моём теле. Мне было трудно привыкнуть к нему. — Все хорошо, — ободряюще ответил мне Джей, задыхаясь. — Больно? — Немного, — это преуменьшение. Было ощущение, что что-то с силой разрывает меня на части. Слёзы инстинктивно начали собираться вокруг моих глаз. — Можешь попробовать двигаться медленно, хён. Джей подчинился, осторожно вытаскивая свой болезненно твёрдый член из меня, а затем снова вводя его. Он проделал это около пяти раз, бездумно издавая задыхающиеся сдавленные стоны между ними. — Блять. Ты такой тугой. — коротко сказал он. В конце концов, резкая боль начала превращаться в нечто другое. Сладкое, влажное, ноющее ощущение, которое с каждым толчком становилось всё сильнее и сильнее. — Подожди, хён, остановись на минуточку… Я чувствую себя странно… — умолял я, обхватив рукой его спину. Но на этот раз Джей не остановился. Он смотрел на меня снизу вверх. Его глаза были нахмурены и наполнены чувственной потребностью. Его стоны становились всё громче и эмоциональнее по мере того, как его толчки набирали скорость. Из моего рта вырвался стон, когда я посмотрел вниз, туда, где наши тела соплетались, и увидел, как он безжалостно входит и выходит из моей раздолбанной дырочки. — Я не могу… я не могу остановиться, — прошептал Джей извиняющимся тоном, трахая меня без устали. — Сону, блять, я не могу… — он снова схватил мою эрекцию и начал надрачивать её в соответствии со своими толчками. Вся нежность, терпение и ласка улетучились из Джея. То, как он трахал меня, было плотским, даже животным. В этот момент мы больше не были хёном и донсэном. В тот момент он был просто парнем с неутолимым голодом, а я был просто свежим куском мяса для него, чтобы трахнуть. — Пожалуйста, остановись, хён. — умолял я, задыхаясь и впиваясь ногтями в простыни рядом со мной. — Я не хочу заканчивать так быстро. — Остановиться? Но ты так этого хочешь. Посмотри, как реагирует твоё тело. — сказал мне Джей. Я посмотрел вниз и увидел, что мои бёдра жадно, невольно вздрагивают от члена Джея. — Хён заставляет тебя чувствовать себя хорошо, да? — Д-да, но… — я задрожал, по моим щекам катились слёзы. — Что тебе приятно? — коротко спросил Джей. — Скажи мне, насколько тебе хорошо. — Твой член заставляет чувствовать меня хорошо, — я тихонько заскулил. — Так хорошо, что я хочу, чтобы ты трахал меня так каждый день. — Да? Прямо вот так? — Джей толкнулся в меня ещё глубже, снова и снова ударяя по моей простате, а из моего постоянно разинутого рта начала течь слюна. — Я могу трахать тебя так весь день, каждый день. На кровати, на полу, в ванной, на кухонном столе, в вертолёте, даже в художественной комнате со всеми нашими друзьями, если только ты этого захочешь. Я знаю, что все они будут рады трахнуть тебя вот так. На самом деле я не могу дождаться, когда они узнают, что я с тобой сделал. В моей голове промелькнула мысль о том, как Хисын, Сонхун, Чонвон и даже мой сводный брат развратно мастурбируют в художественной комнате, наблюдая за тем, как Джей безжалостно трахает меня сзади прямо на столе. Нет. Остановись. Не думай о них так, ругал я себя. Но я не мог остановиться. Я не мог перестать думать о том, как они кончают при виде того, как меня разрывают на части. Эта картина в моей голове, а также звуки стонов и хрипов Джея, скользкое трение его кулака, надрачивающего мой член с огромной потребностью, и головка его члена, непрерывно врезающийся в моё сладкое место, привели меня в состояние восторга, мои бёдра яростно тряслись. Я схватил Джея за талию и начал ненасытно втягивать и вытягивать его из себя. — Прямо здесь… прямо там! — закричал я высоким пронзительным голосом, мои глаза закатились к затылку, а бёдра напряглись, когда ленты липкого белого возбуждения вырвались из моего члена и попали на шесть кубиков Джея. Некоторые из них оказались на простынях. Джей провёл указательным пальцем по сперме, капающей с его пресса, и посмотрел на меня, пробуя её на вкус. Затем он довольно агрессивно потянул меня вверх, так что я оказался сидящим у него на коленях. — Мы ещё не закончили… Я ещё не закончил. — сказал он мне, тяжело дыша. Он даже не дал мне времени перевести дыхание, когда начал трахать меня во время моего оргазма, моя дырочка сжималась на его члене. — Мне нужно кончить в тебя. Я подпрыгивал вверх и вниз, стонал, чувствуя, как его член легко достигает тех частей меня, которые в первой позиции не были достигнуты. Я даже не предполагал, что можно испытывать такое отвратительное и невыразимое возбуждение от кого-то. Как будто внутри меня был зуд, и только этот красивый, хорошо воспитанный парень мог почесать его. — Трахни меня сильнее, хён. Кончи для меня. — Я знаю, ты сказал, что это не должно иметь значения, платонические у нас отношения или нет. И я знаю, что это не идеальный способ предлагать встречаться, особенно по моим стандартам. — Джей нервно поднял на меня глаза, он тяжело дышал, пот капал с его лба и груди. — Но после сегодняшней ночи я никак не смогу жить без того, чтобы не делать это снова и снова. Я хочу этого. Я хочу нас. Я хочу быть внутри тебя каждый бодрствующий момент. Я хочу заниматься с тобой любовью. Я хочу сделать тебя счастливым.Ты будешь встречаться со мной, Сону? — Я тебе так сильно нравлюсь, хён? — Да. Ты мне так нравишься, Сону. — он обхватил меня руками за талию, прижимая к себе. — Ты мне нравишься, — сказал он снова, на этот раз задыхаясь. Одна из его рук отпустила меня, и он ухватился за изголовье кровати для поддержки, ускоряя темп ещё больше, с каждым толчком входя всё сильнее и глубже. — Ты мне нравишься, ты мне нравишься. — он бездумно повторял эти слова снова и снова, словно это было всё, что он знал, как произнести, продолжая трахать мою измученную дырочку. — Ты мне тоже нравишься, хён. — прошептал я ему на ухо, звук шлепков кожи о кожу наполнил комнату. Кровать начала очень громко скрипеть, но Джей, казалось, не возражал. — Да, я буду с тобой встречаться. — Ты мне… — Джей начал произносить это ещё раз, но всё, что выходило из его рта, было бессвязными высокочастотными звуками, которые, казалось, не принадлежали ему. Влажные хлюпающие звуки стремительно нарастали, когда он снова и снова поднимал свои бёдра вверх, а я подпрыгивал на его коленях, моя тугая дырочка заглатывала всю его длину. — Сону, хён сейчас кончит в тебя, хорошо? — сказал он дрожащим голосом. — Мхм. — И ты примешь всё это, как хороший мальчик. — Как хороший мальчик, — повторял я за ним, растягивая слова, пока слюна стекала по моему подбородку. Скрипы становились всё более громкими и отчётливыми, когда я продолжал подпрыгивать, а он не прекращал толчки. — Подожди, блять, Сону… Основная часть кровати отделилась от изголовья, когда Джей напрягся, одновременно толкаясь в меня в последний раз и наполняя меня своим семенем, как заварным кремом. Спинка кровати упала на пол с громким стуком, а Джей уткнулся лицом в мою шею, пытаясь отдышаться. — Хён… кровать сломалась, — кротко сказал я, застыв на месте. — Всё в порядке. Всё равно это была старая кровать. — пробормотал он, крепко обнимая меня, его вялый член всё ещё был внутри моего тела. Я обнял его, размышляя. Не в этом дело. Кровать сломалась! Старые кровати так легко не ломаются. Вот как сильно мы шли друг на друга? — подумал я про себя, вдыхая аромат Джея. В то время как я начал задаваться вопросом, как он мог пахнуть так божественно после секса, я услышал это снова. Эти знакомые маленькие сдавленные всхлипы. Джей плакал. Его плечи вздымались и опускались, когда он громко и беззащитно плакал. Этот плач был сырым и полным нефильтрованных эмоций. Пак Чонсон — самый богатый студент академии Гванглим, один из самых умных, самых выдающихся и многообещающих будущих бизнесменов, когда-либо ходивших по этой земле. Парень, который всегда был таким логичным, серьёзным, чопорным и правильным, плачет мне от всего сердца. Я провёл рукой по его спине, чтобы успокоить его, напевая всё, что приходило на ум. Затем он повернул голову, поцеловал меня в ухо и прошептал что-то такое, от чего у меня волосы встали дыбом. — Спасибо, Сону. Вау. — За что? — За то, что выбрал меня своим первым. — Нет, хён. — я отстранился, заставив его посмотреть на меня. Его сонные глаза были красными, опухшими и воспалёнными. — Спасибо тебе. Нет лучшего человека, с которым можно было бы разделить этот особенный момент. Это должен был быть ты. Джей нежно посмотрел на меня, взял мою руку в свою и поцеловал её. — Ты просто должен пообещать мне одну вещь, Сону. — Я слушаю… — Пообещай мне, что ты будешь готов держать весь мир на ладони в любой момент и при этом не будешь чувствовать себя подавленным, — мягко сказал Джей. — Потому что я принесу весь мир к твоим ногам. На самом деле я не уверен, что способен на меньшее. Я улыбнулся, заправляя его растрёпанные волосы за ухо. — Если это с тобой, хён, я готов на всё, — прошептал я, наклоняясь ближе и оставляя нежный поцелуй на его губах.       

*****

              Когда я открыл глаза на следующий день, то увидел, что на улице уже светло. Взошло солнце, золотые лучи неторопливо проникали из окна мне в лицо, заставляя меня жмуриться. Я сориентировался: я лежал в огромной кровати без изголовья в доме Джея на Чеджу. Я сел, чувствуя, как холодные простыни обволакивают моё обнажённое тело. Джея рядом со мной в кровати не было. Я попытался встать с кровати и поморщился, почувствовав резкую колющую боль в заднем проходе. Прихрамывая, я подошёл к шкафу Джея и нашёл несколько сложенных футболок поло с длинными рукавами. Я взял одну и надел её через голову. Она была слишком огромной, но пока сойдёт. Как только я вышел из комнаты, до меня донёсся успокаивающий запах домашнего завтрака. Я медленно спустился по лестнице, делая маленькие шаги и стараясь не растягивать свою больную задницу. Пак Чонсон был один на кухне и что-то жарил на сковороде. Он выглядел очень домашним и, откровенно говоря, сексуальным, одетый в бежевую толстовку с короткими рукавами и розовый фартук, повязанный на талии. На круглом столе была аккуратно расставлена еда: бекон, яйца, блинчики, вафли, коробка хлопьев, миска с нарезанной клубникой, киви и черникой. — Где ты всё это взял? — весело спросил я, бросив короткий взгляд на огромное зеркало рядом с обеденным столом, прежде чем занять место. Он выключил плиту и поставил сковороду на стол, выложив последний кусочек яйца на тарелку. — Я сделал несколько покупок. Здесь неподалеку есть магазин. Доброе утро, — добавил он, целуя меня в макушку. — Утро, — я улыбнулся, накладывая себе несколько блинчиков. — Я не принимал тебя за мужчину, который знает, как ходить по магазинам в одиночку. — Ты не принимаешь меня за многое. Я человек обширных знаний, — Джей озорно склонил голову набок и соскользнул со стула рядом со мной. — В холодильнике есть спрей со взбитыми сливками для блинчиков, если хочешь, я принесу. — Я сам схожу за ним. Побрызгав сверху взбитыми сливками, я полил блинчик кленовым сиропом и украсил его клубникой и черникой. Киви мне не особо нравится (прошу прощения у читателей, любящих киви). Джей наполнил свою тарелку яичницей с беконом, запивая всё это высоким стаканом охлаждённого апельсинового сока из холодильника. — Что ты собираешься делать с остатками? — спросил я, когда мы закончили есть, глядя на тарелки, которые всё ещё были полны. Джей задумался, — Выброшу, конечно. — Выбросишь? — спросил я, широко раскрыв глаза. — Выбросишь??? Он разразился смехом, схватив меня за плечо для поддержки. — Я просто издеваюсь над тобой. Даже у самых избалованных парней есть сердце, знаешь ли. Я отдам их Сану, когда он приедет за нами. — Знаешь, я бы, честно говоря, не удивился, если бы ты так сделал. Наглая улыбка старшего исчезла, сменившись тёплой и ласковой. — Сегодня в тебе что-то не так, Сону. — После обесцвечивания волос и тренировок пять раз в неделю в течение полутора месяцев? Я очень на это надеюсь. Джей снова рассмеялся, покачав головой. — Не только это. Ты сияешь, — мягко сказал он мне, поглаживая большим пальцем мой подбородок. — Ты выглядишь счастливым. Уверенным в себе. — Интересно, почему, — сказал я, мой взгляд скользнул вниз, к венам на его предплечье и дальше по его… штанам. Я тяжело сглотнул и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я всё ещё голоден, хён. Джей озабоченно повернул голову в мою сторону и встал. — Что ты хочешь? Хён приготовит для тебя. — Всё, что я хочу? — Всё, что угодно. Я схватил его за бёдра и толкнул на стол, заставив его потрясённо смотреть на меня сверху вниз. Не разрывая зрительного контакта, я быстро расстегнул молнию на его брюках, просунул руку в боксеры и нежно поласкал его всё ещё вялый пах. — Это то, чего я хочу. — Сону… — сказал Джей, задыхаясь, а затем наклонился, чтобы поцеловать меня в губы. Он отстранился и прижался своим лбом к моему. — Ты нуждающаяся, маленькая… — Маленькая…? — ухмыльнулся я, — Маленькая кто? — Никто. Я не должен тебя так называть, — Джей улыбнулся. — Это неуважительно и неприлично. — Ты можешь не уважать меня сколько угодно. — Нет, я не могу… — Я хочу услышать, как ты это скажешь, — я заскулил, слегка сжимая его член. — Шлюха, — произнёс Джей, удивляясь самому себе после того, как он это сказал. Это слово звучало так совершенно чуждо из его уст. — Ты нуждающаяся маленькая шлюшка, Сону. — повторил он, на этот раз с большей убеждённостью. — Да, я такой, — сказал я ему, стягивая его штаны и боксеры до колен. Его член уже был твёрдым, но я мог заставить его ещё немного вытянуться. Я схватил стоявший на столе баллончик со взбитыми сливками и распылил их на твёрдую поверхность между ног старшего. — Ч-что ты делаешь? — Джей в панике замялся. — Сону… — Упс. Я немного испачкал тебя, — дразняще сказал я. — Теперь я должен всё вымыть. Я опустил голову, пока не оказался лицом к лицу с его пенисом. Я взял его в руку, а затем очень деликатно провёл языком по следам взбитых сливок. Джей откинул голову назад и потрясённо застонал. — Так сладко. — пробормотал я, облизывая ещё одну полоску на красном набухшей головке, прежде чем сомкнуть губы вокруг него и взять его целиком в рот. — Ох, чёрт, чёрт, чёрт. — Джей задыхался, плотно закрыв глаза, а его рука автоматически потянулась к моему затылку. Как только член Джея упёрся мне в горло, меня осенило, что я понятия не имею, что делаю. Моя похоть взяла верх надо мной, позволив мне уверенно начать это, хотя на самом деле я впервые делал минет кому бы то ни было. Я попытался вспомнить, что Джей делал со мной прошлой ночью. Конечно, это было не то же самое. Но это было хоть что-то. Я провёл языком по его члену, совершая круговые движения вверх и вниз по всей его длине. Джею это показалось достаточно приятным, потому что он начал стонать от удовольствия. Этот звук заставил меня непроизвольно выгнуть спину. Это нормальная человеческая реакция на то, что кто-то, кто тебе нравится, издаёт такие звуки? — недоумевал я, покачивая головой вверх-вниз. Я посмотрел на Джея, чтобы проверить, как он себя чувствует, и то, что я увидел, только подстегнуло меня двигаться быстрее. Его волосы были взъерошены, щёки раскраснелись, а полуприкрытые глаза смотрели на меня сквозь ресницы в плотской потребности. — Сону, теперь всё чисто, — сказал мне Джей, его голос дрожал. — Теперь ты можешь остановиться. — в полном противоречии с его словами, его рука крепко сжимала мои волосы, помогая мне покачивать головой вверх-вниз. — Но я не могу остановиться, — жалобно проскулил я, мой рот был полон им. — Твой член такой вкусный. Я наконец-то понял, что он имел в виду, когда он вылизывал меня прошлой ночью. Сделать минет человеку, который тебе нравится, попробовать пот, засохшую сперму и все другие естественные жидкости, которые текут по его телу, опредёленно может сделать тебя твёрдым в твоих же собственных штанах. — Сону, продолжай выгибать спину вот так. А теперь опустись на колени, вместо того, чтобы сидеть. Подними свою задницу выше. Ага. Вот так. Блять. Я выполнил его просьбу без особых раздумий, сосредоточившись на сосании, мои щёки впали, а язык водил вверх и вниз по венам на его члене. И тут я понял, что позади меня есть зеркало. Я бездумно застонал, как будто это меня трахали, как только я понял, что он заставил меня вот так встать на колени, чтобы иметь возможность хорошо видеть мою дырочку. Это было так грязно, так извращённо, что бы мы ни делали. Но это также казалось правильным. На самом деле это никогда не было достаточно правильным. — Сону, я близко, — Джей вздохнул, другой рукой он также взял меня за голову, его бёдра приподнялись, чтобы жадно трахнуть меня в рот, пока он смотрел на мою задницу через зеркало. Я поднял на него взгляд, чтобы убедиться, что он видит мои большие глаза и умоляющее, покорное выражение моего лица. — Пожалуйста, кончи мне в рот, хён, — прохрипел я. — Пожалуйста. — мне так хотелось попробовать его на вкус. — Блять, я кончаю… блять, блять! — Джей толкнулся в мой рот, опустошая свои гениталии во влажное тесное пространство, когда слёзы начали скапливаться в моих глазах из-за ощущения удушья. Вскоре тёплая липкая жидкость с металлическим привкусом начала вытекать и заполнила всё моё горло. Я позволил части её немного задержаться на языке. Это семя Джея, — подумал я. Это Джей. Это его возбуждение, вкус его самого возбуждённого и самого аморального состояния. И это прямой результат моей работы. Я задрожал от этой мысли, закрыл глаза и сглотнул. Джей вздохнул и отпустил меня, когда я откинул голову назад, чтобы перевести дыхание. Старший наклонился, чтобы снова прижать наши лбы друг к другу, пот струился по его худой шее. — Нам действительно пора возвращаться, — прошептал он, задыхаясь. — Уж точно нам следует, — согласился я, кивая. — Пока.. у меня не появилось ещё больше идей.              

*****

              Приняв душ по отдельности (к сожалению, мы слишком устали, чтобы заниматься сексом после завтрака), мы переоделись в свою одежду, оставшуюся с прошлой ночи, и вышли на улицу, обнаружив на месте Сана и вертолёт. Я с радостью передал ему коричневый бумажный пакет, полный еды с завтрака. Джей рассказал мне, что Сан был пилотом, с которым у его отца были тесные связи. Он отвечал за обучение Джея управлению вертолётом, а весь остров Чеджу был их тренировочной площадкой. Полёт обратно в отель оказался гораздо менее страшным, чем я ожидал, учитывая, что утренний свет позволил бы лучше увидеть, как далеко мы находились от земли. Мне даже удалось сделать фото и видео Джея, когда он мастерски маневрировал летательным аппаратом. Джейк и Чонвон с самого рассвета заваливали мой мобильный телефон сообщениями, но мы с Джеем по-детски решили, что пусть они немного побеспокоятся. Когда мы приехали, было уже немного позже обеда, и мы, радостно болтая, дошли до номера 813. Я открыл дверь своим ключом и рассеянно шагнул внутрь вместе с Джеем, застыв при виде всех четырёх наших друзей, которые уже ждали нас внутри. — Где, чёрт возьми, вы были, ребята? — спросил Чонвон, подходя к нам. — Джейк-хён подал заявление о пропаже ребенка для Сону внизу. Джейк пронёсся мимо Чонвона и бросился вперёд, чтобы с беспокойством обнять меня, зарывшись лицом в мою шею. — Ты не выйдешь из моего поля зрения до конца этой поездки, Ким Сону, — мягко отругал он. — Прости, что побеспокоил тебя, хён, — я отстранился и со смехом ущипнул его за щеку, после чего поплёлся к стулу. — Не могу поверить, что он не написал заявление о моей пропаже, — Джей покачал головой, выглядя комично оскорблённым. — Мы остановились в моём доме в Ильдо. — Только… вы двое? — спросил Чонвон, его голос дрогнул. Джей проигнорировал его и подошёл к Хисыну, дав старшему, спокойно сидевшему на диване, кулак и спросив, что они ели на завтрак. Джейк начал хихикать, как только я сел. — Сону, ты ходишь, как только что обрезанный детсадовец, — заметил он невежественно, заработав резкие повороты головы от Сонхуна и Чонвона. Челюсть Сонхуна напряглась от этого замечания; его глаза блуждали по красным следам на моей шее и совершенно неправильно оценивали ситуацию, учитывая то, чему он был свидетелем накануне вечером. Затем он повернулся к Джею, его лицо было белым, как простыня. Я проследил за его взглядом и сразу понял, что у него на уме. Я судорожно встал и начал всё объяснять, в то время как Сонхун направился к своему лучшему другу. — Хён, пожалуйста, не пойми неправильно. Я уже был… Всё произошло слишком быстро. В одну секунду Джей улыбался Хисыну, оживлённо разговаривая с ним. Я моргнул, и в следующее мгновение к его лицу был приставлен кулак. В этот момент мой разговор с Чонвоном начал подкрадываться ко мне. Но по какой-то причине Сонхун… всё ещё застрял одной ногой в этом пузыре. Ему до сих пор трудно находить общий язык с другими людьми. — …трезвым, — пискнул я. Но ущерб уже был нанесён. Он часто говорит обидные вещи, но не всегда имеет это в виду. Иногда он отталкивает даже тех, кто ему больше всего дорог. Это почти как… Удар был настолько сильным, что Джей практически пролетел через всю комнату. Он медленно поднял голову, вытирая окровавленную губу указательным пальцем, и с яростью в глазах посмотрел на нападавшего. Но Пак Сонхун был в такой же ярости, если не в большей. Он смотрел на Джея, широко раскрыв глаза, налитые кровью. Как будто он боялся подпустить кого-то слишком близко. Мой желудок сжался, медленно осознавая, что, возможно, это был самый первый раз, когда они дрались друг с другом. Кроме Джея-хёна? Хисын потянулся за арахисом на столе и с наслаждением отправил один в рот, наслаждаясь хаосом. Надежды Джея частично оправдались. Он и я вышли из этой поездки с новыми отношениями. Кроме Джея-хёна. Только не с теми, которых мы ожидали.