High Teen Society

— Есть ли что-то ещё, чем ты хотел бы поделиться? — спросила госпожа Хон. — Нет. Не думаю, — ответил Рики довольно резко. Правая нога подростка тревожно дергалась, когда он осматривал всю комнату, глядя куда угодно, кроме глаз терапевта. Он чувствовал себя плохо из-за того, что так мало рассказал госпоже Хон. Она просто делает свою работу, — напомнил себе Рики. С другой стороны, это был только первый день его обращения за психиатрической помощью. Он, конечно, мог бы сделать себе поблажку за то, что не сразу проникся к ней симпатией. — Ты выглядишь немного рассеянным, — отметила она, бросив взгляд вправо. — Что-то не так с моими настенными часами? — Ваши настенные часы прекрасны. Просто я напряжённо размышлял, убеждаясь, что у меня действительно нет ничего, чем я хотел бы поделиться, — сказал ей Рики. — А как насчёт друга, с которым ты был в плену? Как думаешь, он справляется? Больше, чем вы можете себе представить. Рики усмехнулся. — Знаете, этот парень... его, кажется, ничто не выбивает из колеи. Ну, надолго точно. Он словно огромный шарик позитива. — Вот почему тебя так к нему тянет? — Да... нет. Стоп, то есть, да, меня тянет к нему. Но я разве упоминал об этом? — запнулся Рики. — Тебе и не нужно было это говорить, — госпожа Хон подняла взгляд от своего блокнота. — То, как твое лицо засияло и голос стал выше на октаву, когда я упомянула его, всё выдало. Хорошо, что у него не было такой заметной реакции на смущение, как у Сону. Рики фыркнул, пытаясь сделать вид, что ему всё равно. — Да, меня тянет к нему. Он, его брат и вся их семья были очень добры ко мне. Так получилось, что сейчас я временно живу с ними. — Кажется, ничто его не выбивает из колеи. Интересное выражение. Кажется. Но ты ведь не можешь быть в этом уверен, не так ли? — женщина наклонилась вперёд на своём кресле. — Ты упомянул, что несколько месяцев назад у тебя были проблемы с тем, чтобы завести друзей. Когда люди видели в тебе лишь жестокого хулигана, как думаешь, они говорили о тебе то же самое? — К чему вы клоните? — К тому, что тебе всё равно стоит проверить, как он себя чувствует. Он шарик позитива не просто так, — госпожа Хон улыбнулась. — Так же, как и ты был хулиганом не просто так. Рики вскоре вышел из клиники, дрожа с головы до ног. Ему не нравилось ощущение, когда его психоанализируют прямо в лицо. Он бы хотел, чтобы госпожа Хон не была настолько прямолинейной. У машины, элегантно облокотившись на синий Rolls-Royce и скрестив руки, ждал бледный стройный парень с утончённой фигурой. — Быстро ты, — заметил Пак Сонхун, провожая младшего взглядом. Рики молча открыл пассажирскую дверь и устроился на сиденье, аккуратно избегая удариться гипсом о что-либо. Как только Сонхун сел за руль и завёл двигатель, он предпринял вторую попытку завести разговор: — Ну? Как прошло? — Не буду врать, — начал Рики. — Это было чертовски глупо. Сонхун разразился смехом, выставив напоказ свои клыки. — Я тоже так сначала сказал. Но подожди пару недель. Ты начнёшь находить это приятным – иметь кого-то, с кем можно поговорить. — У меня уже есть с кем поговорить. — Кто-то, кого ты не хочешь обременять своей тьмой, — резко сказал Сонхун, неожиданно посерьёзнев. — Кто-то, с кем ты можешь говорить о всех дерьмовых вещах, что случались в твоей жизни, и о ещё более дерьмовых вещах, которые ты думал сделать, без чувства вины, потому что это их работа – слушать. Я знаю, что ты понимаешь, о чём я. Рики бесцеремонно залез в бардачок старшего и нашёл банку с мятной жевательной резинкой. Открыл её и закинул одну в рот. — Что, типа как о том, чтобы покончить с собой? Ледяной принц оставался смертельно тихим пару минут, продолжая вести машину с напряжённой челюстью. — Твоя жизнь принадлежит не только тебе, Рики, — наконец сказал он. — Конечно, принадлежит. Именно поэтому она моя жизнь. — Она принадлежит каждому, кто любит тебя и заботится о тебе. Каждому, кто будет скучать по тебе, когда тебя не станет, — продолжил Сонхун. — Если ты заберёшь свою жизнь, ты заберёшь её у нас. Не у себя. Подумай об этом, когда такие мысли снова появятся у тебя в голове. — Не волнуйся, — тихо ответил Рики. — С тех пор прошло уже немало времени. — Твои сёстры уже прилетели в США? — Рики кивнул. — Их мама не хочет, чтобы они связывались со мной, потому что считает это небезопасным, но… Сола всё равно пишет мне. Сонхун мельком взглянул на младшего. — Ты действительно думаешь, что им будет безопаснее у родителей их матери? — Где угодно, только не здесь и не в Японии. — Значит, вы с Сону теперь вместе? — спросил Сонхун, сменив тему на что-то гораздо более лёгкое. Рики начал нервно играться с кнопкой стеклоподъёмника. — Нет. — Но ты ведь живёшь у них. — Всего три дня. — И за три дня ничего интересного не произошло? — Наоборот, было довольно неловко. — Что? — возмутился Сонхун. — Почему? — Не знаю, — поморщился Рики. — А тебе-то какое дело? — А, ясно. Понятно, — начал кивать Сонхун. — У тебя сейчас эта фаза. — Какая ещё фаза? — Я тоже был таким, когда был незрелым. — Ты всё ещё незрелый, хён, — заметил Рики. Сонхун громко прочистил горло. — Ты напуган. Ты не знаешь, что делать дальше, и не хочешь всё испортить. Поэтому решаешь вообще ничего не делать. — Может, ты слишком много времени проводишь с этим чёртовым психологом, — раздражённо сказал Рики. — Ты звучишь точь-в-точь как она. — Мне тоже нравится Сону. Ты это знаешь. — И? — Так вот, если ты не собираешься ничего делать со своими чувствами... — Это должно меня заставить соревноваться с тобой? — Рики встретился взглядом с Сонхуном через зеркало заднего вида. — Давай, попробуй. Если ты говоришь о нём, как о каком-то призе, который нужно завоевать, то ты уже проиграл. — Сопляк. — Нарцисс. — Ладно, оставим шутки, я серьёзен. Время никого не ждёт, — сказал Сонхун. — Ты уже знаешь, что делать. Хватит всё обдумывать и просто действуй. Младший ничего не ответил, вместо этого он отвернулся к окну, наблюдая, как машина останавливается перед домом семьи Шим. Это был не особняк, как у Сонхуна или Джея, но все же он был очень большим. Современная западная архитектура, будто взятая с обложки журналов по дизайну интерьеров. Даже стандартный бассейн, идеально вписывающийся в общий стиль, был в наличии. Проще говоря, дом выглядел как роскошная пляжная вилла на частном острове какого-нибудь миллиардера. Рики поблагодарил Пак Сонхуна за его слова и за то, что тот уделил ему время, прежде чем выйти из машины. Он прав, — подумал Рики. Ему не хотелось признавать это вслух перед хёном, но тот был прав. Другого пути не было – только вперёд. Пришло время встретиться с реальностью. Встретиться со своими чувствами. Встретиться с Сону. Внутри дом оказался гораздо уютнее, чем выглядел снаружи. Что-то странное было в этом месте, но он чувствовал себя здесь куда спокойнее, чем когда-либо у себя дома. В поместье Нишимуры за ним повсюду следовали слуги и телохранители. Куда бы он ни пошёл – обедать, смотреть фильм, тренироваться. Неудивительно, что у него никогда не возникало желания мастурбировать. Мысль о том, что кто-то круглосуточно слушает его из-за двери, была далеко не вдохновляющей. Мимо прошёл Джейк с огромной миской попкорна. Увидев Рики, он сразу расплылся в широкой улыбке. — Привет, Ни... то есть Рики, — поправился он, постучав себя по губам. — Хочешь посмотреть фильм со мной? — Какой фильм? — спросил Рики, снимая пальто и вешая его на стойку. — «Гордость и предубеждение», — радостно ответил Джейк. — Слышал, что это классика, но всё никак не мог собраться посмотреть. Рики не был большим фанатом романтических фильмов. — Я пас. Где Сону? — У себя в комнате. Ты можешь сходить и спросить, хочет ли он посмотреть с нами. — Думаю, так и сделаю, — сказал Рики. Он уже знал, каким будет ответ Сону, учитывая их схожие вкусы в фильмах. Но ему всё равно нужен был повод ворваться в его комнату. Рики трижды постучал в дверь 17-летнего, а затем вошёл, несмотря на отсутствие ответа. Его встретил хаос из одежды, разбросанной по полу, и сам хозяин комнаты, читающий книгу в крайне странной перевёрнутой позе на кровати. Сону лежал на спине, а его ноги были подняты вверх и прижаты к изголовью кровати, из-за чего шорты слегка задрались. — Что здесь вообще происходит? — спросил младший в замешательстве, стараясь не задерживать взгляд на Сону слишком долго. Его колени, как и локти, да и все выступающие суставы, были ярко-розового цвета, что Рики по какой-то причине казалось невероятно милым. Он надеялся, что Сону ради их обоих накроет ноги одеялом. — О, смотри-ка, ты наконец-то решил признать моё существование. Приятно, — сказал Сону, выглядывая из-за книги. — Разбираю шкаф. — Нет, не разбираешь. Ты читаешь книгу. — Я делаю и то, и другое. — Ну пожалуйста, сосредоточься на чём-то одном. В твоей комнате сейчас как на свалке. — Подожди-ка, ты же только что вернулся с терапии, — Сону захлопнул книгу. — Твой терапевт подговорил тебя на это? — Нет. Да. Т-то есть, вроде как, — замямлил Рики. — Я имею в виду, даже если она и подговорила, я бы не разговаривал с тобой, если бы сам этого не хотел, не так ли? — Он готов был провалиться под землю, видя недовольное выражение на лице Сону. Бля. Почему я так ужасен в поддержании разговора? Сону ещё некоторое время сверлил его взглядом, прежде чем вздохнуть. — Ладно. Вижу, что ты стараешься. Говори. — Прости, что был таким неловким последние пару дней. — И? Ты завис. Быстро. Скажи что-нибудь. Что угодно. — Хочешь посмотреть фильм с Джейк-хёном внизу? — Какой фильм? — «Гордость и Предубеждение». Сону скатился с кровати и выпрямился. Он направился к Рики, полностью проигнорировав предложение о фильме. — Чего ты так боишься? Скажи мне. Рики сглотнул, почувствовав, как пересохло в горле. — Всего. — Может быть, если бы ты не переживал так сильно о правильных поступках и просто следовал за мной, ты бы боялся меньше, — Сону взял младшего за руку. — Позволь хёну вести, ладно? — Ладно, — Рики сделал огромный, беззаботный шаг вперёд. — Давай, начнём прибираться... Его нога зацепилась за гладкий кусок ткани, и он поскользнулся, толкнув перед собой Сону. Они оба рухнули на пол, перепутавшись конечностями. Сону простонал под весом Рики, но младший был слишком занят попытками распутать их ноги, чтобы заметить. Рики был благодарен куче одежды, которая смягчила их падение. Когда он попытался выпрямиться, его рука случайно скользнула по промежности Сону. Они посмотрели друг на друга, и воздух между ними будто наэлектризовался от невысказанного напряжения. Светло-карие глаза Сону искрились, устремившись на младшего с явным намёком на что-то большее. Но, каким-то образом, Рики не смог сразу подняться. Он и Сону идеально подходили друг другу, словно два элемента головоломки. Всё казалось правильным – просто находиться сверху старшего. Казалось, что он находится именно там, где должен быть. Это было… идеально. Рики чувствовал, как его сердце громко стучит в груди. В Сону было что-то, что всегда вызывало у него чувства, которые он не мог объяснить. Сону начал медленно раздвигать ноги шире, чтобы дать Рики больше пространства, его напряжённая нижняя часть тела всё ещё только зависала над старшим. — Не думал, что ты захочешь этого так скоро, — произнёс Сону с насмешкой. — Не здесь, — выдохнул Рики. Его сердце колотилось так сильно, что это начинало его пугать. — Прекрати. Старший обвил руки вокруг шеи Рики, игриво глядя на него. — А где еще? Рики крепко схватил запястья Сону и прижал их к полу, чтобы удержать его. — Я сказал, прекрати, — приказал он низким голосом. — Рики-чаааан, что сказал Сону? — раздался весёлый голос Джейка, врывающегося в комнату. — Он хочет... посмотреть? — его голос замер на последних словах, когда он увидел подозрительную позу Сону и Рики на полу. — Это не то, что ты подумал, хён, — поспешно сказал Рики. — Правда, Рики? Средь бела дня? — Клянусь, я не...! — Только не при мне, — Джейк схватил его за ухо. — Вон. Вон отсюда. Немедленно. — Ай! Иду, иду! Австралийский парень отпустил его ухо только когда они спустились на первый этаж. — Средь бела дня! — Джейк покачал головой с явным разочарованием. — Подростки в наши дни должны больше думать о Боге. Рики стиснул зубы. — Я просто поскользнулся. Джейк окинул Рики взглядом с головы до ног, его забота внезапно сменилась на совершенно другую тему. — Ты очень худой. Чем тебя там кормили? — Японской едой...? — Ты завтракал? Рики моргнул. — Нет. — Так не пойдёт, — Джейк взял Рики за руку и повёл его на кухню, уже забыв о предыдущем инциденте. — Есть что-нибудь, что ты хочешь? Рики задумчиво потёр подбородок. — Буноппан. — Отличная идея, — глаза Джейка стали круглыми, как блюдца. — К счастью, у нас есть подходящая сковорода. — Давай сделаем, — Рики с трудом потер ладони друг о друга из-за гипса. Джейк достал прямоугольную антипригарную сковороду с выемкой в форме рыбки, пока Рики одновременно начал читать инструкции на обратной стороне пакета с миксом для буноппана. — Я смажу сковороду маслом, — сказал Джейк, заметив, как глубоко Рики погрузился в чтение. — Хочешь заняться приготовлением теста? Рики повернулся к старшему. — Ты мне доверяешь? — Свою жизнь, чел, — ответил Джейк, и они по-детски обменялись рукопожатием. И Джейк доверял Рики. Даже слишком. Когда он закончил смазывать сковороду и подошёл посмотреть, чем занимается японский подросток, перед ним предстала весьма предсказуемая катастрофа. — Ты налил правильное количество воды? — нахмурился Джейк. — Оно слишком жидкое. — Нет, всё будет нормально, — настаивал Рики, упорно размешивая тесто своей недоминантной рукой. — Рики, тесто такое жидкое, что оно скоро выиграет гонку. — Доверься процессу, хён, — заверил Джейка Рики. — Такая консистенция идеальна. Послушай меня, я эксперт по буноппану. Джейк подошёл, чтобы включить плиту. — Хорошо, эксперт по рыбьему хлебу. Давай сюда. Рики, в предвкушении, сделал несколько танцевальных движений, неся миску с тестом. Он зачерпнул немного теста и начал выливать его в сковороду с формой рыбок. — Ты не слишком много наливаешь? — Нет, так и должно быть. — Закрывай, закрой сейчас же! Рики замер, осознав, что действительно налил слишком много. Его мозг словно дал сбой. Схватив ручку сковороды, он вылил всё тесто обратно в миску, часть которого пролилась прямо на плиту. — РИКИ-Я! — воскликнул Джейк в полном шоке, рухнув на колени. — Прости, я... мне сделать новое тесто? Или просто убрать это всё? — запинаясь, выдавил Рики, его сердце сжалось, пока Джейк продолжал смотреть на весь этот беспорядок. — Хочешь, чтобы я убрался с глаз твоих? Джейк резко повернул голову к нему. — Подожди, ты серьёзно? Эй, всё нормально. Я просто преувеличил для шутки. Ничего страшного. Я постоянно устраиваю бардак на кухне, — он поднялся на ноги и расхохотался, глядя на по-настоящему перепуганное лицо Рики. — Ты сделал крошечную ошибку. Но даже если бы она была большой, всё равно ничего страшного. Понимаешь? — Нет, — сухо ответил Рики. — Я имею в виду... ты молод. Мы оба молоды, — Джейк похлопал его по плечу и по щеке. — Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь это, пока ты рос, но, по сути, наша задача – совершать ошибки, чтобы мы, повзрослев, делали их меньше. Теперь понимаешь? — Понимаю, — улыбнулся Рики. — И что теперь? — А? О, — Джейк задумался на секунду, затем потянулся за миской с тестом. — Давай сделаем новое. Второй заход оказался успешным. Съев пару буноппанов и оставив несколько для остальных членов семьи, Джейк вернулся к своему попкорну и фильму, оставив Рики искать себе развлечение. Рики всё ещё привыкал ко всей свободе, которая у него теперь была. В это время дня он обычно находился либо на стрельбище, либо практиковался в технике владения ножом. Он расхаживал взад-вперёд по кухне, глядя в окно и размышляя, стоит ли наконец воспользоваться бассейном семьи Шим, как вдруг его телефон зазвонил. Звонил Джей. Рики ответил на звонок и поднёс телефон к уху. — Хён! — поприветствовал он, возможно, чуть слишком радостно. — Доброе утро, Рики. Ты сегодня свободен? — старший сразу перешёл к делу. — Даже слишком. — Ни с кем не встречаешься? — С чего бы мне с кем-то встречаться? — нахмурился Рики. — Сегодня День святого Валентина, чел. — О. Прежде чем Рики успел полностью осознать эту информацию, Джей снова заговорил: — Отлично. У меня есть для тебя задание. — Если оно не слишком сложное. — Я хочу, чтобы ты последил за Чонвоном. — Уже слишком сложно, — сухо ответил Рики. — Я кладу трубку. — Подожди, выслушай! — в голосе Джея звучала такая настойчивость, что Рики не смог её игнорировать. — Сегодня ведь День святого Валентина, правильно? — Правильно. — И я должен был устроить Чонвону лучший вечер в его жизни. — Ага. — Но я сейчас на деловой встрече с отцом в Китае и не вернусь до позднего вечера, — раздражённо прошипел Джей. — Я оставил для Чонвона что-то вроде… квеста с поиском подсказок, чтобы занять его. Он будет ходить по разным местам, находить подсказки, пока в итоге не доберётся до места, где я хочу, чтобы он оказался. — Звучит очень романтично, — зевнул Рики. — Просто он не обновлял меня о своем местоположении уже целый час и он не отвечает на мои звонки, — сказал Джей. — Просто постарайся его найти. Убедись, что он действительно наслаждается квестом. Пожалуйста? — Уверен, с ним всё в порядке, — сказал Рики. — Я имею в виду, что мы говорим здесь о Чонвоне. — Я знаю, что с ним всё в порядке, поэтому предполагаю единственную другую причину, по которой он может избегать меня, — голос Джея дрожал. — Он находит всё это банальным и теперь ненавидит меня. Рики прикусил губу, чувствуя себя немного виноватым за Джея. — Где он в последний раз обновлялся? — В общественной библиотеке Чунун, — ответил Джей без заминки. — У подъезда тебя ждёт машина. Младший тяжело вздохнул. — Откуда ты знал, что я скажу «да»? — Потому что я тебя знаю, и знаю, что ты умираешь со скуки в этом доме. Так Нишимура Рики оказался на заднем сидении лимузина Джея ранним утром, пока водитель богатого чеболя вёз его по Сеулу. На нём был чёрный бомбер, чёрная кепка и тёмные очки, которые он нашёл на комоде Джейка, – Рики хотел выглядеть соответствующе. Общественная библиотека Чунун оказалась ещё больше, чем казалась на фотографиях в Google. Огромная серая коробка в самом сердце Чонно-гу, из окон которой лился свет в цветах восхода солнца. Первое, что встречало посетителей внутри, была стойка информации. За ней начинался тёмный узкий коридор, который вёл прямо в само пространство библиотеки. Высокий потолок и спокойная атмосфера всего этажа создавали пространство, идеально подходящее для медитации. Рики начал обходить библиотеку, поворачивая голову во все стороны в поисках Ян Чонвона. Он ничего не упустил, исследуя каждый уголок и щель. Закончив с первым этажом, он сел в лифт и поднялся на второй, повторяя тот же процесс. Чем выше поднимался Рики, тем холоднее становилось. Когда он добрался до четвёртого этажа, ему пришлось застегнуть бомбер до самого верха, дрожа с головы до ног. Кто вообще добровольно проводит время в таком холоде? Как оказалось, парень и девушка. Единственные двое людей на всём этаже. И, что важнее, один из них оказался тем, кого он искал. Ян Чонвон спал, положив голову на один из столов, рядом с раскрытой книгой и полароидной фотографией, зажатой между пальцами. На снимке был изображён цветочный магазин напротив улицы. Рики почувствовал себя странно при мысли, что Чонвон узнает, что он последовал за ним в библиотеку. Поэтому он решил попросить помощи у библиотекаря на стойке информации. Надеясь, что кто-нибудь другой – например, та девушка с того же этажа – найдёт Чонвона и разбудит его, Рики описал внешность друга. Строгая женщина средних лет включила интерком и громко объявила описание Чонвона, основываясь на словах Рики.

«В библиотеке потерялся ребёнок. Повторяю, в библиотеке потерялся ребёнок. Его зовут Ян Чонвон. На нём тёмно-синее худи, тёмные джинсы и грязные кеды Levi’s. Если вы вдруг заметите...»

Библиотекарь повернулась к Рики, который активно шевелил губами, подсказывая ей дополнительные детали. — О чём ты там шепчешь? — Ямочки, — прошептал Рики. — У него есть ямочки на щеках.

«У него также есть ямочки на щеках. Если вы заметите его где-либо в библиотеке, пожалуйста, приведите его на стойку информации на первом этаже. Его опекун ждёт его там.»

Рики постукивал пальцами по стойке и ждал около пяти минут, пока библиотечный лифт наконец не издал звонкий сигнал. Из него вышел Чонвон, потирая глаза и волоча ноги по блестящему кафельному полу. Японский парень незаметно опустил кепку пониже, скрывая лицо, и отступил в сторону, спрятавшись за первым стеллажом в глубине холла. — Я заснул на пару часов, — Чонвон подошёл к стойке информации, мило потягиваясь. — Кто пришёл за мной? — Всё в порядке, дорогой. Многие приходят сюда, чтобы расслабиться и отдохнуть... иногда заснуть просто неизбежно, — мягко ответила библиотекарь, её голос звучал куда ласковее, чем когда она говорила с Рики. Она повернула голову, оглядываясь в поисках последнего. — Странно. Он только что был здесь... — Он? — нахмурился Чонвон. — Это действительно странно. Как он выглядел? У Рики неприятно заныло в животе. — Трудно сказать. Его лицо было почти полностью закрыто. — Закрыто, говорите? — протянул Чонвон с лёгким подозрением. — Ну, раз уж вы взрослый молодой человек, а не ребёнок, как он мне говорил, думаю, вам уже не нужно, чтобы кто-то держал вас за руку и выводил за дверь? Чонвон улыбнулся. — Это зависит от того, кто он. Он вежливо поблагодарил женщину и вышел без лишнего шума. Рики быстро выскользнул за дверь и последовал за Чонвоном, стараясь быть как можно незаметнее. Чонвон был довольно отвлечён – он продолжал смотреть на тот самый полароидный снимок, который держал во время сна. Это придало Рики уверенности ускорить шаги, следуя за ним. Но Чонвон неожиданно резко обернулся, заставив Рики схватить телефон и притвориться, что он просто случайный прохожий, который пишет кому-то сообщение. Рики надеялся, что его маскировка выглядела достаточно убедительно, так как Чонвон посмотрел прямо перед собой и продолжил идти, даже не бросив на него ещё одного взгляда. Чонвон дошёл до цветочного магазина, изображённого на полароиде. Он ненадолго зашёл внутрь и вышел с внушительным букетом цветов. Разные формы, цвета и ароматы, с изысканными названиями, которые Рики даже не осмелился бы попытаться произнести. Он заметил, что Чонвон сжимал в руке новый полароидный снимок. Рики попытался ускорить шаг, но его остановил кусок мятой бумаги, выпавший из кармана. Он наклонился, чтобы поднять его, и начал читать. Его сердце сжалось, когда он понял, что это такое, но он решил дочитать, когда останется один. Резко подняв голову, он понял, что потерял из виду свою цель. Куда он делся? Рики оглядывался в замешательстве, бегая по окрестностям кругами. Он вошёл в узкий переулок, надеясь увидеть Чонвона с другой стороны. В нос ударил запах мусора и гнили. Он сморщил нос с отвращением и прикрыл его рукой. Переулок был тускло освещён, и Рики едва мог видеть, куда идёт. Он ступал медленно и осторожно, стараясь не споткнуться о какие-либо препятствия. Чёрт. Я его потерял. В этот момент кто-то сбил Рики с ног сзади, ударив его чем-то мягким и пушистым по голове. Рики быстро обернулся, чтобы защититься. Нападавшим оказался его «цель» – Чонвон, использовавший букет, который ему купил Джей, как оружие. — Почему ты следишь за мной? — потребовал Чонвон, срывая с Рики кепку и очки. Его глаза смягчились, как только он смог разглядеть младшего. — Рики??? Рики поднял руки в стороны. — Я всё могу объяснить. — Тебе правда лучше объясниться, — сказал Чонвон. И Рики действительно всё объяснил, причём Чонвон принял его объяснение без особого сопротивления. У Чонвона не было причин ему не верить. Рики явно не был тем, кто стал бы преследовать кого-то или подкрадываться без веской причины. Очевидно, что Джей попросил его об одолжении. Чонвон позволил Рики составить ему компанию, и они тихо шли бок о бок к следующему пункту назначения. — Зоомагазин? — пробормотал Рики себе под нос, заходя за Чонвоном внутрь. 17-летний парень протянул полароид с изображением зоомагазина продавцу, который тут же позвал своего помощника, громко выкрикнув: — Инструкция от Пак Джонсона! Помощник вышел из подсобки спустя несколько минут, держа одной рукой маленькую белую мальтийскую собачку. Рики показалось, что он слышит, как быстро бьётся сердце Чонвона, просто глядя на выражение его лица. — У нас обоих аллергия на кошек, поэтому вместо этого он подарил мне собаку, — сказал Чонвон. Когда собаку опустили на пол и она подняла глаза, чтобы встретиться взглядом со своим новым хозяином, Рики был уверен, что Чонвон уже успел влюбиться в неё. — Уже придумал имя? — спросил Рики. Чонвон наклонился, чтобы почесать щенку подбородок. — Маыми. — Что это там, за ошейником Маыми? — нахмурился Рики, заметив квадратный листок бумаги, прикреплённый к нему. — Ещё один полароид, — спокойно ответил Чонвон, потянувшись за фотографией. На ней было изображение холодильника с витриной, как в продуктовых магазинах или мини-маркетах. — По дороге сюда я видел мини-маркет... один точно был! — Думаешь, это оно? — Чонвон поднял Маыми с пола и пристально взглянул на полароид. Рики уже был на полпути к выходу. — Есть только один способ узнать. Мини-маркет находился всего в нескольких кварталах отсюда. Как только они вошли внутрь, двое парней поняли, что оказались в нужном месте. Магазин был тускло освещён, а проходы заставлены всевозможными снеками, газировками и сладостями. Когда они спустились по первому ряду, Рики заметил тот самый холодильник-витрину с полароида. — Что он хочет, чтобы ты взял здесь? Бутылку колы? — поморщился Рики, глядя на холодильник. — Кажется, это место как-то выбивается по сравнению со всеми предыдущими. — Нет, смотри. С этим холодильником что-то не так, — сказал Чонвон, прищурившись. — Он довольно маленький и встроенный. Совсем не похож на остальные холодильники рядом с ним. Почему именно этот сделали таким другим? Рики потянулся к ручке, быстро поняв, к чему клонит Чонвон. — Потому что это на самом деле не холодильник, — он дёрнул ручку, открывая дверцу, и застыл в удивлении. Рики знал о тайных барах, спрятанных в мини-маркетах, но он и представить не мог, что внутри можно установить целый искусственный сад. Чонвон и Рики вошли внутрь, и их словно мотыльков к огню притянуло это изысканное зрелище. Пейзаж сильно напоминал Рики сцены из «Алисы в Стране чудес». В самом центре сада стояло высокое дерево, на ветвях которого висели десятки полароидных фотографий Чонвона и Джея, сделанных вместе.

Когда нас всех не станет, если мой дух пройдёт мимо тебя, даже на мгновение не думай, что это ветер колышет весенние ветви.

Рики прогуливался по саду, любуясь яркими цветами и причудливыми украшениями. Он подошёл к дереву, внимательно рассматривая полароидные фотографии, развешанные на его ветвях. Каждая из них запечатлела особый момент, который они провели вместе, застывший во времени и выставленный на всеобщее обозрение. Когда Рики посмотрел ближе, он заметил, что некоторые фотографии были сделаны в более интимные моменты, и его щёки предательски залились румянцем.

Сегодня я посажу цветок в уголке тени, где я встретил тебя; когда этот цветок вырастет и расцветёт, вся печаль, что прорастала из нашего знакомства, превратится в лепестки и улетит прочь.

Они стояли бок о бок в полной тишине, что казалась вечностью, совершенно очарованные всеми этими прекрасными огоньками, струящимися по комнате. Рики краем глаза взглянул на Чонвона, наблюдая, как блеск в его глазах переливается от восторга. Этот вид согрел его, но одновременно заставил почувствовать себя очень одиноким внутри.

Она превратится в лепестки и улетит прочь.

Рики снова достал из кармана мятый листок бумаги и попытался разобрать написанное, несмотря на заломы. Это была страница, которую он вырвал из своего учебника по корейской литературе. Стихотворение, которое он знал слишком хорошо.

Хотя это невыносимо далеко и кажется тщетным, разве можно измерить всё в этом мире лишь маленькой линейкой?

— У тебя разве нет места, куда тебе нужно идти? — вдруг спросил Чонвон.

Когда время от времени ты прислушиваешься к тому, откуда дует ветер, мой любимый, не забывай, даже если устанешь, слова ветра, что доносятся издалека.

Реакция младшего запоздала из-за его сосредоточенности на странице. — Прости, что ты сказал? — Тебе стоит перестать тратить своё время здесь и идти к Сону, — сказал Чонвон. — Иди к Сону и сделай этот вечер таким, который ты запомнишь навсегда. Рики кивнул, приняв решение. Он точно знал, чего хочет. Что должен сделать. В этот момент ему казалось, что он понимает это стихотворение лучше, чем кто-либо другой в мире. Он выбежал из двери поддельного холодильника и из самого мини-маркета, мчась по улице. Водитель Джея, вероятно, был где-то поблизости и ждал его звонка, но Рики знал, что Чонвону машина нужна больше. Автобусом, такси, пешком – это не имело значения. Он должен был вернуться домой. Он должен был вернуться к Сону. Громкий сигнал автомобильного гудка привёл Рики в чувство, заставив его замереть посреди улицы. Перед ним остановился блестящий чёрный Ford Mustang. Окно водителя опустилось, и Рики не мог поверить своим глазам. — Хисын-хён? — Они все просто продолжают появляются из ниоткуда, не так ли? — Ты что, пытаешься попасть под машину, как это сделал я? — мягким, почти напевным голосом отчитал его Хисын. — Я всегда знал, что ты хочешь пойти по моим стопам, но это уже слишком. — Что ты здесь делаешь?? — Повезло. Я как раз собирался заехать за тобой домой. — Я не могу. Мне нужно кое-куда успеть. — И куда же? Рики переминался с ноги на ногу. — Домой. — В День святого Валентина? — Хисын покачал головой. — Ты должен пойти со мной, поиграем в гольф. — Ты же знаешь, я не фанат гольфа. Весёлое выражение Хисына сменилось резкой серьёзностью, его лицо мгновенно ожесточилось. — Поверь, на этот раз тебе действительно стоит пойти. — Или что? — Рики стоял твёрдо, не дрогнув. — Что происходит? Хисын снова расплылся в улыбке. — Или ты умрёшь от любопытства, так и не узнав, какую огромную возможность упустил! Рики знал лучше. Ли Хисын не стал бы искать его специально, если бы что-то не затевал. — Сколько это займёт времени? — спросил он, понимая, что уже поддался на приманку. Ему было слишком любопытно, зачем Хисын решил устроить для него это маленькое свидание. — Пару-тройку раундов. Потом отпущу тебя. Обещаю.

*****

Когда они прибыли в Донгдо Сентуриум, знаменитый гольф-клуб в Сеуле для знаменитостей и пожилых миллиардеров, взгляд Хисына не отрывался от часов. Он выбрал идеальное время для выхода на поле. Не слишком солнечно, не слишком темно. Небо было серым, но без признаков шторма, а мягкий ветерок, словно тончайший шёлк, игриво развевал их волосы в танце. — Это просто ужас, — проворчал Рики, заработав очередное очко, просто подтолкнув мяч в лунку своей единственной рабочей рукой. — Сохрани это на тот случай, если победишь меня, — отозвался Хисын, с силой ударив по мячу в свой ход, его верхняя часть тела резко скрутилась влево. Затем он снова мельком посмотрел на часы. — Так? Ты действительно привёл меня сюда просто ради гольфа? Или есть другая, более значимая причина? — Давненько мы так не проводили время вместе, — сказал Хисын, опираясь подбородком на рукоятку клюшки. — Со дня твоего дня рождения, наверное. — В ту же ночь, когда тебя сбила машина. — Должен сказать... боги знали, что делали, пытаясь убить меня. — Ты хочешь сказать, что заслужил это? — возмутился Рики, вспоминая слова Сонхуна, которые теперь начинали обретать для него всё больше смысла. — Да. За то, что воспринимал Сону как объект, за постоянную ложь, за использование людей, за то, что причинял боль. И за многое другое, — беззаботно ответил Хисын, снова ударив по мячу. — Но не волнуйся, я все еще могу спать как младенец. Рики отбросил клюшку в сторону и подошёл к Хисыну так близко, что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга, с трудом удерживаясь от того, чтобы снова схватить его за воротник. — Видишь ли, разница между тобой и мной в том, что я никогда не притворяюсь хорошим человеком. Я могу сказать, что заслужил всё, что со мной произошло, и при этом решить, что не позволю чувству вины пожирать меня. Эти вещи не взаимоисключающие. Наши ошибки, твои и мои, будут следовать за нами куда бы мы ни пошли. Если я начну их считать, то в конечном итоге стану таким же, как ты. Сломленным и пристыженным, ищущим утешения и принятия у таких людей, как Джейк или Сону. Вина будет диктовать всё, что ты делаешь и говоришь. Она превратит тебя в раба, — сказал Хисын младшему. — А я не хочу быть рабом чего-либо. Что-то в лёгкой неуверенности в обманчивых глазах-оленятах Хисына дало Рики тонкий намёк на то, что он до определённой степени неискренен. Он кормил его полуправдой и загадками. Но почему? Почему он намеренно изображает из себя злодея? Ли Хисын сбивал Рики с толку до беспамятства. Но всё же не настолько, как предполагаемое очарование гольфа. Старший снова бросил взгляд на свои часы посреди накалённого разговора. — Почему ты всё время смотришь на свои часы? — подозрительно спросил Рики. — Потому что я жду своего второго гостя, — ответил Хисын, его глаза вдруг метнулись за спину Рики, а лицо озарилось. — О, смотри-ка, как раз вовремя. Рики резко обернулся, следуя за взглядом Хисына. Издалека к ним приближалась женщина. Последний раз Рики видел её, когда был совсем маленьким, но её простое, красивое лицо, казалось, совсем не постарело. Его поразило, как теперь он смотрел на неё сверху вниз, а не наоборот. Его грудь начала сжиматься, словно сердце застряло где-то в горле. Ему хотелось побежать к ней и крепко обнять, но реальность нахлынула на него за считанные секунды, и следующая мысль обеспокоила его больше всего. — Что это? Что ты сделал? — потребовал Рики, загоняя Хисына в угол. — Ты выкрал её из больницы? Заставил сделать что-то незаконное? — Никто никого не похищал. Это не так уж и запрещено, знаешь ли, выходить из больницы время от времени, — сказал Хисын. — Просто… долгое время она, наверное, думала, что у неё нет причины это делать. Что у неё никого нет. Я попросил кое-кого, кого знаю из Йинсу, устроить эту встречу. А теперь успокойся и прояви хоть немного приличия перед своей матерью. Младший застыл на месте, отказываясь оборачиваться к ней. Он знал, что, если сделает это, может расплакаться, как маленький ребёнок. А этого он совсем не хотел. — Рики? — тихо позвала она. — Когда ты успел стать таким большим? — Прошли годы. Конечно, я стал большим, — ответил он на японском, постепенно набираясь храбрости повернуться к ней. — Я пойду вперёд, в клубхаус, закажу что-нибудь поесть и оставлю вас вдвоём, — сказал Хисын, начиная уходить. — Хисын-хён. — Хм? — старший остановился. Рики сглотнул. — Спасибо. Хисын кивнул ему в ответ. — Считай это моим предложением для перемирия. Когда старший отошёл на достаточное расстояние, Рики наконец смог посмотреть прямо на свою мать. — К-как ты? Что за чёртово глупый вопрос. Она столько времени провела взаперти в этой психиатрической клинике. Конечно, она не в порядке. — Я знаю, о чём ты думаешь, — мать улыбнулась, будто читая его мысли. — Но это место на самом деле очень хорошее. Я никогда не чувствовала себя в такой безопасности. Рики прочистил горло. — Слушай, я знаю, что мы никогда не были очень близки, и ты мне ничего не должна, но... меня всегда интересовало пара вещей. — Продолжай, — она кивнула, подбадривая. — Ты… ты ненавидишь меня? — спросил Рики. — Говорят, я в его возрасте выглядел очень похоже на него. Ты когда-нибудь смотришь на меня и чувствуешь отвращение? Женщина сделала шаг вперёд, её рука потянулась к волосам Рики. — Можно я…? — он кивнул, и мать осторожно убрала волосы с его глаз. — Да. Ты действительно очень похож на него. Но ты похож и на меня. Словами не описать то счастье, которое я почувствовала, когда ты впервые обхватил мой палец своей крохотной ручкой. Радость, которую я испытала, став матерью. Что бы ни произошло потом, я никогда не забуду это чувство. Я никогда не смогу тебя ненавидеть. Рики улыбнулся, его глаза заблестели от слёз. — Спасибо за то, что подарила мне жизнь. И прости за всё, через что тебе пришлось пройти из-за этого. Они продолжили путь к клубхаусу, где разделили сытную трапезу и долгий обмен анекдотами с Хисыном. Мама Рики рассказала ему о своих друзьях из больницы, а он поведал ей о Сону. Её очень порадовала перспектива знакомства с ним. Рики пообещал, что теперь, когда он чувствует себя готовым, будет часто навещать её в больнице. Не прошло и часа после заката, как за ней пришёл её опекун, и Рики почувствовал лёгкую боль в сердце, наблюдая, как она снова уходит от него. — Ну, только глянь на это. Джей только что отправил сообщение в групповом чате, — внезапно сказал Хисын, прокручивая экран телефона. — Чонвон встретил его в аэропорту, и теперь они вместе отдыхают на реке Хан. Спрашивают, не хочет ли кто-то присоединиться. — И кто идёт? Хисын посмотрел на Рики. — Буквально все, кроме нас двоих.

*****

[♪ Ed Sheeran — Castle On The Hill ♪] Они прибыли в парк через тридцать минут. В пределах Сеула буквально можно добраться куда угодно меньше чем за час. Наступила ночь. Все пятеро оставшихся друзей мчались вверх и вниз по дороге на велосипедах. Ехав по парку, они ощущали, как прохладный ветерок касается их кожи, слышали, как шелестят листья на деревьях. Луна висела высоко в небе, заливая их путь серебристым светом. Они смеялись и шутили друг с другом, их голоса эхом разносились по тихому парку. — Нечестно. Где вы взяли велосипеды? — спросил Рики, когда Джейк пронёсся мимо него. — Мы арендовали их! — крикнул Джейк через плечо. Рики, как завистливый мальчишка, отправился арендовать себе велосипед. Большой, чёрный велосипед Trek – чтобы было чем похвастаться перед Сону. Рики всегда обожал ощущение ветра в волосах, когда он мчался на велосипеде так быстро, как только мог. Чувство свободы и звук своего громкого сердцебиения наполняли его азартом. Он последовал за друзьями, смеясь, пока те лавировали среди других велосипедистов на дорожке. И тогда Рики увидел его. Сону ехал один, его бёдра ритмично покачивались из стороны в сторону. Его короткие тёмные волосы развевались вокруг лица, когда он запрокидывал голову, погружённый в свои эмоции. Рики не мог отвести от него глаз. Он направился к Сону, его сердце бешено колотилось от предвкушения и желания. — Эй, тормоз! — дразня, крикнул Рики. — Догони, если сможешь! — Что? — Сону на секунду растерялся, а потом начал крутить педали гораздо быстрее. Рики остановился прямо перед рекой Хан, где вода мягко струилась, а деревья вокруг создавали спокойный фон. Это было то самое место, где они чуть не поцеловались на день рождения Сону. Старший слез с велосипеда и повернулся к Рики, в его глазах блеснул озорной огонёк. Он сделал шаг вперёд, их тела почти соприкоснулись. Дыхание Сону горячо касалось его кожи, пока их взгляды не оторвались друг от друга. Рики чувствовал, как напряжение между ними становится сильнее с каждой секундой. — Что это у тебя там? — спросил Сону. — О, это? Это стихотворение, которое я нашёл у себя в кармане сегодня. — Стихотворение? И что ты делаешь со стихотворением? — Сону поднял брови. — Это не просто стихотворение, — улыбнулся Рики. — Это то самое, которое мы должны были интерпретировать перед всем классом. — Точно, я помню, — рассмеялся Сону, кивнув. — Помню, как ещё разозлился на тебя из-за него. — Помню, как ты выдал самое тупое объяснение. — Забавно, но кажется, если бы меня попросили объяснить его сейчас, я бы смог вылить в него всю свою душу, — выдержал его взгляд Сону. Рики смотрел в его глаза. Такие красивые глаза, — подумал он, и спокойные. Он знал, как читать человека по глазам. Он знал, как выглядит страх. Но Сону никогда не боялся и не был отчаянным, только полным решимости. — Я всё ещё не могу поверить, что чуть не потерял тебя, — прошептал Рики. — Я был бы тем ветром, что качает весенние ветви, — сказал Сону с улыбкой, ссылаясь на стихотворение. — Тем словом ветра, что доносится издалека. Его глаза были широко распахнуты, и Рики мог видеть в них желание. Он полностью сократил расстояние между их телами и, не говоря ни слова, обхватил лицо старшего своей рукой. — А я бы слушал этот ветер до конца своих дней. Сону сглотнул, пристально глядя в глаза Рики. — П-подожди, — выдохнул он, порывшись в карманах и вытащив спрей для дыхания. — Знаешь, с тех пор как ты сказал, что у меня, возможно, плохое дыхание, я не мог перестать об этом думать, поэтому я... Младший выбил маленький флакон из руки Сону и наклонился, чтобы прижаться к его губам. Это был мягкий, нежный поцелуй, но он пробежал мурашками по их телам. Сону на вкус оказался сладким, как Рики всегда себе представлял. Ему так сильно хотелось наклониться для большего, что пришлось напомнить себе, что они находятся на публике. Сону отстранился, оставив между ними лишь достаточно места, чтобы мягко улыбнуться, всё ещё находясь близко к губам Рики. — С днём святого Валентина, страшила. — С днём святого Валентина, куриный бульон. — Голубки! — Джейк махал им издалека. — Идите сюда, мы собираемся фотографироваться! Сону ахнул. — Я тоже хочу! Подождите меня! Когда они вдвоём направились к остальным для совместных снимков, Рики не мог избавиться от глубокого чувства ностальгии. Он вспомнил те ранние дни, когда он был просто грубым парнем, а эти люди взяли его под своё крыло. Через некоторое время Рики замедлил шаг, отстав от Сону, и молча наблюдал, как тот присоединился к остальным пятерым. Они подарили ему дом, семью и, что самое главное, любовь. Смотря, как они смеются и шутят, Рики почувствовал, как тепло разливается по его груди. Это были те люди, которые сформировали его, сделали тем, кем он стал сегодня. Эти люди вырастили меня. — Что с Рики? — пробормотал Джей, первым заметив, как Рики смотрит на них с теплотой. — Он часто так делает в последнее время, — заметил Сону. — Возраст такой, — вставил Чонвон. — Ты всего на год старше него, Чонвон-а, — указал Хисын. — Эй! — крикнул Сонхун, сложив ладони у рта. — Ты что, одержим О Наби или что-то в этом роде? — Плохая шутка. ОЧЕНЬ ПЛОХАЯ ШУТКА! — Джейк погрозил пальцем перед лицом своего друга. Их голоса постепенно затихли для Рики, который сосредоточился на лицах каждого из них. Сону пришлось физически схватить его за запястье и потянуть к себе, чтобы они наконец смогли сделать групповое фото. — Все говорим «Чонсон»! — весело объявил Сонхун. — Чонсооон! — хором повторили остальные. На снимке только Джей остался без улыбки.

*****

— Завтра я переезжаю в поместье Паков, — сказал Рики Сону в один судьбоносный пятничный вечер. Он уже несколько недель жил с семьёй Шим. Его гипс сняли накануне. Старший лежал, прижавшись головой к его груди, обхватив рукой его живот, словно он был гигантским плюшевым мишкой. Сону обнял его крепче. — Дни пролетели слишком быстро. Ты слишком быстро поправился, — простонал он. — То есть ты предпочёл бы, чтобы я продолжал мучиться, лишь бы остаться здесь? — Верно. Рики улыбнулся. — Тогда давай сломаем мне другую руку. — Эй, как думаешь, можно ли стать выше с помощью операции? — задумчиво произнёс Сону. — Операции? Это как? — Ну, не знаю, могли бы добавить мне слой кожи под стопы или растянуть коленные чашечки. Если такая операция существует, я с радостью потрачу на неё деньги. — Ты настолько не уверен в своём росте? — Рики посмотрел на него сверху вниз, посмеиваясь. — Я не ожидаю, что ты поймёшь, — закатил глаза Сону. — Не то чтобы ты мог отдать мне свои сантиметры. — Технически, я мог бы сделать это другим способом. Сону резко поднял голову и посмотрел на Рики. — Ты много говоришь, но ни разу в жизни не смотрел порно. — Я знаю достаточно. Мне это не нужно. — Знаешь что? — Сону сел, перелез через Рики и потянулся к ноутбуку на прикроватной тумбочке. — Давай попробуем посмотреть прямо сейчас. — Что? Сону, давай просто ляжем спать, — хрипло ответил Рики. — Да ладно. Это будет весело. Сону открыл ноутбук и начал набирать URL, который Рики знал слишком хорошо, но никогда не испытывал ни интереса, ни времени, чтобы его открыть. — Вот этот мой любимый, — сказал Сону, после долгого пролистывания категории гей-азиатского жанра, протягивая ноутбук Рики. — Помогает мне каждый раз, когда я возбужден. — Возбужден? — машинально повторил Рики, пытаясь осознать то, что он видит. На экране два парня сидели рядом на кровати, не слишком-то отличающейся от той, на которой находились он и Сону. Парень слева был высоким и крепким, с чрезвычайно накачанными руками. Тот, что справа, был бледным и намного меньше, с розовыми суставами, которые сильно напоминали Рики о Сону. К облегчению Рики, они начали с прелюдии. Для него было обычным делом видеть двух целующихся во время просмотра фильма. Возможно, это будет не так откровенно, как я думал, — размышлял Рики, продолжая смотреть. Его облегчение, однако, быстро обратилось в крах, когда парни разделись, и тот, что повыше, начал вставлять палец в бледного юношу. Тело Рики начало реагировать на стоны и всхлипы последнего. Это нормально, что я смотрю такое? Но Рики не мог оторвать глаз, чувствуя, как что-то болезненно скручивается у него в животе. Бледный парень звучал так, будто ему было очень больно, но он так же просил большего. Когда дело дошло до того момента, что мускулистый парень ввел свой член в юношу под ним, Рики пришлось поставить видео на паузу. Он повернулся к Сону, чьи щеки порозовели, когда его взгляд опустился на штаны Рики. Рики проследил за взглядом старшего и понял, что его штука немного выпирает. — Это нормально, — успокоил его Сону. — Это… так и должно быть. — И что мне теперь делать? — Рики застыл на месте, широко распахнув глаза, и уставился на старшего. Между ними повисла тишина. Лицо Сону стало неподвижным, почти ничего не выражающим. Он закрыл ноутбук, и следующие слова, сорвавшиеся с его губ, заставили сердце Рики бешено заколотиться в груди. — Можно я посмотрю? — Бля, нет! — выпалил Рики. Рот Сону на мгновение приоткрылся, будто он только что очнулся от транса. — Конечно. Ты бы предпочёл сделать это в одиночку. Извини, — пробормотал он смущённо и поспешно поднялся, собираясь уйти. Рики почувствовал, как паника поднимается к горлу, осознав, что только что натворил. Он схватил Сону за руку. — Не уходи. Старший обернулся к нему, и воздух между ними с каждой секундой становился всё более напряжённым. — Хорошо, и чего ты хочешь? — тихо спросил он. — Я… я не знаю, чего хочу, — Рики нервно облизал свои губы. — Просто… ааагх… — из его рта невольно вырвался тихий стон, когда его член запульсировал, еще больше вытянувшись в боксерах. Его эрекция пульсировала от подчеркнутой потребности в закрытии. Ему нужно было воткнуть свой пенис куда-нибудь, куда угодно. И Сону сидел в опасной близости от него. — Так ты хочешь меня трахнуть, да? — Блять… — картинка, промелькнувшая в голове Рики, тоже не особо помогла. — Всё нормально, ты в порядке, — мягко успокоил Рики Сону, положив руку поверх его. — Позволь мне помочь тебе. Позволь хёну помочь тебе. Рука старшего слегка скользнула по бедру Рики, пока он пытался приблизиться. Рики вздрогнул от этого прикосновения, чувствуя волну желания, которую он уже не мог игнорировать. Он глубоко вздохнул, направляя руку Сону вниз к своей выпуклости, застонав от внезапного прикосновения. Сону был явно взволнован, но, похоже, он точно понимал, что ему нужно сделать. Осторожно он провел рукой по боксерам Рики и начал тереться о них. Младший был смущён тем, как мало он мог контролировать реакцию своего тела. Сону смотрел на него своими большими, обезоруживающими карими глазами. Рики хотел наклониться и поцеловать его, но вместо этого резко опустил голову вниз. — Тебе нравится это? — спросил Сону у Рики, который кивнул, упираясь бедрами в руку старшего. Сону продолжал ласкать его, пока он не лишился терпения. Его боксеры становились все теснее, а член грозил вырваться наружу. Он нетерпеливо оттолкнул руку Сону от своей промежности и потянул пояс вниз, пока его член не высвободился, набухший и текущий смазкой по его животу. Он был длинным и толстым, как у того мускулистого парня на видео – его член достигал пупка. Его нижнее белье было испачкано чем-то мокрым и липким. — Я заставлю тебя чувствовать себя хорошо, малыш, — прошептал Сону, продолжая надрачивать член Рики. Голос старшего был тёплым и утешительным. Даже гипнотизирующим. Сону опустился на колени на пол и обхватил Рики рукой за пенис. Сам по себе член парня был твердым, но его головка была мягкой и мясистой на губах Сону. Он высунул язык и облизал маленькие полоски на красной головке. Рики понадобилось все, чтобы не выругаться и не затолкать весь свой член в горло старшего. По спине Рики пробежали мурашки, когда Сону резко отпустил его, вставая, чтобы снять собственные штаны. Рики откинулся на спинку и смотрел, как Сону раздевается, сканируя его глазами. Струя белой жидкости скатилась по ноге Сону, но Рики был слишком возбужден, чтобы спросить, что это было. Бёдра и ягодицы Сону были упругими. Его член был маленьким и розовым, как и все остальные чувствительные участки его тела. Рики почувствовал, как у него непроизвольно текут слюнки. Сону снова опустился на колени, и на этот раз он широко раскрыл рот, чтобы попытаться вместить пенис младшего внутрь, но это удалось сделать только наполовину. Рики прикусил губу до вкуса ржавчины, пытаясь заглушить свои хриплые мучительные стоны. Он чувствовал себя слабым. Слабость разливалась в коленях, которые казались дрожащими и неустойчивыми, просто наблюдающий, как Сону изо всех сил пытается взять его всего в рот. — П-продолжай, — выдавил он низким, напряжённым голосом. Голова парня качалась вверх и вниз, в его глазах начали скапливаться слезы. Одной рукой он вцепился в бедро Рики для поддержки, другая была занята, растягивая свою собственную дырочку. Сону выгнул спину и захныкал, его щеки впали, а рот был полон. Звук был музыкой для ушей младшего. Он поймал себя на мысли, что хочет услышать это снова. Рики дергался и трясся от каждого движения языка Сону. Он сосал младшему так покорно, так послушно, что его дырочка уже текла и пропитала простыни желанием. Сону тоже нужна помощь, — понял Рики, его желудок скрутился, когда голова и пальцы Сону ускорили темп. Ему нужен кто-то, кто наполнит его. А выражение его лица... Боже, этого было достаточно, чтобы окончательно свести Рики с ума. Младший схватил Сону за затылок и начал двигаться бедрами вперед, чтобы встретиться с его горячим ртом, звук громкого хлюпанья заполнил комнату. Сону вытащил мокрые пальцы из своей дырочки и этой же рукой начал поглаживать член Рики в такт движениям головы. Я могу наполнить его. Сону отстранился и хаотично хватал ртом воздух, его красные губы были влажными от возбуждения Рики. Он встал и толкнул Рики к спинке кровати, отчаянно взбираясь на колени. Одна из его ног свисала с края кровати. — Еще. Мне нужно еще, — сказал он, задыхаясь и закусив губу. Сону взял член Рики в руку и расположил его прямо перед своим входом. — Ты готов, детка? — спросил он с легкой дрожью в голосе. — Готов ли ты? — спросил Рики в ответ, обеспокоенный огромной разницей в размерах между его членом и узкой дырочкой Сону. Отсутствие ответа от Сону подсказало Рики, что, вероятно, это не так, но его отчаянная жажда удовольствия превзошла его способность мыслить трезво. Рики удерживал Сону за талию, когда тот опускался на член младшего. Губы Рики приоткрылись, его разум опустел, а внутри всё будто растаяло. Только головка была внутри, а брови Сону уже были нахмурены вверх от странной смеси боли и удовольствия. — Я могу принять его, — решительно заявил Сону, по его лбу скатилась капелька пота. Он зажмурил глаза и втиснул в себя остальную часть члена Рики, не в силах остановить крик, рвавшийся из его рта. Блять. Он такой мокрый. Так хорошо. Тогда время для Рики, казалось, остановилось. Он уставился на тело старшего, с трудом понимая, что он на самом деле был внутри него. Внутри Сону. Настолько близко и интимно, насколько это вообще возможно. — Малыш, смотри только на меня, — вздернул его подбородок Сону. Рики подчинился, ощущая внезапную боль в сердце. Всё, о чём он мог думать в этот момент, – это то, насколько прекрасен Сону: потный, растрёпанный и весь розовый. Его хватка вокруг талии старшего стала крепче. — Следующий шаг прост, — сказал Сону, возвращая его в реальность. — Просто постарайся не кончить сразу. — Что? Сону рассмеялся, увидев замешательство на лице Рики. — Я имею в виду, я предполагаю, что смысл секса в том, чтобы кончить. Но если ты хочешь, чтобы твой партнер был удовлетворен, ты должен сдерживаться так долго, как сможешь. Он без предупреждения двинул бедрами вперед, заставив Рики запрокинуть голову от тесноты. Сону обвил руками спину младшего, когда тот подпрыгивал, стоная с постоянно открытым ртом. Рики не мог бороться с непреодолимым желанием шлепнуть его упругую задницу. — Малыш. Любовь моя, — заскулил Сону, каждый его толчок был глубже предыдущего. — Я так хочу тебя. Ты такой большой. Так хорошо внутри. Рики удерживал его на месте, не сводя глаз с того, как его влажный, блестящий член входил и выходил из Сону. Ему было одновременно любопытно и завораживающе то, как сжатая дырка Сону сдавливала его. Младший знал, какие мысли, вероятно, проносятся в голове Сону. Он, наверное, не привык видеть Рики таким – бессильным, уязвимым и неспособным вставить даже одного саркастического комментария в разгар момента. Рики был благодарен Сону за то, что тот не дразнил его и не акцентировал на этом внимание. — Помедленнее, — Рики ахнул, когда Сону начал двигать бедрами быстрее, стоная в ухо младшему. — Я все чувствую, — Сону с любовью обхватил лицо Рики руками. — Я чувствую, как твой член пульсирует внутри меня. Я чувствую, как твои вены царапают стенки моей дырочки. Он крепко зажмурил глаза, пытаясь оттолкнуть непонятное удовольствие, пронизывающее его тело. Ему нужно было сдержаться, как того хотел Сону. Ему нужно было заставить Сону кончить первым. Но как только старший начал стонать его имя снова и снова, пальцы ног Рики согнулись в предвкушении, а глаза распахнулись в чистом экстазе, и он понял. — Сону… что-то грядет, — задыхаясь, сказал Рики. — Что-то… я не могу это остановить. Я… — Нет, не сейчас, — лаконично сказал Сону, ускоряя толчки. Удовольствие, которое испытывал Рики, было совершенно другим по сравнению с тем, когда Сону сосал его член. Он продолжал двигать бедрами вверх и испускал стон за стоном, пока его живот наполнялся горячей, нарастающей потребностью в освобождении. — Потерпи еще немного, — голос Сону звенел в его ушах. — Еще немного. Он уже был близок с его прелюдии с Сону, сдерживаться было невозможно. Рики наклонился, чтобы подарить ему небрежный поцелуй, он глубоко вошел в последний раз, задыхаясь в рот старшего, чувствуя, как из его члена вытекает что-то теплое. Рики обмяк, привалившись к изголовью кровати, и с теплотой посмотрел на Сону, его грудь тяжело вздымалась. — Ты…? Сону улыбнулся и покачал головой, явно разочарованный. — Нет. Но все в порядке. В любом случае, это был твой первый раз, — он легонько чмокнул младшего в щеку и спустился с его коленей, поморщившись от ощущения, как мясистая головка Рики царапала его вход. Сердце Рики болезненно сжалось, когда Сону начал собирать свою одежду. — П-подожди. — Хм? — Сону уже натягивал обратно свои брюки. — Можем ли мы попробовать еще раз? — спросил Рики, глядя, как жидкость скатывается по ногам старшего. — Я знаю, что ты все еще возбужден. — Я в порядке, — Сону отмахнулся от него, хромая и дрожа на пути к двери. Рики не мог заставить себя отпустить парня. Он подбежал к двери как раз вовремя, чтобы захлопнуть ее, остановив Сону. — Рики, что ты… Рики резко прижался губами к губам Сону, схватив его за затылок. Сону охнул от неожиданности, но вскоре растворился в поцелуе, обвивая руками шею Рики. Поцелуй сначала был немного резким, их языки сплетались в пылу момента. А затем они замедлились, наслаждаясь каждым движением и вкусом друг друга. Старший уронил свою рубашку обратно на пол. Их губы разомкнулись, чтобы набрать воздуха. Рики смотрел на Сону из-под густых ресниц. — Теперь моя очередь вести, — мягко сказал он бледному парню, в чьих глазах искрились восторг и радость. Они снова погрузились в поцелуй, Сону обвил руками шею Рики, полностью сократив расстояние между ними. Рики мог бы целовать его всю ночь, если бы это было возможно. Он не хотел прекращать чувствовать вкус его припухших губ, напоминающих вишню. Рики плавно направил старшего обратно к кровати, не давая ему времени перевести дыхание, и мягко уложил его на спину. Рики прижался своим телом к Сону, пока не убедился, что старший чувствует его член у своего живота. Он понятия не имел, как доставить удовольствие себе, не говоря уже о ком-то еще. Но он должен был попытаться. Ради Сону. Не раздумывая слишком долго, Рики начал ладонью трогать выпуклость Сону через штаны, его сердце бешено колотилось от немедленного эффекта, который это произвело на старшего. Спина Сону красиво изогнулась и он издал пронзительный стон. Младший всё ещё не был уверен, что делать дальше. Его рука застыла на одном месте, не двигаясь ни на сантиметр. — Еще, пожалуйста, — заскулил Сону, его бедра отчаянно вздымались от трения. Он выглядел по-настоящему растерянным, что Рики одновременно счёл и милым, и немного жалким. Медленно он подвигал рукой вверх. Затем вниз, потом снова вверх, старательно гладя выпуклость Сону. Он ещё даже толком ничего не сделал, а Сону уже извивался и дергался под ним. Улыбка угрожала появиться на губах Рики, который неожиданно для себя начал увлекаться тем, что он делает. Это даже забавно. Он расстегнул брюки старшего и молнию. Он снял подвязку с ног Сону и бросил ее за спину. Рики вытер жидкость, вытекающую из головки Сону, и засунул палец к себе в рот. На вкус это было странно и намного хуже, чем он думал, но не было отвратительно. Рики не был уверен, что сможет когда-либо найти что-то, выходящее из тела Сону, отвратительным. Он смахнул еще немного предэякулята с головки, а затем обхватил рукой основание, извлекая из Сону долгий, и медленный стон. Он двигал запястьем вверх и вниз, набирая скорость. Его руку начало сводить судорога, но он не мог остановиться, не тогда, когда рот Сону был открыт, а его ноги вот так раздвигались все дальше. Рики не мог отвести взгляд. Он выглядел таким потерянным от удовольствия, глаза были полны слез, пот струился по его лбу, шее и бедрам. Рики чувствовал себя извращенцем, желая увидеть, насколько быстро он может довести Сону до грани, при этом не дав ему кончить. Осторожно он протянул свободную руку и начал мягко касаться дырочки Сону, продолжая надрачивать его член. Сону уже был влажным, так что Рики легко просунул внутрь средний палец. Старший вцепился в простыни и начал сильно стонать. Он не был таким громким, когда делал это сам с собой… — задумчиво размышлял Рики, добавляя еще палец. Это потому что у меня длинные пальцы? Дверь не была заперта, но возбуждение от происходящего нарастало еще больше. Волнение от того, что Джейк или кто-то еще мог зайти и застать их, когда его пальцы находились так глубоко вставлены в текущую дырочку Сону. Рики хотел доказать Сону, что он не какой-то маленький мальчик. Что он мог доставить ему удовольствие и оставить его довольным, несмотря на то, что он был моложе и неопытнее. Он взял на себя полную ответственность за ситуацию, прижав Сону к матрасу с сумасшедшим блеском в глазах. Рики наклонился к шее Сону, горячее дыхание заставило его вздрогнуть. Левая рука Рики отпустила член Сону, чтобы погладить его внутреннюю часть бедра, когда он провел языком по ключице старшего. Его голова двигалась все дальше и дальше вниз по телу Сону, оставляя по пути следы поцелуев или засосов, пока его лицо не оказалось между ног Сону. Розовый тугой анус парня сжимался и разжимался от предвкушения. — Отсюда ты выглядишь каким-то распутным, — дьявольски заметил Рики. Он так сильно хочет, чтобы я его трахнул. — Это хорошо или плохо? — Сону посмотрел на него сверху вниз, краснея. — Мне это нравится, — ответил Рики, а затем погрузил свой язык в сладкую дырочку Сону. Теплая плоть старшего сомкнулась на языке Рики, заставив его член снова ожить. Руки Сону потянулись к голове Рики, втянув его язык еще глубже внутрь, когда старший начал делать круговые движения бедрами. Рики не мог насытиться вкусом Сону. Он хотел, чтобы Сону кончил ему на язык. Поэтому он снова скользнул рукой по члену старшего и начал ритмично надрачивать ему в такт движениям своего языка. Он никогда не представлял себе Сону в пошлом свете. Не мог. Его чувства к старшему были слишком чистыми, слишком светлыми для этого. Но в этот самый момент, впервые, он начинал слегка понимать ту интенсивную извращённость, которую демонстрировал Хисын. Он закрыл глаза и задумался о том времени, когда Сону потерял девственность. Так вот, что Джей имел все это время? — Эта мысль заставила его неосознанно дернуть запястьем быстрее, глубокая боль ревности пронзила его грудь. Сколько раз он трахался с Сону? Какие грязные вещи он делал с ним? — Ммм, детка, я собираюсь… Рики яростно открыл глаза, убирая язык, чтобы заговорить, в то время как его рука продолжала надрачивать Сону. — Это место моё, — он поцеловал его дырочку. — Все моё. — Твоё, — Сону беспомощно смотрел на него, пока он хныкал, и из члена выходили горячие волны густой белой спермы. Младший крепко держал Сону, стараясь поймать все до последней капли ртом. Он сглотнул и после этого пришел к выводу. Рики решил, что заставит Сону плакать. Он раскрыл дырочку Сону большими пальцами и полностью вошел, чувствуя, как его голый член снова трется о тесные стеночки Сону. Но на этот раз Сону был более влажным и готовым к нему. Этого чувства было достаточно, чтобы свести Рики с ума. Он хотел выпустить всю сперму, которая была внутрь Сону. И только внутрь него. — Это то, чем ты занимался со своим бывшим парнем каждый день, шлюха? — прорычал Рики. — Н-нет… — Как часто за день ты раздвигал перед ним ноги? — продолжил он. — Каждый час? Теперь, когда он знал, что значит быть внутри Сону, он ощущал жадность, глубокое чувство собственничества по отношению к нему. — Нет, мы не… всё было не так… — Сону не смог закончить фразу, пока Рики продолжал грубо и непрерывно трахать его. — Тебе больше нравится, когда он трахает тебя? Поэтому ты не мог сначала кончить? — Я хочу только тебя, малыш, — Сону покачал головой. — Ты хочешь только меня? — Мхм. — Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал. — Хочу, чтобы ты… трахнул меня… Рики высвободил свой член из дырочки Сону, глубоко и медленно целуя его в губы. — Я, возможно, не был твоим первым поцелуем или твоим первым… разом, но я могу быть твоим вторым, — он вошел внутрь. — Твоим третьим, — и опять. — Будь нежнее… — Сону впился ему в спину. — Твоим четвертым, — произнёс он раздражённо, двигая бедрами вперед. — Твоим пятым… твоим шестым… — Аххх… аггх… — Твоим седьмым… — голос Рики повысился на октаву, чувствуя, как его член сгибается внутри Сону. — Твоим… ммх… восьмым… Твоим девятым… Число дошло до двадцати. Пока у Сону не покатились слёзы по щекам. Пока он не сжимал простыни с такой силой, будто от этого зависела его жизнь. Пока слюна не начала стекать из его приоткрытого рта. Пока он не смог произнести ни одного связного слова. — Хочешь снова получить мою сперму? — прошипел Рики, закидывая ноги Сону себе на плечи, чтобы проникнуть в него еще глубже. Парень, лежавший под ним, мог только кивнуть в ответ, слишком возбужденный, чтобы нормально функционировать. Рики нырнул вперед, чтобы заглушить стоны у шеи Сону, член изверг аномально большое количество спермы в его разинутую дырочку. Он вышел из него и уставился на Сону. Ни у кого из них не было сил, чтобы говорить, но теплой улыбки на их лицах было достаточно, чтобы выразить их эмоции. Рики хотел бы сфотографировать своего возлюбленного именно в этот момент. Он никогда не видел ничего столь захватывающего дух. Ким Сону выглядел красиво под ним, его семя украшало цветок кареглазого парня. Он знал, что запомнит эту ночь навсегда. Рики свалился рядом с Сону и лёг на спину. Глядя в потолок и всё ещё пытаясь восстановить дыхание, он размышлял о том, что будет дальше. Уйдёт ли Сону, наконец осознав, что всегда был слишком хорош для кого-то вроде него? Или останется, обнимет его, может быть, даже поцелует? Долго гадать не пришлось. Сону подполз ближе к Рики и обвил рукой его талию, притягивая к себе. Он чувствовал тепло младшего, согревающее его кожу, и не смог удержаться, чтобы не уткнуться носом в его шею.