Куросаки Карин (рабочее название)

Карин писала отчет, в сравнении со своими однокурсниками, она получила полноценную должность в двенадцатом отряде, секретно и вряд ли легально. Поэтому, будучи офицером, она имела кое-какие свои обязанности, не говоря уже о том, что она была сотрудником научно-исследовательского института. На самом деле, ей понравилось. Изучать духовную силу было очень любопытно, особенно в разных ее проявлениях. В институте имелись различные образцы того или иного, которые достались как военные трофеи и отправились на изучение, чтобы в будущем, если возникнет схожая угроза, можно было более эффективно противостоять им. Ресурсов у института было много, как и сотрудников (вопреки мнению, что сюда мало кто идет, здесь было предостаточно умельцев как в научном плане, так и в бойцовском, хотя последние явно были нужны, чтобы остальные отряды не слишком цеплялись по этому поводу; в конце концов, на самом деле капитана Куроцучи не особо интересовали собственные офицеры и рядовые в качестве исследовательского материала: либо слишком слабы, либо просто типичные представители расы синигами — что здесь, собственно, изучать безумному гению?), так что Карин могла слиться с общими рядами, и за исключением трех вышестоящих офицеров она сомневалась, что здесь хоть кто-то знает о том, что она все еще курсантка Академии. Как только она поставила свою подпись, поддельную и связанную с кланом Шиба (поддельной она была по законам Японии, конечно), Карин передала готовый отчет стоящему рядом другому офицеру. Ей было немного интересно, каким образом в ряды двенадцатого отряда затесался кто-то из благородных и холодных Кучики, но так же быстро ее интерес угас. Она заметила, что в последнее время у нее ко многому начал пропадать интерес. В то время как в плане исследований она становилась все более дотошной. Тетя иронично заметила, что Карин проводит слишком много времени с эксцентриками научного плана, но сама девочка считала, что потусторонний мир ей, как той, кто всегда пытался жить обычной и нормальной жизнью нормального смертного, просто-напросто был не особенно интересен. Конечно, для сохранения своего инкогнито она многое знала, разузнавала и получала информацию о делах этого мира. Ее занпакто был удобен в этом плане — многие двери, закрытые для остальных, были открыты для нее. С учетом того, что клан Шихоин и второй отряд (со всем к нему прилогающимся) отвечали за безопасность многих сверхсекретных мест, ей становилось еще проще. — Пятнадцатый офицер Шиба, вам нужно просмотреть еще несколько отчетов от других сотрудников НИИ, которые работают над заданием №169, — вежливо сообщил Кучики. Карин вздохнула и махнула рукой. — Офицер Кучики, вы ниже меня всего на одну цифру, да и выглядим мы с вами ровесниками, пожалуйста, отставьте уже свой официоз, — Кучики немного расслабился и открыл рот, — но если спросите мой возраст, я не постесняюсь вам заехать. Кучики, немного поколебавшись, закрыл рот, затем снова открыл его: — Прошу прощения, вы и раньше просили об этом, но ваш взгляд ужасно напоминает мне о главе клана, так что я чувствовал, что без, как вы выразились, официоза меня и убить могли за неуважение. — Не думаю, что мой взгляд настолько тяжел, чтобы тягаться с знаменитым, "по слухам" умерщвляющим других взглядом капитана шестого отряда. — Как члена клана Кучики, который время от времени пересекается с главой, могу заверить, что это действительно просто слухи. Господин Бьякуя смотрел на меня этим взглядом, но, как вы можете видеть, я все же смог дожить и дослужиться до должность шестнадцатого офицера. — Я не верю любой непроверенной информации, но, так и быть, по верю вам на слово. Отчеты, пожалуйста. — Касательно этого. Похоже, капитан Куроцучи на данный момент очень заинтересован в случае, который произошел между моим соклановцем и временным синигами. Я имею в виду, передачу духовных сил. Поэтому нам поручили разобраться можно ли такое провернуть со всеми людьми или те умрут... — Умрут, без вопросов, — перебила того Карин, сказав это безапелляционным голосом. — Дальше. — Теперь касательно совместимости, все же у всех, в своей сути, немного отличные друг от друга начала. Капитана Куроцучи интересовало влияние чужой реацу на душу того, кому передается она... — Полагаю, вы уже и сами обнаружили, что никакого влияния нет. Дальше. — Далее шел вопрос о том, насколько необычна реацу временного синигами. Ощущается она, в его обычном состоянии, также как и любого другого синигами. Однако, как вы, возможно, и сами знаете, учитывая, что ваш клан помог риокам проникнуть сюда в первый раз, у Куросаки Ичиго есть некоторые особенности, в частности маска Пустого. Вы, должно быть, знаете, что некоторые нынешние лейтенанты и капитаны являются вайзардами, но мы уже знаем, каким образом те ими стали, но что касается временного синигами... — Чем занимается капитан? Это вне нашей юрисдикции, разве второй отряд не проводит расследования по этому вопросу с приказа сотайчо? Если кто узнает о наших делах в этом плане, нас и вздернуть могут, — она выхватила отчет из рук Кучики и бросила его в огонь. Зачем был камин в этом отапливаемом за счет современных (по меркам этого мира) технологий месте, тринадцатилетней Карин было не очень ясно, но с помощью него можно было эффективно избавляться от улик. — Скажите тем, кто отвечал за этот вопрос, что бы забыли все, что нарыть сумели и предоставили все, как есть, капитану. Беру ответственность на себя, сейчас черкну пару строк для подтверждения. Ко всему прочему, это касается заключенного в Мукен Айзена, по этому вопросу все очень строго, так как неизвестно как далеко зашли планы этой личности, лучше не давать второму отряду лишних поводов, отметьте, я сказала лишних, потому что у НИИ есть причины давать другие поводы, заявится сюда с проверкой. — Итак, последний вопрос, его разрабатывали с начала некоторые из группы пятого офицера, но по какой-то причине капитан сказал, что дальше этим займется сам. Так что отчет я вам принес уже от лейтенанта. — Это касается восстановления предположительно уничтоженных духовных сил? — Верно. Вот прошу, — шестнадцатый офицер протянул отчет, на котором стояла капитанская печать (но Карин была уверенна, что печать поставила Нему), и девочка его быстро проглядела, легко и быстро перелистывая страницы. — Офицер Кучики, вы знали, что многие синигами попадают в ситуации, когда их реацу становится их врагом, обычно это происходит тогда, когда у Пустых есть подобные, сбивающие синигами с толку способности. Но это также может происходит от сильного шока, после такого некоторые могут даже потерять возможность использовать свои силы вновь. Довольно проблемно, не правда ли? Конечно, это касается лишь рядовых, потому что ни один офицер в такую проблему никогда не угодит, только если это не будет кто-то вроде Васто Лорда или выше. Но встреча с ними мало кому светит. Хотя изучить их влияние друг на друга было бы интересно, учитывая, что они по сути животные. Ну, к чему я это. Возможно, можно насильственным путем, за счет добавления чужой реацу, всколыхнуть душу того, кто не может больше использовать свои духовные силы. Это будет что-то вроде триггера. Как я говорила, чужая реацу никак не влияет на душу другого. В конце концов, может, об этом мало кто знает, но в четвертом отряде есть офицер, чей занпакто может соприкасаться с душами тех, кто лечит, с реацу, если быть точнее, но я думаю, разницы особой нет. — Но разве это не нарушение законов Сейрейтея? Карин оторвалась от отчета и посмотрела на стоящего перед ней Кучики. После чего цинично улыбнулась: — Запомните, офицер Кучики, законы, особенно для вышестоящих, довольно гибкая штука. Если даже ваш глава клана, во время всей неразберихи с казнью его сестры, это понял, думаю, и вы легко сможете.

***

Кучики Тору служил в двенадцатом отряде уже двадцать три года после того, как выпустился из Академии Духовных Искусств. Не было чем-то таким странным идти в Академию будучи членом одного из самых благородных кланов. Просто обычно члены Четырех Благороднейших Кланов обычно всегда обучались на дому. В основном потому, что у каждой ветви, главной и побочных, были собственные обязанности, которые нужно исполнять, и техники, которые нужно передавать. Но так уж вышло, что Тору тянуло к науке, поэтому, передав все права наследника своей младшей сестре, которая была во многом умелее его, в том числе и во владении занпакто, шикай которого раскрыла раньше его самого, он поступил в Академию. Хотя и инкогнито. Проучившись шесть курсов, с чистой душой Кучики пошел в двенадцатый отряд, рутина которого, в противовес слухам, менялась редко. Весь кипиш происходил в головном офисе, куда нижестоящим доступ был закрыт. Кучики Тору это устраивало. Ничто не мешало ему изучать то, что ему было интересно, и каким-то образом это позволило ему добраться до положения офицера, несмотря на то, что шикаем он владел плохо. Потом появилась она, почти сразу занявшая место пятнадцатого офицера, которое пустовало уже некоторое время (кажется, он был одним из синигами, которому жребием выпало пойти нас стражу во время казни, так что ясно, как сложилась его судьба). Шибу Карин не беспокоило ничего, кроме дела, несмотря на то, как редко она появлялась в отряде. Так что вопреки мнению о том, что попала она на должность по блату (по какому, собственно? Тору знал их капитана, рядовые знали своего капитана: тому было плевать, кто, куда, зачем, откуда и почему был кто-то.), Шиба на своей позиции закрепилась крепко. Изучала она исключительно идею о духовных силах и, похоже, была в почете у трех главных офицеров. Хотя, судя по общению Шибы с третьим офицером, последний ее скорее побаивался, чем ценил, как ценную сотрудницу. Ее исследования не требовали ничего, кроме изолированного пространства, но все же были крайне полноценными и эффективными. Хотя все эти эффекты сама пятнадцатый офицер считала побочными продуктами и неудачами. Что бы она не пыталась сделать, у нее явно не выходило. Через месяц после ее назначения (через почти шесть месяцев после всего фиаско с Айзеном Соске) так вышло, что Кучики был назначен ей в качестве помощника для какого-то исследования, которое двенадцатый отряд проводил по просьбе второго отряда. Приказа, хотя офицер Шиба сказала, что у капитана Сой Фон нет полномочий отдавать его. Судя по взгляду, брошенному той на их капитана, Тору понял, что это по большей части была инициатива Куроцучи Маюри, к которой приплели еще и их. Кучики был здесь, потому что Пустые были по части группы сотрудников НИИ, в которой состоял он. Что здесь делала офицер Шиба, которая не состояла ни в одной из групп и которая присоединялась к исследованиям других только, когда требовалось ее исследованиям или когда приказывал капитан для собственных целей, было не совсем ясно, по крайней мере самому Тору. Вопреки ее недовольному взгляду, Шиба Карин знала свое дело и, как офицер из их отряда с высшей должностью здесь, сразу же направилась к капитану Сой Фон. Как ее помощник Кучики тоже последовал за ней, хотя присутствие чужого капитана его немного нервировало. Он шепотом спросил ее: — Почему капитана Куроцучи нет? Разве это была не его идея? — Похоже, у него случился прорыв в каком-то исследовании, — равнодушно ответила Карин, — в любом случае, мы можем просто собрать все, что найдем и унести с собой. Так что даже если ничего не решим, это будет уже не наша проблема. — Я все же хотела бы, что бы вы нашли что-то полезное и сообщили мне на месте, — резко высказалась услышавшая их Сой Фон. Тору вздрогнул от неожиданности и поежился от язвительности в голосе женщины. Но Шиба не выглядела встревоженной тем, что их услышали. — Почему Куроцучи не прислал офицеров с рангом повыше? — Офицер с четвертого по четырнадцатый заняты своими исследованиями, и их исследования не касаются Пустых. Группа третьего офицера все еще наблюдает за ситуацией в Разделителе Миров. Лейтенант сопровождает капитана в его собственных делах, о которых я не проинформирована. Я тоже полагала, что капитан Куроцучи будет с нами. Мы сделаем все, что в наших силах, но я все же советую на многое не рассчитывать, в конце концов, большая часть лучшего оборудования не предназначена для перевозки. — Раз оно лучшее, так почему не может быть более эффективным? — с раздражением осведомилась капитана второго отряда. — Оно лучшее, потому что видит и чувствует больше, чем обычное и даже восприятие синигами. Но это также означает, что оно очень хрупкое. Прошу прощения, но давайте уже перейдем к дело. Зачем мы здесь? Капитан сказал, что это как-то связанно с Пустыми. — Мы так думаем. — Вы так думаете? Укажите зону, чтобы у нас была точка для начала, после чего пройдемся по всему, что есть у вас. Офицер Кучики, займитесь этим. — Есть. — Кучики? — Сой Фон выглядела озадаченной. Шиба пожала плечами: — Чего только в этом мире не встретишь. В любом случае, что же все таки произошло? — Мы думаем, что может быть как-то связано с арранкарами. Точно ничего сказать не можем, просто мое чутье подсказывает мне это. Ко всему прочему, здесь явно открывали Гарганту. Причем, принудительно. — Так и есть, — Карин кивнула, — я тоже ощущаю это, но теперь это становится более интересным. Как же так вышло, что открытие Гарганты прошло незаметно от датчиков двенадцатого отряда? Я напишу третьему офицеру жалобу, у меня нет желаний разбираться с последствиями их забарахлившего оборудования. Голос пятнадцатого офицера был, как всегда, холоден и скуп. Даже если ее губы изгибались у улыбке или если его брови хмурились, она редко добавляла эти эмоции в свой голос, а, может, не добавляла и вовсе никогда. Сой Фон довольно кивнула; по ее выражению стало ясно, что она забыла о своем недавнем желании, чтобы здесь были офицеры, званием постарше, капитан явно была рада, что смогла найти в двенадцатом отряде вменяемого офицера. (Опять же, ложные слухи. Все офицеры, по большей части, очень даже адекватны, просто они нелюдимы. Но.) рассудил Тору (Вероятно, это связано с капитанам и лейтенантом, они странные, так что все думают, что под их началом будут служить не менее странные.) Мутные типы, возможно, были, но такие водились в каждом отряде, но за исключением больших познаний в теории офицеры мало чем отличались от любого другого офицера обычного отряда. (Например, офицер Шиба; с ней тоже не все ясно, но себя она показала да и в коллектив влилась не то что бы хорошо, но слухи о блате исчезли почти сразу, как появились.) Здесь действительно был сильный Пустой, очень слабый арранкар. Так что... возможно, слухи о невменяемых офицеров двенадцатого отряда пошли как раз из-за таких, как офицер Шиба. Вместо его убийства та схватила его за загривок и скрутила с помощью кидо. Только тогда Кучики заметил, что занпакто при ней не было. Остальные же тупо уставились на нее. — У нас с собой вроде была колба? Доставайте, все же арранкары — интересный исследовательский материал. Попрошу не волноваться, у двенадцатого отряда достаточно различных устройств для сдерживания подобных существ, — она сказала это уже Сой Фон, после чего добавила: — А насчет оборудования, которое на зафиксировало его, не беспокойтесь. Дело не в неисправности, просто у него такая любопытная способность. Но я все же скажу третьему офицеру поработать, чтобы таких осечек, в независимости от способностей других существ, не возникало больше. — В таком случае, нам здесь больше делать нечего. Отличная работа, офицер... — Да, польщено принимаю вашу похвалу. Но лучше передайте мне вон то устройство рядом с вами, держать его становится неудобно.

***

Арранкара юная Курасаки забрала себе. Чисто технически, ее брат был вайзардом, но Пустой есть Пустой, а маска есть маска. Она не совсем понимала, как работает эта часть его брата, но точно не так, как у остальных вайзардов, поэтому она посчитала, что немного реацу Пустого брату не навредит. В конце концов, никогда не знаешь, какое упущение может в итоге выйти боком. А с удачей их семьи далеко в лес ходить не надо — волк наверняка выскачет из-за первого же поворота. Капитан ее идею одобрил, так что, сжав какими-то хитроумными способами арранкара, они заполнили его реацу "пустышку". (Возможно), меланхолично подумала Карин (капитан одобрил идею, потому что Урахара никогда не проворачивал ранее такого. Как и сказала Йоруичи, в этом плане он просто и прямой как доска. Даже не знаю, хорошо это или плохо.)

***

Прошло очень много десятилетий с тех пор, как Шиба Куукаку так смеялась, буквально давясь смехом. Уничтожающий взгляд ее племянницы лишь подначивал ее смеяться дальше. Никто из них не был уверен, как это вообще произошло, но факт оставался фактом. Они были опальным Пятым Благороднейшим Кланом, и, несмотря на то, что им не было дело до любой иерархии и чистоты крови, чистую кровь они все же сохраняли. С матерью Карин все было сложно, но отчасти к чистокровным благородным ее приписать было можно. В сравнении со своими братом и отцом она вела себя манерно и вежливо, но не подобострастно; она знала этикет, по неясным ни для кого причинам; и умела правильно подбирать слова и выражения, хотя и предпочитала решать все путем насилия, когда жила на Грунте. И, что важнее, она была способной и сильной. Так что все свелось к этому. Куукаку искренне сомневалась в том, что старейшины спросили мнения своего главы, или, быть может, потому, что знали уже ответ, они сочли это пустой тратой своего времени. Идиотизм, конечно. Синигами — долгожители, особенно, сильные синигами жили долго. А глава клана Кучики был бесспорно сильным. И все же... На столе лежал конверт, вычурный такой, с разорванной печатью клана Кучики. Сама же Карин держала в руках письмо, которое ей прислали из главного Дома Клана Кучики. — Самое любопытное в этом то, что они даже не подразумевают отказ. Словно высшей чести и быть не может, — Карин фыркнула и положила письмо на стол, повалившись на спину и потянувшись. — Я думала, ты будешь возмущаться побольше. — Ну, это пустая трата времени. Судя по собранной мною информации, Кучики Бьякуя все еще трепетно любит свою умершую жену, Хисану. Сомневаюсь, что он пойдет на такую измену, как женитьба на другой. Так что, в любом случае, ничего не будет. Если и жених, и невеста откажутся, даже старейшины Кучики должны будет закрыть свой рот, иначе их глава урежет им полномочия. Все сводится к этому. И мне нужна реацу сильных синигами для "пустышки". Капитан шестого отряда, как и лейтенант, в общем-то, брату обязаны, думаю, немного надавить — и этого хватит, чтобы получить необходимое, так как, технически, это не нарушение законов. — Пора тебе перестать мыслить так рационально и немного поработать сердцем, — мягко усмехнулась Куукаку, но Карин лишь странно на нее посмотрела. — В этом мире мои единственные полноценные союзники — члены Клана Шиба. Всем остальным доверять попросту самоубийство. Я не так наивна, чтобы полагать, что на мои действия закроют глаза, только потому, что я сестра Ичиго. Это военная организация, да с самой организацией у них все плохо, учитывая, что они позволяют весь этот беспредел, — Карин развела руками, словно обозревая комнату, в которой находилась. Но Куукаку поняла, о чем она: неуправляемые благородные, считающие, что им все можно; невоспитанные синигами, которые мнят себя богами; рядовые, годящиеся лишь на убой; эксцентричные капитаны, бесполезные почти всегда, кроме ЧП; и еще много чего. У Ичиго шансов осмотреться особо не было, и у него было сердце героя, пускай он и был умен. У Карин шансов осмотреться было предостаточно, и она была более жесткой, пускай и доброй сердцем, но она могла отставить все это в сторону, применяя грубые или обходные методы. Ко всему прочему, она многое расследовало из собственного интереса и для целей, ради которых ее сюда, в основном, и отправили Урахара с Шихоин. В "грязи" этого мира она уже успела покупаться. — На милосердие не стоит рассчитывать, но в случае чего все всегда можно свалить на Урахару. Она подняла знак "победа" и улыбнулась: — К тому же, личная беседа все упростит. Встречусь с капитанам — пересекусь и с лейтенантом.

***

— Я на вас рассчитываю, офицер Кучики, — на Карин сегодня была не униформу Академии и не стандартная форма синигами. Так как это была официальная встреча, связанная с делами кланов, нужно было принарядится получше. Куукаку достала ей великолепное кимоно. Но Куросаки было в этом не по себе; Юзу любила такие вещи, она всегда одевала кимоно на праздники и фестивали, и они ей действительно шли. Но Карин чувствовала себя скованной, она была сорванцом (бойцом, в глубине своей души) и то, что мешало ее движением, рассматривалось ею как бесполезное и раздражающее. Здесь было так же, за исключением того, что это еще и опасно было. Не важно, какой мир, — за власть будут воевать всегда и везде. Ничто не помещает кому-то послать убийц. Поэтому Карин хитро спрятала свой занпакто под кимоно так, что его было удобно достать, но при этом тот был незаметен, и заколола свои отросшие волосы, уложив те в красивую, но незамысловатую прическу, невидимками, покрытые средством, которое парализует нервы: мертвые или нет, но строение в общем и целом одинаково. — Могу сказать, что от такой сомнительной фигуры, как вы, я ожидал разное, но такое выше всех моих представлений, — заметил стоящий рядом шестнадцатый офицер двенадцатого отряда. — Не слишком ерничай, — беззлобно ответила Карин, поправив широкий пояс. — В любом случае, это просто фарс. — Без сомнений. Дверь открылась. Как и ожидалось, это был лейтенант шестого отряда. Конечно, он не имел никакого отношения к клану Кучики, за исключением того, что был другом детства сестры главы этого клана, и того, что был подчиненным главы этого клана в Готэй-13. Последнее сыграло здесь свою роль: пальцы Абарая Ренджи были в чернилах, а лицо — уставшим. Видимо, сомневаясь в способностях своего лейтенанты в плане отчетности, у капитана не было выбора, кроме как прихватить его с собой, чтобы тот под бдительным оком своего "надсмотрщика" писал все точно по уставу без осечек. По скромному мнению Карин, под таким "оком" осечек будет лишь больше. Мужчина вежливо поклонился, Карин ответила вежливым кивком. — Прошу за мной. Запутаться в этих коридорах было проще простого, но у Карин была хорошая память и хорошее восприятие реацу, которое уловило что-то крайне любопытное под землей, но она проигнорировала это, решив проверить все позже. Согласно слухам, под землей, принадлежащей клану Кучики, располагалась штаб-квартира Женской Ассоциации Синигами. Она всегда могла уточнить этот момент у лейтенанта двенадцатого отряда, которая также была замглавой Ассоциации.

***

— Я приношу свои извинения за эту...проблему, — Кучики Бьякуя был недоволен: старейшины должны были спросить его, прежде чем что-то предпринимать, он был вежливым, но предпочитал лишний раз не пересекаться с проблемными личностями (женщины — проблемные личности; травма детства, все дела), ко всему прочему Шиба были известны своими эксцентриками. Бывший лейтенант тринадцатого отряда был просто редким исключением либо хорошо шифровался. Впрочем, похоже, девушка — девочка(?), женщина(?) — тоже входила в разряд исключений. Он сам был в детстве исключением, не ему судить. Он открыл рот, чтобы продолжить свои извинения и начать объяснять, что здесь происходит, для последующего предложения компенсации, которую он вычтет из залежей старейшин, просто потому что он может, но его остановила поднятая рука. — Я и сама все понимаю, просто посчитала, что личная встреча поможет решить все быстрее. Ко всему прочему, замуж я выходить не планирую. Это упрощало задачу. — Но для начала выслушайте меня, пожалуйста. Обещаю, много времени это не займет. Или нет. Кучики Бьякуя сдержал вздох; он начал чувстовать раздражения: то ли на Шибу перед собой, то ли на Ассоциацию, которая опять решила посетить его владения без разрешения. Вышвырнуть их было тяжело, в конце концов, капитан четвертого отряда тоже была членом этой Ассоциации, как и его сестра; он не был уверен, что из этого проблемнее для него. — Начнем с того, что я не совсем Шиба. Я здесь, я имею в виду Сообщество Душ, в принципе, а не ваш дом, по своим собственным обстоятельствам, которые, я думаю, вы поймете, как только я представлюсь вам снова. Снова, потому что они уже представлялись друг другу в присутствии старейшин, Абарая и Тору. Кучики вежливо поднял бровь. — Представитесь? Девушка протянула руку и, холодно улыбнувшись, произнесла: — Куросаки Карин, младшая сестра бывшего временного синигами, Куросаки Ичиго. Очень приятно. Я все же подчеркну слово бывшего. У шестого отряда, как и у клана Кучики были свои осведомители, чтобы держать своего капитана, и главу, в курсе дела, по крайней мере, по большей части. Так что Бьякуя знал, что в последнее время капитан Куроцучи очень заинтересован в причине, по которой его младшую сестру отправили на плаху. В нарушении закона: передача духовных сил. Если здесь была младшая сестра, которая пришла в сопровождении юного Тору, который служил офицером двенадцатого отряда, то сложить два плюс два было не особенно сложно. И она выделила слово "бывший". Почему мир не может быть проще? Все миры, желательно. Без каких-либо отклонений, подобных представителям семьи Куросаки. — У вас все на лице написано, так что позвольте продолжить. У нас тут цивилизованная встреча предполагаемых будущих мужа и жены, так что нас не побеспокоят. По крайней мере, те, кто соблюдает правила и законы, но об остальных несложно позаботится в таком закрытом месте, как территория Благороднейшего Клана. Она вкратце рассказала об идее и об исследованиях. Кучики к уже выгнутой правой брови выгнул еще и левую бровь, изобразив на лице вежливое удивление, чтобы скрыть невежливое раздражение. — Почему же вы, Куросаки Карин, так уверены, что я соглашусь? — Потому что вы хороший человек, а я бываю очень убедительна, когда нужно. К тому же, я из НИИ: всегда можно прикрыться какими-нибудь исследованиями, а подробности, написанные много и сложно, никому неинтересны. И это клан Кучики прислал приглашение, так что на самом деле прикрытие даже не нужно, всего лишь дополнительная страховка. И это, технически, не нарушение законов. Итак? — Я действительно многим обязан Куросаки Ичиго. Но хочет ли он сам того же? — Это его желание, будет это не так, ноги моей здесь бы не было, до моей смерти. Я та, кто не хочет, чтобы он вновь втянулся в ваш мир. — Я понимаю. Я позову лейтенанта Абарай. Уверен, он вашей просьбе не откажет. — Вам просили передать, к слову: "Как поживаешь, малыш? Я, кошка дранная, передаю это послание с Карин-чан: не будь букой, и делай то, что хочешь." Конец сообщения. Я планировала сказать это, если бы вы начали отказываться серьезно, но раз этого не потребовалось, остается передать его просто так. — Мое желание помогать исчезло. Бьякуя прикусил язык, раздражение на Шихоин Йоруичи не должно так просто проявляться. Но, похоже, Куросаки Карин не волновалась из-за этого. Она лишь махнула рукой: — Йоруичи-сан иногда бывает приставучей.

***

— Быть того не может. Это абсолютно точно подстава, капитан. Как эта леди может быть той самой плоскодон– Его прервал прицельный удар в живот, заставивший его захрипеть и согнуться. Карин вздохнула. — Я действительно была тогда плоской, так что на это не злюсь. Но вот за то, что не узнал, получить просто обязан. Да и чего ты придираешься к моей внешности. Разве коротковолосые плоские брюнетки с характером — не твой типаж? Абарай Ренджи мучительно покраснел, его лицо сравнялось по цвету с его волосами. А Кучики Бьякуя ощутил странно раздражение не его реакцию, по какой-то причине описание, предоставленное Карин, что-то всколыхнуло в его памяти. Карин догадалась, что тот все же был довольно защищенным в этом плане аристократом, поэтому у него в сравнении с оборванцем Ренджи сложить два плюс два не получилось. Ну, или это потому, что тот, кто сделал что-то, всегда будет параноить и думать на себя. — Мы сошлись на том, что ничего не разглашаем, и все согласились тихо замять инцидент. Если пойдут слухи, то просто не обращаем внимания; любой, кто доверяет не проверенной информации, — идиот. — Ты точно сестра Ичиго? Его такие вещи никогда не волновали. — То, что мы родственники, не значит, что мы во всем схожи. Возьми за пример Йоруичи-сан с ее братом, если бы не внешность, никто и никогда бы не признал их кровными братом и сестрой. — Ты хорошо осведомлена, — отметил Кучики с легким удивлением. Ему казалось, что эта семья просто будет действовать напролом и наобум. Карин пожала плечами. — Мне не нужно действовать быстро, мне нужно действовать эффективно. Сбор информации и устранение "помех" включается в сервис. — Устранение? — неловко спросил Ренджи. Карин улыбнулась ему подозрительно таинственной улыбкой. — Ты уверен, что хочешь знать, что это значит? — Ренджи резво замотал головой из стороны в сторону. После чего остановился и принял задумчивое выражение лица. — Тебе ведь нужна реацу, причем сильная. Наведайся ты как-нибудь в одиннадцатый отряд, первые четыре офицера сильные и дружат с Ичиго. Они точно помогут. — Благодарю. Так и сделаю. Меня проводит Тору, спасибо, что уделили мне время. Как только выдастся случай, загляните в двенадцатый отряд, желательно, на этой неделе. У меня есть и другие дела. — Послезавтра. — Жду с нетерпением.

***

— И? — И ничего. Я же говорила, что сегодня же все и закончится. Ни я, ни капитан Кучики не заинтересованы в этом. Будете много болтать — укорочу язык.