Мы никогда не умрем

Мадам Валинова всегда развешивает белье на улице. Так уж вышло, что она живет на одной улице с богачами-аристократами, но собственные финансы не позволяют ей нанять прислугу — глупый муж прогулял все их состояние в бесконечных попойках и развлечениях для глупцов, таких же, как ее соседи, чье присутствие — уж увольте! — ее вовсе не смущает. Она гордая женщина — и ручной труд, который стал ей привычен, не будет поводом для стеснения перед кучкой зазнавшихся пройдох, не знающих цену своим богатствам и не проработавших ни дня в своей жизни. Какой нонсенс, опускать глаза перед этими зазнайками! Сегодня солнечно, и мадам Валинова, будучи умной женщиной, с вечера застирала грязное белье, оставив его на улице, чтобы к позднему утру заняться глажкой. Она постоянно занята — очень, очень занята! — и расписание ее всегда идеально, и не бывает в нем ни шанса для неожиданностей, только если… — Стаматины! ххх Когда они слышат крик, Андрей начинает хохотать так сильно, что чуть не падает с ветки — Петя предусмотрительно держит его за бока, чтобы не свалился, но собственные плечи трясутся от смеха, потому что мадам Валинова едва ли не падает в обморок от ужаса — она хлопает ртом, как рыбки, которых папа иногда ловит в реке, вся то краснеет, то зеленеет, и выглядит так, будто готова разорвать свое белье, которое они с братом успели измазать новенькими красками. Что в этом ужасного, Петя не понимает — Александре Сергеевне пришлись бы к лицу яркие цвета вместо кучи белой ткани, которую она носит каждый день, но сейчас это и не имеет значения, потому что проделка удалась, и мадам бегает по своему двору, как ужаленная, в попытке найти место, где они спрятались, а они смотрят на нее с дерева, и хихикают в унисон друг другу. — Вы такие глупые, — качает головой Леша, но Петя видит, что он улыбается, поэтому только высовывает на него язык, а не ставит ему щелбан за обзывательства. — А ты трус, — заявляет Андрей, выворачиваясь из рук Пети, чтобы повернуться лицом к сидящему на другой ветке Леше, но он тоже просто дразнится. Они слетят вниз, если затеят драку, а внизу, как ищейка, рыщет в их поисках мадам, которая не будет разбираться, кто из них был виноват, а кто просто сидел и смотрел издалека, как Леша, у которого всегда не хватало духу пойти на приключения вместе с братьями. Петя никогда даже не видел, как Леша получает от своих родителей — у него всегда получалось как-то ускользнуть от наказания, скинув всю вину на кого-то другого. Скользкий был человек, этот Гордин, но, к сожалению, жил он ближе, чем все остальные друзья, которые у близнецов были. — Пойдем, — Андрей легонько пинает Петю, чтобы начал спускаться, и Петя пинает его в ответ просто из вредности — Леша уже карабкается по стволу вниз. Кора впивается в пальцы, когда Стаматин неаккуратно цепляется ладонью за кривой выступ, но Пете, в общем-то, все равно — его дурацкий брат будет смеяться, если он подаст вид, что ему больно из-за такой мелочи, поэтому он сохраняет стоическое лицо и спрыгивает с последней ветки, приземляясь на ноги, а не на колени, как глупый Андрей. В Андрее вообще много всего глупого — он то носится с петиными царапинами, когда пугается, то называет его слабаком, когда Петя шипит от боли, стоит Настасье облить его ранки какой-то заживляющей смесью. То лезет ночью обниматься, напуганный грозами, то смеется, когда Влада обнимает Петю на прогулках. Они были с Андреем всю жизнь — все-все шесть долгих петиных лет — и иногда Петя даже может угадывать, какое у Андрея настроение, когда он в другой комнате — но все равно ему кажется, что брат ведет себя, как идиот, просто чтобы ему жилось потруднее. Андрей все равно его самый лучший друг, но как же он иногда раздражает! — Давайте зайдем в парк, — предлагает Леша, когда они сбиваются втроем плечами, и выходят из дворов на улицу, к мосту, — может кто-нибудь еще вышел погулять. — Кто-нибудь, — нарочно гнусавым голосом дразнит его Андрей, и Петя смеется, потому что Леша — дурак. Он всегда суетится в те дни, когда Влада обычно бывает в парке, потому что хочет, чтобы она стала его невестой, но все знают, что Влада не любит никого на свете, кроме своего собственного брата, Пети и Андрея. Она их единственная подружка — мама говорит, что мальчикам их положения нельзя гулять с девочками в этом возрасте, поэтому они дружат тайно и иногда — когда получается встретиться в парке, но Влада хорошая, и на ней всегда красивые платья, которые Пете нравятся — они немного мешают, когда они играют в казаков и разбойников, зато на них очень красиво нарисованы узоры, — сегодня вторник, идиот! Леша грустно вешает нос, и Андрей смеется над ним еще громче, даже не замечая, что у них на дороге вдруг появляется большая и очень знакомая фигура. — Петр. Андрей, — усы у папы смешно шевелятся, когда он проговаривает их имена по слогам, и Петя ему улыбается. Между бровей у папы нет морщинки, значит он еще не успел на них ни за что разозлиться. Какой сегодня хороший день! — почему вы сейчас на улице? — Елена Геннадьевна сказала, что мы хорошо сделали свои задания, — хвастается Андрей с довольным лицом, и Петя едва не подпрыгивает на месте от восторга, потому что папа ерошит им обоим волосы, и Петя даже успевает взглянуть на его новые часы, затянутые на запястье. Когда он станет старше, он тоже купит себе много часов с причудливой резьбой по краям. У него уже есть наброски того, что он хочет. — Мама обещала сегодня посмотреть наши рисунки, — эту тему всегда нужно поднимать аккуратненько и в очень подходящие моменты, но Петя не может удержаться, — ты тоже придешь? Андрей рядом замирает, не очень тайно бросая на него злой взгляд, но ничего страшного не случается, и папа не начинает ругаться — он только гладит свои усы задумчиво и проверяет время на часах. На нем сегодня его рабочий наряд и, наверное, он шел из дома в банк, когда наткнулся на них — но иногда папа возвращается с работы пораньше, еще до того, как они заснут, чтобы самому проверить их задания по счету. Может быть, сегодня он придет раньше, чтобы проверить, как хорошо они стали рисовать? — Не знаю, Петр, — близнецы пытаются удержать грустный вздох, но ни один из них с этим не справляется. Хорошо, что он не заметил, — сегодня важный день на работе, и я не уверен, что могу отпроситься ради рисунков. Ваша мать прекрасно справится. Когда мы были молоды, у Полины была особая страсть к искусству. — Ну ладно, — пожимает плечами Андрей и делает вид, что ему совершенно все равно. Наверное, не хочет позориться перед Лешей. Папа желает им приятной прогулки и уходит, наконец, своей неторопливой, гордой походкой, которую Андрей иногда пытается копировать, а Петя смаргивает дурацкие, никому не нужные слезы, чтобы брат не успел ничего заметить. Может быть, взгляд Андрея и ощущается на затылке сочувственной ношей, но Петя делает вид, что этого не чувствует. Ему не нужно плакать из-за папы, и ему точно не нужно, чтобы Андрей пытался его защищать. Он уже не ребенок. — Может быть, поищем жуков у пруда? — неловко нарушает тишину Леша, переминаясь с ноги на ногу. Даже Гордин бывает хорошим другом. ххх Когда они возвращаются домой, время переваливает за семь. — Мы уже подали на стол. Ваша мать вас ожидает, — говорит Настасья, но все равно протирает своим белым платком их лица, прежде чем со вздохом осмотреть перепачканную одежду, — сбегайте переодеться и садитесь ужинать. Петя чувствует, как взволнован Андрей — они оба толкают друг друга и хихикают, пока бегут к себе в комнату, громко топая, чтобы мама знала, что они уже дома и скоро придут. Нужно торопиться — она может устать и пойти отдыхать, если они не успеют к столу вовремя. У мамы очень много дел — она работает в каком-то фонде, почти таком же важном, как банк папы — а еще у нее много-много друзей, поэтому она редко бывает дома и очень редко сидит у камина вместе ними и папой, но посмотреть на их рисунки она обещала неделю назад. Главное только успеть! — Добрый вечер, дети, — говорит она, и красиво улыбается своими ярко-красными губами, когда они, наконец, спускаются, перепутав со спешки одежду друг с другом. Под глазами у мамы темные синяки — она правда очень занята — но она все равно очень красивая в своем новом домашнем платье, которое папа подарил ей недавно на день рождения. — Привет! — хихикает Андрей, взбираясь на стул, и Петя сбегает на противоположную сторону — они сидят теперь по обе стороны от мамы, довольные и восторженные из-за всего, что успело произойти сегодня. — Елена рассказала мне, что вы были с утра необычно прилежными, — есть вместе с мамой немного тяжело, потому что Пете постоянно приходится следить за своими ма-не-ра-ми, о которых постоянно твердят Елена Геннадьевна и Настасья, и Андрей на другой стороне стола едва ли с этим справляется — Петя видит, как усердно он сосредотачивается на том, чтобы держать руки правильно, и как маленькая капелька супа все равно скатывается с его подбородка на синюю рубашку — петину рубашку. Надо будет надавать ему за это, когда они вернутся к себе в комнату, — мне приятно получать от нее похвалу в вашу сторону. — Мы очень хотели посидеть с тобой, мама, — говорит Андрей, аккуратно опуская ложку в тарелку, но его злой взгляд почему-то направлен на Петю. Ой. Он тоже капнул на себя супом. Кажется, им обоим придется надавать друг другу тумаков. — Я польщена таким рвением, — мама тихонько смеется, как самая настоящая леди, и гладит Андрея по голове, — если ваше творчество дает вам столько мотивации быть прилежным учениками, я думаю, мы с вашим отцом могли бы вложить немного больше средств. На самом деле, вряд ли им нужно еще больше средств — родители покупают им с Андреем новые краски каждую неделю, и недавно дядя Кирилл привозил им цветные карандаши из-за границы. Все в семье знают, что они с братом любят рисовать! Но почему-то, несмотря на все подарки, которые они получают в свою большущую коллекцию, почти никто не смотрит на их рисунки. Иногда тетя Евгения забирает портреты ее кошек, которые они для нее рисуют, но больше никто не обращает особого внимания на то, что они пытаются сделать. Может быть, им нужно больше стараться? — Я буду ждать вас у камина, — говорит мама, когда они заканчивают ужинать и встает из-за стола. Андрей первым спрыгивает со стула, показывая Пете язык, и они несутся в свою комнату наперегонки. — Не сломай! — шипит Андрей, когда Петя тянется к кровати, чтобы поискать в ящике под ней свои бумаги, и едва не спихивает на пол их маленький замок из подушек и одеял, который они построили вчера, чтобы поиграть в архитекторов. Они много читали про Микеланджело и Брунеллески в последнее время, и иногда даже мечтали, что было бы, если бы они уехали куда-нибудь в Италию строить красивые, большие соборы, но папа сказал, что все это не будет полезным для семьи. Он сказал, что Андрей когда-нибудь станет хирургом и будет спасать людей от страшных болезней, а Петя станет юристом, чтобы плохие господа попадали в тюрьму, а хорошие — на свободу. Наверное, папа был прав. Среди хирургов и юристов тоже бывают очень интересные люди! — Потом починим, Андрей, ну пойдееем, — Петя знает, что уже совсем по-дурацки ноет, но Андрей его старший брат, и поэтому иногда Пете можно ныть, когда Андрею нельзя. Он цепляет его за руку и тащит из комнаты, позволяя брату только взглянуть в последний раз на их маленькое полуразвалившееся произведение искусства. Внизу мама уже ждет, и в руках у нее — бокал вина, которое они с братом однажды даже пробовали, пока никто не видел. Андрей сказал, что оно пахнет, как лекарство, а на вкус — как мышиная отрава, и они еще долго плевались и пытались стереть его остатки со своих языков, пообещав друг другу, что никогда в жизни больше не станут пить алкоголь. Взрослые тоже бывали очень глупыми, но если маме нравилось иногда быть глупой, Петя не возражал. Было бы хорошо, если бы мама иногда веселилась. — Вот, — Петя раскладывает свои рисунки у нее на коленях перед тем как подпрыгнуть, чтобы сесть на диван — мама, кажется, только что замечает, что они уже пришли и смотрит на них немного удивленно. Ее волосы все еще туго затянуты в пучок на затылке, и они с Андреем быстро переглядываются, прежде чем брат протягивает руку и снимает с ее головы сильно натянутую резинку, вытаскивает несколько маленьких шпилек, чтобы темные-темные волосы мамы оказались у нее на плечах красивыми волнами. Она улыбается, и Андрею снова — снова!!! — достается поглаживание по голове. Рядом в камине трещат огоньки, и Петя позволяет себе прижаться к маме чуть ближе, когда она начинает листать рисунки, комментируя мелочи, которые видит, и нахваливая их с братом улучившиеся навыки. С ней очень тепло и приятно, и Андрей рядом, почему-то понемногу начинает говорить тише, а глаза у Пети закрываются под тяжестью мягкого маминого голоса и шепота брата, все еще отвечающего ей. Через пару минут — или пару часов, кто-то, надушенный тяжелым одеколоном, берет его на руки, но Петя уже не замечает времени, потому что в мыслях у него разливаются яркие картинки и все та же самая просторная лестница, по которой они с Андреем идут вместе, рука об руку, лестница, которая снилась Пете уже много-много раз. — Навели беспорядка, — тихо смеется папа, укладывая его в кровать, и Петя цепляется за звук его голоса, пытаясь раскрыть глаза, но только зевает во весь рот, чувствуя, что руки Андрея обнимают его в их маленькой полуразрушенной крепости. Хорошо, что папа уложил их вместе. С Андреем всегда приятнее спать. — Спокойной ночи, Петя, — шепчет брат, натягивая на них одеяло и немного ворочается, пытаясь устроиться поудобнее. — Спокойной ночи, Андрей, — в полусне отвечает Петя, и крепче утыкается в его плечо лицом. Завтрашний день тоже принесет им много нового — у близнецов впереди еще множество приключений, и множество испытаний, которые предстоит пережить, прежде чем новая глава в их жизни успеет раскрыться. Но сегодня ночью это не имеет значения — крепкая хватка, с которой они держатся друг за друга, не даст никому развести братьев Стаматиных по разные стороны.