***
— Слышь, доходяга, ну-ка, налей мне, как его…ну, покрепче, короче…понял, шевелись давай! — Стукнув по барной стойке со всей силы, мужчина, тучного телосложения, исказился в лице, состроив такую карикатурную физиономию, что был похож на точную копию рыбы «Капля». — Ой, Боже…посмотри на него… — То и дело, слышались возгласы и «охи» по разным углам заведения. Народ боялся его, как личность, боялся аморального поведения, но не силы, ведь бояться можно — только силу духа. — Совсем с катушек слетел, пьёт, дебошем занимается, стыд то какой! Как жена то его ушла, Адель, так и все, краев не видит…ой грех-грех… — Судорожно перекрестившись, дама, в поросячье розовом платье, поправила локоны, то и дело, выбивающиеся из причёски. — Так смотри, совсем скатится то, итак, куда хуже, а все смотришь — даже работой не занимается, что уж, так и голова была хорошая, все пропил никак. — Постыдилась бы, вечно осуждать всех, добром не кончится, — подметила женщина, сидящая рядом с ней. Траурный вид не спадал с её лица — было видно, что её когда — то весёлые глаза, потускнели и наполнились настоящей, вселенской печалью. Ах! Как много может сказать один лишь взгляд… Пьяный старпер, морщинистая старуха, белокурый ребёнок, молодая дива или бойкий паренек — значения не имеет. — Но… — Слегка запнувшись, продолжила женщина, — тут ты права конечно. Что из него жена слепила — давно уже пропало. А времени то прошло, всего ничего. — Да что ты, уже как пять месяцев прошагало, но так скатиться, пуще будет ещё, — женщина подвинулась ближе к собеседнице, договаривая свои мысли точно в слуховой аппарат, — авось, не убьёт никого и ладно будет. — Шёпот затих.***
— Вот стервы, ещё и отказали так… ИК…было бы, что терять то…недоделанные… — Продолжая нецензурную брань, «тело» двигалось в никуда, проходя препятствия в виде шипастых кустов, бездомных котов и людей, спешащих домой с катера. Попутно допивая последнюю унылую бутылку, которая была в запасе, человекоподобное заметил некий силуэт, что стоял примерно на расстояние двух метров, поодаль от большого скопления людей или парочек, романтически проводящих мгновения ночи. Переулок плохо освещался, конечно, света фонарей было достаточно, но разлапистые ели мешали пробиться ему, сквозь хвойные иголок, да и мутная, подозрительного качества жидкость уже давно ударила в голову, в общем — со зрением были явные неполадки. — Ты то кто ещё, по вызову что ли? — В мозгу быстро задвигались шестеренки, заработали извилины, а лысина на пузырчатой голове припеклась, став похожа на большой розовый шар. — Ты че ещё и глухая, шалава, я с тобой разговариваю. —Тишина ответила ему своим молчанием. — Ну сейчас поговорим поближе… — мужчина выкинул пустую бутылку, раскромсав серое стекло об камни и уперто начал поправлять одежду, спуская свои грязные, мозолистые пальцы к проседлым штанам. Монолог становился все тише, ускользая от лишних ушей в широкие лапищи деревьев, а расстояние, между человекообразным и загадочной незнакомкой, все меньше. Что же там произошло?***
— Граждане, расступитесь! Уйдите за ограждение, прошу, здесь вам не цирк! — Молодой усатый милиционер, похожий на жука, который прячется в стенах, всеми силами пытался отпихнуть назойливых зевак, то и дело, норовящих протиснуться к объекту всеобщего любопытства. — Да уйдите же вы! — Ты как? Здесь чисто? — Мусоля средне-ценовую сигару, один из людей в форме что-то обговаривал с высоким щуплым коллегой. — Не часто такое увидишь, да? — подбадривающе похлопав приятеля по спине, тот, удалился прочь, зайдя за ограждение. — Да уж, не часто…— Выдох.***
— Д-добрый вечер, В-вам как обычно? — Запуганный суетливый парнишка за стойкой уже готов был продаться в мир иной от подступающей волны, так леденящего душу озноба. В пабе, тогда было тихо и только одинокий старик в углу, читавший газету, явно не хотел контактировать с миром, а может и вовсе не являлся его частью, унося последние воспоминания о былом лёгкой струйкой выпускаемого трубкой дыма. — Да и побыстрее. — Посетитель отрезал предложения напитков из заскорузлого меню чётким указанием. — Чего такой тормознутый? Шевелись. — Грозным эхом раздалось по помещению. — Да-да! Сейчас все будет сделано! — Энергично протирая стакан, парень ловко перебирал ингредиенты для напитка своими тонкими, даже костлявыми пальцами. — И покрепче, короче ты понял. — Снова раздалось хриплым возгласом из-за барной стойки.